Уильям, представитель Армии освобождения во втором поединке, моргал, глядя на полностью восстановленную арену.
— …
Как они это сделали?
Он собственными глазами видел, как поле разнесло на куски, но прошло меньше десяти минут — и всё уже было цело.
«Они что, время повернули вспять?»
Мимо ошеломлённого бойца проходили рабочие.
— Фух… Арена простая, поэтому управились быстро.
— По сравнению с восстановлением Башни рассвета после землетрясения — пустяк.
— Не расслабляйтесь. Сегодня ещё четыре боя. В следующий раз может рухнуть не арена, а всё подземелье.
Похоже, странными в убежище были не только исследователи.
Фраза о разрушении целого подземелья звучала как шутка. Наверное.
«…Нельзя ли нанять этих рабочих для поверхности?»
Он не понимал, каким образом те управлялись с ремонтом, но их способности казались почти божественными.
Такие люди наверняка принесли бы огромную пользу наверху.
Впрочем, Уильям быстро отогнал посторонние мысли.
— Фух. Нет. Сейчас нужно сосредоточиться на бое.
Следующий противник даже в убежище прославился своей непредсказуемостью. Расслабляться нельзя.
* * *
Первый поединок оказался ещё безумнее, чем я ожидал.
Эльф внезапно заключил договор с духами, тут же слил их, а затем оба бойца выжали себя досуха и одновременно пронзили друг друга.
Трибуны разогрелись до предела.
— Ух! Переворот за переворотом. Уже первый бой отличный.
— Дальше Отец Веры. Я многим обязан его старым руководствам по покупке билетов, так что поставил приличную сумму.
— А-а-а! Во втором бою фаворит обязан победить! Отец Веры, умоляю!
— Типичный Отец Веры: без единого титула. Всегда сливается в самом конце.
— Заткнись!
— Хм. Но против него один из сильнейших бойцов элиты поверхности. Отец Веры вообще способен победить? Без снаряжения он едва дотягивает до уровня верхних этажей.
— Зато он отлично пользуется экипировкой. А у Церкви Императора подземелий почему-то полно предметов высокого ранга. Ещё неизвестно.
Пока зрители, воодушевлённые первым боем, обсуждали следующий, я думал о другом.
«Смешанный дух…»
Обычно для соединения разных свойств потребовались бы долгие годы.
Просто сведения о сочетании священного и древесного элементов по чистой случайности уже находились внутри Мирового древа.
Оно поглотило осколок силы Безкорневого Древа — божества Старого мира. Именно поэтому и возникло такое исключение.
Если подумать, древесный дух с самого начала должен был хорошо реагировать на божественную силу. В конце концов, он происходил от божества, обладавшего свойством природы.
«Постойте. Значит, на духе священного древа смогут расти травы, наполненные божественной силой?»
До сих пор с обычного древесного духа можно было собирать травы Старого мира, но не растения, напитанные божественностью.
Мы просто накопили огромные запасы во время события с заражёнными, поэтому недостатка пока не чувствовали.
Как бы то ни было, нынешний бой показал безграничные возможности смешанных духов.
Если удалось соединить дерево и святость, почему бы не смешивать другие элементы?
«Нет… Скорее всего, это разовое исключение».
Фресия наверняка не упоминала смешанных духов именно потому, что с духами совсем молодого Мирового древа такое слияние обычно невозможно.
Но теперь я знал хотя бы один обходной путь: использовать осколок силы божества.
Проблема в том, что воплощения божеств не способны существовать в этом мире.
Значит, придётся как-то иначе подталкивать духов к слиянию.
Казалось, решение вертелось прямо перед глазами, но никак не давалось в руки.
«А система лотереи Башни рассвета не сможет вытащить осколок божественной силы?»
Нет, это уже слишком нагло.
— Хм…
Пока я размышлял, Элиза заговорила:
— В целом бой был невероятным. Но с такой силой уже можно попробовать наступление на поверхность, разве нет? Все стали несравнимо сильнее, чем раньше.
— Наверное. Только главная проблема — чудовища бедственного класса. Мне говорили, что ни одного из них до сих пор не удалось уничтожить. Они и остаются единственным препятствием на пути к возвращению поверхности.
Нынешних сил убежища хватало, чтобы смести любого противника ниже владыческого класса.
Но бедственный класс оставался другой историей. Даже Каин, усиленный Отваром из эликсира Хаоса, говорил, что не способен убить такого врага.
Элиза наверняка это знала. Значит, у неё была иная мысль.
— Да, ни одного бедственного монстра не убивали. Но попыток почти не было. Я просто боюсь, что слишком долго ждать тоже опасно. На поверхности могут появиться новые бедствия.
Иными словами, если затягивать, возникнут ещё более сильные чудовища.
Разумное опасение. Из Гнезда Хаоса, где рождаются монстры, они продолжали выползать и сейчас.
Порой появлялись виды, способные самостоятельно развиваться. Чем больше времени им дать, тем сильнее они станут.
Одним из таких существ было огненное чудовище, достигшее бедственного класса и сжёгшее королевство Луны и зверолюдей.
— Хм-м…
Она права.
Чем дольше мы ждём, тем выше вероятность новых переменных. К счастью, я и сам уже готовился выйти на поверхность, так что момент подходил.
Нынешние матчи станут хорошей проверкой состояния сил убежища.
* * *
— Спасибо за ожидание! Участники готовы!
— Уа-а-а-а!
Двое стояли друг напротив друга на восстановленной арене.
С одной стороны — Уильям, один из сильнейших бойцов наземной элиты.
После Отвара из эликсира Хаоса от него исходило давление, без сомнения превосходившее уровень глубин.
Он получил талант, которого не должен был иметь, и перешагнул прежний предел. Вероятно, Уильяму досталось особое телосложение, даруемое лишь небесами.
Похоже, он завершил и собственный внутренний образ. В обнажённом клинке текла чистая, отточенная сила.
Образ человека, долгие годы рубившего чудовищ, наверняка был крайне наступательным.
Какой бы способностью он ни обладал, каждый удар должен был быть смертельным.
Напротив стоял Отец Веры.
Его собственная сила едва достигала уровня верхних этажей.
Он поднялся туда лишь благодаря всем возможным благам убежища. Среди обычных людей едва ли кто-то воспользовался ими больше.
Отец Веры ни разу не провалил охоту за билетами и участвовал практически во всех событиях.
Но факт оставался фактом: уровень верхних этажей не мог победить уровень глубин.
Когда из Армии освобождения исключили пятёрку, прошедшую Отвар, оставшиеся бойцы на парящем острове были полностью подавлены одной Мейдис.
Автоматон обладал огромной силой, но главное — между верхними этажами и глубинами лежала разница самого ранга существования.
Впрочем, это была логика прежнего мира.
В мире, изменённом Хозяином подземелья, мог появиться иной результат.
Все это понимали, поэтому фаворитом считался Отец Веры.
Ставки распределились почти поровну — пятьдесят пять на сорок пять.
Напряжение заполнило арену. Комментатор объявил начало.
— Второй бой… начинается!
Уильям посмотрел на противника.
— Я слышал, вы святой рыцарь Церкви Императора подземелий. Одежда легче, чем ожидалось.
— Хм. Не беспокойтесь. Именно с таким снаряжением я сражаюсь на полную.
Отец Веры действительно вышел в лёгком вооружении.
Перед боем Уильям узнал, что броня Церкви способна без труда выдерживать даже артиллерийские снаряды.
«Наши инженеры уверяли, что она переживёт несколько попаданий „Метеуса“».
К тому же броню продолжали совершенствовать. Уильям предполагал, что Отец Веры появится в новой модели, и заранее насторожился.
«Похоже, зря».
Но недооценивать противника уровня верхних этажей он не собирался.
«Закончу одним ударом».
Уильям шагнул вперёд с поднятым мечом.
Его фигура исчезла, не оставив даже звука.
Лязг!
По арене прокатился резкий металлический звон.
Нападение было проведено со скоростью и в момент, на которые обычный человек не успел бы отреагировать.
Но Отец Веры поднял меч и заблокировал удар.
В глазах Уильяма мелькнул интерес.
— Хо-о. Вы тоже используете [Тандер Бистан]. Я видел такой у одного из наших солдат.
— Для импланта это самый базовый вариант.
Его руки дрожали. За скоростью он едва поспел, а силы не хватало.
— Тогда посмотрим, остановите ли это.
Уильям поднял внутренний образ. По лезвию закипела аура меча, похожая на бурлящую лаву.
Так выглядела его ненависть к регенерации чудовищ.
Соприкоснувшийся с ней клинок Отца Веры начал плавиться.
— !..
Он попытался резко отступить, но в момент образовавшейся щели аура Уильяма взорвалась в его сторону.
БАБАХ!
Чудовищная ударная волна прокатилась по арене.
— Н-невероятно! Взрыв с такой близкой дистанции! Техника обладает чудовищной убойной силой!
Она действительно отлично подходила против бессмертных чудовищ.
Если вонзить меч и взорвать его изнутри, серьёзно пострадает даже ядро, отвечающее за восстановление.
Приём создавался специально против монстров, поэтому обладал огромной мощью. Человеку, принявшему его в упор, не могло повезти.
Когда чёрный дым рассеялся, Отец Веры стоял на одном колене и держался на мече, чтобы не упасть.
Исход решился одним ударом.
Трибуны завопили.
— Не-е-е-е-ет!
— Снова побеждает аутсайдер!
— Что, вот так всё и закончится?
Не прошло и тридцати секунд.
Отец Веры выглядел тяжело раненным.
Уильям с сожалением сказал:
— В броне вы значительно уменьшили бы урон. Жаль.
Убойность его внутреннего образа рассчитывалась на чудовищ.
Поэтому после удара внутри раны оставались горящие осколки ауры и продолжали причинять повреждения. Так Уильям боролся с ненавистными монстрами, которые могли пережить одно смертельное попадание.
Теперь эту силу принял человек.
Ш-ш-ш.
Тело Отца Веры продолжало буквально поджариваться.
«Боль должна быть невыносимой, но он даже не стонет. Потрясающая воля».
Уильям восхитился его выдержкой, затем отвернулся. Бой уже закончился.
Скоро прозвучит объявление победителя.
И тут сзади раздался голос.
— Ку… да…
Обожжённое горло издавало булькающие звуки.
— …
— Куда… вы… собрались?.. Бой… только… начинается…
Голос становился всё отчётливее, и Уильям вспомнил упущенную деталь.
«Он ведь святой рыцарь».
Значит, мог исцелять себя божественной силой.
Уильям решил, что член смешной Церкви Императора подземелий наверняка не владеет священной магией.
— Но это ничего не меняет.
Он обернулся.
Отец Веры всё ещё горел.
Продолжающийся урон не просто мешал исцелению — повреждения и восстановление почти уравновесились.
— Вы сами выбрали более долгую боль.
Даже Уильям поморщился от созданного им зрелища. Подобное страдание выходило далеко за пределы человеческой выносливости.
«Его сила духа уже превзошла человеческий предел. Поразительно. Из уважения закончу следующим ударом».
Уильям принял стойку.
Отец Веры смотрел на него мутным взглядом.
В памяти всплыл недавний визит в отдел разработки оружия Церкви.
— Что это за насекомое? Для такой мелочи указанные характеристики нелепо высоки.
— А, это? Один из проектов Ккобатура. Предполагалось внедрять в человека факторы ккога. Но Хозяин подземелья не любит опыты на людях, поэтому разработку закрыли.
— Разве нельзя сделать так, чтобы внедрённый фактор затем выводился из тела? [Тандер Бистан], по сути, тоже биологическое оружие на основе ккогов.
— Направление понятное, но всё не так просто. Строго говоря, [Тандер Бистан] ближе к устройству с фактором ккога, которое человек «экипирует». Да, оно внедряется в тело, однако остаётся отдельным от организма.
— Жаль оставлять оружие такого уровня без применения.
— Понимаю. Но неизвестно, удастся ли снова отделить фактор ккога после смешения с человеком. Впрочем, благодаря Ккомии биология людей и ккогов изучена довольно хорошо. Спрошу Ккобатура.
* * *
Отец Веры достал из пространственного хранилища жука, напоминавшего многоножку. По ширине и длине тот был примерно с толстый ремень.
Из-за внезапного появления мерзкой твари по арене прошёл шум.
— Ч-что это?! Отец Веры достал какого-то отвратительного жука! Нет, серьёзно, что это вообще и зачем он его вынул?!
— Похоже, от боли он тронулся умом…
— Неудивительно. Ему же чудовищно больно.
— Отец Веры, хватит! Ты правда умрёшь!
Уильям нахмурился.
— Эй. Похоже, боль лишила вас рассудка. Но зачем вы вообще хранили насекомое в отдельном пространстве?
Отец Веры медленно поднял руку с жуком.
— Вас, кажется… разочаровало, что я пришёл без брони… Тогда увидите… власть Императора подземелий.
— Что?..
Он приложил жука к поясу. Тот сам обхватил талию, словно ремень.
Отец Веры нажал на его голову.
— Превращение.
Хрусть.
Ноги многоножки впились ему в тело.
Раны Отца Веры начали быстро затягиваться.
— Что?!
Следом наружу вырвалась волна силы.
Грохот!
Панцирь жука стал размножаться и покрывать всё тело.
— Д-да что это такое?!
Комментатор завопил от совершенно неожиданного зрелища.
Панцирь лопнул, и на его месте показалась фигура в чёрных доспехах.
Броня без единой щели закрывала всё тело. Из прорезей шлема сияли золотые глаза.
— !..
Почувствовав опасное давление, Уильям бросился вперёд.
Лязг!
Рука в чёрной броне остановила меч.
Ш-ш-ш!
Доспех обладал чудовищной прочностью и жаростойкостью. Лавовая аура не смогла быстро расплавить его.
Отец Веры тихо произнёс команду:
— Загрузка эссенции.
Из центра брони потёк золотой свет. После следующей команды давление резко изменилось.
— Бронированный огр.
Свободной рукой Отец Веры нанёс удар.
Вокруг кулака клубилось золото, готовое взорваться. Уже по виду было ясно, какая чудовищная сила заключена внутри.
Уильям отдёрнул меч и заблокировал удар, нацеленный в живот. От столкновения он стиснул зубы и едва сумел отвести кулак в сторону.
Ви-и-ин!
— Кх-х-х!
БАБАХ!
Пол арены на пути отбитого удара рассыпался только от давления воздуха.
— Это новая броня Церкви Императора подземелий.
По арене прокатился потрясённый шум.
— Э-это ещё что?..
— Что за хрень опять?!