— ...Просто из-за появления новой певицы выручка подскочила на тысячу триста процентов? Хён, ты же шутишь?
— Считаешь это шуткой, даже видя, сколько тут народу?
Ким Сынджун огляделся по сторонам.
Глядя на забитое до отказа лайв-кафе, он судорожно сглотнул.
Конечно, по сравнению с его прошлыми визитами, когда в заведении было пустынно, словно в школьной библиотеке на перемене, разница в доходах должна была быть колоссальной.
Именно поэтому он и предположил триста процентов.
Но чтобы показатели взлетели на столь запредельный уровень...
Даже сам Ким Сынджун, который и привел сюда Юджин, невольно начал подозревать директора Чона в преувеличении.
Словно почувствовав его сомнения, директор Чон усмехнулся:
— К тому же, будь эти двое просто «какой-то новой певицей и гитаристом», я бы не просил тебя сосватать Юджин, да и ты сам не таскался бы сюда каждый божий день в попытках их уговорить.
— Ну...
— Что, скажешь, я не прав?
— ...
Ким Сынджун прикусил язык.
И не только потому, что старший попал не в бровь, а в глаз.
Римон наконец закончил настраивать гитару и тронул струны, возвещая о начале живого выступления.
«Не смотри на меня...»
Раздался хрипловатый, глубокий голос.
И кафе накрыла парадоксальная, звенящая тишина.
Привычный гул разговоров, звон посуды, хлюпанье напитков через трубочки — смолкло абсолютно все, даже звуки дыхания.
В этом пространстве, начисто лишенном постороннего шума, эхом отдавались лишь переливы гитары и пение: они заполняли собой все кафе, но при этом казались интимно-тихими, почти шепотом.
Никаких навыков Системы, но сыграно искуснее любого существующего навыка.
В их мелодии таилась неведомая сила, заставляющая слушателей забыть, как дышать, и безоглядно раствориться в звуках.
— Сынджун.
— Да, директор.
— Я уже давно ушел из этого бизнеса и не лезу в такие дела, но как старший товарищ скажу тебе вот что.
В его взгляде читался благоговейный трепет, какой испытываешь перед драгоценными самородками.
И глубокое сожаление оттого, что сам он не в силах взяться за их огранку.
Директор Чон со сложной смесью чувств посмотрел на стоявших на сцене артистов и тихо произнес:
— Вцепись в этих двоих мертвой хваткой. Любой ценой. Если упустишь их, будешь жалеть до конца своих дней.
— Знаю.
Любой человек, у которого есть уши, понял бы это без лишних слов.
Ким Сынджун тяжело вздохнул и согласно кивнул:
— Проблема в том, что им самим на это плевать.
Стоило им только дебютировать, как они вызвали бы всеобщее безумие. А в долгосрочной перспективе с их фонтанирующим талантом они могли вырасти в музыкантов мирового масштаба.
Вот только один был абсолютно равнодушен, а у второй словно аллергия начиналась при одном упоминании телевидения.
И как прикажете их уговаривать?
От одних только мыслей об этом опускались руки.
— А? Слышь, а это еще что за ублюдок?
— Какой ублюдок?
Директор Чон скривился и покосился на вход в кафе.
Ким Сынджун, у которого от навалившихся забот уже раскалывалась голова, без особого интереса скользнул взглядом следом за ним.
Однако в то же мгновение, когда он разглядел, на кого именно указывал Чон...
— Ну этот... Мун, начальник отдела из гильдии WIM. Тот самый, что сорвал тебе проект.
— ...!
В глазах Ким Сынджуна вспыхнуло яростное пламя.
— Уф, сегодня душа пела как никогда!
— Завязывай. Ты что, опять собираешься горланить всю ночь напролет?
— А мне нравится!
— А мне нет, полоумная ты меломанка.
Прошло немало времени, прежде чем Римон и Юджин смогли покинуть сцену.
Просьбы спеть на бис сыпались одна за другой, и Юджин с превеликим удовольствием откликалась на каждую.
К счастью, Римон обладал практически бесконечной выносливостью, а Юджин, казалось, вовсе не знала усталости — обычные музыканты на их месте уже давно свалились бы без сил.
— А что это за траурная атмосфера?
Спустившись со сцены, Римон окинул зал подозрительным взглядом.
Обычно в этот момент Ким Сынджун уже рассыпался бы в дифирамбах их нечеловеческому таланту, на все лады расписывая радужные перспективы дебюта.
Но сейчас продюсер не просто выглядел взбешенным.
Напротив него сидел незнакомец.
Хлоп, хлоп, хлоп.
— Великолепное выступление. Поистине уникальный вокал и виртуозная игра.
Нога закинута на ногу.
Оценивающий тон умудренного судьи.
На лице — солнцезащитные очки.
Подобная манера держаться мгновенно задела стариковские струны в душе Римона, заставив его нахмуриться:
— А ты кто вообще такой, чтобы мне фамильярничать?
— Хм? Неужели не знаешь, кто я?
— А должен?
— А-а, прошу прощения. В наши дни меня знает каждый в этой индустрии, вот я и подумал по привычке...
Мужчина расхохотался во все горло, словно никак не ожидал встретить музыкантов из захолустья, не знающих его в лицо, затем достал из кармана две визитки и подтолкнул их через стол:
— Виноват, запоздал с представлением. Я Мун Чхонъёп, начальник отдела развлекательной гильдии WIM.
— Хм?
Римон прищурился.
Вовсе не потому, что имя показалось ему знакомым.
Он в эту эпоху даже имя действующего президента не утруждал себя запоминать — с какой стати ему знать начальника отдела какого-то агентства?
Однако кое-что в голове все же щелкнуло.
— Начальник отдела Мун? Менеджер певицы Клэр?
— Ха-ха-ха! Да, пожалуй, из всех моих подопечных Клэр — самая известная.
Глядя на то, как Мун Чхонъёп важно надувает щеки, Римон невольно скривился.
На его макушке недовольно проворчала Ю На-гён:
[Теперь понятно, отчего у продюсера Кима такая кислая мина.]
«Он еще отлично держится. Я бы на его месте сразу в морду дал».
[На такое способен только безнадежный отморозок вроде тебя, тимлидер.]
«Хочешь, чтобы я и тебе жизнь испортил?»
Пока Римон мысленно переругивался с Ю На-гён, Юджин, недовольно скривившаяся еще при взгляде на визитку, прямолинейно спросила:
— И чего менеджеру какой-то певички надо от нас?
— До меня дошли слухи, что здесь объявились поразительные музыканты, и я решил взглянуть лично... Вы оказались даже лучше, чем я ожидал.
— Да неужели?
— Кхм. Конечно, вы пока сыроваты, но под чутким руководством достойной развлекательной гильдии все эти шероховатости легко сгладить.
Мун Чхонъёп снисходительно кивнул, словно делал безымянным бродягам великое одолжение своим признанием.
Наблюдая за ним, Римон склонил голову набок:
— Достойной развлекательной гильдии?.. Это ты про WIM, что ли?
— Ха-ха-ха! Не сочтите за хвастовство, но гильдии достойнее нашей в стране попросту нет.
Мун Чхонъёп бахвалился напропалую, даже не пытаясь скрыть спесь.
В этот момент не выдержал Ким Сынджун, все это время сверливший его испепеляющим взглядом:
— И эта «достойная гильдия» ни с того ни с сего срывает участие артиста в уже согласованной программе?
— Эй, следи за языком, а то люди еще превратно истолкуют. Если представитель KTB вздумает клеветать на нашу гильдию, у многих могут начаться крупные неприятности.
Лицо Ким Сынджуна нервно дернулось.
Будь это центральный канал или топовое кабельное телевидение — куда ни шло.
Но если крошечный, полубанкротный канальчик вроде KTB осмелится пойти против такого гиганта, как WIM?
Все их передачи полетят в тартарары, а сам канал попросту закроют.
И первым, кого вышвырнут на улицу, станет именно Сынджун.
— Так или иначе, от продюсера Кима я слышал, что у вас двоих нет агентства. Ну так как? Почему бы вам не подписать контракт с WIM прямо сейчас?
Мун Чхонъёп с легкостью отмахнулся от досадной помехи.
С видом генерала-победителя он продолжил наступать:
— Судя по тому, что мне удалось разузнать, здесь вас безбожно эксплуатируют.
— Да нет же, это!..
— Послушайте, продюсер Ким, имейте совесть и помолчите. Продюсеру не к лицу покрывать кабальные контракты.
— ...
Ким Сынджун едва не задохнулся от несправедливости.
Такие условия были личным требованием самой Юджин!
Они с директором Чоном с пеной у рта настаивали на справедливой оплате, но Римон и Юджин попросту пропускали их слова мимо ушей.
Не подозревая об этом, Мун Чхонъёп уверенно продолжал:
— Подпишите с нами контракт, и вам больше не придется выступать в подобных клоповниках. Мы гарантируем лучшие условия и лучшие сцены.
— Лучшие сцены?
— Именно. По возможности протолкнем на центральное телевидение, да и на кабельное попасть труда не составит, если вас устроит.
Сделав паузу, Мун Чхонъёп многозначительно улыбнулся и покосился на Ким Сынджуна:
— Какое забавное совпадение: один мой знакомый продюсер как раз срочно ищет замену выбывшему участнику в свое шоу.
«Ах ты ублюдок Мун!..»
Ким Сынджун с трудом подавил стон бессильной злобы.
Он прекрасно понял намек: согласитесь на контракт, и я позволю вам выступить в его передаче.
Сначала кнут, затем пряник.
Топорный маневр, но в ситуации, когда передача и сам канал висели на волоске, для Сынджуна это был шах и мат.
Недаром Муна считали одним из самых влиятельных воротил в WIM.
«Черта с два у тебя выйдет!»
Однако вопреки отчаянию Ким Сынджун вдруг самоуверенно усмехнулся.
Он прекрасно знал, что последует дальше.
— Что же касается подъемных при подписании контракта...
— Не надо.
— Прошу прощения?
— Деньги. Контракт. Не надо. Проваливай.
При слове «подъемные» Юджин сморщила нос так, будто увидела кучу нечистот, и безапелляционно выставила гостя за дверь.
— Хм, спасибо за предложение, но нам это неинтересно. Дверь вон там, — небрежно пожал плечами Римон, указав пальцем на выход.
— Погодите, стойте. Что за?..
Мун Чхонъёп опешил. Настолько категоричного отказа он явно не ожидал и на миг потерял дар речи. Ким Сынджун еле сдерживал рвущийся наружу хохот.
Если бы этих двоих волновали деньги или большая сцена, разве Сынджун мучился бы столько дней напролет?
Явился сюда, задрав нос, надутый как индюк, только чтобы позорно сесть в лужу!
— Эй, вы вообще понимаете, от чего отказываетесь?! Это же гильдия WIM! WIM, ясно вам?!
— И что?
— А что такое WIM?
— ...
Римон и Юджин отнеслись к крупнейшей развлекательной гильдии Кореи как к пустейшему месту.
Лишь сейчас осознав, что перед ним сидят люди с напрочь вывихнутыми мозгами, Мун Чхонъёп сначала побагровел, а затем пошел серыми пятнами.
— ...Ладно. Сегодня я поторопился. Поговорим позже.
Поняв, что силой сейчас ничего не добиться — а может, просто задыхаясь от унижения, — он попытался уйти с гордо поднятой головой, но разъяренная походка выдавала его с потрохами. Стоило двери захлопнуться, как Сынджун наконец покатился со смеху.
С трудом взяв себя в руки и прокашлявшись, продюсер с опаской посмотрел на музыкантов:
— Кхм! Я, конечно, безумно рад такому исходу, но вы двое... уверены, что все будет в порядке?
— А почему нет?
— Влияние WIM колоссально. Если Мун закусит удила, он может навсегда перекрыть вам кислород и заблокировать любой дебют...
— И какая нам печаль?
— Мы все равно не собираемся дебютировать.
— А, ну да. Логично.
Глядя на их непоколебимую невозмутимость, Ким Сынджун криво усмехнулся.
Утереть нос Муну было чертовски приятно, но это лишь в очередной раз напомнило ему, насколько невыполнима задача затащить их на шоу.
— И все же будьте осторожны. Говорят, Мун не брезгует самыми грязными методами и идет по головам.
— Пф-ф. Понятия не имею, что там задумал этот хлыщ, но уж мне-то осторожничать точно без надобности, — хмыкнул Римон.
Подперев подбородок ладонью, он шутливо добавил:
— У моей невесты водится кое-какая копейка.