Президент Хван хотела хоть немного расплатиться с человеком, которому была обязана жизнью.
Поэтому и пригласила Пёнмана в Carpentry CC — престижный клуб, куда любой любитель гольфа мечтал попасть хотя бы раз.
Она собиралась бесплатно устроить ему раунд, угостить хорошим обедом и тем самым немного облегчить чувство долга.
Но даже после восемнадцати лунок легче не стало.
Наоборот, впервые за долгое время она встретила соперника примерно своего уровня и получила от игры огромное удовольствие. Получалось, что не она принимала гостя, а скорее Пёнман развлекал её.
Поэтому Хван Михе решила спонтанно предложить ему ещё одну награду — и за приятный раунд, и за спасённую жизнь.
— Главный менеджер Хан, может, вам что-нибудь от меня нужно? По работе или лично — неважно. Скажите. Я постараюсь исполнить вашу просьбу, насколько это возможно.
Пёнман едва удержал уголки губ от победного взлёта и быстро перебрал варианты.
Он рассчитывал просто провести хороший раунд и укрепить отношения, а вместо этого президент Singsing Dairy сама предложила исполнить почти любую просьбу.
Вот это удача.
«Попросить перевести весь сахар и всю крахмальную патоку на нашу продукцию? Или сократить срок оплаты?»
Несколько секунд подумав, он определился.
— В начале мая мы собираемся поднять цену на сахар. Когда это произойдёт, прошу Singsing Dairy согласовать повышение в тот же день и именно на ту цену, которую мы запросим.
Глаза Хван Михе округлились от удивления.
— Что? Всего лишь повышение цены? Разве оно не произойдёт и без моей помощи?
— Ха-ха! Ваш отдел закупок слишком хорошо умеет работать. Вместо того чтобы сразу согласиться, они начинают тянуть время под разными предлогами. Вот я и прошу помочь.
— Хм… Хорошо. Просто просьба оказалась намного легче, чем я ожидала.
Пёнман невозмутимо посмотрел на неё.
— Тогда, может, попросить ещё что-нибудь?
— Хо-хо-хо! Нет уж. Лучше в следующий раз снова сыграем. А условие будет такое: проигравший выполняет одну просьбу победителя. Как вам?
— Ха-ха! Я только за!
В душе он уже ликовал.
«Отлично! В следующий раз попрошу увеличить объём!»
⁂
Понедельник, 25 апреля.
Под конец рабочего дня Пёнману позвонил главный менеджер Юн Чхоль.
Юн Чхоль занимался закупкой сырья для ингредиентного направления. Он окончил Hanguk University и благодаря этому быстро продвигался по службе, хотя был на два года младше Пёнмана.
Иногда казался слегка рассеянным, зато человеком был добрым.
— Главный менеджер Хан, на вечер есть планы? Если нет, давайте выпьем соджу.
Пёнман предпочёл бы сразу отправиться домой, но корпоративная жизнь устроена не так. Приходится встречаться с людьми.
Особенно сейчас: в ингредиентное бизнес-направление он пришёл недавно и ещё только выстраивал внутренние связи.
— Ха-ха, хорошо. Во сколько выходим?
Юн Чхоль привёл его в ресторан в традиционном корейском доме в Чонно.
Интерьер буквально дышал историей.
А внутри ждали совершенно неожиданные люди.
— Ха-ха-ха! Наконец-то знакомлюсь с человеком, который вытащил Samson Industries с того света. Кан Тухван, Seonghan Milling.
— Ли Чунхо, Asia Milling. Для меня честь познакомиться с отважным гражданином-героем Хан Пёнманом. Ха-ха!
— Пак Вансу, Samsun. Надеюсь на хорошее сотрудничество.
Перед ним сидели руководители продаж трёх крупнейших мукомольных компаний.
Именно с ними Пёнман встречаться особенно не хотел.
Он слегка нахмурился и посмотрел на Юн Чхоля.
Тот неловко улыбнулся.
— Ха-ха… Полезные знакомства никогда не помешают. Эти господа так просили меня устроить встречу с вами, что я уже не знал, куда деваться.
Человек Юн Чхоль был хороший. И неглупый — всё-таки Hanguk University окончил.
Но в отношениях с людьми бывал наивен.
Эти трое относились к нему любезно не из дружбы, а потому, что хотели использовать. Юн Чхоль не видел скрытого расчёта и принимал внешнюю приветливость за чистую монету.
Но раз Пёнман уже пришёл, хлопнуть дверью и уйти нельзя.
Пришлось знакомиться.
— Хан Пёнман, CJ. Надеюсь, вы простите меня, если в будущем я доставлю вам немного головной боли.
Кан Тухван из Seonghan нахмурился.
— Это ещё что значит? Какая головная боль?
— Ха-ха! Ничего особенного. В продажах сегодня ты забрал объём у конкурента, завтра конкурент забрал у тебя. Так ведь? Вот и прошу заранее не обижаться, если я немного перетяну к себе.
Для первой встречи получилось слишком прямолинейно.
Кан Тухван сразу вспылил:
— Так вы уже отняли! Ещё хотите?
— А? Я пока ничего у вас не отнимал.
Пёнман искренне озадаченно наклонил голову.
— А кто тогда забрал объём Samson Industries? Ни у кого из нас поставки не выросли!
После выхода интервью О Пёнсока Samson Industries уже на следующий день снова запустила завод.
Исполнительный директор Тхак, ссылаясь на указание президента Чо, потребовал у Пёнмана огромный дополнительный объём низкосортной муки.
Но запасов и производственной мощности не хватало. Поэтому пока CJ увеличила поставки лишь примерно в полтора раза.
Похоже, именно об этом и говорили конкуренты.
Пёнман прекрасно понимал, что произошло, но решил притвориться невиновным.
Он ведь не обрабатывал Samson ради того, чтобы отобрать у других объём.
Так что формально ничего не «крал». Просто стал отгружать немного больше — и всё.
— Что, у всех объём Samson упал? А я думал, они наверстывают простой и поэтому закупают больше обычного. Значит, ошибался.
Теперь разозлился Ли Чунхо из Asia Milling.
Он прищурился.
— Что вы сказали? То есть CJ сама не просила увеличить свою долю?
— Нет. Ни разу. Наоборот, они просили больше, а я отказал, потому что у нас нет свободного объёма.
Трое переглянулись, пытаясь понять, можно ли верить Пёнману.
Тут Юн Чхоль решил блеснуть осведомлённостью.
— Наш главный менеджер Хан сыграл огромную роль в спасении Samson Industries. Вот Samson и решила отблагодарить его дополнительными заказами. Я прав, главный менеджер Хан?
«Прав ты, как собака, которую палкой лупят. Думаешь, я сам этого не понимаю?»
Пёнман скосил на него взгляд и пожал плечами.
— Не знаю. Мне никто ничего такого не говорил.
Пак Вансу из Samsun бросил на него сердитый взгляд.
— Допустим. Но сколько CJ ещё собирается поставлять повышенный объём? У нас низкосортной муки уже столько, что скоро линию останавливать придётся.
Остальные тут же тоже начали жаловаться.
— В этом месяце план продаж сорвётся. Верните нам часть объёма!
— Точно! Давайте всем дадим жить!
Похоже, у всех троих положение было одинаковым.
«Вот же. Сразу бы нормально попросили, вместо того чтобы сначала наезжать».
Но Пёнман продолжал спектакль.
В прошлой жизни к мукомольной отрасли у него накопилось немало претензий. Теперь он понемногу отыгрывался на людях, которые ею управляли.
— А почему вы мне это говорите? Обращайтесь к исполнительному директору Тхак Санхуну.
Поскольку с самого начала Пёнман утверждал, что ничего не знает, логика выглядела безупречно.
Кан Тухван и Пак Вансу в конце концов вынуждены были просить.
— Потому и говорим вам, что Тхак не соглашается! Мы уже несколько раз обращались — бесполезно.
— Поговорите с ним сами, главный менеджер Хан.
Похоже, Тхак Санхун оказался куда упрямее, чем Пёнман предполагал.
Но даже когда эти люди просили о помощи, интонация оставалась почти приказной.
Вот если бы на колени встали — другое дело.
А так всякое желание пожалеть их мгновенно исчезало.
— А с чего мне это делать? Мне что, пулю в голову словить захотелось? Клиент даёт нам больше заказов, а я пойду просить его перестать?
После жёсткого ответа Кан Тухван стал заметно вежливее.
— Давайте помогать друг другу. Выручите нас сейчас — когда-нибудь и вам понадобится наша помощь.
Пёнман медленно кивнул.
Трое решили, что уговорили его, и сразу оживились.
Они слишком плохо знали Хан Пёнмана.
Он что, последний простак, чтобы бесплатно заниматься благотворительностью в пользу конкурентов?
Пёнман улыбнулся.
— Тогда скажите прямо сейчас, чем именно вы готовы помочь мне. Если предложение понравится, попрошу Samson восстановить прежние объёмы конкретно вашей компании.
— Что?
— В смысле?
— Что вы сказали?
Похоже, до троих не дошло, поэтому Пёнман любезно разъяснил.
— Вы сказали: если я помогу сейчас, потом поможете мне. А я предлагаю наоборот. Сначала помогите мне — и тогда я помогу вам. Почему именно я обязан быть первым?
«Помочь» было лишь вежливым словом.
На деле Пёнман требовал: отдайте мне одного из своих клиентов или часть объёма — тогда получите послабление по Samson.
Трое замолчали.
Формально к логике не придерёшься. Они сами предложили взаимопомощь, а в ней нигде не написано, кто должен начинать.
В этом и была проблема.
Все трое только говорили, что когда-нибудь отплатят услугой. Ни один на самом деле не собирался отдавать собственный объём.
— Надо подумать…
Кан Тухван ответил честно.
— Обсужу с командой и сообщу.
Пак Вансу уже прикидывал, как спихнуть клиента с плохой маржой или хроническими задержками платежей.
— Тогда назовите сами, что вам нужно!
Ли Чунхо, напротив, смотрел на Пёнмана сверху вниз. Он считал, что новичок в B2B-продажах просто не знает рынок достаточно хорошо.
Двое остальных мгновенно подхватили идею.
— О, так даже проще.
— Точно. Называйте, что хотите!
Мяч снова оказался на стороне Пёнмана.
Он широко усмехнулся.
— Hansung Kkwabaegi. Seonghan, Asia, Samsun — все трое полностью уходите от Hansung Kkwabaegi.
Hansung Kkwabaegi основал Ким Хансон в 1997 году в Мугёдоне как небольшую точку с уличной едой.
Заведение попало в СМИ, стало известным, а в 2004 году оформилось как юридическое лицо.
Пока это была всего лишь маленькая сеть с уличной едой, но вскоре ей предстояло стать первой в стране крупной сетью, специализирующейся на кквабэги.
Пёнман выбрал её по двум причинам.
Во-первых, нынешние продажи мукомольных компаний туда были невелики, а значит, конкуренты с большей вероятностью согласятся уступить.
Во-вторых, для кквабэги нужна не только мука. Расход растительного масла и сахара тоже значителен, а CJ могла поставлять сразу все три категории.
— Hansung Kkwabaegi? У нас вообще есть такой клиент?
— Название слышал. Говорят, довольно вкусно.
— Это наш клиент? Если никто толком не помнит, наверное, объём там небольшой…
Все трое плохо знали Hansung Kkwabaegi.
Пёнман кивнул Ли Чунхо.
— Верно. Сейчас у них всего пять точек. Но одна из них находится в переулке рядом с нашей штаб-квартирой. А вы сами знаете, руководство не любит видеть возле офиса продукцию конкурентов. Поэтому и прошу.
Семья владельцев компании особенно гордилась собственной продукцией.
Если в ресторанах рядом с головным офисом находили товары конкурентов, ответственную команду продаж разносили в пух и прах — и так было почти у любого крупного производителя.
Поэтому объяснение Пёнмана всем показалось вполне убедительным.
Хотя это вовсе не было настоящей причиной, по которой он хотел получить Hansung Kkwabaegi в эксклюзив.
— А-а, теперь понятно. Такое можно уступить.
— Если мы это сделаем, вы действительно восстановите прежний объём Samson?
— Хорошо. Может, прямо здесь расписку напишем?
Все трое согласились.
Ли Чунхо даже бодро предложил закрепить договорённость письменно, но Пёнман покачал головой.