Ребекка Квентин вдруг подняла взгляд на Честера Робинсона: «Разбитое сердце?»
Честер надел халат и вышел из спальни.
Ребекка, сидя на диване, поспешно встала и спросила: «Ты ведь не шутил со мной раньше, правда? У тебя даже нет девушки, так как же ты можешь быть так расстроен?»
Честер подошел к своему винному шкафу, налил два бокала красного вина и протянул один Ребекке. «Выпей сначала со мной, прежде чем мы начнем разговаривать».
Ребекка тут же возразила: «Вы же знаете, что я не пью».
«Только сегодня».
Ребекка, нерешительно взглянув на красное вино, спросила: «Ты действительно убит горем?»
Честер усмехнулся: «Конечно».
Ребекка нахмурилась: «Но у тебя же нет девушки?»
Честер поднял бровь: «Когда это я говорил, что у меня нет девушки?»
«Э-э, разве ты не говорила, что свободна…» — тихо пробормотала Ребекка.
Честер тихонько усмехнулся, отпил глоток вина и наконец сказал: «Конечно, я „холост“, потому что рядом со мной никогда не было моей девушки».
Ребекка недоуменно спросила: «Если вы пара, почему бы вам не быть вместе?»
«Она влюбилась в другого человека».
— Ты серьёзно? — недоверчиво спросила Ребекка. — Ты совсем не выглядишь грустной.
Честер спокойно посмотрел на Ребекку: «Я никогда не видел тебя грустной, но разве твое сердце не так же изранено?»
Тело Ребекки мгновенно застыло.
Честер снова взял второй бокал вина и спросил: «Ты готов выпить со мной?»
После нескольких секунд колебания Ребекка согласилась и сказала: «Я просто выпью с тобой глоток».
"Ваше здоровье!"
Ребекка чокнулась с Честером и сделала маленький глоток.
Честер не возражал, сделал глоток и подошел к окну от пола до потолка в гостиной.
Ребекка поспешно отставила стакан и подошла к Честеру, с беспокойством спросив: «Ты в порядке?»
Честер не ответил.
Ребекка снова спросила: «Вы двое вместе уже много лет?»
Честер, глядя на великолепный ночной городской пейзаж за стеклянной завесой, легкомысленно ответил: «Хм».
«Значит, вы очень разочарованы, что она влюбилась в другого».
Честер покачал головой с улыбкой, по-прежнему ничего не говоря.
В этот момент Ребекка вздохнула: «Я и не ожидала, что даже у доктора Робинсона могут быть эмоциональные проблемы».
«Нет, эмоции никогда не были моей проблемой».
"Затем вы…"
Честер повернул лицо, пристально посмотрел на Ребекку и улыбнулся уголками губ: «Я просто хотел уговорить тебя выпить со мной».
Ребекка тут же почувствовала стыд и раздражение, ударив Честера по плечу: «Эй, как ты смеешь меня обманывать…»
Честер не увернулся, позволив ей ударить его.
Заметив необычный взгляд Честера, Ребекка быстро остановилась и отступила назад: «Я больше не хочу с тобой разговаривать, даже врачи сейчас обманывают, такие недобрые… Я ухожу».
Наблюдая за уходящей Ребеккой, Честер не остановил её, лишь перевёл взгляд на стеклянную занавеску, рассматривая её хрупкое отражение. Он тихо произнёс: «С тех пор, как ты вернулась из города Y, твоё настроение неважное».
Услышав слова Честера, Ребекка замерла в дверях.
Честер продолжал смотреть на нее, по-прежнему говоря мягким и медленным тоном: «Немного выпить поможет тебе лучше выспаться сегодня ночью».
Вернувшись в свою комнату, Ребекка прислонилась к двери и тяжело вздохнула.
Неужели у неё действительно плохое настроение?
Войдя в ванную, Ребекка умылась водой, а затем безучастно уставилась на свое отражение в зеркале.
С тех пор как она начала работать в "QCS", она каждый день пользовалась легким макияжем. Теперь, когда макияж смыли, ее лицо выглядело бледным и бесцветным.
Оказывается, если человек однажды впал в уныние, он уже не может этого скрыть.
Она совершенно бесполезна; прошло уже больше десяти дней с тех пор, как она вернулась из города Y, а она до сих пор не пришла в себя…
Если бы он знал, что она сейчас в таком состоянии, он бы наверняка над ней посмеялся, не так ли?
Дело в том, что в городе Y она уже опозорилась перед ним…
Она действительно была слишком наивна; он ясно сказал ей об этом по телефону, но она предпочла унизить себя.
Он просто хотел проявить доброту, а она приняла это за затаенные чувства. Какая же она была глупая…
К счастью, она больше никогда его не увидит и не будет его беспокоить.
Пусть прошлое останется сном; теперь, когда сон закончился, они могут снова стать двумя совершенно не связанными между собой людьми!
Ребекка только что закончила принимать душ и легла на кровать, когда зазвонил ее телефон.
Она взяла телефон, взглянула на экран и, спустя долгое время, нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…»
"Ребекка, это тётя, я тебя так поздно беспокою?"
«Нет, я ещё не сплю».
«Как у вас дела в последнее время?»
Ребекка приподнялась, прислонилась к изголовью кровати и мягко улыбнулась: «Довольно неплохо».
«Не перенапрягайтесь и отдохните».
"Я знаю."
«У меня для вас есть радостная новость…»
"Хм?"
«Эндрю недавно начал говорить „мама, мама“. Не уверен, выучил ли он это в Y City, но он произносит это очень чётко!»
Ребекка опустила взгляд и тихонько усмехнулась: «Он очень умный».
"Ребекка…"
"Хм?" — Ребекка вытерла жжение в носу.
«Когда вы приедете в Нью-Йорк, чтобы увидеться с Эндрю?»
«У меня… у меня очень мало свободного времени, в последнее время в компании очень много работы!»
Миссис Джеффри вздохнула: «Вздох, все говорят, что когда отношения взрослых рушатся, больше всего страдают дети. Это верно и для Говарда, и для Эндрю тоже…»
Ребекка молчала.
Миссис Джеффри добавила: «Если вы скучаете по ребенку, приезжайте в Нью-Йорк, когда у вас будет время. Не беспокойтесь о встрече с Говардом; он сейчас редко возвращается. Он либо работает в Нью-Йорке, либо во Франции. Даже мне трудно его увидеть».
«Я закончу свою работу к следующему месяцу, и тогда приеду».
«Хорошо, ложись спать пораньше».
"Спокойной ночи."
На следующий день.
Рано утром, когда Ребекка вошла в компанию, она заметила, как ее коллеги перешептываются. То, о чем они говорили, определенно касалось ее, поскольку взгляды, обращенные на нее, были полны презрения и пренебрежения.
Прежде чем Ребекка успела дойти до своего стола, коллега из отдела по связям с общественностью, такая же, как и Николетт Холмс, скрестила руки и подошла к ней.