Без Ли Сокчуна офис казался раем.
Ан Киман тоже заметно притих и больше не лез вперёд. Правда, у него появилась странная привычка: время от времени он вдруг принимался колотить себя кулаком по голове.
Каждый раз Пёнман подозрительно смотрел на него.
«Этот ублюдок всё ещё думает, как мне навредить? Может, ещё одно проклятие навесить?»
Киман бил себя именно из-за проклятия Пёнмана.
Чан Чиён сообщила, что с первого июня в Cheongbaek Plaza сменили постоянную промоутерку по охлаждённой и замороженной мясной продукции.
Вообще-то об этом полагалось заранее уведомить торгового представителя и всё согласовать, но Пёнман был в трауре, поэтому времени не нашлось.
Он спросил, кто пришёл на замену. Чиён только сказала: увидишь — узнаешь.
Второго июня Пёнман приехал в Cheongbaek Plaza.
Чтобы познакомиться с новой промоутеркой, он подошёл к морозильникам CheilJedang, но никого не увидел.
Пёнман стоял, разглядывая товар в витрине, когда из прохода со стороны морозильного склада показалась девушка с тележкой, нагруженной продукцией.
Большие глаза, правильные черты лица — настоящая актриса Ким Тхэхи. И фигура стройная.
Пёнман от неожиданной красоты невольно открыл рот, а девушка подошла и поклонилась ему почти под прямым углом.
Он растерянно поклонился в ответ.
— Здравствуйте. Вы от какого производителя? О, да это наш товар. А наша промоутерка где?
Девушка расплылась в яркой улыбке.
— Пёнман! Это же я!
«Я её знаю?»
Сколько ни смотрел — понятия не имел, кто перед ним. Такое красивое лицо он бы точно запомнил.
— Простите, а вы-ы… кто?
Девушка медленно повернулась на месте, будто демонстрируя фигуру.
— Так изменилась, что не узнаёте?
— Да. Я правда понятия не имею, кто вы.
Пёнман покачал головой. Из женщин такой красоты он видел разве что Чхве Ёнъэ из мэрии.
— Я Ким Тхэхи!
— Что? Ким Тхэхи?
Она была почти так же красива, как известная актриса Ким Тхэхи, но лицо всё-таки отличалось. Да и откуда актрисе вообще знать Пёнмана?
— Да, Ким Тхэхи! Ким. Тхэ. Хи. Та самая, которую вы сделали боулером!
— А… О май гад!
Пожалуй, с момента регрессии Пёнман ещё ни разу не удивлялся настолько сильно.
Как такое возможно?
Та громадная Ким Тхэхи превратилась в стройную красавицу, почти похожую на актрису-тёзку?
Верить или не верить собственным глазам?
— Т-Тхэхи, вы правда та самая промоутерка CheilJedang Ким Тхэхи?
— Хо-хо-хо! Я похудела.
— Это называется «похудела»? Вас будто пополам разрезали!
Он не преувеличивал. По сравнению с прежней Тхэхи от нынешней и правда осталась половина.
— Если у меня есть мотивация, я за любое дело цепляюсь мёртвой хваткой!
— Кто-то назвал вас толстой?
— Нет, не поэтому…
Да и кто рискнул бы такое сказать ей в лицо? Бывшая толкательница ядра обладала силой настоящего богатыря — могла и прибить.
— Тогда влюбились?
Тхэхи покраснела и чуть опустила голову.
— М-м… Да.
— Я так и думал. В любом случае это невероятно. Я вас уважаю, Тхэхи.
Пёнман не знал точного числа, но она наверняка сбросила не меньше пятидесяти килограммов. Если такое не назвать победой человека над собой, то что вообще назвать?
Женщины и правда удивительны.
От похвалы уголки губ Тхэхи взлетели едва ли не к ушам.
— Я буду очень стараться, так что приезжайте почаще. И если будет время, давайте как-нибудь выпьем вместе.
— Ха-ха, конечно. Если вы теперь постоянная промоутерка здесь, мне намного спокойнее.
— Хо-хо-хо, спасибо. Ради вас я готова кости сложить в Cheongbaek Plaza!
«Э? Ради меня кости тут складывать совершенно необязательно».
Как ни крути, преображение Тхэхи было поразительным.
Даже Диана, превращающаяся в Чудо-женщину, наверное, менялась не настолько сильно.
⁂
7 июня.
На ежемесячном собрании бизнес-направления объявили результаты конкурса «Лучший магазин».
Cheongbaek Plaza не просто вошёл в число лучших — он занял первое место и получил золотую награду, снова принеся славу Кёнбукскому бизнес-направлению.
Так Пёнман официально стал победителем конкурса второй год подряд.
Розовый туннель, построенный из шести островных столов, вызвал у посетителей Cheongbaek Plaza настоящий ажиотаж и снова попал в газету «Тэгу Чунан».
Высоко оценили не только красоту оформления: туннель резко поднял продажи.
Немного жаль, что в отличие от прошлого года оба магазина Пёнмана не получили награды, но тут ничего не поделаешь.
Главный магазин Cheongbaek набрал достаточно высокий балл, чтобы тоже войти в число лучших. Однако отдел стратегии продаж намеренно исключил его, чтобы дать возможность получить награду другим торговым представителям.
Asia Shopping Ан Кимана в число лучших не вошёл. Стойка, сделанная по идее промоутерок, получилась практичной, но недостаточно оригинальной.
⁂
Каждый раз, когда Тхэхи видела Пёнмана, она сжималась от холода и повторяла одно и то же:
— Пёнман, холодно!
Постоянным промоутеркам охлаждённой и замороженной продукции приходилось по десятку раз в день заходить в холодильные и морозильные камеры за товаром, а затем раскладывать холодные упаковки в витринах. В остальное время они стояли рядом с холодильниками и морозильниками.
Весь рабочий день — жизнь возле холода.
Разумеется, мёрзли.
Пёнман решил угостить Тхэхи выпивкой за её тяжёлую работу и девятого июня встретился с ней в Пондоктоне.
Тхэхи выпила бутылку соджу почти как воду, а затем, как и положено бывшей спортсменке, метнула вопрос прямо и мощно, словно ядро.
— Пёнман, как я вам?
Бум!
Это Тхэхи одновременно с вопросом ударила кулаком по столу.
— Красивая!
— Кроме «красивая» ничего сказать не хотите?
— Что?
— Я спрашиваю, больше сказать нечего?
— Работаете хорошо…
БАХ!
Она снова ударила по столу — на этот раз сильнее.
Соседние посетители испуганно обернулись.
Тхэхи, не обращая на них внимания, нахмурилась и подняла рюмку. Пёнман поспешно сделал то же.
Фигура и лицо изменились до неузнаваемости.
Бойкий характер — ни на грамм.
— Выпьем лав-шот?
«Почему вдруг сейчас?»
Пёнман не понимал, но лав-шот ведь не обязательно пьют только влюблённые. Ради промоутерки, которая каждый день мёрзнет на работе, торговый представитель мог хотя бы на такое согласиться.
«Да ладно. Подумаешь, лав-шот».
Он попытался сцепить руку с её рукой, но через стол не дотягивался. Пришлось подняться и пересесть рядом.
Они правильно переплели руки и выпили.
После рюмки Тхэхи широко раскрыла глаза и пристально посмотрела на Пёнмана.
«Э… Что это за атмосфера?»
Её огромные глаза, словно озёра, становились всё ближе.
К губам прикоснулось что-то мягкое.
Давно забытое ощущение.
В тот же миг Тхэхи обвила руками его шею.
«Ох… Вот теперь проблемы».
Несколько секунд были сладкими, но Пёнман уже думал о последствиях.
Когда их губы разошлись и оба перевели дыхание, Тхэхи снова посмотрела ему в глаза.
Во взгляде читалось безмолвное давление.
«Ну же. Скажи первым».
Именно это она ему говорила.
«Вот же дилемма».
Пёнман не был снобом насчёт образования, но встречаться с промоутеркой почему-то казалось немного неравным выбором. Будто его уже поставили перед фактом.
Служебных романов у него раньше не было, поэтому он продолжал колебаться.
Тхэхи устала ждать.
В её голосе прозвучали отчаяние и искренность — почти многолетняя обида.
— Пёнман, причиной моей диеты были вы. Я хотела стать красивой для вас! Я не ела то, что хотела, тренировалась до потери сознания… Всё, чтобы вы меня полюбили!
Этого Пёнман не ожидал вообще.
«Так это я был той великой силой, которая преобразила Тхэхи даже сильнее, чем Чудо-женщину?»
В глазах Тхэхи стояли слёзы. Она крепко сжала кулаки и смотрела на него.
Пёнман вдруг всерьёз испугался: если он не примет такую великую любовь, Чудо-женщина может прибить его одним ударом.
Между Пёнманом, владевшим «Силой гор», и Тхэхи с мощью Чудо-женщины нарастало напряжение. В воздухе словно посыпались невидимые искры.
Немного подумав, Пёнман поднял голову, встретил её большие глаза и мягко улыбнулся.
— Тхэхи, давай с сегодняшнего дня считать, что мы встречаемся?
Он выбрал мир вместо войны.
⁂
В субботу Пёнман работал в офисе, когда старший сотрудник Сок Тусик из Cheongbaek Chain позвонил и велел приехать.
Этот невыносимый человек какое-то время сидел тихо. Зачем вдруг вызвал?
У Пёнмана сразу появилось дурное предчувствие.
Он приехал в невзрачный офис Cheongbaek Chain, заранее решив: если Тусик снова начнёт нести чушь, в этот раз получит проклятие без предупреждения.
Тусик встретил его улыбкой продавца.
— Пёнман, курите ведь?
— Да.
— Купите сигареты.
«Что ещё такое? Универмаги теперь сигареты насильно продают?»
Тусик принёс коробку, стоявшую у стены.
— Вот. Двадцать блоков. Двести тысяч вон. И не думайте, что я накручиваю цену!
В коробке действительно лежали блоки сигарет.
Marlboro, Filament, Mevius, Mild Seven и другие импортные марки.
— Может, сначала объясните, почему я должен это покупать?
На требовательный вопрос Пёнмана Тусик равнодушно пожал плечами.
— Запасов слишком много. Сверху приказали сократить остатки, а что делать, кроме как продать? Помогите уж.
Вероятно, перед инвентаризацией в конце июня кто-то приказал уменьшить запас дорогих импортных сигарет.
Служащие везде одинаковы: если сверху велели — исполняют.
А эти исполняли особенно охотно.
Тем более что сами ничего не теряли — можно переложить проблему на производителей вроде Пёнмана.
Пришлось провести по карте двести тысяч вон и загрузить двадцать блоков в машину.
Если курить по пачке в день, хватит на двести дней.
Но Пёнман не любил крепкие сигареты. Он курил Expo Mild — самые лёгкие по смоле и никотину.
В этих сигаретах, выпущенных к Тэджонской выставке Expo 1993 года, было 1,5 мл смол и 0,2 мг никотина.
Двести дней курить крепкие импортные сигареты он не собирался. От такого в горле постоянно стояла бы мокрота.
Можно было оставить блоки и раздать отцу, друзьям или знакомым, но дарить людям табак, который и без того считался вредным, тоже не хотелось.
Поэтому Пёнман решил поступить как торговый представитель.
Продать.
Сначала он заехал в офис и доложил главному менеджеру Чон Чэгилю, временно исполнявшему обязанности руководителя группы.
— Хорошо, понял.
К счастью, Чэгиль пошёл навстречу.
Будь здесь Ли Сокчун, наверняка равнодушно бросил бы:
— Сам и выкуришь.
Без Сокчуна, который цеплялся к каждому слову Пёнмана, работать стало намного легче.
«Интересно, что он сейчас делает?»
Пёнман перешёл к соседней второй группе спецпродаж и подошёл к Чхон Манбэ.
Манбэ обожал внешнюю мишуру. Ему и импортные сигареты продать легко, а если правильно сыграть на его желании похвастаться, получится ещё и бесплатная реклама.
— Не хотите блок импортных? Девять тысяч вон за блок. На тысячу дешевле магазина!