У Хан Чонгука сводило желудок от нервов.
В последнее время всё шло кувырком, и стресс копился снежным комом.
Разумеется, такова неизбежная участь любого государственного служащего, и в его возрасте большинство людей либо привыкают ко всему, либо увольняются, не выдержав нагрузки. Но он был исключением. Как бы скверно ни складывались дела, сколько бы проблем ни наваливалось на его плечи, он не мог бросить работу по сиюминутной прихоти — да и не имел на это права.
Ведь он был президентом этой страны.
— Господин президент, ваши рейтинги одобрения в последнее время стремительно падают.
— Знаю.
Хан Чонгук, просматривавший документы в своём кабинете в Голубом доме, помрачнел. Эту фразу он слышал в последнее время слишком часто. Как и следующее за ней предложение.
— Полагаю, нам необходимо предпринять какие-то меры.
— Какие ещё меры?
— Быть может, объявить о новом обещании с помощью вашего [Обета Поддержки], чтобы поднять рейтинги...
— Раздавать новые обещания?! Ты в своём уме?!
Хан Чонгук вперил в главу секретариата испепеляющий взгляд.
Уникальный навык [Обет Поддержки], вознёсший его на вершину государственной власти, требовал безукоризненного исполнения каждого обещания, данного ради голосов избирателей. А невыполнение сулило чудовищные последствия. Потеря мышечной массы, угасание мужской силы и преждевременные морщины были лишь вершиной айсберга. В худшем случае Система могла наградить его эффектами вроде [Бесплодие?!], [Старческое слабоумие] или даже [Вы испустили последний вздох].
Именно поэтому весь свой президентский срок он без сна и отдыха трудился над реализацией обещаний предвыборной кампании. Но он не выполнил и половины. Брать на себя новые обязательства сейчас было равносильно самоубийству.
— Но ситуация критическая. Если так пойдёт и дальше, синдром «хромой утки» настигнет вас гораздо раньше срока.
— Тьфу...
Хан Чонгук тяжело вздохнул.
Политическая обстановка накалилась настолько, что даже глава секретариата заговорил об этом открыто. Опасаться статуса «хромой утки» всего на второй год правления — это само по себе говорило о многом.
«Чёрт побери, если бы только не тот захват заложников!»
Всё началось с одного-единственного инцидента. Римон ворвался в Голубой дом, захватил его прямо в президентском кресле и пустил трансляцию в прямой эфир на всю страну. Позже кризис замяли, объявив случившееся антитеррористическими учениями, но мало кто поверил в эту басню. А те, кто поверил, яростно критиковали правительство за то, что ради «учений» разнесли в щепки резиденцию президента.
Ликвидация последствий, бесконечный ремонт полуразрушенного Голубого дома... Месяцами его осаждали возмущённая общественность, оппозиция и даже однопартийцы.
И это было лишь малой толикой проблем.
— Дело ведь не только в рейтингах. Есть проблемы куда более насущные, — продолжал секретарь.
— О чём ты?
— Внутри страны роспуск БАИ подорвал общественную безопасность, а гибель стольких высокоуровневых Игроков нанесла сокрушительный удар по экономике.
Лицо Хан Чонгука заледенело от серьёзного тона подчинённого.
Отряд 909, элита БАИ, гильдии «Звёздная Пыль» и «Новые Божества»... Более семидесяти высокоуровневых Игроков полегли от руки Римона, а полсотни единиц новейшего вооружения превратились в металлолом — настоящая катастрофа. Погибли даже двое Великих Герцогов!
Учитывая, что каждый Игрок высшего эшелона был сродни транснациональной корпорации, ущерб оказался невосполним. С точки зрения экономики это равнялось исчезновению десятков системообразующих предприятий, а с военной — уничтожению целых бронетанковых дивизий и флотилий.
И эти драгоценные силы были растрачены в попытке устранить Римона, так называемого Героя Спасения Нации! Если бы правда выплыла наружу, фондовый рынок рухнул бы в одночасье, похоронив его политическую карьеру. Чтобы замести следы — объявить всех пропавшими без вести и заткнуть рты свидетелям, — Хан Чонгуку пришлось спустить баснословные теневые фонды.
Но справиться с кризисом так и не удалось.
— Но мы же восполняем потери за счёт сотрудничества с другими крупными гильдиями?
— Дефицит ресурсов из Подземелий отчасти удалось сгладить, но безопасность на улицах продолжает стремительно катиться ко дну.
— Всё настолько плохо?
— Попытка заменить БАИ обычными гильдиями с самого начала была провальной идеей, — резко отрезал секретарь.
БАИ было специализированным государственным органом по надзору за высокоуровневыми Игроками. Его оперативники проходили суровую выучку и знали, как устранять кризисы. Но когда безопасность доверили частным гильдиям, наружу полезли пороки. Чрезмерное применение силы под предлогом поимки преступников было лишь цветочками. Кумовство, взятки, самоуправство гильдий на государственном уровне — беспредел цвёл пышным цветом.
— Мы не можем возродить БАИ по щелчку пальцев.
— Не сейчас, но вам придётся создать новое ведомство ему на смену. Иначе наша страна превратится в подобие африканских пустошей.
— Ох...
Хан Чонгук, и без того по горло сытый ликвидацией последствий мятежа, схватился за голову. Но докладчик не унимался.
— И это только внутренние беды. Снаружи ситуация ничуть не лучше.
— Ты о повышении таможенных пошлин Федерации Семидесяти Семи Чжунхуа?
— Не только. Разве вы не заметили, как ухудшилось наше дипломатическое положение по всем фронтам?
— ...Думаешь, это тоже из-за того захвата заложников?
— По крайней мере, международная обстановка ощутимо переменилась аккурат после тех событий.
— Хм-м...
Хан Чонгук помрачнел. Пусть Корея не была сверхдержавой уровня США или Российского Каганата, она оставалась признанным региональным лидером. К ней всегда относились с негласным почтением, и Хан Чонгук, став президентом, воспринимал это как должное.
Однако, как верно заметил глава секретариата, это уважение испарялось на глазах. Приглашения на международные саммиты иссякли. Традиционные дипломатические привилегии растворились в воздухе. Зарубежные послы вели себя вызывающе дерзко.
По отдельности каждый инцидент можно было списать на случайность, но всё вместе... Даже политик не мог закрывать глаза на очевидное: мировой статус страны летел в бездну.
— Нет, ты преувеличиваешь, — возразил Хан Чонгук, мотнув головой. — У нас есть Бесконечный Монарх. Кто посмеет смотреть на нас свысока?
— Сам Бесконечный Монарх с тех самых пор полностью ушёл со сцены и не выходит на связь.
— В этом всё и дело. Стоит Ли Чонги снова заявить о себе, как всё вернётся на круги своя.
— Вы действительно так думаете?
— ...Разумеется.
Несмотря на уверенные слова, сердце Хан Чонгука сжималось от дурного предчувствия.
В Железном Веке Монарх был абсолютной величиной. Активен он или затаился в тени, само присутствие Бесконечного Монарха Ли Чонги и гильдии «Бесконечность» гарантировало колоссальное геополитическое влияние. И всё же беды сыпались одна за другой — дипломатия, экономика, безопасность трещали по швам. Это казалось неестественным. Словно из фундамента выдернули невидимую сваю, и величественный дворец зашатался, грозя рухнуть.
«Знал бы я, во что всё выльется, ни за что не стал бы слушать этого мерзавца Пак Хён-гуна!»
Он пошёл навстречу теневому кардиналу гильдии «Бесконечность», надеясь укрепить связи с Ли Чонги. Но в итоге Пак Хён-гун бесследно исчез, «Бесконечность» отстранилась от государственных дел, а страна покатилась в пропасть. Хан Чонгук не мог заглушить терзающее душу раскаяние.
«Римон Асфельдер, собачий ты выродок!»
С другой стороны, ярость к Римону закипала в нём с новой силой. Всё это было расплатой за то, что они не смогли его прикончить!
«Если ты Герой Спасения Нации, так сдохни ради своей страны! Брать президента в заложники?!»
Истинный патриот молча взял бы вину на себя и лёг в могилу. А этот ублюдок устроил кровавую бойню ради спасения собственной шкуры! Президент кипел от бешенства, проклиная тот день, когда назвал этого безумца героем.
Но высказать это вслух он не смел. Он не был настолько глуп, чтобы снова провоцировать чудовище, способное среди бела дня взять штурмом Голубой дом. Ни на уровне государства, ни лично.
Пока Хан Чонгук ломал голову над сплетением кризисов...
Дзинь.
Смартфон главы секретариата подал сигнал. Получив кивок президента, он проверил сообщение, и его лицо озарилось:
— Господин президент, отличные новости из Министерства иностранных дел! Графиня Роуз запланировала визит в нашу страну.
— Графиня Роуз?.. Та самая Графиня-Змея Роуз из Великобритании?
— Да, сэр.
— С чего бы принцессе внезапно к нам пожаловать? Разве они не по горло заняты восстановлением Лондона?
— Точные причины неизвестны, но, возможно, она ищет международного сотрудничества в этом вопросе.
— Да, это определённо добрая весть.
Лицо Хан Чонгука просветлело. Графиня Роуз — председатель правления «Ёрмунганда», обладавшая в Британии куда большей властью, чем королевская семья. Любая сделка с ней, государственная или деловая, могла стать спасательным кругом в бушующем кризисе.
— Распорядись, чтобы её встретили на уровне главы государства. Никаких накладок! Перекроите график так, чтобы включить как можно больше двусторонних встреч и официальных обедов.
— Будет исполнено, господин президент...
Редкая хорошая новость среди череды неудач заставила Хан Чонгука улыбнуться.
Дзинь.
Смартфон секретаря пискнул вновь.
— Что ещё? Только не говори, что визит Розы отменился!
— Нет-нет, не беспокойтесь. Это из Министерства культуры.
— Культуры?
— Да. Сообщают, что...
Прочитав текст, глава секретариата застыл. На его лице отразилась странная смесь восторга и тревоги.
— Верховная Жрица Айнша прибывает в нашу страну с визитом.
— Что?! И она туда же?
— Цель не уточняется. Но учитывая статус госпожи Айнши, речь может идти о грандиозном выступлении, поэтому они просят обеспечить государственную поддержку...
— Да, разумеется! Превосходная идея.
Мимолётная тревога рассеялась. Хан Чонгук видел в этом колоссальные выгоды. Айнша — председатель правления «Тиамат», влиятельнейшая верховная жрица Священного Альянса. И в то же время — величайшая певица планеты. Одно её шоу принесёт стране баснословные финансовые и культурные дивиденды.
— Айнша прилетает аккурат в то же время, что и Роуз... Какое счастливое совпадение!
— Воистину так, сэр.
— Вреда точно не будет. Возможно, даже удастся организовать совместный дипломатический ужин с обеими принцессами...
Но на этом оптимизм президента иссяк.
Вжж-вжж, вжж-вжж.
— ...Что опять?
— ...Из Министерства здравоохранения. Сообщают, что госпожа Майя планирует визит, и требуют подготовить соответствующий приём.
— ...
Лицо Хан Чонгука закаменело.
Две принцессы — ещё куда ни шло, совпадение. Но три председателя конгломератов Группы «Семь Драконов», присылающие официальные уведомления в один и тот же день?!
Совпадение?!
И закончится ли всё на этом?
Его мрачные предчувствия оправдались с ужасающей скоростью.
Тр-р-р-р-ин!
На сей раз зазвонил не смартфон. Залился истошным воем защищённый телефон прямой правительственной связи. Хан Чонгук сглотнул вязкую слюну и снял трубку.
Его лицо побелело как мел.
[Г-господин президент! Катастрофа! Тихоокеанский флот разворачивается в Японском море!]
— Что?!
[Российский Каганат перешёл на военное положение — войска стягиваются к границе!]
И панический вопль министра обороны стал лишь первой ласточкой.
Национальная служба разведки: в Москве приведены в готовность ракетные комплексы, нацеленные на Сеул.
Министр финансов в полнейшей истерике: США разрывают контракты и выводят весь капитал.
Министр иностранных дел: по всей Африке задержаны корейские дипломаты.
Министр торговли: электростанции корпорации «Апофис» экстренно остановлены.
Через секретаря.
По защищённым каналам.
Лично врываясь в президентский кабинет.
Оглушённый лавиной отчаянных докладов, Хан Чонгук долго стоял неподвижно, не в силах пошевелиться.
А затем оцепенело выдавил в пустоту:
— Да что вообще, чёрт возьми, происходит?..