Тревога! Чрезвычайная тревога!
Я отчаянно пытался образумить Луну, сидевшую на мне сверху.
— Луна, успокойся! Если мы это сделаем, назад уже не вернуться! Потом обязательно пожалеешь!
— В-всё хорошо! Всё будет хорошо! Я сделаю так, чтобы не было больно! Оппа может просто лежать, я всё сделаю сама!
— Луна-а-а! Ты сейчас не в себе-е-е!
Чтобы добраться до моей рубашки, Луне пришлось отпустить руки.
Я вывернулся и попытался оттолкнуть её за плечи, но физической силы жалкого домоседа не хватало даже на малейшее сопротивление.
«Если просто толкать, у меня нет шансов».
Так не получится.
«Тогда…»
Я перестал упираться и обхватил Луну за затылок, резко притянув к себе.
Она подавалась вперёд, преодолевая моё сопротивление, поэтому внезапная смена направления заставила её рухнуть мне на грудь.
Клинч.
Раз оттолкнуть Луну невозможно, остаётся прижать к себе и ограничить движения.
Когда голова оказалась внизу, центр тяжести сместился, и устойчивое положение сверху нарушилось. В итоге она полностью легла на меня.
— Фыр-фыр… фыр-фыр…
«Что-то всё равно не так».
Уткнувшаяся в грудь Луна дышала слишком странно. Кажется, ткань даже стала влажной.
Но по крайней мере она успокоилась. Нужно пользоваться моментом.
— Луна, приди в себя. Ты ведь не хочешь разрушить наши хорошие отношения таким образом.
— …О чём вы… Ай!
Пока Луна отвлеклась, я резко подбросил бёдра, развернулся и поменял положение.
Схватил её за запястья, оказавшись сверху. Разумеется, моя сила никуда не делась: стоит Луне напрячься — и она сразу освободится.
Но после переворота она почему-то лежала спокойно.
Мы посмотрели друг на друга.
Лицо Луны раскраснелось от возбуждения. В вертикальных зрачках появился странный блеск, по подбородку стекала слюна.
Она тяжело дышала и смотрела на меня с мучительной тоской. Выглядела растрёпанно, но от неё исходила непривычная чувственность.
— Луна, ты успокоилась?
— П-почему вы останавливаетесь?.. Я вам всё-таки неприятна?..
— Нет, дело не в этом. Я просто не знал, что у тебя… ну… течка, и пришёл в самое неподходящее время. Это моя вина, не твоя.
Такое нельзя делать, пока хотя бы один из нас не способен ясно мыслить.
Луна посмотрела озадаченно, словно услышала что-то совершенно непонятное.
— Т-течка?.. О чём вы?..
— А? Разве ты не поэтому закрыла ларёк?
— Что?.. Тогда зачем оппа вообще пришли ко мне?
— Я не объяснил? Собираюсь открыть ресторан и хотел предложить тебе стать шеф-поваром. Но пришёл сюда в первую очередь потому, что переживал. Не подумай ничего другого.
— Ресторан?.. Шеф-повар?..
Понемногу приходя в себя, Луна вспомнила начало разговора.
«О нашем будущем и дальнейших отношениях».
«Так речь шла о ресторане и найме?..»
Несколько секунд она лежала неподвижно, а затем жизнь начала исчезать из её глаз.
— Значит, я… Нет. Хотя бы красивой назвал… Да… Я ведь и так знала, чем всё окажется… Сама напридумывала…
Луна безумно что-то бормотала.
— Эм… Луна?
Услышав голос, она посмотрела прямо на меня мёртвыми глазами. От этого взгляда стало не по себе.
— Оппа хотели меня нанять, верно?
— А? Да… Условия можешь выбрать сама. В управление заведением я почти не стану вмешиваться…
Луна перебила.
— Течка.
— Что?
— Если вы меня наймёте, а я не смогу работать из-за течки, разве это не станет проблемой?
«Мне прибыль не особенно важна, так что нет».
Можно просто дать ей отпуск на такие дни.
— Тогда будешь отдыхать…
— Нет. Мне будет стыдно перед оппой.
— Не нужно себя заставлять…
— Только что я поняла: когда оппа крепко меня обнимает, становится намного легче. Поэтому во время каждой течки обнимайте меня. Это моё условие найма.
Обнимать?
Сегодня другого выхода не было, но постоянно просить такое у мужчины, с которым не встречаешься, немного странно.
Кажется, Луна пыталась пожертвовать собой, чтобы я не понёс убытков.
— Луна, подумай ещё раз. Как ни посмотри, просить об этом мужчину, с которым ты даже не встречаешься…
— Ответ.
Её глаза сверкнули опасно. Вертикальные зрачки казались особенно острыми.
Но затем Луна улыбнулась, словно прежнего давления и не было.
— Всё нормально. Просто ответьте, оппа.
Губы улыбались, глаза оставались мёртвыми.
Инстинкт подсказывал: если продолжу спорить, случится что-то страшное.
— …Хорошо.
Луна просияла, и на этот раз радость казалась искренней.
— Правда? Тогда теперь придётся обнимать меня каждую неделю.
— Разве течка бывает так часто?
Даже для зверолюда каждую неделю — перебор.
— …Наверное, потому что я лиса. Хе-хе… Мне снова жарко. Быстрее обнимите меня, оппа.
«Это точно правильно?»
Я лежал на её кровати и держал Луну в объятиях.
«Тело и правда горячее».
— Сильнее. Обнимите так крепко, чтобы стало больно.
— …
— Одной рукой гладьте по голове, а лицом уткнитесь мне в макушку.
Ощущения становились опасными.
— Луна, сколько ещё лежать? Мне уже немного…
— Хе-хе… Ещё чуть-чуть.
Фыр-фыр. Фыр-фыр.
Плохо дело. Я пытался думать о печальном, но всё равно чувствовал, что вот-вот произойдёт несчастный случай.
Пришлось вспоминать всю мерзость, увиденную за годы на форумах: фотографии испражнений, уродливые лица стариков и прочую жесть. Одновременно я мысленно читал сутру.
«Маха-праджня-парамита-хридая… Бодхисаттва Авалокитешвара, погрузившись в глубокую…»
Прошло около тридцати минут.
«Всё! Больше не могу!»
Держаться не осталось сил. От постоянного повторения даже самые отвратительные фотографии в памяти уже начинали напоминать карри.
«У меня больше нет материала, чтобы это подавлять!»
— Луна! Мне пора заниматься делами. Может, на сегодня хватит?
— …
— Луна?
— Ха… Хм… А-а…
Дрожь. Дрожь.
Её тело внезапно затряслось. Через несколько мгновений Луна подняла лицо от моей груди.
Она смотрела снизу, тяжело дыша, с влажным, расслабленным выражением. На мгновение кровь ударила в голову, но я всё-таки сдержался.
— Ха-а… Ха-а… Теперь… достаточно.
Луна медленно выбралась из объятий.
«Опасно. Ещё немного — и я стал бы ублюдком, воспользовавшимся её течкой. Хорошо, что столько лет сидел на форумах и насмотрелся жести. Спасибо вам, анонимы».
Но теперь я точно понимал: продолжать так нельзя.
Я посмотрел на Луну, которая лежала рядом, довольно разглядывала потолок и всё ещё тяжело дышала.
— Луна, это слишком опасно. Всё-таки во время течки лучше отдыхай…
— Ответственность.
— А?
— Вы должны отвечать за последствия. Из-за оппы я теперь не выдержу течку без объятий. Если вы откажетесь, может, я не смогу сопротивляться, когда плохие люди сделают со мной что-нибудь грязное.
Это же слишком крайний вывод.
— Ч-что ты говоришь?..
— Оппа и дальше будете нести «ответственность», правда?
В выражении Луны проскользнуло нечто безумное.
Что произойдёт, если я откажусь?
Сегодня она показала слишком много новых сторон, и теперь казалась немного чужой.
— Ответ.
— …Да.
Она отпустила меня только после обещания отвечать за каждую её течку.
* * *
После ухода Сучхана Луна поздно обедала в церковной столовой.
Обычно она ела собственную еду и почти сюда не приходила.
Налог за Луну благодаря поддержке Святой выплачивала церковь, поэтому в действительности ей не требовалось зарабатывать. Ларёк она держала лишь затем, чтобы хоть немного отплатить за помощь, и почти всю небольшую выручку жертвовала обратно.
Одна из монахинь, всегда относившаяся к её стараниям с теплом, села рядом.
— Госпожа Луна, сегодня вы выглядите счастливой. Произошло что-то хорошее?
— Хе-хе-хе… Хорошее… Хе-хе, произошло.
— Д-да, это заметно…
Даже во время еды Луна словно смотрела куда-то далеко. Хвост радостно покачивался, так что настроение безусловно было прекрасным.
«Хотя выглядит так, будто у неё винтик выпал».
— Хе-хе… Хорошо, что я проявила жадность…
— О! Значит, и у вас наконец появилось желание. Да, желание — не грех. Это стремление к завтрашнему дню. Я рада, что вы нашли цель, ради которой хотите жить.
Большинство больных в церковном приюте уже потеряли волю к жизни. Изменение Луны заслуживало поздравлений.
Она задумалась и спросила:
— Сестра… А если из-за моего желания кому-то станет тяжело, это всё равно нормально? Я так сильно, так сильно хочу получить это, что ничего не могу с собой поделать…
— Это…
«Она хочет чего-то настолько сильно, что готова навредить другому?»
Вопрос оказался сложным.
— Постарайтесь найти компромисс с этим человеком. Если получится прийти к решению, которое устроит вас обоих, он наверняка отдаст желаемое.
— Но мне нечего предложить ему взамен.
Луна была одной из пострадавших от чудовищ и жила благодаря поддержке Святой. Ларёк почти не приносил денег, да и их она жертвовала церкви.
«Ей действительно трудно предложить что-то ценное».
В убежище и без того почти не осталось вещей, имеющих настоящую стоимость.
И всё же Луна, десять лет прожившая без желаний, впервые чего-то захотела. Монахиня желала её поддержать.
— Необязательно дарить дорогую вещь. Жизнь бесценна — возможно, существуют и другие подобные ценности. Поищите нечто, что можете создать только вы.
Глаза Луны расширились, будто она услышала высшую истину.
— Точно! Драгоценная жизнь! То, что могу создать только я… Спасибо, сестра.
— Не за что. Рада, что смогла помочь.
— Интересно, сколько оппа захочет?..
— …Что?
* * *
Расставшись с Луной, я приступил к следующему пункту расписания и назначил встречу трём дварфам через [Незавершённый билет].
— Поэтому, если возникнет ситуация, в которой вы не сможете работать из-за особенностей расы — например, течки у зверолюдов, — сообщайте заранее.
Теперь я был работодателем и понимал, что обязан учитывать биологические особенности работников. Хотя бы минимальные льготы обеспечить нужно.
Один из дварфов покосился на меня и прошептал стоявшему в центре:
— Брат… Первый раз слышу, чтобы у зверолюдов была течка.
— …Я тоже. Видимо, в мире DungeonMaster всё иначе. Не задавай вопросов. Нам нужно лишь выполнять приказы.