После фотографии ветер на вершине Тонбона вдруг стал казаться зимним.
Пот, выступивший во время подъёма, остыл.
Но любоваться видом всё равно было некогда.
Чтобы выиграть слёт дивизиона, надо было сразу спускаться.
Пёнман крикнул Пхоханской команде:
— Перед нами всего две команды! Быстро вниз, берём первое место и триста тысяч вон на ужин!
— Хорошо! Раз уж пришли — надо выигрывать!
— Возьмём триста тысяч, вернёмся в Пхохан и ещё выпьем!
— Заместитель Хан, давайте потом в ночной клуб!
Зарядив людей, Пёнман дал команду:
— Пхоханский филиал, спускаемся!
Спуск в горах опаснее подъёма.
Поэтому Пёнман несколько раз повторил: не бегите, идите медленно и внимательно.
Но Сон Гибон, шедший впереди, всё равно прибавил темп.
Желание догнать две команды заставляло ноги двигаться быстрее.
— Айгу!
Примерно через пятьсот метров он поскользнулся и плюхнулся на зад.
Пёнман, увидев это с конца колонны, сразу подбежал.
— Заместитель Сон, всё нормально?
Сон Гибон держался за правую лодыжку.
— Ох, плохо. Кажется, подвернул.
Вот это действительно проблема.
Самый тяжёлый человек во всём Пхоханском филиале травмировал ногу, пройдя вниз всего полкилометра.
Ли Ёнсу, как всегда, тут же оказался рядом и начал ворчать на человека, который был старше него ровно на двенадцать лет.
— Ну старик! Заместитель Хан сколько раз говорил идти медленно? Не послушали — и что теперь? Из-за вас первое место упустим!
Обычно Сон Гибон не пропустил бы такую наглость.
Но сейчас ответить было нечего.
Собственная лодыжка — полбеды.
Хуже, что из-за него вся команда могла проиграть.
— Заместитель Хан, прости. Из-за меня…
Сотрудники вокруг выглядели расстроенными.
Ким Мингю нахмурился.
— Заместитель Хан, вызвать 119?
Тащить на себе крупного Сон Гибона три километра невозможно.
Травма, вероятно, небольшая, но для эвакуации всё равно может понадобиться спасательная служба.
Однако Пёнман думал иначе.
— Нельзя. Если появится пострадавший и приедут спасатели, весь слёт дивизиона превратится в катастрофу. Пхоханский филиал не будет портить мероприятие. Он всего лишь подвернул лодыжку, ничего серьёзного.
На самом деле Пёнман просто ещё не отказался от первого места.
— Но как он спустится? Он же слишком тяжёлый, даже на спине не унесёшь.
Пёнман проигнорировал Мингю и помог Сон Гибону подняться.
— Встаньте. Я понесу вас.
— Меня?
Сон Гибон уставился на него, широко раскрыв глаза.
Возможно, решил, что ослышался.
Другие не знали точной цифры.
А он прекрасно знал собственный вес.
Сто килограммов.
Даже женщину трудно долго нести вниз по горе.
Кто способен спустить человека весом в центнер?
Невозможно.
— Заместитель Хан, я вешу…
Пёнман уже присел перед ним спиной и, даже не оборачиваясь, гаркнул:
— Тогда будете здесь сидеть и отдыхать? Быстро ко мне на спину! Времени нет!
Сон Гибону оставалось подчиниться.
Он решил: Пёнман сделает несколько шагов, поймёт, что это безумие, и поставит его обратно.
Но Пёнман взвалил стокилограммового мужчину и совершенно нормально пошёл вниз, причём впереди всей команды.
Минут через десять они снова дошли до продавца фруктового льда.
Пёнман объявил короткий привал и поставил Сон Гибона на землю.
— Аджосси, кроме макколи соджу есть?
— Три тысячи.
Кёнсанские мужчины и вообще бывают немногословными, но этот продавец отличался особенной неприветливостью.
— Две бутылки.
Соджу тоже хранилось в холоде и было ледяным.
Одну бутылку Пёнман выпил почти залпом.
Из фляги вылил воду и перелил туда вторую.
Затем снова поднял Сон Гибона и продолжил спуск.
С «Силой гор» дополнительный вес почти не мешал Пёнману.
Но сотрудники, шедшие сзади, этого не знали.
Для них картина была почти мучительной.
Пёнман уже полчаса спускался по горе, неся человека намного крупнее себя.
В глазах команды он выглядел настоящим руководителем, который буквально жертвует собой ради людей.
У водопада его заметили другие команды.
— Эй, заместитель Сон, травмировался?
— Пхохан! Отдохните немного! Мы тут тоже сделали привал!
— Айгу! Пёнман тащит заместителя Сона! Пёнман, отдохни здесь!
Это кричали вторая тэгуская спецкоманда и Андонский филиал, сидевшие у воды.
Увидев людей, которые отдыхали в прохладе, пхоханцы тоже отчаянно захотели остановиться.
— Заместитель Хан! Давайте хоть немного посидим. Мы вообще без остановок спускаемся, ноги уже дрожат.
— Идём дальше! Обгоним эти две команды — и мы первые!
Пёнман отмахнулся от предложения Ёнсу.
Если бы то же самое сказал кто-то другой, люди наверняка начали бы ругаться или спорить.
Но человек, который тащил на себе стокилограммового Сон Гибона, сам требовал не останавливаться.
Кто осмелится жаловаться ему?
Даже разговорчивый Ёнсу закрыл рот.
Пхохан стартовал последним.
Если они просто обгонят эти две команды, по чистому времени станут первыми.
Не отдыхая, они дошли до верхней части огромной скалы.
И тут случилась ещё одна неожиданность.
— А-а-а! Змея! Змея!
— Айко!
Сотрудница-домохозяйка Ян Гыннам увидела змею, испуганно шагнула назад и упала.
Попытавшись подняться, она схватилась за правое колено и болезненно скривилась.
Ли Сунги подошла проверить состояние.
— Онни, всё нормально?
— Ай, правое колено плохо себя чувствует.
— Идти можете?
— Оно так ноет… Что делать?
Лица команды резко изменились.
Первое место уже было почти в руках — и теперь появился второй травмированный.
Сзади спускался Андон, а за ним уже виднелась вторая спецкоманда.
Все начали качать головами, мысленно прощаясь с победой.
Все, кроме одного человека.
Пёнман, по-прежнему державший Сон Гибона на спине, прокричал:
— Так! Гыннам-онни я сам спущу. А вы не отдавайте лидерство и быстро идите вниз!
— Хённим, как вы один двух человек утащите?
Ёнсу настолько завёлся, что впервые назвал его хённимом.
— Не болтай и двигайся! Я отвечаю за них и догоню!
В глазах Пёнмана полыхал азарт.
Он не собирался отдавать первое место, которое уже почти ощущал руками.
Пёнман допил соджу из фляги и полез в боковой карман рюкзака.
Люди в возрасте обычно хорошо готовятся к любой поездке.
А Пёнману психологически было пятьдесят шесть.
Он привёз даже походные перчатки и запасное нижнее бельё.
До сих пор перчатки не понадобились и лежали в рюкзаке.
Теперь он их достал.
— Гыннам-онни, подождите здесь немного. Сначала отнесу заместителя Сона и вернусь за вами.
Ян Гыннам выглядела так, словно совершила смертный грех.
— Заместитель Хан, прости. Не надо было мне падать…
Но падение уже случилось.
Что теперь изменишь?
Пёнман понёс Сон Гибона в сторону скалы.
— Эй, заместитель Хан! Куда ты? Налево надо идти!
— Срежем! Если мне дважды ходить туда-сюда, только коротким путём успеем выиграть.
Вот для чего понадобились перчатки.
По скале вниз — семьдесят метров почти по прямой.
В обход — несколько сотен метров тропы.
У Сон Гибона на спине Пёнмана волосы встали дыбом.
— Эй… Ты ведь не собираешься спускаться прямо по скале?
Но то самое «ведь не собираешься» снова оказалось плохим предчувствием.
Что мог сделать пассажир?
Только держаться и ехать туда, куда его несут.
— Просто держитесь и не двигайтесь.
— Если сорвёмся, мы умрём!
«Так или иначе, либо победа, либо обморок».
Да, звучит тупо.
Но первое место просто так никому не дают.
Иногда нужно упрямство уровня Пёнмана.
Он подошёл к краю и посмотрел вниз.
Похоже, из-за обеденного времени скалолазы, которых они видели при подъёме, разошлись.
На стене остались несколько верёвок, закреплённых клубом для обучения.
Пёнман взял одну обеими руками и без колебаний начал спуск.
— Наму амитабуль, Квансеым босаль…
Сон Гибон зажмурился и начал читать буддийскую молитву — умирать явно не хотелось.
Пёнман чуть отпустил верёвку и прыгнул вниз.
Тело резко провалилось.
— А-а-а-а!
Времени на медленный аккуратный спуск не было.
Пёнман двигался рывками, почти как на армейском спуске по верёвке: отпустил — прыгнул — затормозил.
Сон Гибон три-четыре раза прокричал во всё горло.
Потом внезапно затих.
То ли потерял сознание, то ли решил, что крики уже бессмысленны.
Ещё два-три прыжка — и они оказались внизу.
От входа до подножия скалы команда поднималась около часа.
Если на спуск закладывать половину — тридцать минут.
Людям сверху нужно ещё примерно десять минут, чтобы дойти до этого места обычной тропой.
Значит, за сорок минут Пёнман должен успеть добежать до входа, оставить Сон Гибона, вернуться, забрать Ян Гыннам и снова дойти до входа.
Только так время команды не пострадает.
Оставался один вариант.
Бежать.
Сон Гибон молчал — похоже, действительно вырубился.
Пёнман включил «Силу гор» и побежал вниз с ним на спине.
Ноги были наполнены такой мощью, что по ощущениям он двигался почти как один по ровной дороге.
Дышать всё равно становилось тяжелее, но информационного пункта он достиг намного раньше, чем ожидал.
Поставил стокилограммовую тушу сбоку и потряс за плечо.
— Заместитель Сон, мы уже пришли. Ждите здесь.
— А? Где это мы?.. Куда пришли?
Сон Гибон мутно моргал и осматривался.
После обморока он явно ещё не понял, что сидит уже у самого входа на маршрут.
Пёнману некогда было объяснять.
Он развернулся и побежал обратно к скале.
Без стокилограммового груза тело стало почти невесомым.
Хотя дорога теперь шла вверх, Пёнман двигался ещё быстрее, чем только что вниз.
Пройдя примерно две трети пути, он встретил свою команду.
— О, заместитель Хан!
— А когда вы успели вниз сходить?
— Ой, вы только посмотрите на него! Весь мокрый от пота!
Пёнман не остановился.
— Я скоро догоню! Не отдавайте первое место и идите быстрее!
Впереди снова выросла огромная скала.
На этот раз Пёнман даже не взялся за верёвку.
Просто побежал вверх по камню.
Тело лёгкое, сила переполняет ноги — крутой склон оказался проходимым и без страховочной верёвки.
Ждавшая наверху Ян Гыннам остолбенела.
Какой-то человек бежал вверх по скале словно мастер боевых искусств из китайского фильма.
По мере приближения становилось видно лицо.
И это оказался именно заместитель Хан, которого она ждала.
— Заместитель Хан, вы занимались боевыми искусствами?
— Что? Быстро ко мне на спину!
Пёнман проигнорировал странный вопрос и повернулся к ней спиной.
— Это сейчас была техника лёгкости, да?
Гыннам в детстве читала романы уся, поэтому нашла собственное объяснение происходящему.
Пёнману было не до дискуссий.
— Времени нет!
Он поднял пухленькую Гыннам.
После Сон Гибона женщина казалась почти пушинкой.
Пёнман снова подошёл к краю скалы и взялся за верёвку.
Гыннам даже не испугалась.
Она уже твёрдо верила, что Хан Пёнман — скрытый мастер боевых искусств, способный бегать по скалам.
Даже когда он начал прыгать вниз по верёвке, она не кричала.
Просто обхватила его шею так крепко, будто собиралась задушить.
Спустившись, Пёнман снова побежал.
Минут через пять впереди показалась вторая спецкоманда.
— Груз! Осторожно, груз идёт!
Пёнман крикнул и влетел прямо в их колонну.
Сотрудники расступались и комментировали, увидев, как он несётся вниз с женщиной на спине.
— О, это Пёнман!
— Вау, этот парень с женщиной на спине бегом спускается!
— Женился — и ноги, смотрю, ещё крепче стали!
— Я тоже хочу, чтобы меня понесли!
— Ответственный, хорошо живёте?
А впереди второй спецкоманды шёл Андонский филиал, где ведущим сотрудником был хитрый Сон Чонхун.