CheilJedang была компанией воспитанной: куда бы сотрудник ни пришёл впервые, его обязательно официально приветствовали.
А тут в команду головных офисов одновременно перевели сразу троих. Без приветственного ужина никак.
Пак Чину и девять аккаунт-менеджеров собрались в ресторане «Хану-маыль» на втором этаже здания рядом с офисом. Здесь продавали и обычные блюда, и мясо на гриле.
— Младший менеджер Хан, слышал, ты в первый же день большое дело провернул?
Чон Хангё, отвечавший за продукты Homeplus, откуда-то уже узнал новость.
Пак Чину велел никому не рассказывать, но, видимо, слух всё равно пополз. Когда Ли Сансу докладывал, рядом оставались другие продавцы — кто-нибудь наверняка услышал.
Сон Чуён сразу истолковал слова «большое дело» в худшую сторону.
— Что значит? Он уже успел устроить аварию в E-Mart?
— Я сказал не «аварию», а «дело».
— Да там сейчас даже нормальной торговли нет. Что хорошего вообще можно было провернуть? Разве что новичок, не понимая ситуации, чего-нибудь натворил.
Чон Хангё явно чесался рассказать подробности, но вовремя замолчал: Пак Чину смотрел на него остро, как ножом.
Тогда Сон Чуён уставился на Пёнмана, сгорая от любопытства.
Пёнман тоже не мог раскрывать дело прямо перед начальником.
— Ничего плохого. Просто результат станет понятен только завтра, поэтому сейчас говорить не могу.
Но Сон Чуён не отстал.
— Что, сегодня в E-Mart на колени встал и умолял хорошо к нам относиться?
«Ты по себе судишь, что ли?»
Пёнману не понравилось, но устраивать конфликт на приветственном вечере он не стал.
— Ха-ха, Чуён, я не настолько унижаюсь в продажах, чтобы перед кем-то ползать на коленях. У меня всё-таки есть звание героя-гражданина.
Самый старший среди аккаунт-менеджеров, менеджер Ли Гюсон, недовольно проворчал:
— Какой ещё герой-гражданин? Просто тебе постоянно не везёт оказываться на волосок от смерти, а потом чудом выживаешь.
«Вот это трактовка. Впервые слышу».
Формально в словах была доля правды, но Пёнман не собирался молча глотать явную провокацию.
— Менеджер Ли, мэр Тэгу и мэр Сеула не дают награду героя-гражданина за то, что человек чудом выжил. По вашей логике надо было вручить мне «приз за удачный исход несчастья» или «приз за спасение в девяти смертях из десяти». А вы сами, кстати, хоть одну благодарность от полиции получали?
Ли Гюсон с мрачным лицом ответил:
— Я человек необразованный, учился плохо, никаких наград никогда не получал. И что?
«Что с ним сегодня? На ком-то сорваться хочет?»
Вид у Ли Гюсона был такой, будто он готов боднуть первого попавшегося.
Пак Чину, следивший за его лицом, похоже, понимал причину.
— Менеджер Ли, что с тобой? Carrefour не первый день требует эти проклятые надбавки. Понимаю, бесит, но потерпи.
Ли Гюсон наконец выплеснул то, что копилось внутри.
— Начальник, вы бы знали, сколько они требуют free goods — бесплатного товара сверх поставки. Я уже с ума схожу. Иногда хочется зайти в их головной офис, облить всё бензином и поджечь к чёртовой матери!
Теперь Пёнман понял его настроение.
Французская сеть Carrefour, как и Walmart, в будущем провалит бизнес в Корее и уйдёт с рынка. Но до этого ещё было далеко.
А сейчас Carrefour считалась одной из самых ненавистных поставщикам сетей — именно из-за free goods.
Новинку зарегистрировать — дай бесплатный товар. Акцию провести — дай бесплатный товар. Их собственные потери покрыть — опять дай бесплатный товар.
Маржу сеть забирала отдельно, бонусы — отдельно, а огромные объёмы бесплатной продукции превращала в дополнительную прибыль.
Пак Чину тоже всё это знал.
— Уф. Эти ублюдки всё ещё требуют free goods? Вот же сволочи.
Ли Гюсон вдруг загорелся идеей.
— Начальник, если E-Mart нормализуется, может, прекратим поставки Carrefour? Нельзя же вечно позволять им ездить на нас.
Щека Пак Чину дёрнулась. Ему, похоже, самому очень хотелось так сделать.
— Эй! Мы только собираемся закончить войну с E-Mart, а ты предлагаешь тут же начать новую с Carrefour? Мы что, бойцовые петухи? Только и умеем, что воевать с дискаунтерами?
Главной задачей Пак Чину было восстановить нормальную торговлю и поднять продажи. Поэтому сколько бы ни бесил Carrefour, начинать новый конфликт он не мог.
Но Ли Гюсон, вернувшийся из сети в ужасном настроении, хотел хотя бы раз ударить по-настоящему.
— А если не мы, то кто? CheilJedang должна выступать от лица производителей. Мы начнём сопротивляться — остальные тоже подтянутся.
CheilJedang как крупнейшая продовольственная компания страны считала себя старшим братом производителей.
Между собой производители постоянно конкурировали. Но когда начиналась драка с «ребятами из соседнего квартала» — дискаунтерами, компании вынужденно объединялись.
И первым кулак обычно выбрасывал CheilJedang.
— Хватит уже о драках. Мясо ешь. Сгорит всё.
— У меня и так всё внутри сгорело. До черноты.
Ли Гюсон налил соджу прямо в пивной бокал и залпом выпил.
Человек он был вспыльчивый, хотя если с ним подружиться — душевный и надёжный.
Пёнман дружелюбно окликнул его.
— Менеджер Ли, если будет время, возьмите меня как-нибудь с собой в Carrefour. Хочу увидеть его до того, как он сгорит.
— Договорились. Я бензин полью, а ты постоишь на стрёме!
Сказано было вроде бы в шутку, но Пак Чину, знавшему горячий характер Ли Гюсона, стало не по себе.
— Эй, Ли! Ты что, правда собираешься что-то поджигать?
— Да не знаю. Это я так. У меня жена, дети… Вот был бы один — может, и сделал бы всё по характеру.
Ли Гюсон оглядел троих новичков и вдруг громко заорал:
— Эй, провинциалы! Давайте выпьем! В общем, охренительно приветствую вас в этой долбаной команде головных офисов дискаунтеров! У-ха-ха-ха!
У сеульцев существовала привычка считать провинциалом любого, кто жил не в Сеуле. Пхохан, Иксан, даже Тэджон — для них одно и то же.
В прошлой жизни Пёнман уже слышал подобное и сейчас пропускать не стал.
— Менеджер Ли, а вы сами не провинциал?
— Я в Бундане живу. С чего я провинциал?
— А Бундан — это Сеул? Настоящий сеулец, говорят, должен жить внутри Четырёх великих ворот. Так что не надо всё время «провинциалы, провинциалы». Мы с вами одной крови.
Когда-то Пёнман слышал от старых сеульцев: только тот, кто живёт внутри Тондэмуна, Содэмуна, Намдэмуна и Пукдэмуна, может считать себя настоящим жителем столицы.
— Что? У-ха-ха-ха! Забавный ты парень. Держи от меня рюмку!
Ли Гюсон не рассердился — наоборот, расхохотался и без страха протянул Пёнману большой пивной бокал.
Когда тот взял его, Ли Гюсон до краёв налил соджу.
— Ты вообще с самого края страны приехал. Далеко тащился. Пей как следует!
— Ха-ха! Похоже, слухи обо мне до Сеула ещё не дошли. Уже несколько человек пытались тягаться со мной выпивкой — все плохо кончили.
Вроде пора бы компании уже знать, но всё равно находились смельчаки.
— Так ты хорошо пьёшь?
— Я из тех, кто предложенный алкоголь не отвергает. Выпью и сразу верну бокал вам.
Пёнман одним махом осушил полный бокал и протянул обратно.
— Теперь вы, старший коллега.
— Ого. Ты правда пьёшь как воду.
— Воды много не выпьешь — живот переполняется. А соджу и на полный желудок почему-то идёт. Ха-ха!
— Ладно, я проиграл. Налей чуть-чуть.
— Уже сдаётесь? Неинтересно.
— Будь я на несколько лет моложе, ещё бы посоревновался. А сейчас возраст уже не тот.
Ли Гюсон думал быстрее, чем казалось. В бессмысленную драку с противником, которого не победить, не лез.
Вечер с хорошей говядиной получился шумным и весёлым.
У команды головных офисов был один плюс — большой представительский бюджет. Работа с сетями требовала много встреч и угощений.
Кроме того, компания не слишком придиралась к таким расходам: достаточно зарегистрировать одну успешную новинку, и затраты окупались сторицей.
Трое новичков весь день были напряжены, поэтому ради скорейшего сближения с командой от алкоголя не отказывались.
Пёнман лишь приятно опьянел, а у двух его товарищей глаза уже начали плыть.
— Гюсон-хён, надо второй раунд! Идём дальше. Я угощаю! — расхрабрился Ём Чхонхи.
— Нет. Мне домой надо до закрытия метро.
— Закроется — на такси поедете. Что за проблема?
Ли Гюсон и жена оба работали, но из имущества у них была только квартира с огромным остатком кредита. Ехать на такси до Бундана — безумие.
— Ты хоть знаешь, сколько стоит такси до Бундана?
— Ну… тысяч двадцать вон?
— Двадцать тысяч, ага! Всё, расходимся.
— Правда конец?
Ём Чхонхи, приехавший из провинции, не понимал. У них после первой выпивки второй раунд почти считался обязательным, а здесь все уже собирались домой.
Пёнман объяснил:
— Чхонхи, ночью в Сеуле такси легко выходит в тридцать-сорок тысяч. Поэтому все стараются уехать, пока ходит общественный транспорт. Не расстраивайся — мы втроём ещё выпьем.
Это было одно из отличий столицы. Многие жили в Инчхоне, Бундане, Ильсане. После закрытия транспорта такси стоило слишком дорого. Компания его не оплачивала, и второй раунд превращал корпоративный ужин в застолье за собственный счёт.
Поэтому в Сеуле чаще ели достаточно и расходились раньше.
Пёнман повёл двух коллег в Синчхон, точнее — в квартал мотелей у железнодорожной станции.
Ни у одного из троих в Сеуле не было родственников, а общежитие они ещё не успели оформить. Пока приходилось жить в мотеле.
Рядом с офисом таких мест почти не было, поэтому приехали сюда. Сначала сняли комнаты, потом зашли в соседнюю закусочную с пиндэттоком и выпили ещё немного соджу.
— Эй! Нечего робеть только потому, что это Сеул. Будем пахать и утрём этим сеульцам нос!
— Точно. Нас же не просто так подняли сюда из регионов. Чего бояться?
Глядя на бодрость товарищей, Пёнман испытывал лёгкую жалость.
Работа с головными офисами дискаунтеров была вовсе не такой простой, как им казалось.
Оба впервые столкнулись с ней и думали: достаточно усердно работать — и всё получится. Но продажи компания-компания сильно отличались от того, что они делали раньше. Здесь нужно было уметь продавать не только клиенту, но и внутри собственной организации.
Пёнман поднял рюмку.
— Если будет трудно — не варитесь в одиночку. Говорите сразу. Один лист бумаги и вдвоём легче поднять. Мы трое вместе сможем добиться большего.
Иными словами: «Если возникнет проблема — приходите ко мне, помогу».
— Хорошо сказано, Пёнман. Кстати, что сегодня произошло в E-Mart?
Пак Чину запретил распространяться, но завтра всё равно узнают все. К тому же оба товарища сами теперь отвечали в E-Mart за бытовую химию и холод.
Пёнман решил рассказать.
— Мы договорились нормализовать торговлю с E-Mart. Проблемную цену Masisseo они обещали поднять с завтрашнего дня.