Айша Лайларис.
Хозяйка дома, где я снимал комнату.
Старая дева-эльфийка возрастом, предположительно, больше четырёхсот пятидесяти лет. Всю жизнь она была помешана на работе, а когда наконец почувствовала одиночество и решила найти спутника, мужчины уже избегали её из-за дурной славы, которую заслужили представительницы её народа. Бедняжке, похоже, предстояло до конца дней оставаться старой девой против собственной воли.
По случайному стечению обстоятельств я некоторое время помогал ей охотиться на мужчин, но успехи оказались плачевными.
В тот день Айша действительно сломалась.
После этого при случайных встречах она перестала задавать вопросы ради подпитки самооценки и стала здороваться как обычный человек. Однако скрыть печаль на лице ей всё равно не удавалось.
«Но раз она способна спокойно работать, значит, пережила тот удар. Молодец, Айша».
Хотя нет. Возможно, она не пережила, а просто окончательно сдалась.
Но разве не это значит стать взрослым? Увидеть стену реальности, осознать собственные пределы и пойти на компромисс. Наверное, так и выглядит житейская мудрость взрослого человека.
Правдивое принятие мира, цена самостоятельности, смирение с одиночеством, углубление ценностей… Лишь пройдя через всё это, можно называться по-настоящему зрелым.
Тогда я, не прошедший ничего из перечисленного, безусловно, младенец.
Причина, по которой я начал нести эту чушь у себя в голове, была проста: Айша почему-то неподвижно стояла рядом.
— …
— …
«Если не отвлекаться на посторонние мысли, я не выдержу…»
Айша молчала, и невозможно было понять, о чём она думает.
Мне и без того было тревожно из-за риска разоблачения, поэтому я создавал вокруг себя неприятную, недоступную атмосферу. Почему она не уходит?
Похоже, ждёт, когда я заговорю первым.
Голос мог меня выдать, но маска HeadMod была зачарована всеми мыслимыми способами. Она скрывала не только голос и запах, но даже до некоторой степени размывала восприятие телосложения.
«А всё равно страшно, как сука…»
Маска не была всесильной. HeadMod предупреждал, что хорошо знакомый со мной человек может узнать меня по манере речи или мелким привычкам.
Но если до начала рейда осталось всего десять минут, а командир всё ещё стоит рядом, у неё явно есть дело.
Не спросить я уже не мог.
— …Ты хотела что-то сказать?
Я ответил максимально сухо и властно. Даже не посмотрел на неё, будто мне совершенно неинтересно, и изобразил скучающего человека, как можно меньше похожего на настоящего меня.
Она заговорила так, словно только этого и ждала.
— Прошу прощения за дерзость, но я хотела бы задать почтенному старшему один вопрос. Не окажете ли вы мне наставление?
Наставление? Похоже, и эта женщина, как остальные маги, сильно переоценила мой уровень.
Титул внешнего советника тоже звучал подозрительно внушительно. Неужели она считает меня большой фигурой магического мира?
Хотя одно всё-таки не сходилось: с её точки зрения меня едва ли следовало называть древним старшим.
Айша забыла собственный возраст?
«Она сама жила ещё четыреста лет назад…»
Даже будь я настоящим скрытым мастером, скорее всего, всё равно оказался бы моложе.
— …Говори.
— Насколько я могу судить, внешний советник достиг уровня, на котором магические направления больше не ограничивают вас. Тогда позвольте спросить: существует ли способ выйти за границы собственной школы и использовать уникальную магию другого человека?
— Любопытный вопрос.
Но я понятия не имел.
Если честно, в первые секунды я даже не понял, о чём она говорит.
Я занимался магией всего несколько месяцев, а Элизе учила меня главным образом практике, а не теории. На подобный вопрос ответить было нечем.
Но признаться в незнании означало разрушить образ, который я только что выстроил.
К тому же окружающие маги заинтересованно навострили уши и откровенно подслушивали.
«Все смотрят».
Может, быстро придумать что-нибудь правдоподобное? Если наговорить достаточно туманной философии, большой беды не случится.
Уникальная магия — своего рода коронный приём конкретного мага.
Обычные заклинания чаще всего основывались на четырёх элементах, которые люди ежедневно видят вокруг: огне, воде, земле и воздухе.
Они знакомы каждому и потому понемногу присутствуют во внутренних образах большинства людей. Именно благодаря этому существуют общие заклинания вроде огненного шара.
Уникальная магия, напротив, создаётся из глубоко личного внутреннего образа, которого почти не встретишь у других.
Например, магия Элизе, основанная на небесных телах.
В начале прошлого рейда она соединила два светила с противоположной энергией и вызвала огромный взрыв. Повторить такое было невозможно.
Поскольку явление произошло внутри подземелья, я примерно понимал принцип. Благодаря невероятному восприятию синхронизации даже получил нечто вроде чертежа заклинания.
Но во мне не существовало материала, из которого этот чертёж можно было бы собрать.
Даже с моими скромными знаниями вывод был очевиден: использовать чужую уникальную магию нельзя.
Но Айше явно не нужен такой банальный ответ.
— Если говорить лишь о результате, это не невозможно.
Глаза Айши широко распахнулись.
— Тогда!.. Не могли бы вы объяснить способ?
— Наложи внутренний образ другого человека поверх собственного.
— Но подобное невозможно…
— Возможно, если ты способна создать новый слой над своим внутренним образом. Нужно понять и прочувствовать образ мага, чью уникальную магию желаешь повторить, а затем идеально воссоздать его в отдельном пространстве поверх собственного. Тогда чужое заклинание станет доступным. Однако техника была утрачена в древности: слишком велик риск загрязнения сознания и распада личности.
От моей уверенной болтовни маги вокруг пришли в восторг и начали связывать услышанное с известными им историями.
— Точно! Я слышал о придворном маге древнего королевства с раздвоением личности. Он свободно владел двумя противоположными направлениями! Я думал, его внутренний образ просто необычен… Выходит, образов действительно было два!
— А один военный маг с тяжёлым расстройством психики в какой-то момент тоже начал применять несколько разных школ…
— Значит, в одном теле действительно могут находиться несколько внутренних образов? Неудивительно, что мы ничего не знали. Обычный человек тратит жизнь даже на завершение одного, а доведение его до предела требует ещё больше времени.
Когда они так заговорили, даже мне на миг показалось, что моя теория может быть правдой.
«Нет. Мне нельзя самому в это верить».
Я буквально предложил создать второе окно навыков. С чего бы это вообще работало?
Не знаю, помог ли мой ответ, но Айша вежливо поклонилась.
— Вы очень помогли. Благодарю.
И зачем ей понадобилось это знать?
«Хотя какая мне разница».
Уникальная магия…
Если подумать, я до сих пор не знал, как выглядит мой собственный постоянный внутренний образ. Все используемые заклинания создавались, когда я ненадолго фиксировал хаос, бесконечно меняющий форму внутри меня.
Образ, который должен всегда чётко существовать в душе, ещё не сформировался.
Возможно, в день его завершения подземелья снова изменятся. У меня появлялось смутное предчувствие.
Пока я отвечал на вопрос Айши, подошло время появления гигантского слизня и рейд Магической башни начался.
Как и было заказано, вместо обычного босса появился подвид. Рейдеры наконец увидели то, чего ждали, и оживились.
— Э-это подвид! Профессор Айша, подвид!
— Наконец-то!
— Все по местам. Действуем по плану и заканчиваем первым заклинанием.
Первым заклинанием?
«Их триста. Собираются просто задавить огневой мощью?»
Похоже, тактика Магической башни против гигантского слизня заключалась в убийстве одним залпом.
Но сработает ли это против подвида? Он был намного крупнее обычного гигантского слизня и умело прятал ядро под землёй. Даже магия Элизе не смогла сразу его добить.
Однако на этот раз ядро не сумело зарыться.
Маги заранее укрепили землю, и щупальца слизня не могли быстро пробить твёрдую поверхность.
— Подготовка завершена!
— Огонь.
Айша отдала короткий приказ без малейшей эмоции. Огромный магический круг вспыхнул, и из центра вырвался огненный шар, в котором сжалась чудовищная сила.
Используя восприятие синхронизации, я проанализировал ритуал.
«Они согласовали внутренние образы через магический круг».
Сотни людей объединили простейшее заклинание, доступное почти каждому магу, и довели огненный шар до предела.
Фью-ух!
Маленькое солнце столкнулось со слизнем. Оно не просто обожгло поверхность, а продолжило продавливаться к самому центру, после чего взорвалось внутри и породило огромный столб огня.
Бабах!
Маги уже решили, что подвид оказался пустяком и рейд закончен.
«А ядро ещё живо».
Как я и заметил, существо не погибло.
Когда огонь исчез, от огромного тела осталось меньше трёх метров желе, плотно окружавшего крупное ядро.
— Он пережил это?
— Но девять десятых желе уничтожено. Ещё один удар — и всё закончится.
С таким телом слизень уже не сможет породить мутантов во второй фазе и не использует огромную массу третьей.
Рейд практически завершён.
— Быстро уничтожьте остаток.
Айша тоже это поняла и приказала нанести последний удар.
Десятки магов выпустили заклинания.
Бабах!
Но в точке попадания ничего не было.
Ещё до того, как атаки достигли цели, подвид ростом меньше трёх метров оказался у щитоносцев.
— А?..
Грохот!
Танки, которые уже болтали в строю о быстрой победе, разлетелись по воздуху.
— А-а-а!
— Кха-а!
Сила удара напоминала рывок бронированного слизня, однако по скорости с этим существом не мог сравниться ни один слизень из виденных прежде.
Красное тело уже находилось в самом центре построения.
Маги застыли.
Все понимали: при такой мгновенной скорости первый, кто пошевелится, станет целью и лопнет.
Никто не решался двигаться.
В пространстве, переполненном напряжением, лишь я спокойно подпирал подбородок и наблюдал.
«Если выбирать название… четвёртая фаза?»
Ни одна рейдовая группа прежде не уничтожала столько желе, поэтому о подобной форме никто даже не подозревал.
Обычно после третьей фазы люди переставали уменьшать тело и били прямо по ядру. Да и обычной группе попросту не хватало огневой мощи, чтобы испарить тысячи тонн желе.
По сути, четвёртая фаза была скрытой.
«Здесь нет хороших воинов. Интересно, как они собираются это остановить?»
Теперь ядро, прежде двигавшее десятки метров тела, управляло оболочкой высотой меньше трёх метров.
И показывало, какой разрушительной становится такая концентрация силы.