Чхве Хёнсу прекрасно знал, кто такой Ан Киман, и без особой необходимости к себе его не вызывал. Обычно всё было наоборот: если Киману что-нибудь требовалось, он сам шёл к руководителю.
Но на второй день распродажи Хёнсу неожиданно потребовал, чтобы тот явился к нему.
Киман пришёл настороженный, ожидая очередной неприятности.
Увидев его, Хёнсу вдруг спросил:
— Вчерашнюю Jungang Ilbo читал?
— Ещё нет. А что случилось?
— Там опубликовали фотографию продуктового отдела Cheongbaek Plaza. И теперь из-за неё наверху весь день шумят.
У Кимана дёрнулись брови.
— Что за фотография?
— CheilJedang очень красиво оформил свою промостойку.
Киман вспомнил вчерашний разговор Пёнмана с Сокчуном. Сам он стойку не видел, но Сокчун отзывался о ней без всякого восторга.
— А, вы про оформление с форзицией и сакурой? Так это же искусственные цветы. В продуктовом отделе, где всё должно выглядеть свежим, пластмассовые цветы как-то вообще не к месту, разве нет?
Он сделал вид, будто прекрасно понимает, о чём говорит.
И угодил точно мимо.
— Нет. Хотя бы знаешь, что там сделали. Наверху сейчас требуют объяснить, почему у нас такого нет.
— Что? Да что там такого особенного? Наш руководитель вчера видел и сказал, что ничего выдающегося.
Хёнсу почувствовал, будто у него что-то застряло под ложечкой. Он несколько раз хлопнул себя ладонью по груди.
— Сейчас люди идут в Cheongbaek толпами. Стратегический отдел считает, что именно из-за вчерашней фотографии и статьи.
— Да не может быть!
Киман даже повысил голос.
Хёнсу сжал кулак.
«Терпи. Терпи. Ты и не такое терпел. Этот придурок — сын президента компании. Терпи».
Не будь перед ним сын хозяина, Хёнсу давно бы уже хорошенько его отчитал.
В прошлом году Киман устроил в магазине башню из SPAM — и ребёнок пострадал. Тогда Хёнсу тоже проглотил раздражение. Значит, и сейчас должен.
Только легче от этого не становилось.
«Ты отвечаешь за продажи. Если в Cheongbaek собирались делать такое оформление, нельзя было хотя бы заранее узнать и предупредить нас? Даже этого не сделал, а теперь ещё не понимаешь, в чём проблема».
Хёнсу криво усмехнулся.
— Большинство жителей Тэгу читают Daegu Jungang Ilbo. Они увидели фотографию и пошли в Cheongbaek смотреть на весенние цветы, которые в этом году всё никак не распускались. Говорят, люди даже фотографируются возле этой стойки.
Киман энергично замотал головой.
— Не может такого быть.
Сокчун же сказал, что оформление так себе.
Да и идея Пёнмана — человека, которого Киман считал хуже себя, — просто не могла оказаться настолько хорошей.
Он уже успел забыть, как когда-то сам восхищался башней из SPAM, придуманной Пёнманом.
— Сделайте такое же оформление и у нас. И как можно быстрее.
Разумеется, Asia Shopping мог сам купить искусственные цветы и оформить свой продуктовый этаж.
Но у универмагов были свои порядки.
Если можно было заставить поставщика за что-то заплатить — платил поставщик. Точнее, универмаг «получал поддержку».
Оформление промостойки относилось туда же.
Даже пенокартон, который использовали на распродажах для оформления, оплачивали производители.
Универмаг не хотел создавать плохой прецедент, один раз оплатив такую работу из собственного бюджета. Поэтому и требовал оформление от CheilJedang.
Выйдя из офиса, Киман позвонил Сокчуну.
— Менеджер Ли.
— А, Киман. Как торговля?
— Пёнман опять отличился.
— Что ещё сделал этот тип?
— Помните форзицию и сакуру в Cheongbaek? Их напечатали в газете, и теперь, говорят, покупатели валят туда толпами.
— Что? Настолько удачно получилось? Но тебе-то что?
Cheongbaek тоже был клиентом Сокчуна. Если там росли продажи, ему жаловаться было не на что.
— Чхве Хёнсу требует срочно сделать такое же оформление в Asia.
— Что? Это?
Сокчун нахмурился.
Он сам считал: красиво, но продуктовому этажу не подходит. Даже отчитал Пёнмана и сказал, что посмотрит, сколько тот с такой ерундой продаст.
«И оно настолько понравилось? Теперь ещё и Asia хочет повторить?»
Верить словам Кимана не хотелось.
— Да. Похоже, распоряжение пришло из стратегического отдела. Попросите Пёнмана объяснить, как всё сделать.
— С чего это я должен спрашивать?! Сам спроси!
После вчерашней лекции про «цирк на стойке» у Сокчуна не было ни малейшего желания обращаться к Пёнману за инструкциями. Начальническая гордость не позволяла.
— Мне тоже как-то…
— Ничего не знаю! Разбирайся сам!
Как всегда. Давить на подчинённых Сокчун умел прекрасно, а всё неприятное решал одним универсальным: «не знаю, делай сам».
Теперь уже Киман оказался в тупике.
Просить что-то у соперника было для него почти невыносимо.
Немного подумав, он нашёл выход.
«А зачем самому? Для такой работы и есть промоутерки».
Вернувшись в офис, он подошёл к Чан Чиён.
— Руководитель Чан, хочу сделать в Asia то же оформление, что сейчас стоит в Cheongbaek.
Киман был с ней одного возраста и говорил без вежливых окончаний.
У Чиён характер был не тот, чтобы такое проглотить.
— Ан Киман, что-то у вас речь короткая стала. Хотите сделать в Asia — делайте.
Словно по щеке холодом полоснуло.
— Что?
И снова без всякой вежливости.
Чиён вспыхнула.
— Что-о? Эй, Ан Киман. Кто из нас раньше в компанию пришёл? Я здесь на пять лет дольше тебя. Будешь нормально разговаривать?
Киман покраснел.
«Ну мы же ровесники и давно знакомы. Подумаешь, сказал попроще…»
— Руководитель Чан, когда это я вам тыкал? Просто мы одного возраста, вот и разговаривал свободнее.
Она фыркнула.
— А я не хочу с вами разговаривать свободнее. Если это рабочая просьба, давайте хотя бы взаимно уважать друг друга.
Когда хочется пить, колодец копаешь сам.
Сейчас жаждущим был Киман.
— Руководитель Чан… пожалуйста, сделайте в Asia такое же оформление, как в Cheongbaek.
Гнев в её глазах немного погас, хотя выражение осталось жёстким.
— Там всё готовил Хан Пёнман: и материалы, и схему установки. Я подробностей не знаю.
— Но промоутерки, которые помогали ему, есть же? Позовите их, пусть повторят… пожалуйста.
Кимана уже начинало раздражать само это «пожалуйста». Хотелось рявкнуть: «сказали делать — делайте», но приходилось держаться.
— Эти девушки почти все сейчас стоят на постоянных точках или работают на распродаже. Они и так без ног. Как я их сорву оттуда?
— Всё равно придётся. Из Asia пришла официальная претензия.
По тону она поняла: дело серьёзное. А значит, нужно искать решение.
— Ладно. Я поспрашиваю. Если подготовим материалы, попробую собрать людей.
— Спасибо.
На этот раз Киман действительно был благодарен.
Если сам Хёнсу заговорил с ним в таком тоне, значит внутри Asia проблема была серьёзная. А если он не решит её — разочарует отца.
Чиён согласилась помочь. Киман рассчитывал, что до воскресенья всё закончат.
До воскресенья оставалось три дня.
⁂
Утро 7 апреля.
Увидев продажи за первые два дня распродажи, Киман побледнел.
Asia и Cheongbaek продали почти одинаково.
Такого просто не должно было быть.
При нормальной торговле Asia давал почти вдвое больший объём. Если цифры сравнялись, значит Asia провалился, а Cheongbaek взлетел.
Кимана начало лихорадить.
В Cheongbaek было полно покупателей, а посещаемость Asia оказалась ниже обычной для распродажи. От торговых представителей других производителей уже пошёл слух: в Cheongbaek сейчас лучше всех продаётся именно CheilJedang.
Ещё одно поражение Пёнману становилось вполне реальным.
Киман решил использовать всё, что у него есть.
«Посмотрим, как ты будешь продавать без подарков».
Промоподарки были обязательной частью универмаговой распродажи.
Перед каждой кампанией компания закупала их огромными партиями, хранила на своём складе и понемногу отправляла в магазины.
Во время распродажи склад самого универмага был забит товаром, поэтому сразу выгрузить туда весь объём было невозможно. Подарки довозили по мере необходимости.
Вот на это Киман и нацелился.
Утром в субботу, 8 апреля, Пёнман открыл склад первой группы, собираясь отправить в Cheongbaek запас подарков на выходные.
И замер.
— Что за хрень? Где всё?
Склад был пуст.
Пёнман бросился в офис к Сон Хёнчхолю, который отвечал за промоматериалы.
— Старший сотрудник Сон, на складе вообще нет подарков. Что случилось?
— Что? Не может быть. Куда делось столько всего?
— Сам только что смотрел. На выходные должен был остаться нормальный запас.
Сон нахмурился.
— Подожди… Вчера Киман брал ключ от склада.
Оба посмотрели на его стол.
Киман уже уехал по клиентам.
Пёнман дёрнул уголком рта и медленно хрустнул пальцами.
— Ну что, гад… опять решил меня задеть?