— Хочу знать, идёт ли мне этот наряд.
— Идёт.
— А что думаешь об этих туфлях?
— Идут.
— Это ожерелье превосходно. Шею сломает в два счёта. Идеальное орудие пыток.
— Идёт.
— …Тата, хочу знать, есть ли у тебя какие-то претензии.
Поняв, что её уловка не сработала, Тата посмотрела на невозмутимую Айншу так, словно та сморозила несусветную глупость:
— Претензии? У меня? Разумеется, нет.
— Ты лжёшь. В твоём голосе нет души.
— Это потому, что вы выбираете наряд уже больше трёх часов, принцесса.
— Это наше первое свидание. Три часа раздумий — это норма.
— Норма для невежественной толпы, неспособной узреть грядущее. Разве принцесса уже не знает, какой наряд подходит ей лучше всего?
— Даже предвидение бессильно перед желанием девушки убедиться во всём лично.
— Никогда бы не подумала, что доживу до дня, когда вы заговорите о девичьем сердце, принцесса.
— Естественно. Я не похожа на тебя, обручённую со своей работой. Я переполнена любовью и страстью.
— Какое поразительное признание!
Куда ни глянь, на бесстрастном лице Айнши не читалось ни крупицы любви или страсти.
С неприкрытым восхищением глядя на неё, Тата спокойно застегнула на её запястье заранее приготовленный браслет:
— Не растеряйте этот настрой на свидании, принцесса. Тата будет ждать добрых вестей с сердцем лисицы, оберегающей своего тигрёнка.
— Тата, просто верь и жди.
Айнша показала большой палец вверх.
Затем, уперев руки в бока, монотонно отчеканила:
— В моём словаре нет слова «провал». Это свидание непременно увенчается успехом.
— Надо же было дожить до таких лет, чтобы ввязаться в подобный цирк…
[К чему столько жалоб, тимлидер? В вашем-то возрасте пойти на свидание с юной красавицей, цветущей словно цветок, — это невиданная удача.]
— Вот только вы обе спите и видите, как бы растоптать это свидание в пух и прах, разве нет?
[А что поделать? Сделать так, чтобы принцессу Белого Дракона от вас тошнило, — самый мягкий выход из положения.]
— И по-твоему, ранить сердце влюблённой принцессы — это «мягко»?
— Если вам не по душе такой подход, мы можем прямо сейчас попробовать что-нибудь другое, — лучезарно улыбнулась Ли Цинвэй.
— …Нет уж, проехали.
После столь поразительного предложения Римон лишь покачал головой. Уж лучше прослыть негодяем, чем позволить Ли Цинвэй воплотить её безумные альтернативы. Предыдущее обсуждение помогло ему печёнкой прочувствовать, чем чреваты её «идеи».
[Раз уж вы всё поняли, живо надевайте остальное.]
— Вы ведь в точности помните весь маршрут свидания?
[И не забудьте испепелить её взглядом при первой же встрече! От одного вашего зверского зырка большинство людей бежит сломя голову.]
— О, моё сердце трепещет от одного лишь острого взора Герцога Меча.
[Это нервное напряжение, а не трепет.]
— Неужели? Тогда, возможно, стоит вести себя чуточку грубее?
[Да бросьте, у него и так характер не сахар. Не зря же в БАИ его звали главным Бешеным Псом.]
— …И с чего вы обе так завелись?
Сколько бы Римон ни ошеломлялся, Ю На-гён и Ли Цинвэй с полуслова понимали друг друга, тщательно выстраивая его образ.
И вот спустя несколько мгновений...
Оглядев Римона, полностью готового к свиданию, девушка и синяя птица удовлетворённо закивали:
— Идеально.
[Такое зрелище охладит даже тысячелетнюю любовь.]
— Возможно, она бросится наутёк в ту же секунду, как вас увидит.
[Ха-ха-ха! Ну нет, так просто мы не отделаемся. Она хотя бы перебросится парой слов, прежде чем дать дёру.]
— Тогда дальше всё зависит от Герцога Меча.
— Понял я, понял.
Две пары глаз лучились абсолютной уверенностью в том, что он непременно разрушит любые тёплые чувства принцессы Белого Дракона.
Тяжело вздохнув под грузом этого безграничного доверия бывшей подчинённой и будущей невесты, Римон произнёс с ноткой обречённости:
— Смотрите и учитесь. Я сделаю всё, чтобы это свидание с треском провалилось.
Так, на стыке холодных расчётов и горячей обречённости, завершилась подготовка к рандеву.
Уличное кафе.
За одним из столиков на открытой террасе сидела одинокая девушка.
Белое полотно покрывало её голову, оставляя открытыми лишь глаза, и дополняло неземной, струящийся наряд. Поразительно бесстрастное лицо в сочетании с характерным религиозным облачением Священного Альянса создавало потустороннюю ауру, невольно приковывавшую взоры прохожих.
Беловолосая дева, Айнша, ждала.
Она ждала своего кавалера.
Назначенный час миновал уже более шестидесяти минут назад, но она ничуть не тревожилась.
Лишь в определённый момент тихо пробормотала себе под нос:
— Пора.
И тут же на пустовавшее напротив неё сиденье тяжело плюхнулся черноволосый парень.
— Здорово. Сорри за опоздание. Долго ждёшь?
Спортивные треники, волочащиеся по асфальту шлёпанцы. Растрёпанные волосы и свирепый взгляд. За плечом болтается армейский баул. Едва плюхнувшись на стул, он нагло скрестил руки на груди.
Как ни посмотри, он походил не на кавалера на свидании, а на выбивателя долгов или мелкого уголовника.
Однако даже при виде такого Римона Айнша и бровью не повела.
Она лишь невозмутимо ответила:
— Всё в порядке. Я сама пришла всего пять минут назад.
— …Стрелка была час назад. С чего вдруг ты пришла всего на пять минут раньше меня?
— Первое свидание в жизни. Перенервничала, пока собиралась, вот и задержалась с выходом.
— А-а, вот как.
Римон озадаченно нахмурился: базовая стратегия намеренного опоздания, которую столь яростно расхваливала Ю На-гён, рассыпалась в прах с первого же хода.
Фальшиво прокашлявшись, он заговорил:
— Короче, рад знакомству. Ты, небось, уже слышала от принцессы, но я — Ли.
— Я — Айнша. Моё полное имя звучит как…
— Забей, проехали. Давай сперва закажем чего-нибудь. В горле не пересохло? Сидишь тут одна-одинёшенька, что за дела вообще?
— Поняла. Сейчас всё устрою.
Несмотря на то что он грубо оборвал знакомство, Айнша с готовностью кивнула, не выказав ни тени недовольства.
И тут Римон слегка опешил.
Стоило ей договорить, как подоспел официант с подносом и расставил на столике чай и сок.
— Это ещё что? Мы же ничего не заказывали.
— Я тоже хотела пить. Заказала заранее.
— А кто разрешал заказывать за меня? Я вообще-то не по чаю, я люблю…
— На всякий случай я заказала кофе, колу и виски. Их сейчас принесут.
— …В этом кафе подают выпивку?
— Да. Днём — кафе, ночью — бар. Отличное место для встреч в любое время суток.
Она держалась так, словно заранее знала любой его каприз.
После долгого молчания под бесстрастным взглядом Айнши Римон почесал щёку и выпалил:
— Ты ведь всё видела, да?
— Да.
— И до какого момента?
— Как Ли засыпает в кинотеатре, как Ли флиртует с другой девушкой прямо посреди свидания, как Ли спускает кучу денег за мой счёт…
— Хватит, притормози.
Римон со вздохом поднял ладонь, обрывая перечисление.
Он понял: хитроумный план Ли Цинвэй и Ю На-гён по разрушению девичьих иллюзий был просчитан до мелочей ещё до того, как они ступили за порог.
Впрочем, чему удивляться?
Перед ним сидела не кто иная, как принцесса Белого Дракона.
«И я ещё надеялся, что этот детский сад прокатит против Клана Белого Дракона? Сам дурак».
— И что теперь? — устало поинтересовался Римон.
Он уже морально настроился терпеть стыд и срам ради этой диверсии, а всё накрылось медным тазом ещё до старта.
Если она предвидела само свидание, то не могла не знать и о его намерении всё испортить. И для Римона, которому кровь из носу требовалась помощь Клана Белого Дракона, это превращалось в несусветную головную боль.
— Пойдём в кинотеатр.
Римон аж рот открыл от её спокойного ответа:
— …Ты же видела, что я там просто захраплю?
— Да. Видела.
— И зачем тогда идти?
— Не имеет значения. Я тоже посплю. Совместное ложе на первом свидании. Идеально.
Будто этот план был верхом совершенства, Айнша деловито кивнула.
Опешив от вида девушки, которая с каменным лицом выдавала подобное без тени иронии, Римон вдруг осознал.
Вот почему Ли Цинвэй — прекрасно знавшая о предвидении принцессы Белого Дракона — не просто не отвергла этот нелепый замысел, но и лично его возглавила!
«Точно… Она же принцесса Белого Дракона».
Глава клана провидцев.
А точнее — королева дураков среди клана непроходимых идиотов.
Римон помрачнел, глядя на Айншу.
Он на время позабыл об этом, ведь минули века с тех пор, как он с ними схлёстывался, но Клан Белого Дракона всегда был таким. Именно поэтому в Ассоциации Семи Драконов он терпеть их не мог — едва ли не сильнее, чем интриганов из Клана Чёрного Дракона.
И какая же ирония: идти на свидание с принцессой Белого Дракона, будучи обручённым с принцессой Чёрного!
«И мне правда нужно продолжать этот фарс?» — задумался Римон.
Идти с ней на свидание.
Намеренно его саботировать.
Учитывая, что в будущем ему потребуется поддержка её клана, задумка с самого начала была сомнительной. Просто обстоятельства слишком запутались, и этот вариант казался лучше, чем оставлять всё на откуп фантазии Ли Цинвэй.
Но глядя на неё сейчас, он сомневался, есть ли вообще смысл тратить время.
«Эта дурёха готова принять любую дичь, какую бы я ни выкинул».
Как бы он ни пытался испортить встречу, Айнша всё равно пойдёт следом, прекрасно зная обо всём наперёд. И более того — свято веря, что сможет превратить любой кошмар в идеальное свидание. И предыдущий разговор доказал: это не пустые слова.
«Так вот что ты имела в виду под „дальше всё зависит от вас“, принцесса?» — цыкнул про себя Римон.
Раз все первоначальные задумки пошли прахом, оставался лишь один путь заставить её отказаться от помолвки: вызвать у неё искреннее, неподдельное отвращение.
Будь на её месте обычная девушка, всё решилось бы в два счёта.
Один зверский взгляд.
Или разрубленный на её глазах мерзавец.
Римон отлично знал, как легко подобные вещи убивают любую симпатию.
Но сработает ли это на Айнше? Очень сомнительно.
Дело даже не в статусе принцессы: одна её невозмутимая мина кричала о полнейшем иммунитете к дешёвым трюкам.
Какую же сволочную выходку нужно провернуть, чтобы она сама сбежала?
Пока он ломал голову, взгляд Римона зацепился за нечто странное.
Щёлк.
Буль-буль.
Дзынь-дзынь.
Айнша совершенно невозмутимо извлекла иссиня-чёрный пузырёк и щедро выплеснула его содержимое в чашку Римона.
Затем старательно размешала всё ложечкой и пододвинула чашку к нему:
— Ли, ты говорил, что хочешь пить. Лучше выпить поскорее, пока чай не остыл.
Не будь её лицо столь каменным, а тон — замогильно-монотонным, это могло бы сойти за трогательную заботу.
Вот только Римон отчего-то не чувствовал признательности.
Он лишь подозрительно прищурился:
— …Что ты только что плеснула мне в чай?
— Яд. Выпьешь — и конец.
— …
— Без боли. Мирная смерть. Пей, ни о чём не беспокойся.