Конечно, Пёнман всё прекрасно знал.
Муку Eunha Noodles им ни разу не удалось продать именно потому, что руководитель Snowman Хам приходился племянником президенту фабрики.
Но других мест, куда можно было срочно пристроить дополнительные пятьсот тонн высокосортной муки, у него просто не было. Поэтому и приехал, несмотря ни на что.
Пёнман не растерялся и пустил в ход главное оружие — язык.
— А какая между этим связь? Snowman ведь сама муку не производит.
Если по сути, Snowman и CJ действительно конкурировали.
Но Eunha Noodles с CJ прямыми конкурентами не были.
Лапшу продавали и Snowman, и CJ, однако у Eunha была своя устойчивая аудитория, поэтому на рынке они сталкивались не так уж часто.
Если смотреть рационально, при подходящей цене и качестве причин отказываться от муки CJ не было.
— Оно-то так, но с этого года мы будем делать для Snowman по OEM их «Бабушкину лапшу». Поэтому использовать муку CJ не можем.
Ситуация стала ещё сложнее.
Для OEM-продукта Snowman действительно могла запретить сырьё конкурента.
Но ведь собственная лапша Eunha тут ни при чём?
И тут мужчина, который раньше узнал Пёнмана, зло распахнул глаза и крикнул:
— Только попробуйте взять у CJ хоть килограмм муки! Я сразу доложу наверх.
Вот уж приехал в самый неудачный день.
Мало того что фабрика не брала продукцию CJ из-за родства владельцев, теперь она ещё и стала OEM-производителем Snowman.
И вдобавок сотрудник Snowman собственными глазами увидел, что Пёнман сюда приезжал.
Щели, в которую можно было бы пролезть, почти не осталось.
«Может, проклясть их?»
И что будет?
Сейчас сделку открыть, пожалуй, получится. Но как только проклятие закончится, поднимется скандал, а поставки снова остановят.
Времени было мало. Пёнман решил отказаться от Eunha Noodles и скорее ехать к следующему кандидату.
— Понял. Тогда буду считать, что сегодня мне хотя бы посчастливилось посетить крупнейшую лапшичную фабрику страны и лично познакомиться с президентом.
Он вежливо поклонился.
Но сотрудник Snowman снова заорал ему вслед:
— Хан Пёнман! Я теперь каждый день сюда приезжать буду. Даже не думайте поставлять сюда муку! Если у них из-за этого возникнут проблемы, меня опять вышвырнут домой! Прошу, оставьте меня в живых!
Похоже, из-за Пёнмана этот человек в прошлом и правда хлебнул достаточно, раз теперь буквально просил пощады.
Пёнман кивнул.
— Хорошо.
«Я-то приезжать не буду. Отправлю продавцов».
Выйдя из офиса Eunha Noodles, он сел в служебную машину и поехал в головной офис Pureunmul.
Один из лучших плюсов должности директора бизнес-подразделения — компания выделила водителя.
Теперь во время поездок Пёнман мог спокойно думать.
Смотря из заднего кресла в окно, он вдруг наконец вспомнил человека из Eunha Noodles.
Когда Пёнман был новичком в Тэгу, тот вообще не работал в Snowman.
Это был продавец Geosang Хо Инхо.
Именно он превратил главный магазин Cheongbaek Chain в настоящую витрину Geosang.
А Пёнман потом превратил её в супермаркет CJ.
Позже Хо Инхо решил отомстить в Chilgok Gyeongbuk Distribution, подкупил управляющего Ку Сивона, чтобы передвинуть выкладку, — и снова был разгромлен Пёнманом.
Точно. Тот самый Хо Инхо.
Жизнь его, видимо, потрепала.
При первой встрече он выглядел элегантным красавчиком, а теперь — обычным мужиком за пятьдесят. Хотя скользкая ухмылочка никуда не делась.
Из-за плохих результатов Хо Инхо ушёл из Geosang и открыл фруктовую лавку.
Но грянул кризис IMF, и магазин быстро прогорел.
Кроме продаж он ничего толком не умел, поэтому в конце концов снова устроился продавцом — уже в Snowman.
И до сих пор дорос только до младшего менеджера.
Если бы в своё время не пытался тягаться с Пёнманом, вполне мог бы уже стать главным менеджером Geosang. Всё-таки когда-то он считался одним из их лучших продавцов.
Станет ли новая встреча с Пёнманом удачей или очередным несчастьем — снова зависело от самого Хо Инхо.
С Pureunmul встреча была заранее назначена на два часа дня.
Да, компании конкурировали и не торговали друг с другом. Но это не повод вообще не встречаться.
На таких разговорах можно узнать что-то о сопернике, а если найдётся область, где интересы совпадают, иногда рождается и совместный бизнес.
Поэтому до встречи Пёнман даже решил, что руководитель закупок Pureunmul, раз согласился его принять, человек достаточно открытый.
Ровно до того момента, как вошёл в переговорную.
— А?
За столом сидел знакомый.
Тот широко улыбнулся и громко поприветствовал его:
— О-о! Какая встреча! Директор бизнес-подразделения Хан Пёнман!
Пёнман несколько раз моргнул.
— Это ещё кто… Сон Чуён?!
Точно.
Несколько лет назад, когда Пёнман курировал сети дискаунтеров, Сон Чуён занимался тем же направлением.
И теперь оказался здесь — с блокнотом и термокружкой в руках.
Эгоистичный от природы Сон Чуён именно из-за Пёнмана приобрёл в команде дискаунтеров репутацию бесполезного человека.
После ухода Пёнмана его, как и в прошлой жизни, перевели в закупочное бизнес-подразделение.
В той жизни Пёнман позднее вернул его обратно в команду дискаунтеров.
В этой — возвращать было некому.
Сон Чуён не выдержал в закупках и уволился, после чего устроился в Pureunmul как опытный специалист.
Поскольку в CJ успел стать менеджером, здесь его взяли сразу главным менеджером.
Сон Чуён гордо расправил плечи.
— Ха-ха! Здесь я руководитель закупок. До директора бизнес-подразделения, как вы, сонбэ, не дорос, но должность тоже довольно влиятельная.
По его довольной улыбке Пёнману почему-то сразу стало не по себе.
То, что закупками Pureunmul руководит именно Сон Чуён, явно не обещало ничего хорошего.
Но он всё равно натянул торговую улыбку и протянул руку.
— Поздравляю. Мечта любого продавца — перейти в закупки. Добился-таки своего. Ха-ха!
И это не шутка.
Большинство продавцов терпеть не могут закупщиков — слишком часто сталкиваются с их высокомерием.
Но при этом сами постоянно говорят:
«В следующий раз устроюсь в закупки».
Не потому, что хотят сами помыкать людьми. Просто мечтают хоть раз поработать там, где не помыкают ими.
Сон Чуён кивнул.
— Верно. Меня самого закупщики так достали, что я в итоге и ушёл в закупки.
Вот такие люди и опаснее всего.
Они слишком хорошо знают продажи.
А значит, прекрасно видят слабости продавца и умеют давить точно туда, куда нужно.
Поздоровались — пора к делу.
— Руководитель Сон, помоги мне.
— Ха-ха-ха! Это бог продаж просит помощи у меня?
Стоило Пёнману немного склонить голову, как Сон Чуён явно развеселился ещё больше.
— Возьми у нас муку. Вы ведь много высокосортной используете.
Сон Чуён сразу замотал головой.
— Ой, вы что, пришли сюда продавать продукцию? А я думал, просто поздороваться.
Если бы Пёнман приехал просто познакомиться, разговаривал бы не с руководителем закупок, а с их исполнительным директором — по должности это соответствовало бы статусу директора бизнес-подразделения.
Сон Чуён и сам это прекрасно понимал. Просто наслаждался ситуацией.
Пёнману не нравился тон, но что делать? Когда хочешь продать, терпит тот, кому нужнее.
— Возьми пятьсот тонн высокосортной муки в месяц. Цена будет хорошая.
Сон Чуён расхохотался, запрокинув голову так, что виден стал весь язык и глотка.
— Уа-ха-ха! Не пятьдесят, а пятьсот тонн? И Pureunmul должна покупать их у CJ? Сонбэ, вы опять решили создать какую-нибудь легенду?
Очень хотелось засунуть палец прямо в этот разинутый рот.
Но Пёнман сдержался и ещё раз склонил голову.
Сейчас он не старший коллега. Сейчас он продавец, то есть слабая сторона переговоров.
«Если нормально объясню ситуацию, может, бывший продавец CJ возмутится наглостью Snowman и поможет?»
Но раскрывать здесь поведение Snowman было опасно.
Если слух дойдёт до них, виноватый всегда первым начинает дёргаться. Snowman наверняка устроит скандал.
Поэтому Пёнман не стал рассказывать причину и решил надавить просто на человеческие отношения.
— Есть обстоятельства. Один раз помоги. Чуён, я эту услугу не забуду и обязательно верну.
Сон Чуён скрестил руки и высоко поднял подбородок.
— Я бы рад, но меня тогда сразу уволят. Сейчас руководство Pureunmul впадает в припадок, стоит услышать слово CJ.
Он и раньше любил важничать, а теперь сел в кресло покупателя и почувствовал власть. Разумеется, нос задрал ещё выше.
Пёнман едва терпел эту манеру, но ради информации спросил:
— Почему? Pureunmul ведь отлично идёт.
— Недавно мы потеряли первое место по доле рынка тофу.
«Блядь. Почему именно сейчас?»
По памяти Пёнмана, CJ лишь однажды сумела обойти Pureunmul в категории тофу.
Похоже, сегодня небеса решили от него отвернуться.
Куда ни приедет — везде всплывает знакомый и мешает.
Но он не сдавался и попробовал рациональный довод:
— Ты же понимаешь: в B2C мы конкуренты, но B2B — другое дело. Если мы поставим дешевле, Pureunmul тоже выиграет.
Сон Чуён, глядя на отчаяние Пёнмана, всё улыбался. Словно ему нравилось, что бывший старший теперь просит его о помощи.
— Ха-ха! А вы сами разве не знаете ответ? Если CJ внезапно столкнётся с дефицитом, что будет с нами? Как сейчас с соевым маслом. В первую очередь урежете поставки конкуренту Pureunmul, разве нет?
Сказать «да» нельзя. Но и уверенно отрицать — слишком лицемерно.
Если действительно возникнет такой кризис, вероятность подобного распоряжения сверху была высокой.
Пёнман всё равно попробовал продавить:
— Ты сам там работал. Разве CJ компания, которой вообще нельзя доверять?
Сон Чуён поднял термокружку и сделал глоток.
Манер у этого типа и правда не было: принёс напиток только себе.
— Ха-ха! Я-то CJ знаю лучше многих. Молодость там оставил. Поэтому и могу сказать уверенно: да, сделают именно так. CJ любит создавать образ хорошей компании, но в убыток себе не работает никогда. Сонбэ, я неправ?
«Вот поэтому знакомый ублюдок страшнее незнакомого».
Ни так, ни эдак.
Оставался один способ.
Проклясть Сон Чуёна?
Пёнман покачал головой.
Нет.
Если руководство или семья владельцев узнает, начнётся беда. В итоге Сон Чуён, едва устроившийся руководителем закупок, снова окажется без работы.
Судя по его нынешним речам, иногда очень хотелось именно так и сделать.
Но это было бы слишком.
Возможно, Сон Чуён вообще ушёл из CJ и оказался здесь отчасти из-за Пёнмана.
Дважды ломать человеку карьеру совесть не позволяла.
Второй клиент тоже выставил его за дверь.
Одна капуста, две капусты — снова только считать кочаны по дороге домой.
— Ладно. Понял. Живи хорошо.
— Ха-ха! Приходите, когда я стану президентом Pureunmul. Тогда, может быть, смогу помочь.
Ну почему он говорит так, что хочется ударить?
«Мне что, сидеть и ждать, пока ты станешь президентом? И даже тогда не „помогу“, а „может быть, смогу“? Вот же сукин сын».
Пёнман молча посмотрел на его термокружку.
«Сегодня весь день с толчка не слезешь».