Чёрный потоп, вырвавшийся из самого сердца Колыбели Хаоса, хлынул наружу и добрался до поверхности.
Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш!
Огромная масса чёрной воды рвалась вперёд, словно рухнула плотина.
— Тревога! Тревога! В Колыбели Хаоса зафиксирована аномалия! Всем немедленно отступа…
— Ч-что это… М-м-м!
Ближайших людей мгновенно смыло. Остальные попытались бежать.
— Только всё успокоилось — и опять началась какая-то хрень!
— Чёрт! Все назад!
Но чёрный потоп разрастался, словно размножаясь, и с пугающей скоростью пожирал мир. Большинство людей исчезли в нём прежде, чем успели спастись.
Бальтор, наблюдавший за происходящим с боевого крейсера, поспешно крикнул:
— Выяснили, что происходит? Докладывайте!
— Поток неизвестной жидкости не прекращается! Нет… Это вообще не жидкость…
Наблюдатель нахмурился.
Чёрная масса не просто текла по земле. Она распространялась так, будто перекрашивала сам мир, постепенно расползаясь, словно краска по бумаге.
— Что… Что это такое?..
— Боевой крейсер набирает высоту!
Корабль начал экстренный подъём, однако чёрный потоп поглощал пространство быстрее.
Вскоре и боевой крейсер оказался внутри него.
— Уклонение невозможно! Приготовиться к удару!
Гр-р-р-р-р!
Корпус содрогнулся от краткого сопротивления.
Когда люди открыли глаза, знакомого поля боя уже не существовало.
Кии-и-и-и!
Кха-а-а-а!
Во все стороны тянулось искривлённое багрово-чёрное пространство, наполненное чудовищными воплями. В нём буквально кишели неисчислимые чудовища.
— А…
— Н-не может быть… Где мы?
— Это всё… чудовища?
Их было столько, что глаза отказывались верить увиденному. Всё обозримое пространство оказалось забито ими, словно это было гигантское нерестилище.
Но худшее только начиналось.
Пи-пи-пи!
На мостике взвыла резкая тревога.
— О-особи катастрофического класса.
Бальтор заметил среди орды зловещие силуэты, крепко зажмурился, а затем спросил. Каким бы безнадёжным ни казалось положение, командующий обязан был знать правду.
— Сколько?
Солдат у экрана несколько раз открыл рот, прежде чем сумел выговорить:
— В-в пределах зоны обнаружения… не меньше пятисот… Нет, тысячи… Больше тысячи…
Глаза Бальтора на миг расширились.
Затем он медленно их закрыл.
Этот солдат прошёл с ним через множество сражений. Сейчас он не стал бы лгать. Да и то, что находилось перед ними, говорило само за себя.
Если только в зоне обнаружения было больше тысячи особей, настоящее число наверняка оказалось ещё выше.
Ситуация давно вышла за пределы того, что они могли исправить.
Пройти весь путь — и лишь в самом конце столкнуться с таким неодолимым отчаянием.
«Мы ведь почти добрались… Чёрт».
Судьба была жестока.
Пи-пи-пи!
На мостике воцарилась тишина. Лишь мерно повторяющаяся тревога разбивала её.
Наконец Бальтор тяжело произнёс не ободряющую речь, а слова благодарности людям, которые столько лет сражались рядом с ним:
— Вы все… славно потрудились.
Он говорил так, будто уже всё отпустил. Но никто не возразил. Перед ними была не просто опасность, а гарантированная смерть.
Чудовища двинулись.
Кии-и-и-и!
Ш-шинг!
Бальтор выхватил меч.
— Но будет слишком обидно покорно принять смерть! Прошу вас, поборитесь вместе со мной до самого конца!
— Разумеется!
Люди, прожившие на поле боя больше десяти лет, решили встретить конец с оружием в руках.
* * *
Белое пространство.
Передо мной стоял человек, почти полностью заменивший тело механизмами.
Рокенок — апостол машинного бога, одного из внешних богов. Тот самый, кто отрезал наш мир от остальных измерений и запер его.
Я уставился на него, ничего не понимая.
— Ты ведь должен был отдать душу внешнему богу и вечно мучиться. Почему ты здесь? И что это вообще за место?
Рокенок склонил голову. В его голосе звучал металлический призвук.
— Я, в свою очередь, удивлён, почему предопределённый человек прибыл настолько рано. Ты перескочил через поток Хаоса? Впрочем, это неважно. Отвечу на твои вопросы.
Он взмахнул рукой, и окружение изменилось.
Мы оказались на террасе со столом и стульями.
— Для начала присядем. Если ты двигался по намеченному пути, мы уже встречались.
Он смотрел на меня так, словно видел впервые. Разумеется: я встречал лишь Рокенока из виртуального мира.
Я выдвинул стул и сел. Всё равно сейчас ничего другого сделать не мог.
— Так кто ты такой?
— Естественно, не оригинал. Как ты и сказал, моё настоящее тело, вероятно, уже принадлежит внешнему богу, а душа обречена на вечные муки. Я — лишь остаточная мысль, оставленная, чтобы убедиться, что события развиваются правильно.
Что-то вроде призрака?
— При помощи богини я заранее разместил этот слепок сознания в точке, куда однажды должен был прибыть предопределённый человек. Особого смысла в этом нет. Мне просто хотелось собственными глазами увидеть итог.
Значит, как и жёсткий диск из виртуального мира, этот Рокенок был частью заранее проложенного маршрута.
Я скрестил руки.
— И дальше?
Рокенок несколько секунд изучал меня, затем спросил:
— Ты знаешь, что происходит снаружи?
Снаружи… Чёрный потоп накрыл не только меня.
Щёлк!
Он щёлкнул пальцами, и в воздухе появился экран. На нём союзная армия сражалась с чудовищами в искривлённой реальности.
— Что это за…
Масштаб орды превосходил всё, с чем могли справиться наши силы. Особей катастрофического класса было слишком много. Эванджелин, ставшая апостолом Арксии, удерживала фронт вместе с немногими сильнейшими.
Но даже они уже не справлялись. Конца чудовищам не было видно, а каждое продолжало расти прямо во время боя.
Я чувствовал их усиление даже через экран.
Такую войну невозможно было выиграть.
Увидев, как изменилось моё лицо, Рокенок сказал:
— Это внешний мир прямо сейчас. К слову, твоё тело там без сознания.
Изображение сменилось. Я лежал рядом с обмякшей Ккоманги. Луна трясла меня за плечи.
— Оппа! Проснись! Оппа! Ккоманги, очнись!
— Малый Небесный Демон! Вставай и сражайся! Если фронт рухнет, всё кончено!
Но ни я, ни Ккоманги не шевелились.
— Выпусти меня отсюда.
— Невозможно. Это не я тебя запер. Я ведь сказал: я всего лишь остаточная мысль. Но способ спасти их существует.
Щёлк!
Перед нами возникла странная распахнутая дверь. За ней была непроглядная тьма.
— Это ещё что?
— Дыра в вашем мире. Зрительное воплощение прохода, из которого хлынули чудовища. То, что вы называли Колыбелью Хаоса, утратило физическую форму, когда отошли воды. Теперь оболочка уже не имеет значения.
Эта дверь и была Колыбелью?
— Тогда достаточно её уничтожить?
— Не получится. Бедствие потеряло форму, а мир уже соединён с Хаосом.
— И как это остановить?
— Если появилась дыра, её нужно заткнуть.
Рокенок посмотрел прямо на меня.
— …
Я вспомнил иной мир, который показала богиня.
Тогда я достиг Колыбели Хаоса другим путём, но в итоге сам стал клином, запечатавшим дверь.
Да. По жестокой иронии, закрыть эту дыру мог только я.
Я сделал шаг к двери — и она немного прикрылась. Отступил — снова распахнулась.
Чтобы она закрылась полностью, мне пришлось бы войти внутрь.
— Вот как всё устроено…
Будто дверь требовала жертву.
И тогда я понял настоящий замысел Рокенока.
— Ты хотел, чтобы чудовища и божественность взаимно уничтожились?
С моей жертвой вся божественность этого мира исчезнет. Вместе с чудовищами.
Его план изначально содержал противоречие: в мире, отрезанном от богов, должен был появиться новый бог.
— Верно. Скрывать это бессмысленно. В конце концов ты всё равно выберешь. Если уйдёшь отсюда, не закрыв дверь, снаружи тебя ждёт неминуемая гибель мира.
Экран продолжал показывать бой, будто подталкивал меня к решению.
— А-а-а-а!
— Чёрт! Уилл погиб!
Я медленно пошёл к двери.
За спиной раздался удовлетворённый голос:
— Правильный выбор. Когда ты войдёшь, путь Хаоса закроется, а чудовища сильно ослабеют. Обратный удар причинности, необходимый для восстановления равновесия, тоже исчезнет. Твоё имя навеки останется именем спасителя.
Я остановился.
— Погоди-ка…
— Ты остановился сейчас?
Не обращая внимания на растерянного Рокенока, я начал перебирать воспоминания.
У меня был чёрный ключ, который передала Элизе из будущего.
Он наверняка предназначался именно для этого момента.
Но куда его вставлять?
«Прости, Элизе. Я тупой и не понимаю, где его использовать. Та дверь уже открыта, так что явно не там…»
Что случится, если я не применю ключ и просто закрою дыру собой?
Возможно, Элизе и остальные снова найдут способ передать что-нибудь мне в прошлом.
Тогда начнётся бесконечная петля страданий. Я не закрываю дверь, они отправляют помощь в прошлое, я опять не закрываю дверь — и так без конца.
Пока я колебался…
— Хек-хек!
Откуда-то выскочила желейная собака и нырнула в дверь.
Прыг!
Шмыг!
— Ккоманги-и-и-и!
Бах!
Дверь проглотила её и захлопнулась. Всё произошло мгновенно. Ккоманги заняла моё место.
— Моя собака…
— Что за…
Мы с Рокеноком уставились друг на друга, раскрыв рты.
Тот первым пришёл в себя и резко ускорил мышление.
— Нет… Переменная на самом последнем этапе? Такое будущее не наблюдалось. Существо с близкой духовной природой… Его уровень действительно достаточен. Значит, существовало и такое ответвление. Но план нарушен…
В изначальном замысле Рокенока будущий спаситель должен был закрыть дыру Хаоса и исчезнуть вместе с чудовищами и богами.
Земля без бедствий и божеств.
Но величайший прыжок в жизни Ккоманги разрушил расчёты.
И мои тоже.
Я бросился к двери.
— Нет, чёрт возьми! Верните мою собаку!
Бах! Бах! Бах!
Я колотил по створкам, но они не двигались.
Рокенок покачал головой.
— Бесполезно. Закрывшуюся дверь невозможно открыть снова.
Я вытащил чёрный ключ, силой воткнул его в дверь и повернул.
Та со скрежетом распахнулась.
Скр-р-р-р!
Я без колебаний шагнул внутрь.
— Что? Почему она открылась? Откуда этот ключ уже сейчас?! Эй! Безумец!
Оставив ошеломлённого Рокенока позади, я вошёл в мир Хаоса.
В искривлённом пространстве лишь синяя желейная собака сохраняла целую форму и плыла по потоку.
Дверь будто отвергала меня. Из неё вытянулись похожие на щупальца руки, схватили и потянули обратно.
— Ккоманги! Быстро ко мне!
Она обернулась на мой голос.
— Хек-хек!
Ккоманги поплыла собачкой ко мне и вытянула переднюю лапу.
Моя ладонь коснулась подушечки — самого упругого места во всём её теле.
В меня хлынуло огромное количество божественной энергии.
— Что ты делаешь?!
Одновременно дверь потянула сильнее. Меня неудержимо засасывало назад.
— Иди сюда! Ккоманги, чего ты ждёшь?!
— Хек-хек…
Отдав всю божественность и превратившись в пустую оболочку, она бессильно поплыла прочь по потоку Хаоса.
Я чувствовал, как отделившаяся от неё сила укореняется во мне, а контроль над ней растёт с невероятной скоростью.
Точно так же, как во снах.
Возможно, они с самого начала предупреждали об этом расставании.
Поглотив всю силу внешнего терминала, я получил полный контроль над божественностью.
И дверь, проглотившая меня, окончательно захлопнулась.
Бах!
Ккоманги осталась одна в Хаосе. Последним, что она увидела, был исчезающий хозяин.
— Хек-хек…
Даже её гладкий желейный мозг без единой морщинки понимал: отсюда уже не выбраться.
Теперь она, вероятно, будет вечно дрейфовать в спокойном Хаосе, тяжело дыша и вспоминая счастливые дни с хозяином.
Ккоманги закрыла глаза.
И тут…
Бах!
Дверь снова распахнулась. Опутанный тенями Сучхан указал на неё пальцем.
— Ккоманги! Жди! Я обязательно за тобой вернусь!
Услышав обещание хозяина, желейная собака задохнула ещё энергичнее.
— Хек-хек!
Теперь дверь закрылась окончательно.
Бах!
* * *
Поле боя, поглощённое Хаосом.
Залитые кровью солдаты стонали.
— Ну и несправедливая же это хрень…
— Ха… Ха… Чёрт…
— Мы ничего… совсем ничего не можем…
Перед тысячами особей катастрофического класса обычные бойцы перестали что-либо значить.
Эванджелин и немногие сильнейшие сжигали собственные жизни, лишь бы удержать фронт.
Все понимали: битва уже проиграна. Прошла всего минута, а теперь они лишь откладывали неизбежную смерть.
Даже эта отсрочка закончилась после очередной атаки.
Грохот!
— А-а-а-а!
Элитные бойцы не выдержали и разлетелись в стороны.
— Всё… кончено?
— Ещё нет! Император подземелий обязательно покажет нам свет!
— Да! Оппа не проиграет!
Луна, Бальже, Элизе, Эванджелин, Айша, VeraDad и остальные не сдавались.
Каин до последнего размахивал мечом, Илена выпускала молнии из посоха. Мейдис и Керес продолжали сражаться. Боевой крейсер готовился к самоподрыву, а Вулкан принял драконью форму и взревел:
— Думаете, здесь и сдохнете?! Вставайте, проклятые людишки!
Луна и Элизе защищали лежащего без сознания Сучхана. Но небольшая особь катастрофического класса прорвалась через брешь в обороне.
Она занесла острое предплечье над его грудью.
— Ах!
— Нет!
Элизе накрыла Сучхана собой.
Однако боли не последовало.
— Что?..
Она обернулась.
Перед ней возвышалась спина гигантской личинки.
Удар чудовища увяз в толстом брюхе Ккобатура и не смог пробить его. Существо растерянно заклекотало.
Кр-р-р?..
Ккобатур › Пробивная сила — отвратительная. Требуется доработка.
Брюхо личинки раскрылось и проглотило особь катастрофического класса.
Изнутри донёсся леденящий душу хруст.
Хрусть! Хрусть!
— Что?.. Как ты здесь оказался? — ошеломлённо спросила Бальже.
В этот момент по наполненному Хаосом миру разошлась золотая волна.
— Что это за свет?..
— Неужели…
— Смотрите туда!
— А-а-а! Император подземелий!
Все подняли головы.
Небо Хаоса раскрылось, и вместе с золотым сиянием появились самые разные монстры.
Слизни, каменные ящеры, грязевые крабы, гигантские пауки — обитатели нижних этажей.
Следом вышли рейдовые боссы гигантской серии.
Появились ламии и ккоги, похожие на Ориру. Над полем боя возник даже целый Ккогленд.
Сотни и тысячи существ, которые прежде собирали материалы, заполнили пространство. В небо взмыли сотни драконов и одновременно выпустили драконий рёв.
Гр-р-р-р-р-р!
Напор чудовищ заметно ослаб.
Сучхан осторожно высвободился из объятий Элизы.
— Элизе, отойди.
— Ты… Ты заставил меня так волноваться!
Он поднялся и щёлкнул пальцами в сторону орды.
Щёлк!
Золотой гигантский слизень, возникший в потоке света, выстрелил вперёд, словно пушечное ядро, и разорвал всех чудовищ на пути.
Бум!
Божественная сила подчинялась ему без малейшего колебания. Область уже накрыла реальность.
Значение происходящего было очевидно.
В золотом сиянии вокруг Сучхана появились три желейные собаки.
Плюх.
— Глупый человек! Теперь ты ещё и глупый бог! — воскликнула Мюриэль.
— Наконец-то ты достиг этого уровня, — произнёс Первый Небесный Демон.
— Ты справился, мой партнёр по договору, — сказала Арксия.
Я кивнул, стоя между ними.
— Данджвенджеры, общий сбор.