Прошло несколько дней после завершения обмена.
Узнав правду об этом мире, я ещё долго не мог перестать о ней думать.
Мял-мял.
Чтобы успокоиться, я безжалостно тискал желейное тело.
— Ккоманги… Что бы я делал на месте Рокенока?
— Ха-ха…
Хотя спрашивать было незачем.
Я бы ничего не сделал.
Какими бы ни были обстоятельства, я не стал бы, как Рокенок, придумывать безумный план ради изменения мира. Что поделать, если от природы ленив?
Даже узнав о душах, обречённых на вечные муки, я вряд ли бросился бы их спасать.
Но если бы жертвой стал кто-то близкий?
Сумел бы я и тогда остаться в стороне?
Не знаю.
Возможно, у Рокенока тоже отняли близкого человека.
Но даже так многие ли поступили бы, как он?
— Хм… Стал ли нынешний мир лучше прежнего?
Бесконечная война, в которой трансценденты приносили простых людей в жертву.
К Старому миру действительно подходило слово «ад».
А план Рокенока привёл его к нынешней эпохе — миру на пороге окончательной гибели.
Что бы я выбрал из двух вариантов?
Оба были одинаково ужасны.
«Мирная жизнь всё-таки лучше всего».
Я вытянул хвост Ккоманги и отпустил.
Тя-я-янь.
Шлёп!
— Ха-ха!
Рокенок создал мир, куда порочные трансценденты больше не могли вмешиваться. Но ценой стал обратный удар искажённой причинности и огромная катастрофа.
Судя по словам Артемисии, существовали ветви будущего, где этот удар не удавалось остановить и мир погибал окончательно.
К счастью, её усилия отвели нас от такого исхода.
Я поднял чёрный ключ и задумчиво посмотрел на него.
— Хм…
Очевидно, старалась не только богиня.
Сколько бы Артемисия ни перезапускала причинность, реальные решения принимали люди этого мира.
Какая же всё-таки запутанная история.
Чего Рокенок хотел в самом конце? Что потерял, раз решился на такой план?
Мысли снова и снова возвращались к нему.
Одно было ясно: собственный мир настолько ему опротивел, что он буквально сошёл с ума.
И потому перевернул всё вверх дном.
Его безумие исказило судьбу мира.
Артемисия присоединилась к этому плану.
— Желание, ради которого понадобилась помощь внешнего бога…
Она тоже действовала ради личной цели.
Мне не хватало ни такой одержимости, ни подобной мечты, чтобы понять их.
Но одно я усвоил точно.
— Богам иных миров лучше не доверять.
— Ха-ха…
Разумеется, не все они одинаковы.
Однако каждый трансцендент поднялся до божественного уровня благодаря какому-то желанию.
Первый Небесный Демон хотел увидеть предел боевых искусств.
Артемисия — исправить необратимую ошибку прошлого.
У остальных тоже имелись собственные страсти. Именно они стали топливом, позволившим достичь вершины.
— Желания…
Божества, встреченные в симуляции, обладали силами, достойными богов.
Но по сути оставались людьми, верными своим желаниям.
Если задуматься, никакими богами они и не были.
Потрепав Ккоманги ещё немного, я вздохнул.
— Похоже, нового подземелья всё-таки не появилось.
Я подозревал, что виртуальный мир мог встроиться в живот Ккоманги.
В тот миг, когда я ради величайшего набега в жизни превратился в божество и поглотил реальность, мне определённо показалось, что что-то рождается.
Но симуляция завершилась одновременно с поглощением, и ощущение исчезло.
Мгновение длилось меньше доли секунды.
Мне почудилось? Или результат исчез, потому что сам мир был виртуальным?
Но осколок Безкорневого Древа я принёс с собой.
Подземелье близко к миру сновидений. Теперь я смутно понимал, почему внутри него иногда происходило невозможное для обычной реальности.
Сон принадлежал Хаосу, а значит, открывал все возможности.
Пусть симуляция внутри сна была ложной, совершённое там могло стать настоящим.
Тут меня осенила неприятная мысль.
— Неужели оно появилось не в Ккоманги… а внутри Мюриэль?
Мир поглотил не Ккоманги, а желейный пёс Мюриэль.
Но в реальности она не была моим внешним терминалом.
Тогда… хм… так…
— Ничего не понимаю.
Повторное превращение в божество, возможно, дало бы ответ. Но в реальности риск слишком велик.
Вернуться в симуляцию тоже нельзя: накопитель погиб вместе с виртуальным миром.
Создать похожую реальность заново нынешняя Башня рассвета не могла.
Чтобы отвлечься, я разорвал билет.
Хотелось рассказать кому-нибудь правду.
* * *
— Ха-а-а!
Сидевший напротив серый желейный пёс в воинской одежде нахмурился.
Морда смялась.
— Высокомерие. Настоящий вызов Небу.
Я пересказал наставнику всё, что узнал.
Подходящих слушателей было немного.
Разве что HeadMod. Но он всё-таки человек мирского мира, поэтому сначала я решил поговорить с Первым Небесным Демоном.
Наставник долго слушал и, поняв истину, пришёл в ярость.
— Ха! И всё же мне трудно их осуждать. Пусть они и не планировали этого специально, благодаря их действиям я провёл жизнь, занимаясь любимыми боевыми искусствами.
— Если посмотреть так…
Действительно, без переноса наставнику была уготована жизнь обычного земледельца.
Получалось, он стал одним из тех, кто выиграл от безумного плана.
Свою запредельную силу он обрёл именно потому, что оказался похищен этим миром.
— Значит, вы одобряете их выбор?
— Нет. Это другое. Их вызов Небу мог казаться им справедливым, но от него пострадали невинные. Какой бы великой ни была цель, в таком нет рыцарской добродетели.
Серый желейный пёс сжал лапу и ударил вперёд.
Фух!
Поднялся сильный ветер.
— Даже достигнув подобной вершины, они не отпустили сожаления. Возможно, именно оно и породило такую одержимость. Настоящие безумцы. Будь они мастерами боевых искусств, давно впали бы во внутреннего демона. Ц-ц.
Наставник поднялся и зашагал, не в силах усидеть на месте.
Я пошёл рядом.
Мы двигались вдоль реки. Он держал лапы за спиной и смотрел на воду.
— Что собираешься делать дальше? Вернёшь поверхность и построишь мир, которого они хотели?
Другого способа я пока не видел.
Если завершить замысел Рокенока, поверхность вновь станет пригодной для жизни. Отказываться от этого глупо.
— Но меня раздражает, что всё происходит по их правилам. Меня перенесли ради удобства, а теперь я иду туда, куда им нужно. Получается, я всего лишь камень на чужой доске.
— Не хочешь быть орудием их плана — проложи собственный путь.
Собственный путь.
Смогу ли я найти решение, которого не увидели они?
И нужно ли искать, если выполнение плана сделает всех счастливыми?
Меня раздражало чужое управление, но альтернативы не было.
— Ц-ц… Сложно.
— Создавать собственный путь всегда сложно. Тот, кто без сомнений идёт по чужой дороге, этого не понимает.
Когда подобное говорил великий мастер, слова звучали особенно весомо.
— Всё равно после разговора стало легче. Не знаю, получится ли, но попробую поискать лучший путь.
— Правильно. Идти по дороге, построенной другими, — не значит жить собственной жизнью. Мужчина должен сам создавать судьбу. Не обязан ступать туда, куда его направили. Следуй пути, который сам считаешь справедливым.
— Спасибо, наставник. Тогда я пойду.
— Стой!
— Что?
— Перед уходом приготовь курицу и пиццу.
* * *
Обмен завершился, а обслуживание «Метеуса» подошло к концу.
Корабль готовился к пространственному прыжку и последующей зачистке скоплений чудовищ в разных районах.
[До пространственного перехода в район операции осталось 6 часов.]
Участники обмена в день операции прошли короткий опрос и проверку, после чего вернулись в свои подразделения.
Встретившие их сослуживцы едва узнавали знакомых.
— Наш командир взвода сошёл с ума.
— Господи… Что с вами случилось, Эрик?
Эрик, одетый не в армейское снаряжение, а в чёрную форму мастера боевых искусств, стоял у стены с закрытыми глазами.
Бойцы ошеломлённо разглядывали человека, которого не видели всего неделю.
Изменились и одежда, и манера речи, и само поведение.
— Это шутка?
— Он никогда таким не был. Что с ним сделали в убежище?..
Эрик медленно открыл глаза.
— Не поднимайте шум. Рассудок мой яснее прежнего. Ах да, вот это. Несколько лет прошло, и я почти забыл о нашем обещании. Обещанные сувениры.
Он порылся в сумке и выложил вещи.
— Эти украшения продаются в Городе мастеров. Я выбрал экземпляры с особенно полезными свойствами. Здесь лёгкая пища из пространства под названием Бэкрумы. Называется «чокопай». А это статуя нашей Церкви. Кажется, друг наставника создал для него мирское тело. Короче, вещь священная.
Бойцы начали разбирать предметы.
Для жителей поверхности всё из убежища выглядело необычно.
— Украшение?.. Кольцо.
— Подождите. Стоило надеть, и у меня сразу прибавилось сил. Это магический предмет? Если эффект ощущается мгновенно, он должен стоить целое состояние!
Одни заинтересовались браслетами и кольцами, другие — едой.
— Какая богатая упаковка. Надеюсь, вкус не хуже.
— Что угодно лучше поверхностной каши из соплей. Попробуем.
Кусь.
— О?
— Ах!
Развернув чокопай и откусив кусок, бойцы широко раскрыли глаза и начали буквально запихивать лакомство в рот.
Хрум-хрум!
— Что с ними? Будто демоны голода вселились.
Один из солдат покосился на товарищей и поднял последнюю вещь — статуэтку.
Остальное ещё можно было понять, но это выглядело совершенно необъяснимо.
— Что это такое?
Странная фигурка изображала собаку в воинской форме и маске, застывшую в начальной боевой стойке.
Стоявший рядом боец пробормотал:
— Похоже, он и правда повредил голову в убежище. Иначе зачем принёс такое уродство?
— Может, его промыли мозги?
Они посмотрели на Эрика.
Но тот уже сидел со скрещёнными ногами и спокойно медитировал.
Так участники обмена вернулись в подразделения и начали рассказывать о пережитом, показывая привезённые вещи.
Через них жители поверхности впервые косвенно познакомились с культурой убежища.
Разумеется, не всем это понравилось.
* * *
Кабинет верховного командующего «Метеуса».
— В данных действительно есть значимые результаты.
Юсия нахмурилась, изучая документы Микаэлы.
Признавать не хотелось, но цифры выглядели невероятно.
Способности всех участников заметно выросли — и бойцов, и небоевого персонала.
Но этим дело не ограничивалось.
Судя по отчётам, люди пережили множество страннейших событий. Даже с описанными результатами понять их толком было невозможно.
«Что такое учение Первого Небесного Демона? Божественный кког и кког Хаоса? Гигатрон, он же Ккотрон? Зачем второе имя в скобках? Почему слово „кко“ встречается через каждую строчку?»
Дальше шли термины вроде высшей вершины и Несокрушимого Алмазного Тела.
Форма отчёта оставалась безупречной, но содержание напоминало лихорадочный сон.
Верховный командующий Бальтор, читавший тот же документ, кивнул.
— Прекрасно.
Он тоже видел по цифрам, насколько полезным оказался обмен, и довольно улыбался.
Разумеется, содержание до конца не понимал.
Бальтор просто доверял Микаэле. Она не стала бы вносить в официальный отчёт выдумки ради шутки.
Пусть всё выглядело бредом, ложью это не являлось.
Главное, за короткое время солдаты действительно стали сильнее.
Бальтор посмотрел на Микаэлу.
— Если сведения верны, это огромная возможность. Мы сможем усилить нынешние войска в десятки раз. Но предложение нового района операции… Для тебя подобные инициативы редкость. Это действительно необходимо?
— Разумеется. Одновременно покажем результат обмена и силу нового оружия. Предлагаю вернуть территории, где растут краснорогий олений цветок и лунная трава.
— Краснорогий олений цветок и лунная трава… Значит, цель — производство зелий?
Микаэла кивнула.
С оружием положение значительно улучшилось.
Теперь пришло время пополнить расходные припасы.