Самым высокопоставленным знакомым Пёнмана сейчас был директор по продажам Пак Мёнсу.
Попросить его? Но насколько весомы его слова для председателя Сона?
Нет.
Сон Хитхэ не особенно любил Пак Мёнсу, выходца из продаж.
Тогда кто ещё?
И тут Пёнман вспомнил одного человека.
Человека, который мог лично позвонить председателю Сону и который сейчас, вероятно, нервничал не меньше самого Пёнмана.
Председателя Cheonggu Department Store Ку Янмо.
По сравнению с CheilJedang его компания была небольшой, но Ку Янмо много лет вёл бизнес и наверняка хотя бы был знаком с Сон Хитхэ.
А если он сам позвонит председателю Сону и объяснит ситуацию?
Тогда шанс появится.
Проблема одна: Ку Янмо Пёнману тоже не так-то просто встретить.
— Да ё-моё…
Ругательство само полезло на язык.
Самым высокопоставленным человеком в Cheonggu, с которым Пёнман общался по работе, был директор по закупкам Чха Чэу.
Ему Пёнман и позвонил.
— Директор Чха, это Хан Пёнман из CheilJedang.
— Да. Что там у вас с голосами? Времени почти не осталось.
Стоило Пёнману упомянуть председателя Ку, как тон Чха Чэу мгновенно изменился.
— Директор Чха, я мог бы встретиться с председателем Ку? Мне нужно кое-что ему сказать…
— Хан Пёнман! А зачем тебе наш председатель? Решил пожаловаться, что я тебе наговорил?
Вот зачем человек сам себе придумывает такую чушь? И без того времени нет.
— Нет, дело совсем не в этом…
— Что с голосами CheilJedang? Три голоса. Принесёшь ровно три — я устрою тебе встречу с председателем.
«Да блядь! Я как раз хочу встретиться с председателем, чтобы добыть эти три голоса. Если сначала нужны голоса — и только потом встреча, мне что делать?»
— Нет, я не об этом…
Он действительно был не об этом, но Чха Чэу, похоже, в первую очередь испугался за собственную шкуру.
— Всё! Пока не обеспечишь три голоса — никакой встречи. И предупреждаю ещё раз: если CheilJedang отдаст все голоса Asia, я вообще прекращу с вами торговлю. Понял?
Щёлк.
Почему при каждом разговоре его угрозы становятся всё жёстче?
Сначала обещал урезать продажи. Потом — урезать вдвое. Теперь уже вообще прекратить торговлю.
— Вот же, блядь…
«Может, просто ворваться в кабинет председателя Cheonggu? Как вообще до него добраться?»
Проблема становилась всё безнадёжнее.
⁂
Пятница, 10 марта.
В Jungang Ilbo вышла статья о выборах председателя Торгово-промышленной палаты Тэгу.
┌─ DAEGU JUNGANG ILBO│ «Давление универмагов из-за голосов»│ Одновременное участие руководителей двух крупнейших универмагов Тэгу в выборах председателя Торгово-промышленной палаты привело к давлению на компании-поставщики из-за принадлежащих им голосов…└─
Ко Михе честно отработала дорогой обед, но эффект оказался куда слабее, чем надеялся Пёнман.
Для обычных людей это не стало даже интересной сплетней, а позиция CheilJedang никак не изменилась.
Пёнман чувствовал, как петля затягивается.
⁂
Суббота, 11 марта.
В Cheongbaek Plaza он обедал с Ку Мисук.
Пёнман давно и тщательно поддерживал с ней отношения, и теперь они общались уже без особой дистанции.
Они сидели друг напротив друга в ресторане Gaeseong на десятом этаже Plaza, который славился юкхве-пибимпапом.
— Пёнман, что с твоим лицом? Последние дни выглядишь ужасно.
Пёнман поморщился.
— Кровь из меня по капле высасывают. Всё из-за выборов председателя Палаты.
Ку Мисук прищурилась.
— А при чём тут ты?
— Даже не спрашивайте. Вчера статью в газете не видели?
— Видела. На вашу компанию тоже давят?
— Конечно. Компания хочет отдать все голоса Asia, а директор Чха Чэу давит на меня. Я уже с ума схожу.
— Но это же не то, что ты можешь решить. Забей.
Вот бы и правда можно было забить.
— Ха-ха-ха… От бессилия уже слов нет. Если ничего не сделаю, крайним останусь только я. Директор по закупкам сказал, что если не принесу три голоса, вообще прекратит торговлю.
— Да ну. Совсем прекратить не смогут. Без CheilJedang отдел нормально не заработает.
— Полностью — может, и нет. Но продажи точно урежут. А Asia Department Store, наоборот, вырастет. И идиотом останусь я один.
Ку Мисук посмотрела на него почти с жалостью, как на бездомного.
— Бедняга. Говорят, даже если небо рухнет, всегда найдётся выход. Совсем никаких вариантов?
Пёнман двумя руками надавил на виски.
— Если бы я только встретился с председателем Ку Янмо, какой-нибудь вариант, кажется, нашёлся бы. Но я даже не знаю, бывает ли он в кабинете. Нуна, вы тут давно работаете. В секретариате председателя никого не знаете? Мне бы только узнать, на месте ли он. Я бы сам туда вломился и поговорил.
Сегодня была суббота, а голосование — в следующую среду. Но Пёнман до сих пор не сдавался.
— В секретариате?
— Ага. Вы столько лет здесь работаете. Может, кого-нибудь знаете?
— И что ты скажешь председателю?
— Попрошу его позвонить нашему председателю Сону.
— Что? Думаешь, наш председатель станет звонить вашему? Они вроде и не близки.
Мисук постучала пальцем по столу.
— Поэтому мне и надо встретиться с ним лично и убедить. Если он победит — хорошо ему. Если я спасу продажи — хорошо мне. Но для этого надо попасть к нему.
— Ох… Ладно. Попробую узнать и позвоню.
— Серьёзно?
— Ничего не обещаю. Только спрошу. Так что сильно не надейся.
— Всё равно спасибо, нуна.
Даже если Мисук что-нибудь найдёт, времени оставалось почти ноль.
Завтра воскресенье, в понедельник Cheonggu закрыт. Голосование в среду. Значит, если Ку Янмо должен позвонить Сон Хитхэ, встретиться с ним необходимо во вторник.
Получится ли?
Пёнман делал всё, что мог, цепляясь за последнюю ниточку надежды.
⁂
Вторник, 14 марта. За день до голосования.
Пёнман стоял на одиннадцатом этаже Cheongbaek Plaza.
В воскресенье позвонила Ку Мисук и без всяких объяснений сказала только одно: 14-го, в два часа дня, подойти к кабинету председателя.
Cheongbaek отдыхал по понедельникам, Asia — по вторникам.
Жители Тэгу даже запоминали это короткой присказкой: «Чхон — понедельник, А — вторник».
Мисук выбрала самый ранний день, когда реально могла провести Пёнмана к председателю.
Он упомянул об этом за обедом скорее от отчаяния, как человек хватается за соломинку, и совершенно не ожидал, что она действительно устроит встречу.
Перед дверью кабинета Пёнман тихо усмехнулся.
Когда в прошлой жизни он был вице-президентом, главы таких универмагов сами приходили к нему и кланялись.
А сейчас он нервничал лишь потому, что собирался встретиться с владельцем универмага.
«Пёнман, соберись. Ты собирался стать генеральным директором CheilJedang. Есть же у тебя хоть какая-то гордость».
Сотрудница проводила его внутрь.
За массивным деревянным столом сидел человек, которого Пёнман несколько раз видел по телевизору и в газетах.
Круглое лицо, глаза, изгибающиеся в улыбке полумесяцем.
Мужчина внимательно посмотрел на Пёнмана.
— Здравствуйте. Хан Пёнман, представитель CheilJedang, отвечаю за Cheonggu Department Store.
— Да. Садитесь. Говорят, вы хотели со мной поговорить?
Ку Янмо поднялся и пересел на одноместный диван в зоне для гостей.
— Да. Спасибо, что нашли время.
Пёнман сел слева от него. Ку Янмо включил электрический чайник на столике.
— У меня немного времени, поэтому сразу к делу.
— Председатель Ку, вы знаете нашего председателя Сон Хитхэ? Можете позвонить ему напрямую?
Ку Янмо опустил взгляд и хмыкнул.
— Ха-ха. Вы сейчас серьёзно? Я несколько раз встречал председателя Сона на мероприятиях и здоровался с ним, но мы не настолько близки, чтобы я просто так ему звонил.
— Председатель Ку, вы ведь хотите победить на этих выборах?
Ку Янмо поджал верхнюю губу и холодно посмотрел на него.
— И что? Предлагаете мне позвонить Сону и выпрашивать голоса?
— Нет. Сейчас председателю Сону вообще нет дела до выборов в Тэгу. По-моему, CheilJedang должна разделить свои голоса между двумя универмагами поровну, пять на пять. Asia Industries, строго говоря, даже не является нашим клиентом. Но Asia Department Store незаконно давит на CheilJedang и забрала себе все десять голосов.
— Незаконно давит?
Ку Янмо приподнял бровь, положил чай в белоснежный фарфоровый чайник и залил горячей водой.
— Я отвечаю за Cheongbaek и считаю это несправедливым. Рядовой торговый представитель не может пойти прямо к нашему председателю, поэтому я пришёл к вам. Несколько дней назад об этом уже писала Jungang Ilbo. Это явное давление со стороны Asia.
— Статью я видел. Но если я попытаюсь забрать голоса CheilJedang себе, разве это не будет тем же самым давлением?
«Чего он придирается к каждому слову?»
— Ну зачем так говорить? Я сам пришёл и прошу вас. И я не требую все голоса. Просто считаю справедливым отдать Cheongbaek хотя бы несколько.
В уголках глаз Ку Янмо появилась улыбка.
Он перелил чай из чайника в фарфоровый чахай. Над коричневой жидкостью поднимался белый пар.
— Ха-ха-ха… Кстати. Что у тебя с нашей Мисук?
— Что? С Мисук?
Пёнман недоумённо склонил голову.
«Мисуков вокруг мало, что ли? Ким Мисук, Ли Мисук, Пак Мисук, Чхве Мисук…»
— С моей племянницей, Ку Мисук.
«Чего?! Нуна Мисук — племянница председателя? Хотя фамилия и правда та же…»
— Я часто встречаюсь с ней по работе, потому что веду Cheongbaek. Мы хорошо общаемся.
Ку Янмо разлил чай по чашкам и одну поставил перед Пёнманом.
— Пейте и отвечайте. Вы не женаты?
— Нет, пока холост.
— Девушка есть?
— Нет.
Разговор явно свернул куда-то не туда.
Пёнман почувствовал себя так, будто его допрашивает будущий тесть.
Он сделал глоток.
Во рту разошлась лёгкая прохлада и тонкий аромат бамбука.
Это был чукрочха — дорогой зелёный чай, который выращивают среди бамбука и который в старину относили к особенно ценным сортам.
Даже в прошлой жизни Пёнман пробовал его всего несколько раз.
Он поднял чахай и подлил себе ещё. Когда выпадет следующая возможность выпить такую редкость бесплатно?
Пока Пёнман наслаждался дорогим чаем, Ку Янмо тоже сделал глоток и неожиданно улыбнулся гораздо теплее.
А затем выдал хорошую новость:
— Раз уж вы дошли до того, что пришли прямо ко мне, должно быть, вам и правда тяжело. Сегодня я позвоню председателю Сону и объясню ситуацию. Но слишком многого не ждите. Унижаться и выпрашивать я не стану.
Пёнман не чувствовал, что убедил его каким-то блестящим аргументом, и не понимал, почему тот вдруг изменил решение.
Но какое это имело значение?
Главное — Ку Янмо согласился позвонить.
Председатель неторопливо снова наполнил чашку.