Пока коллеги снова и снова возвращались к тому, что произошло с Пёнманом вчера, он вдруг вспомнил кое-что, совершенно вылетевшее из головы.
Маленькая рыбацкая лодка в порту Одо.
Та самая, на которой его вывезли в море, чтобы утопить.
Ли Ёнсу странно посмотрел на Пёнмана, который вдруг стукнул себя по голове.
— Что случилось?
— А… вспомнил одну вещь, про которую совсем забыл.
— А авария где произошла?
Ёнсу всё ещё хотел знать подробности вчерашнего.
Остальные тоже повернулись к Пёнману.
Он поднял глаза к потолку, восстанавливая в памяти события.
— Я и правда думал, что умру. На Posco-daero поворачивал в сторону Jinseong Trading, и на меня вылетел огромный грузовик. Если бы остался в машине — точно погиб бы.
— Ничего себе! И вы в такой момент ещё додумались выпрыгнуть из машины!
На самом деле без сна, без согнутой старушки на переходе Пёнман не успел бы понять опасность и выпрыгнуть.
Теперь спросил Ким Мингю:
— А в море вас действительно вывезли, чтобы утопить?
— На лодке стояло белое пластиковое ведро, доверху заполненное застывшим цементом. Ещё приготовили верёвку. Собирались привязать это ко мне.
Ёнсу аж захлебнулся от злости.
— Эти сволочи живого человека вот так собирались похоронить?! Да они вообще не люди!
Ким Мингю поправил:
— Ёнсу, это не похоронить. Это утопить. Утопить.
Ёнсу проигнорировал замечание.
— А сколько их на лодке было?
— Четверо.
— И хён один всех четырёх бандитов уложил?
— Да. Иначе бы сейчас здесь не сидел. А!
Пёнман снова вспомнил то, о чём только что подумал.
— Я же этих четырёх запер в рыбном трюме и до сих пор никому не сообщил!
Если никто случайно не пришёл и не обнаружил лодку, все четверо до сих пор сидят внизу.
Со сломанными запястьями и руками, разбитыми лицами и головами.
Пак Чонхо подробностей не знал и беззаботно махнул рукой.
— Да оставьте. Пусть там хоть с голоду подохнут.
— Может, и правда?
— Они живого человека собирались утопить. Пусть сами немного почувствуют, каково это — быть запертым и ждать смерти.
Это, конечно, не то же самое, что оказаться на дне моря.
Но провести время в рыбном трюме, словно тебя похоронили заживо, — тоже полезный опыт.
Тут Чу Чинхи с влажными глазами обратилась к Пёнману:
— Заместитель Хан… спасибо. Надо было до конца вам доверять. Но вчера руководитель Пак так меня запугал…
К Чинхи Пёнман относился мягче.
В прошлой жизни из-за указаний Пак Чонпхаля она в какой-то момент вообще хотела увольняться.
Столько нервов он ей испортил.
А теперь выяснилось, что были ещё и домогательства.
— Всё нормально. Лучше скажите, кого вы хотите видеть следующей руководительницей команды?
Чинхи, похоже, уже думала об этом.
— Думаю, лучше всего Сунги.
— Ли Сунги? Она, конечно, справится… Но вы уверены?
Ответ удивил.
Насколько Пёнман помнил, Чинхи и Сунги не особенно ладили.
Почему тогда именно она?
— Уверена. Сунги не такая слабохарактерная, как я. Если ей прикажут делать подобное, она сразу скажет, что не будет.
Пак Чонхо хлопнул в ладоши и рассмеялся.
— Ха-ха! Верно! Эта Сунги даже Пак Чонпхалю всегда говорила всё прямо.
— Хорошо. Тогда руководитель Чу сама скажет Сунги. Думаю, так будет лучше.
Если Чинхи лично предложит ей место, возможно, это даже поможет наладить отношения между ними.
— Хорошо.
Пришло время заканчивать обед.
Пёнман по очереди встретился глазами с коллегами и твёрдо сказал:
— Пак Чонпхаля забыли. До закрытия месяца осталось совсем немного. Каждый должен сосредоточиться на своей работе, чтобы план не сорвался. Именно сейчас мы обязаны показать хороший результат и не дать Пхоханскому филиалу снова стать посмешищем. Всё понятно?
— Да!
— Есть!
Так, не проработав в Пхохане и месяца, Хан Пёнман избавился от коррумпированного руководителя и сам стал исполняющим обязанности главы филиала.
⁂
На следующий день, в четверг, 26 марта, на утренней планёрке Пёнман сделал важное объявление.
— С первого апреля перераспределяем клиентов.
— С чего вдруг?
— В апреле к нам добавится один сотрудник.
Все удивлённо подняли головы.
Об этом они слышали впервые.
— Кто?
— Ким Тону из второй команды специальных продаж Тэгу. Скорее всего, выйдет к нам со второго числа.
В Пхоханском филиале раньше было шесть продавцов.
В феврале ушли двое старших заместителей.
В марте вместо них пришёл только Пёнман, поэтому штат оставался меньше обычного на одного человека.
Ещё перед переводом Пёнман просил директора отправить его вместе с Ким Тону.
Но сразу забрать двух сотрудников из второй спецкоманды Тэгу было трудно, поэтому перевод Тону перенесли на апрель.
Пёнман долго обучал его.
Теперь Ким Тону уже превратился в сильного продавца.
И Пёнман собирался в Пхохане получить полную отдачу от всех вложенных в него усилий.
— Как именно распределим?
— По минимуму. Ким Тону получит только три клиента: The Sale Mart, Giga Mart Pohang и Cheongbaek D Mart.
Все три считались местными дискаунтерами.
Они продавали много.
А значит, и диктовали поставщикам условия куда жёстче обычных клиентов.
— О-о! Отлично!
— Заместитель Хан, да здравствует!
Ли Ёнсу и Пак Чонхо радовались, как старик из сказки, избавившийся от огромной бородавки.
Но, посмеявшись, Ёнсу вдруг нахмурился.
— Тогда у меня продаж совсем мало останется, разве нет?
Для продавца оборот — вопрос гордости.
От тяжёлых клиентов избавиться приятно.
Но слишком маленькая цифра по продажам уже задевала самолюбие.
— После передачи получится примерно шестьдесят миллионов вон в месяц?
— Да. Но я всё-таки продавец. Хотелось бы больше ста миллионов. Я же не новичок.
— Как вы сами оцениваете нагрузку: Giga Mart Pohang плюс Cheongbaek D Mart против пяти магазинов Park Plus? Сколько на сколько?
Ёнсу посмотрел на лампы на потолке и задумался.
— Хм… Giga и D точно больше половины работы.
— Вот. А я считаю, что только на Park Plus можно делать сто миллионов в месяц. Если половина нагрузки уходит, сосредоточьтесь на пяти Park Plus: улучшите выкладку, расширьте акции и доведите оборот до ста миллионов.
— Что?!
У Ёнсу чуть челюсть не упала на стол.
Поднять нынешние шестьдесят миллионов до ста?
Пёнман понял: надо объяснить, почему задача реальна.
— Какой общий месячный оборот Park Plus?
— Даже не знаю… Говорят, около трёх миллиардов вон.
— Вот именно. Обычно месячный оборот нашей продукции в магазине примерно соответствует среднему дневному обороту самого магазина. Если Park Plus продаёт за месяц три миллиарда, его средний день — сто миллионов. Значит, и мы должны продавать там около ста миллионов в месяц, чтобы быть на нормальном уровне.
Доля CheilJedang в продажах супермаркета или дискаунтера в таком расчёте получалась примерно одна тридцатая.
— Сто миллионов только в Park Plus…
Даже после вполне логичного объяснения Ёнсу выглядел так, будто ему поставили невозможную цель.
Но Пёнман так не считал.
Среда изменилась.
— Не надо думать, что это слишком сложно. Раньше Пак Чонпхаль не давал нормально проводить акции, потому что хотел вытаскивать деньги. Теперь такого не будет. Мы увеличим число акционных дней и будем выдавать промоматериалы как положено.
Ёнсу хлопнул себя по колену.
— Точно! Тогда, пожалуй, реально.
— У господина Пак Чонхо то же самое. Пять One Top Mart — минимум сто миллионов. Если собираетесь работать спустя рукава и бездельничать, со мной не уживётесь.
Ким Мингю тихо усмехнулся в сторону Чонхо.
— Хе-хе. Похоже, заместитель Хан знает, что ты вместо работы гуляешь.
Пёнман внимательно оглядел всех.
— Достаточно зайти в магазин — и всё видно. Выкладка, промостойки, наличие новинок. Сразу ясно, работает продавец или нет. И это ещё не всё. В каждой точке есть люди, которые за вами наблюдают: директор магазина, владелец, промоутеры. Мне достаточно приехать и задать один вопрос — расскажут всё.
Пак Чонхо и Ли Ёнсу сжали губы и покачали головами.
Знакомый человек страшнее незнакомого.
Раньше руководителя филиала можно было обманывать.
А вот Пёнман сам продавец и понимает работу на земле.
Если он действительно начнёт ездить по точкам и спрашивать людей, скрыть безделье будет невозможно.
Раньше в рабочее время они могли сыграть в бильярд или просто побездельничать.
Теперь, похоже, придётся работать.
— Заместитель Сон. Daeseong Trading забираю себе. После всего случившегося оставлять проблемное агентство на вас нельзя. Взамен передам вам мелких клиентов из своего портфеля.
Сон Гибон не возразил.
Наоборот, громко ответил:
— Да. Понял.
Теперь единственным человеком, которому он доверял, был Пёнман.
Чтобы спокойно и долго дотянуть до пенсии, Гибон решил стать его верным вассалом.
— Мингю, у вас клиентская база не меняется. Но вместе со мной займётесь перестройкой агентств.
— Что? Перестройкой агентств?
Мингю так широко раскрыл глаза, будто они сейчас выпадут.
Остальные удивились ещё сильнее, чем при объявлении о перераспределении клиентов.
Но Пёнман спокойно продолжил:
— Когда я впервые приехал, сказал, что хочу сделать филиал местом, где приятно работать. Для этого надо выполнять план продаж. А чтобы хорошо продавать, сначала нужно перестроить сеть агентств.
Кто этого не понимает?
Проблема в том, что перестройка агентской сети — совсем не лёгкая работа.
— И… что вы собираетесь делать?
— Агентства со слабой продажей и те, кто не следует политике компании, заменим. На мой взгляд, NamBu Trading и агентства по напиткам требуют серьёзной работы.
— Ничего себе. Заместитель Хан, вы вчера вообще спали? Когда успели всё это придумать?
Пак Чонхо моргал и качал головой.
Для них иначе и правда выглядело невозможно.
Вчера произошла такая катастрофа.
Прошла одна ночь.
А Пёнман уже говорит о масштабной реструктуризации.
Но в прошлой жизни он восемь лет проработал в Пхоханском филиале главным заместителем и руководителем.
Он слишком хорошо знал его проблемы и порядок, в котором их надо решать.
Ночью Пёнман спокойно спал.
А все эти мысли просто прокрутил утром в такси по пути на работу.
Ким Мингю спросил:
— Чтобы заменить агентство, сначала нужен новый владелец…
Он не успел закончить.
Пёнман уже назвал кандидатов.
— Помните двоих старших, которые ушли в феврале? Предложу им открыть агентства.
— Что?! Бывшему заместителю Ли Санму и Ким Гёнчхолью?
Все снова были ошеломлены совершенно неожиданными кандидатами.