Пёнман прекрасно слышал весь разговор, но сделал вид, будто ничего не понял, и встал рядом с Чхве Кёнран.
— У меня дел по горло… Госпожа Чхве, вы, похоже, хорошо знаете этого человека. Тогда сами с ним и разберитесь. А я пошёл!
С этими словами он вышел из комнаты отдыха и с силой захлопнул дверь.
Бах!
Ли Дэук ошалело уставился на закрывшуюся дверь.
Новичка не подколол. Кто он такой, толком не объяснил. Розыгрыш он устраивал уже больше десяти раз, но такого финала ещё не видел.
— Ох… А почему у меня такое тувство, будто это меня разыглали?
— Хо-хо-хо! А вдруг Пёнман так и будет считать вас временным работником?
— Да ну, не мозет быть.
Так младший менеджер Ли Дэук совершенно непонятным образом заработал от Пёнмана первое поражение.
К шести вечера первый этаж боулинг-клуба Gukje был забит сотрудниками CheilJedang.
Двенадцать отполированных дорожек пока пустовали, зато у проката обуви выстроилась очередь, а у стоек с шарами толпились люди, подбирая подходящий вес.
Ким Сэун, только что закончивший вступительную речь, стоял у шестой дорожки и, пока сотрудники готовились, репетировал движение для церемониального первого броска.
Этот широкоплечий мужчина с добродушной бычьей улыбкой и был директором Ким Сэуном — руководителем кёнбукского филиала.
В филиале имелось два руководителя бизнес-направлений. Один — директор Ким Сэун из блока продуктовых продаж. Второй — главный менеджер Ким Сангу из фармацевтического блока.
Оба носили должность руководителя кёнбукского бизнес-направления, поэтому Ким Сэуна также называли руководителем продуктового направления, а Ким Сангу — фармацевтического.
Фармацевтическое направление появилось сравнительно недавно, и его руководитель по служебному рангу был не директором, а главным менеджером. Поэтому Ким Сэун, чей ранг был выше, одновременно возглавлял весь кёнбукский филиал.
Он повернулся к стоявшему рядом секретарю клубной секции по боулингу.
— Ну что, какие у нас в этом году правила?
— Как и в прошлом: играем две партии, а побеждает подразделение с наибольшей суммой очков.
— И кто, по-твоему, возьмёт первое место?
Секретарь, сам работавший в продуктовом направлении, почесал голову и виновато опустил взгляд.
— Боюсь, опять первая медицинская группа Тэгу из фармацевтического блока.
У них был мастер, стабильно выбивавший за двести, и благодаря ему команда выигрывала уже два года подряд.
Лицо Ким Сэуна, главы кёнбукского продуктового направления, заметно перекосилось.
Пока они разговаривали, жеребьёвка закончилась.
Вторая группа спецпродаж Тэгу получила пятую дорожку. Первая группа, которой физически было необходимо всегда оказаться впереди второй, — четвёртую.
У четвёртой дорожки Ан Киман уже вовсю хвастался ярким личным шаром.
— Знаете, сколько он стоит? Сто пятьдесят тысяч вон отдал.
— Ничего себе, солидный шар! Если судить только по нему, сегодня ты у нас должен быть лучшим, Киман. Ха-ха-ха!
Первая группа спецпродаж была полна уверенности. Настроение — отличное.
Совсем иначе выглядела команда на соседней пятой дорожке.
Менеджер Нам выпустил белую рубашку из брюк и закатал рукава до локтей, но лицо оставалось напряжённым. Чхон Манбэ, переодевшийся в футболку, выглядел не лучше.
Они нервничали сразу по двум причинам: никто не знал, как играет Пёнман, зато по Ким Сонён, казалось, всё было понятно и без проверки.
Сонён так и осталась в офисной униформе и выглядела так, будто вот-вот расплачется.
Трое сидели с каменными лицами. Только четвёртый участник второй группы — Пёнман — спокойно оглядывался по сторонам, словно никаких проблем вообще не существовало.
Сонён устроилась в компанию лишь в этом году. Корпоративный турнир она видела впервые. Да что там — в боулинг-клуб пришла впервые в жизни.
В отделе была всего одна сотрудница внутреннего офиса, а женщина обязана участвовать в команде, поэтому выбора ей не оставили.
Но одно дело впервые покатать шар с друзьями ради забавы и совсем другое — представлять целое подразделение на турнире.
Тревога, страх и напряжение перемешались так, что до настоящей депрессии оставался один шаг.
Сонён сидела и нервно грызла ногти, когда перед ней снова возник Чхон Манбэ и начал свою лекцию.
— Сонён, просто делай, как я сказал. Не нервничай. Представь, что тебе надо только прямо прокатить шар. Поняла?
В его представлении это должно было её успокоить. Судя по лицу Сонён, не сработало.
— Лучшие в мире! Первая группа спецпрода-а-аж! Вперё-ё-ёд!
На соседней дорожке игроки и болельщики первой группы Тэгу собрались вместе и гаркнули так, словно проходили строевую подготовку.
У второй группы, кроме четырёх игроков, пока вообще никто не появился.
Поэтому их ответ прозвучал куда сиротливее:
— Самые сильные! Самые сильные! Вторая группа спецпродаж! Вперёд!
Чхон Манбэ подошёл к Пёнману и несколько раз хлопнул его по плечу.
— Пёнман, смотри не подведи. Плохо сыграешь — получишь!
Пёнман повернул голову. Манбэ смотрел исподлобья, подняв свои маленькие глаза.
Пёнман даже бровью не повёл и спокойно встретил его взгляд.
— А сколько очков считается хорошо?
— Раз уж ты выступаешь за спецпродажи, хотя бы сто семьдесят должен выбить. Иначе нам в призы не попасть.
В ответ Пёнман только загадочно улыбнулся.
Первым на апроуч — площадку для разбега перед броском — вышел менеджер Нам. Как руководитель команды, он сам вызвался открывать игру.
На лице у него было уже не просто напряжение, а почти решимость человека, идущего в бой.
И тут с соседней дорожки заорал руководитель первой группы Ли Сокчун:
— Менеджер Нам! Даже у дерьмовой воды есть верх и низ! Старшее подразделение должно бросать первым!
Лицо Нама мгновенно стало таким, словно он откусил что-то особенно мерзкое.
По правилам этикета, если игрок уже вышел на апроуч, с соседней дорожки обычно не начинают бросок: человек рядом отвлекает. Проще говоря, кто первым занял площадку, тот первым и играет.
Но игрок первой группы ещё даже не вышел, а Ли Сокчун уже требовал уступить ему только потому, что первая группа формально старше второй.
Манеры? Не слышал.
— Ха-ха. Хорошо, бросайте первыми.
От очередности очки не прибавлялись, поэтому Нам без спора сошёл с апроуча.
Ли Сокчун, вдоволь продемонстрировав власть, важно расправил плечи и отправил первым Ан Кимана.
На Кимане была синяя футболка и плотно облегающие чёрные спортивные брюки. Он сразу вышел на дорожку и красивым движением отправил вперёд шар, раскрашенный словно горящая планета.
«Планета» быстро покатилась по правой стороне, а перед самыми кеглями резко ушла влево и вошла между первой и третьей.
Первая кегля стояла впереди треугольника из десяти, третья — справа во втором ряду.
Идеальный длинный хук буквально взорвал расстановку.
Грохот!
— У-у-у-у!
— Страйк! Страйк!
Первая группа заорала так, будто уже выиграла турнир.
Киман эффектно махнул рукой, вернулся к своим и по пути собрал целую очередь хай-файвов.
— Вот так, Киман! Вот как должна играть первая группа спецпродаж! Ха-ха-ха-ха!
Пока менеджер Ли Сокчун довольно хохотал, Нам снова поднялся на апроуч.
Теперь на его плечах словно действительно лежал невидимый груз.
Отдел продаж вообще очень похож на армию. Каждый день приходится вести войну с продавцами конкурентов и побеждать.
Пусть сегодняшний турнир был всего лишь дружеским корпоративным соревнованием, два поражения подряд от фармацевтического блока выглядели так, будто продуктовые продажи уступают ему по силе.
Поэтому Ким Сэун жёстко приказал: в этом году кубок обязательно вернуть продуктовому направлению.
Как руководитель второй группы спецпродаж и один из тех, кто должен был идти в авангарде продуктового блока, Нам шагнул вперёд с почти военной серьёзностью.
Видимо, боулингом он всё-таки занимался: стойка была уверенной. Он высоко поднял левую руку и выпустил из правой одиннадцатифунтовый шар.
Тот пошёл прямо справа, в сторону третьей и шестой кеглей, а в самом конце слегка завернул влево и попал между первой и третьей.
В отличие от длинного хука Кимана, Нам бросал короткий. Первая и третья кегли упали, сметая все остальные за собой.
— У-у-у!
— Есть! Страйк!
— Отлично, менеджер Нам!
Нам с широкой улыбкой вернулся к команде, а вторым вышел Чхон Манбэ.
На правой руке у него красовался фиксатор запястья, похожий на деталь робота, в ладони — тёмно-фиолетовый шар.
Широкие плечи, обтягивающая чёрная футболка — со стороны настоящий спортсмен.
Выйдя на апроуч, Манбэ сосредоточился на первой кегле так, словно хищник выбрал добычу.
Он сделал шаги и высоко отвёл правую руку назад. Замах — как у профессионала.
Левая нога резко остановилась перед линией фола. Правая рука пошла вперёд, и шар тяжело ударился о дорожку.
Бум!
Как пушечное ядро!
Катится, катится, катится…
…в жёлоб.
Красивейшая техника Чхон Манбэ никак не помешала шару совершенно уверенно отправиться туда, куда его никто не звал.
Игроки второй группы разочарованно выдохнули. Зрители захихикали.
Манбэ застыл у линии фола в идеальной финальной позе.
На целых три секунды.
Кожа у него была толстая, но даже ему после такого не хотелось оборачиваться.
Вечно стоять спиной к людям, впрочем, не выйдет.
Манбэ медленно повернулся. Лицо пылало. Он почесал голову, выдавил неловкую улыбку и, сразу опустив взгляд, поспешил к месту команды.
Нам протянул ему кулак. Манбэ, не поднимая глаз, вяло стукнулся своим.
Следом Пёнман тоже слегка коснулся его кулака — и тут же подкинул наживку.
— Может, поспорим? Тысяча вон за очко. Идёт?
— Чего?
Манбэ даже дар речи потерял.
Насколько же низко этот новичок его ставит, если сам первым предлагает денежное пари?
Лицо Манбэ уже становилось похожим на маску злого духа, а Пёнман, будто специально издеваясь, продолжал лучезарно улыбаться.
— После каждого фрейма сразу считаем разницу и платим наличными. По-моему, будет весело.
Эта фраза была всё равно что ядерная бомба, сброшенная в уже готовый извергнуться вулкан.
Стыд и тревога после провального первого броска исчезли без следа.
На их месте вспыхнул азарт.
Чхон Манбэ считал себя человеком азартным и любил пари. Пёнман это прекрасно знал — потому и поддел его намеренно.
Зачем?
Точно не ради того, чтобы обчистить Манбэ.
Пёнман предложил спор потому, что хотел победить — и в этой партии, и во всём турнире.
Хан Пёнман начал рядовым продавцом CheilJedang и в прошлой жизни дошёл до генерального директора.
В нём всегда было больше, чем у большинства, желания стать лучшим и почти болезненной потребности выигрывать конкуренцию.
Это и было его внутренним двигателем. Благодаря ему Пёнман добивался лучших результатов, один успех складывался с другим — и в конце концов привёл его на самый верх.
Он хотел, чтобы продуктовый блок, которому отдал жизнь и к которому снова принадлежал, наконец победил фармацевтов.
А раз уж на то пошло, почему бы победителем турнира не стать именно второй группе спецпродаж?
Для этого Чхон Манбэ должен был забыть провал первого броска и нормально сыграть дальше.
Примечание переводчика
1. В этой главе особенно хорошо видно различие между корейским служебным рангом 직급/직위 и фактической должностью 직책. Ким Сэун (김세웅) имеет ранг 이사 — в переводе «директор», — и одновременно занимает должности руководителя продуктового бизнес-направления и главы кёнбукского филиала. Ким Сангу (김상구) выполняет сопоставимую руководящую функцию в фармацевтическом направлении, но его служебный ранг ниже: 부장 — «главный менеджер». В переводе ранг и должность всегда ведутся отдельно.