В ледяном дворце Арксии продолжался обряд апостола. В центре бело-золотого потока желейная собака внезапно распахнула глаза.
— Что ты только что сделал?!
На краткий миг она почувствовала восстановившуюся связь с миром, которым когда-то правила. Связь была слабой и сразу исчезла — но сомнений не оставалось.
— Я видел стену.
— Объясни подробнее.
Я рассказал о видении.
— Не знаю. Передо мной оказалась огромная стена. Я коснулся её, она легко обрушилась, а потом сразу восстановилась.
Арксия стала серьёзной.
— Ты разрушил стену, созданную властью внешнего бога?
— Почему ты так решила?
— Мой мир на мгновение соединился с этим. Стена могла быть только той, которую создали внешние боги. Если твои слова верны, ты сделал нечто, выходящее за пределы законов.
Она осторожно продолжила:
— Либо твой ранг уже позволяет искажать правила, установленные внешним богом… либо ты изначально связан с ними.
— Первый вариант отпадает, верно?
Я ещё даже не пробудился как полноценное божество. Арксия кивнула.
— Объём твоей божественности превосходит даже великих богов, но статуса божества у тебя нет. Значит, причина — во втором. Вспомни: что связывает тебя с внешними богами?
Первым на ум пришёл Рокенок — апостол машинного бога, с которым я встретился в виртуальном мире.
Но одной встречи было недостаточно.
«Хотя тот мир сложно назвать простой подделкой».
Я принёс оттуда в реальность фрагмент силы Безымянного сухого древа. Если предмет из мира внутри картины действует здесь, это уже другая реальность, а не иллюзия.
И тут меня осенило.
— Точно. Я проглотил апостола внешнего бога.
Арксия подняла желейные брови.
— Что за нелепость?
Я рассказал, как в финале виртуального мира вместе с Мюриэль взорвал божественность, а превратившаяся в гигантскую желейную собаку Мюриэль поглотила весь мир вместе с апостолом.
Арксия потеряла дар речи.
— Что за безумие… Но если всё так, в твоей причинности записана победа над апостолом, руководившим изоляцией. И всё же этого недостаточно, чтобы легко сломать стену.
— Башня рассвета, которой он пользовался, теперь часть моего подземелья. Это тоже артефакт, затронутый силой внешнего бога?
Дивелиуса, искусственного бога человечества, тоже можно было считать частью этой родословной: Рокенок создал его с помощью мудрости машинного бога.
«Тогда и Гигатрон относится к родословной машинного бога?»
Его конечная форма и называлась совершенным машинным богом.
Я тряхнул головой, возвращаясь к главному.
— Получается, связей и правда немало. Если я способен разрушить стену между мирами, стоит ли это сделать? Тогда, возможно, прекратится обратная волна причинности.
Изоляция мира была ключевой частью плана Рокенока. Без стены существующие чудовища не исчезнут, но хотя бы перестанут взрывным образом усиливаться.
Арксия покачала головой.
— Нельзя. Причинность запутается ещё сильнее. Я сама жажду вернуться, но открытие двери снова превратит этот мир в поле битвы. Дорогие тебе смертные вновь станут расходным материалом богов.
— Я так и думал.
Лёгкого выхода не существовало. К тому же стена больше не появлялась, сколько бы Арксия ни вытягивала мою силу.
— Вы закончили? — раздался голос сбоку.
Эванджелин уже завершила обряд. От неё исходила новая сила — она успешно стала совместной апостолкой Арксии и моей.
— Сестрица, я как раз объясню…
— Не надо. Я слышала половину, и уже чувствую головную боль.
Её лень никуда не исчезла.
— Как вы себя чувствуете?
Она провела рукой по волосам.
— Негативное ощущение от износа разума исчезло. Похоже, я и правда перешла предел своего вида. Но желания жить усердно не прибавилось.
— Естественно. По вам сразу видно человека, который будет сутками сидеть дома и играть.
— Даже возразить нечего.
Раньше она целыми днями сидела на форуме, теперь будет целыми днями играть. Некоторые получают силы снаружи, а мы с ней предпочитали комнату и компьютер.
Без священной обязанности выгуливать Ккоманги я тоже редко покидал бы дом.
Эванджелин подошла ближе.
— Теперь мне придётся быть с тобой вечность. Так что отвечай до конца — это ты не дал умереть. Кстати, ты ведь несколько раз делал мне предложение.
— Предложение?
— Не помнишь? Когда-то писал в чате, чтобы я вышла за тебя. Я тогда решила, что ты псих.
— Кажется… было такое.
В те времена я ещё считал её старшим братом и периодически нёс в чате всякую чушь.
Она улыбнулась как проказница.
— У тебя теперь много женщин. Интересно, что будет, если рассказать им?
По спине пробежал холод. Я вспомнил о крайне неприятных сценариях ревности.
Эванджелин рассмеялась и погладила меня по щеке.
— Шучу. Просто не дай мне снова заскучать, мой спаситель.
Я впервые видел, чтобы она улыбалась так ярко.
— Постараюсь.
Арксия наблюдала за нами из-за веера.
— Странная связь. Не учитель и ученик, не влюблённые, но и друзьями вас назвать трудно. Любовь точно есть, а форма её непонятна.
* * *
После превращения в апостолку Эванджелин заявила, что будет участвовать в следующей операции.
╭─│ ЛИЧНЫЙ ЧАТ · HeadMod│ HeadMod: До финальной битвы осталось немного. Пора и мне действовать всерьёз.│ HeadMod: Раньше я береглась, потому что с моей смертью исчезла бы функция сообщества. Теперь есть ты.╰─
Она ушла играть в DungeonCraft, а я остался во дворце с Арксией.
— Все апостолы становятся такими бодрыми?
— Она больше не смертная. Изношенный разум снова работает полноценно. Мир стал ярким, поэтому эмоции и бурлят.
— Наверное.
— Тебя что-то тревожит?
— Просто всё кажется нереальным. Я столько времени мечтал вернуть поверхность, а теперь это почти произошло. И я не знаю, чем займусь потом.
— Взгляд смертного. Не нужно придавать смысл каждому мгновению. Твоя нынешняя жизнь — лишь миг по сравнению с тем, что ждёт впереди.
— Легко сказать. Ладно, я домой. Ккоманги и остальные ждут.
Когда я ушёл, Арксия осталась одна.
— Интересно, как отреагируют остальные, когда он пробудится полноценным богом и выйдет в мир.
Редкий Хаос, объём божественности выше великих богов, связь с внешними богами. А способность обращаться с целым миром была беспримерной даже по меркам древней Арксии — ведь именно он создал мир подземелья.
Не говоря уже о невозможных сооружениях и преимуществах внутри.
— Похоже, я выбрала прекрасного покровителя.
Белая желейная собака прикрыла улыбку веером.
* * *
Через несколько дней жар турнира остыл, а люди, превратившиеся на время в игровых отшельников, вернулись к обычной жизни.
На одном из этажей билетного подземелья союзные войска готовились к последней битве.
— Держи-и-и!
— Девять! Ещё одно! Вы можете!
— У-у-у-у!
Ослабляющая и гравитационная магия доводила тела до разрушения, новое зелье восстанавливало их и внедряло новые факторы. Грубейший метод, но зелье хозяина подземелья превращало безумие в реальный путь преодоления видового предела.
Шлемы полного погружения позволяли отрабатывать боевые ситуации почти как в реальности.
Подготовка шла лучше, чем когда-либо. Союзники быстро росли.
— Срочное сообщение! Наблюдательный пункт у Колыбели Хаоса зафиксировал аномалию!
Бальтор развернул отчёт и распахнул глаза.
— Мало того что все чудовища катастрофического класса собрались там… появилось ещё одно новое?
Положение резко осложнилось.