На первом этаже судей уже ждал менеджер Нам. Он посадил их в машину и повёз в Чхильгок.
У входа в Chilgok Gyeongbuk Distribution гостей встретил Пёнман.
— Хан Пёнман, вторая группа специальных продаж Тэгу. Знаю, вы заняты, спасибо, что приехали так далеко оценивать наши магазины.
— Ха-ха! Так вот ты какой, Синий Дракон Кёнбука — Хан Пёнман!
— Ну, давайте уже внутрь. Поглядим, чего он там такого наворотил!
Едва Ким Чхунсик вошёл, взгляд зацепился за подозрительно знакомую конструкцию.
— Хм? Это ещё что?
Она была меньше вчерашней, но на промостоле стояла всё та же Эйфелева башня из SPAM.
Лица остальных судей тоже стали настороженными.
Вряд ли два человека независимо придумали совершенно одинаковую идею. Один явно скопировал другого.
Разница была в том, что здесь башня стояла на промостоле, а под ней SPAM был навален россыпью и действительно продавался.
— У вас в Тэгу что, мода на Эйфелевы башни?
Не понимая вопроса, менеджер Нам и Пёнман переглянулись.
В этот момент женщина с тележкой неудачно повернула и с размаху ударила промостол.
Бум!
— Ой!
Удар оказался достаточно сильным, чтобы грохот услышали вокруг. Башня слегка качнулась — и устояла.
Женщина, виновато оглянувшись, положила в тележку три банки SPAM и уехала.
— Эй, крепко собрал. Рухнула бы — я бы баллы снял.
Пёнман решил, что лучшего момента для объяснения не будет.
— Конструкция сделана с учётом безопасности. Верхняя часть собрана не из полных банок: пустые банки склеены между собой. А между средней и нижней секциями проложены доски, поэтому вес распределяется и башня не складывается.
— Пустые банки откуда взял?
— Попросил на заводе.
— Вот голова работает!
Ли Чхихён внимательно изучил промостол.
Вчерашняя башня в Asia Shopping была для него просто декорацией. Эта же выглядела как настоящая торговая выкладка.
— Здесь не только имидж товара продвигают. Выкладка действительно подталкивает к покупке.
Они обошли магазин и закончили оценку.
После этого сели в машину менеджера Нама и отправились к рынку Пхёнхва.
Пёнман тоже выбежал наружу, сел в Elan и погнал к главному магазину Pyeonghwa Chain.
Он всё-таки торговый представитель. Приехать позже собственного менеджера — позорище.
Тридцать лет коммерческих разъездов научили его не столько «кататься для удовольствия», сколько гонять между клиентами.
Нормальные люди на прогулочной поездке едут медленно, дышат воздухом, смотрят пейзажи. Пёнман же, если впереди было пусто, автоматически давил на газ.
В итоге он приехал первым и снова встретил судей у входа.
В главном магазине Pyeonghwa Chain взгляд Ким Чхунсика сразу упал на целую стену неизвестного товара справа.
Логотип CheilJedang знакомый, а продукцию он видел впервые.
— Это специальные позиции для этого клиента. Здесь знаменитая тэгуская улица жареных куриных желудков. Я разработал для неё специальную смесь для жарки, масло и соус. Вместе они дают около тридцати миллионов вон продаж в месяц.
— Чего?! Три позиции — тридцать миллионов в месяц?
— Да. В среднем за месяц уходит пятьсот сорок коробок смеси, тысяча восемьсот банок масла и сто коробок соуса.
— Ничего себе. Я слышал, что такая улица есть, но чтобы настолько…
Хо Манхо осмотрел специальную продукцию и заметил толпу покупателей возле главного прохода.
— А там чего народ столпился?
Подойдя ближе, он раскрыл рот.
В подземном торговом зале будто расцвели красные розы.
Словно попал в розовый сад.
Одна женщина фотографировала подругу.
— Встань туда! Вот так. Сыр!
Покупательницы щебетали вокруг трёх торцевых выкладок, утопающих в розах.
— Ёнсук, да они ещё и пахнут!
— Запах роз — убиться можно!
— Давайте тоже за фотоаппаратом домой сбегаем!
Три торцевых промостола в обрамлении красных роз превратили часть магазина в цветник.
Людям настолько нравилось, что женщины приносили камеры специально ради снимков.
Пёнман спрятал внутри выкладки флакон духов с ароматом розы, поэтому искусственные цветы казались настоящими ещё и на запах.
— Старший менеджер Ли, в Сеуле такое видели?
— Ха-ха! Никогда. За всю жизнь впервые вижу промовыкладку, украшенную розами.
— А ведь и правда Синий Дракон. Вот это придумал!
Стоявший рядом менеджер Нам расплылся в довольной улыбке.
Закончив фотографироваться, покупательницы брали с промостолов по несколько товаров CheilJedang.
Две торцевые выкладки были отданы бытовой химии, одна — переработанным продуктам.
CheilJedang заметно доминировала в выкладке. По магазину было грамотно расставлено множество дополнительных точек продаж.
Когда судьи закончили, Пёнман посоветовал:
— Если захотите попробовать жареные куриные желудки, найдите ресторан Pyeonghwa. На мой вкус, там лучше всего.
Но гостей больше заинтересовала сама улица.
Сколько же там заведений, если для них имеет смысл выпускать специальные продукты такими объёмами?
— Манхо, может, зайдём эту жареную штуку попробовать?
— Ха-ха! А давайте. Поедим — и как раз с Тондэгу на поезд домой.
Менеджер Нам пошёл вперёд показать дорогу до ресторана. Пёнман попрощался: по стажу ему было ещё рано садиться за один стол с такой компанией.
Он вышел на парковку и закурил.
С одной стороны, облегчение — проверка закончилась.
С другой, что-то не давало покоя.
Фраза судьи из Тэджона, который смотрел на башню SPAM не слишком доброжелательно:
— У вас в Тэгу что, мода на Эйфелевы башни?
Что это означало?
Если понимать буквально, он уже видел такую конструкцию где-то ещё.
Неприятное предчувствие не уходило. Докурив, Пёнман достал мобильный телефон и позвонил Чан Чиён.
Теперь телефон был и у него.
В день, когда выписали премию за соус, все торговые представители второй группы вместе сходили в салон и купили мобильники.
— Ой, господин Пёнман! Проверка хорошо прошла?
— Руководитель Чан, среди других конкурсных магазинов есть ещё где-нибудь башня из SPAM, кроме Chilgok Gyeongbuk?
— Ну…
Она замялась.
Значит, есть.
— Если есть, почему мне раньше не сказали?
Чиён поняла, что скрывать больше нет смысла.
— Киман попросил не говорить.
Стоило услышать имя Ан Кимана, как Пёнман вскипел.
Собственный одногодка украл его идею!
— Киман? Этот ублюдок спёр мою идею?
— Нет, он говорил, что сам придумал первым, а потом случайно зашёл в ваш магазин и увидел то же самое. Мол, уже поздно что-либо менять, а если поднять шум — будет только хуже…
Похоже, этот вор просто обманул Чиён.
— Понятно. Значит, Asia Shopping?
— Да. Но… вы правда сделали первым?
— Спросите у промоутерш в Asia Shopping, когда они собирали свою. Я поставил башню шестнадцатого мая — сразу после нашего выезда.
По его твёрдому тону Чиён поняла, что дело серьёзное.
— П-поняла. Простите, что не предупредила.
— Ничего. Внешность скопировать можно, но по-настоящему повторить мою башню у него не получится. Руководитель Чан, можно попросить об одном?
— О чём?
— Если в Asia Shopping случится какой-нибудь инцидент — сразу сообщите мне.
— Какой ещё инцидент?
— Знаете пословицу «башня, сложенная с трудом, не рушится»? Если перевернуть её, получается: башня, в которую труда не вложили, как раз рухнет.
Чиён совершенно не поняла, к чему он ведёт.
— Ладно. Если что-нибудь случится, позвоню.
9 июня, среда.
Из-за церемонии конкурса ежемесячное собрание Кёнбукского дивизиона в этот раз провели чуть позже.
Результаты объявлял руководитель группы поддержки Ким Сонсу.
— По всей стране выбрано всего десять лучших магазинов. И два из этих десяти — из нашего дивизиона!
Крупнейший Сеульский дивизион получил три места. Кёнвонский дивизион, объединявший Кёнгидо и Канвондо, — два. Чхунчхон, Чолла и Кённам — по одному.
Кёнбук стал единственным нестоличным дивизионом с двумя победителями — отличный результат.
Ли Сокчун молился, чтобы поговорка о том, что съевший соль обязательно захочет пить, оказалась правдой.
Пусть хотя бы один из двух будет его магазином.
Ан Киман покосился на стоящего в соседнем ряду Пёнмана и мысленно усмехнулся.
«Не надейся, Пёнман. Если кто и выиграет — я. Тебе ничего не светит».
Его башня была намного выше пёнмановской. Если выбирать лучший магазин, Asia Shopping просто обязан победить.
Ким Сонсу выдерживал паузы как ведущий новогодней церемонии.
— Сначала объявлю один из магазинов, удостоенных звания лучшего. Этот магазин находится в Тэгу. В Тэгу!
— Да блин!
— У-у-у!
— Быстрее говорите!
Довольный реакцией сотрудников, Сонсу снова поднял микрофон.
— Он находится в Тэгу… в спец-и-и-альных продажах!
— Ну чего тянете-то?!
— В какой группе?!
Когда народ уже готов был задохнуться от нетерпения, он продолжил:
— Тэгу, вторая группа специальных продаж — главный магазин Pyeonghwa Chain! Ответственный сотрудник, выходите вперёд!
Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп!
— У-у-у-у-у!
— Хан Пёнман! Хан Пёнман! Хан Пёнман!
Гром оваций и гордый хор промоутерш, выкрикивающих его имя.
Ли Сокчун и Ан Киман с каменными лицами сжали губы и уцепились за последнюю надежду — второй магазин.
Пока Пёнман шёл вперёд, Ким Сонсу снова заговорил:
— А теперь объявим второй лучший магазин нашего дивизиона. Подразделение — Тэгу, специа-а-альные…
Он внезапно остановился и обратился к Сокчуну.
— Руководитель Ли, как думаете, какой магазин?
Сокчун решил: раз спрашивают именно его, значит это точка первой группы.
И радостно, во весь голос, ответил:
— Asia Shopping! Думаю, Asia Shopping!
«Столько денег на них потратил. После всего, что они сожрали за мой счёт, если плохо оценили — они уже не люди».
На лице Сокчуна появилась удовлетворённая улыбка. Денег ушло много, зато он был уверен: цели добился.
Ан Киман тоже расцвёл, словно победу Asia Shopping уже объявили.
И даже мысленно сокрушался:
«Блядь! Надо было ещё в главный Pyeonghwa заглянуть. Вот тогда я бы Пёнмана вообще в ноль размазал!»
Примечания переводчика:
1. `공든 탑이 무너지랴` — корейская пословица: «разве рухнет башня, сложенная с трудом?» Смысл близок к «тщательный труд не пропадёт даром». Пёнман намеренно переворачивает её: `공 안 들인 탑은 무너진다` — «башня без вложенного труда рухнет».