Сильнейший в Трех Мирах, жаждущий лишь поражения.
У Вэнь Жуна и Гуань Чжуна была четкая цель — покупка исключительно внутриигровых обликов.
Зарабатывая бустингом, они не зависели от лимитов обмена в интернет-кафе.
На их аккаунтах скопилось несколько сотен юаней, так что покупка двух-трех обликов не составляла труда.
Однако их способность так быстро адаптироваться к игровой среде и достичь уровня, позволяющего брать заказы, объяснялась двумя причинами: во-первых, наставничеством Чжун Ляньцзя, бывшего киберспортсмена, а во-вторых — их врожденными расовыми талантами.
В играх решают скорость реакции и стратегическое мышление. Возможно, демоны и дьяволы уступают людям в хитрости и ловкости.
Но соревновательные форматы, основанные на противостоянии, не были им в новинку.
Более того, их реальные поля сражений куда безжалостнее: каждая схватка может стоить жизни, а шансов на воскрешение после смерти почти не бывает. Поэтому они всегда сражаются яростно и бесстрашно.
Эта первобытная свирепость частенько проявлялась и во время командных боев в игре.
Вероятно, из-за разницы в менталитете, даже обладая техникой, соответствующей их игровому чутью, игрокам из числа демонов и дьяволов было крайне сложно подстраиваться под ритм остальных.
Без командной работы соратников по секте «Шесть Миров бренного бытия» их винрейт в одиночных рейтинговых матчах резко падал.
Так что деньги за бустинг доставались им нелегко.
К тому же, на данный момент заказов было не так уж много.
Чжун Ляньцзя отвечал за управление аккаунтом секты «Шесть Миров бренного бытия». Поначалу им вообще не удавалось найти клиентов. Ради этого Сяо Чжун вернулся в чат своих бывших фанатов и начал пиарить услуги там, после чего платные заказы стали понемногу поступать.
Из-за этого в сети поднялась небольшая шумиха.
Кто-то выложил в социальной сети «Большеглазый» скриншоты переписки, где Сяо Чжун зазывал людей, и принялся насмехаться над тем, как низко пал бывший про-игрок, раз вынужден зарабатывать на жизнь бустингом.
Сам Сяо Чжун воспринял это абсолютно спокойно и даже использовал волну хайпа для бесплатной рекламы «Шести Миров бренного бытия».
По самым разным причинам число желающих сделать у него заказ начало расти.
Однако пятеро младших учеников секты были настолько целеустремленными, что имеющихся заявок им катастрофически не хватало.
С учетом всего этого, к своему первому донату Вэнь Жун и Гуань Чжун подошли со всей серьезностью. После долгих раздумий они купили новые наряды лишь для тех чемпионов, которыми играли чаще всего.
И, едва завершив покупку, тут же отправились в Ущелье, сгорая от нетерпения опробовать обновки в паре матчей.
Чжу Ин и Дань Си внутриигровые облики совершенно не интересовали. Не изменяя своим изначальным планам, девушки собирались купить помаду и тени для век, которые присмотрели еще в прошлый раз.
Дань Си также заметила несколько популярных в сети снеков и, тщательно рассчитав бюджет, приобрела парочку.
Оформление заказа, ввод адреса, контактных данных и оплата — даже завершив всю эту цепочку действий, они никак не могли унять волнение.
До покупки они жили предвкушением: скорее бы накопить нужную сумму.
После — стали с нетерпением ждать доставки.
Онлайн-шопинг и впрямь разительно отличался от обычного похода по магазинам.
Одно только это чувство ожидания было сладкой пыткой.
Цзяонян приходилось работать по вечерам, поэтому времени на выполнение заказов у нее оставалось меньше, чем у остальных. Ей так и не удалось в срок скопить на микроволновку и аэрогриль.
Промучившись в сомнениях всю ночь, на следующий день она купила аэрогриль, а вдобавок — немного полуфабрикатов, специально предназначенных для готовки в нем.
Что касается магического артефакта для подачи электричества, Цзяонян смастерила его еще два дня назад.
В качестве источника энергии использовался духовный камень. Внешне устройство напоминало удлинители из интернет-кафе, но было куда прочнее, к тому же водонепроницаемым.
Цзяонян протестировала его на телефоне и морозильной камере из минимаркета — зарядка и питание работали безупречно.
При условии регулярной замены батареи из духовного камня, этот магический артефакт превращался в бесконечный портативный источник энергии. Ей даже не пришлось модифицировать внутреннее устройство аэрогриля: достаточно было просто вставить вилку в розетку.
Увидев, как Цзяонян создала питающий артефакт, объединив законы современной физики и искусство ковки, Лу Яо тоже всерьез заинтересовалась этим ремеслом.
Изначально, обладая благословением Фулы и умея создавать предметы с помощью магии, она не планировала осваивать дублирующий навык.
Однако энергетическая структура каждого мира уникальна, а значит, и эффективность способностей варьируется.
В мирах с высоким уровнем магии, подобных Континенту Александрия, мана и заклинания играют ведущую роль.
Но Континент Фуши относился к мирам с низким уровнем магии: здесь первоисточником силы была духовная энергия, а единственно верным путем — самосовершенствование.
Овладев духовной энергией и базовыми принципами искусства ковки, Лу Яо смогла бы модифицировать магические артефакты точно так же, как это делала Цзяонян.
К тому же теперь в ее распоряжении был Мир горчичного зерна с застывшим временем, что позволяло использовать любую свободную минутку для тренировок в иллюзорном пространстве.
Помимо ковки, Лу Яо весьма привлекали искусство создания пилюль и начертание талисманов.
Узнав об этом, Цзяонян извлекла из своего пространственного мешочка стопку книг, охватывающих базовые знания мира самосовершенствования, и передала их Лу Яо. Это были те самые труды, которые она читала в бытность свою жительницей резиденции семьи Се в городе Ничэн.
Поскольку Лу Яо не принадлежала ни к какой секте и была уже не так молода, ее шансы на успешное обучение зависели исключительно от врожденной проницательности.
По оценкам Цзяонян, девушке потребовалось бы не менее пятидесяти лет лишь для того, чтобы достичь просветления и встать на путь.
Лу Яо поместила фолианты в Мир горчичного зерна и, при малейшей возможности, заходила туда почитать. Сама того не заметив, она прочла все от корки до корки.
Вскоре девушка начала пробовать медитировать и поглощать разлитую вокруг духовную энергию.
К сожалению, на горе Бусянь она была слишком разреженной, так что пока эти попытки не приносили ощутимых плодов.
Лу Яо не торопилась. Знания, сокрытые на страницах книг, увлекали ее куда больше, чем повышение базы культивации. Закончив с подарком Цзяонян, она принялась за литературу, купленную в прошлый раз в городе Ничэн.
Время в иллюзорном пространстве тянулось медленно, и за один обеденный перерыв Лу Яо успевала вдумчиво одолеть сразу несколько томов.
Царство мертвых, берег Реки Переправы.
Се И и Фань Сун только что покинули Департамент наказаний. Они сидели на темно-красном берегу, рассасывая леденцы на палочке. Сладкий вкус растекался по языку, и от этого раны на спинах, казалось, болели уже не так сильно.
Из-за того, что Врата Переправы открылись в их смену, стражи получили порцию ударов кнутом, а вдобавок — приговор: охранять эти Врата целое столетие.
Зато их сменщик, такой же страж Царства мертвых, отхватил теплое местечко: отправился в мир смертных собирать души.
Фань Сун небрежно подобрал чью-то бесхозную кость, начертил на земле квадрат, а затем принялся вырисовывать внутри него горы, реки и квадратного робота с вытянутой механической клешней.
— …И что это такое? — поинтересовался Се И.
— Анализирую матч, — отозвался Фань Сун. — Если бы мы тогда играли чуть быстрее и поменьше ошибались, кто знает, может, и успели бы закончить.
В тот раз им пришлось бросить игру на середине. Тогда они не придали этому значения, но теперь, распробовав вкус, думали об этом всё чаще.
— …Кстати, в игре был один персонаж с крюком для ловли душ. Жаль, не довелось за него сыграть, — протянул Се И.
Этот чемпион не входил в бесплатную ротацию недели, и на их аккаунтах его не было, зато он попался им в команде ботов-противников.
— Дали бы мне его, я бы сыграл куда лучше, чем на этом мелком роботе, — фыркнул Фань Сун. — В нем хоть чувствуется что-то родное.
Се И поднял взгляд на серо-желтое небо:
— А я вот немного жалею.
Фань Сун в недоумении уставился на товарища:
— О чем?
— Если бы я тогда не поддался на уговоры младшей хозяйки и не сел за компьютер, то никогда бы не узнал об этой игре. И не страдал бы сейчас так сильно.
Город Ничэн. Под деревом хуанму на углу улицы остановилась странного вида тележка. От нее непрерывно исходил манящий аромат, заставляя прохожих то и дело оборачиваться.
Сюн Пинпин достала подаренный Лу Яо рупор, включила его и пристроила на углу тележки:
— Подходи, налетай! Блинчики цзяньбин, тушеные куриные лапки, пирожки-рыбки, пирожные моти! Вкуснотища! Пальчики оближешь!
Глазеющие зеваки вздрогнули от неожиданно громкого призыва, замерли на мгновение, но вскоре продолжили свой путь.
Однако голос из рупора не умолкал ни на секунду. Интонация и дыхание оставались неизменными, с легкостью заглушая крики остальных уличных торговцев.
Постепенно на всей улице было слышно лишь эхо: «Блинчики цзяньбин, тушеные лапки…», а из маленького глиняного горшочка на плите волнами накатывал дразнящий аромат.
Один из прохожих, чье любопытство взяло верх, не выдержал и подошел к тележке:
— Что это у тебя там томится?
Сюн Пинпин с лучезарной улыбкой приподняла крышку. Густой, насыщенный запах ударил в лицо, заставив молодого человека рефлекторно сглотнуть слюну.
— Куриные лапки, тушеные по моему секретному рецепту. Десять духовных камней низкого качества за пару.
Юноша нахмурился:
— Так дорого?
Девушка вооружилась специальными деревянными щипцами и выудила из горшка куриную лапку, густо покрытую вязким соусом. Ее сморщенная кожица источала пар, а мясо протушилось настолько, что буквально само отходило от костей. Стоило Сюн Пинпин слегка сжать щипцы, как кусок с легкостью отделился.
Положив его на кусочек промасленной бумаги, она протянула угощение парню:
— Попробуйте.
Тот удивленно приподнял брови, но взял и откусил.
Обычно он почти не ел куриные лапки — в них толком не было мяса, специи не пропитывали их насквозь, да и на вкус они казались так себе.
Но эти лапки были приготовлены непостижимым образом: глянцевые от масла, они таяли во рту, поражая невероятной мягкостью и сочностью.
Увы, крохотный кусочек исчез за один укус, оставив после себя лишь изумительное послевкусие.
— Давай пару тушеных лапок. А, ладно, давай две пары! — выпалил молодой человек.
Сюн Пинпин достала заранее сложенный бумажный пакет и щипцами переложила туда четыре лапки.
Пока покупатель расплачивался, она подцепила из соседней маленькой жаровни свежеиспеченный тайяки:
— Моя лавка только открылась, так что держите в подарок пирожок-рыбку. Если понравится — приходите еще.
Сюн Пинпин сочла слово «тайяки» труднопроизносимым. Многие города в мире смертных находились далеко от моря, и большинство простых людей понятия не имели, что это за рыба. Гораздо проще и благозвучнее было назвать лакомство «пирожком-рыбкой». И запоминается легко.
У нее не было специальной вафельницы, и Лу Яо поначалу собиралась подарить ей одну.
Сюн Пинпин, повертев инструмент в руках, досконально изучила его устройство и выковала свой собственный. Заодно она изменила детали формы, превратив экзотическую рыбу в привычного для здешних мест карпа.
Отец Сюн Пинпин был охотником, а в этом деле качественные инструменты — залог успеха.
Раньше девушка частенько относила его тесаки и наконечники для стрел в кузницу, и, насмотревшись на работу мастеров, усвоила азы ремесла.
Свою тележку и форму для пирожков-рыбок она сделала сама, заплатив старому кузнецу из городка Бусянь парочкой духовных камней за аренду горна и инструментов.
С аппаратом для блинчиков цзяньбин оказалось сложнее — воссоздать его у девушки не вышло.
Поэтому она несколько дней тренировалась печь их на большой железной сковороде. Приходилось тщательно следить за температурой, зато это сэкономило кучу денег.
Практику раздачи бесплатных угощений Сюн Пинпин переняла у Лу Яо.
Раньше, ведя дела, она бы в жизни не решилась отдавать столь дорогую еду случайным покупателям, даже не зная, вернутся ли они. Но хозяйка интернет-кафе частенько баловала посетителей снеками, и мелким демонам это безумно нравилось.
Сюн Пинпин и сама получала такие подарки, и это действительно было чертовски приятно.
Стоящий напротив юноша опешил, выражение его лица мгновенно изменилось, а уголки губ поползли вверх:
— Премного благодарен, госпожа.
Взяв пирожок-рыбку весьма диковинной формы, он тут же откусил кусок. Выпечка оказалась мягкой и сладкой, а внутри скрывалась начинка, совершенно не похожая на те, что клали в обычных кондитерских лавках.
Полупрозрачная красноватая масса обладала кисло-сладким вкусом и источала непередаваемый фруктовый аромат.
— А этот сладкий пирожок и впрямь хорош. Заверни-ка мне еще парочку!
Сюн Пинпин проворно залила тесто в форму:
— Сделаем!
После открытия дела у маленькой тележки Сюн Пинпин постепенно пошли в гору.
Пусть ее стряпня и стоила чуть дороже, чем у остальных уличных торговцев, но любой, кто хоть раз пробовал эти блюда, обязательно покупал еще порцию-другую навынос.
А когда к лавке подходили практики в даосских одеяниях, девушка вручала им в подарок по одному семени одуванчика.
Се Цзыли сидел в придорожной чайной, дожидаясь, пока его старшие брат и сестра по ордену закончат свои дела. Юноша был облачен в темно-синие одеяния. Природа не обделила его привлекательностью, однако меж бровей залегла мрачная складка, а в глазах читалась глубокая апатия.
Бай Цзи и Чжун Цзинлань вернулись из-под дерева хуанму на перекрестке, неся в руках многочисленные свертки с едой.
Подойдя к столику на веранде чайной, Чжун Цзинлань пододвинула только что купленный пирожок-рыбку поближе к Се Цзыли:
— На перекрестке у дерева хуанму открылась новая лавка с закусками. Там выстроилась целая очередь! Мы со старшим братом Баем взяли немного, чтобы угостить младших братьев и сестер по возвращении в секту. Попробуй.
Се Цзыли взял завернутый в промасленную бумагу пирожок, но есть не стал. Вместо этого он поднялся на ноги:
— Раз старшие брат и сестра уладили свои дела, давайте возвращаться.
— Цзыли, что с тобой в последнее время? — нахмурилась Чжун Цзинлань. — Почему ты постоянно как на иголках?
Юноша опустился обратно на стул:
— Ничего.
Бай Цзи налил себе чаю и развернул пакет с куриными лапками:
— Я смертельно устал. Перекусим и пойдем.
С трудом подавляя тревогу, Се Цзыли остался сидеть за столом, составляя компанию своим спутникам.
Бай Цзи и Чжун Цзинлань перепробовали все четыре вида закусок, после чего девушка решительно встала:
— Пойду возьму еще. Того, что мы купили, на всех не хватит.
Спустя четверть часа Чжун Цзинлань вернулась с пустыми руками:
— Всё распродали. Когда я пришла, тележки уже не было. Дедушка, торгующий хуньтунами по соседству, сказал, что отбоя от клиентов нет: многие возвращаются за добавкой, а всё уже разобрали.
— Закуски отменные, да и на вкус потрясающие. Неудивительно, что их так быстро сметают, — кивнул Бай Цзи.
— Старший брат, хозяйка ведь дала тебе какое-то семя? — вспомнила Чжун Цзинлань. — Ну-ка, достань, посмотрим.
Се Цзыли сидел с полуприкрытыми глазами. Он машинально жевал пирожок-рыбку, но тот казался ему безвкусным, словно воск. Юноше совершенно не хотелось поддерживать разговор.
Бай Цзи извлек из пространственного мешочка семя одуванчика. Легким касанием пальца он направил струйку духовной энергии прямо в пушистый зонтик.
Семя мгновенно взорвалось, и прямо над центром стола развернулась водяная завеса размером с носовой платок.
«В дупле дерева бодхи на горе Бусянь находится странное заведение под названием “Межпространственное интернет-кафе Лу Яо”. На днях туда пожаловал гость, именующий себя Сильнейшим в Трех Мирах, чье единственное желание в этой жизни — изведать горечь поражения.
Представители демонов и дьяволов уже приняли вызов, но потерпели сокрушительное фиаско.
Теперь интернет-кафе взывает о помощи к миру самосовершенствования.
В случае победы заведение щедро одарит победителя: духовные камни, пилюли, магические артефакты… На любой вкус и выбор».
Видеоряд на водяной завесе выглядел крайне провокационно. Одно только заявление про «Сильнейшего в Трех Мирах» способно было вывести из себя любого.
А уж кадры с наградами и вовсе затуманивали разум: горы духовных камней, бесчисленные флаконы с пилюлями и несколько магических артефактов небесного ранга. От такого зрелища сердце Дао могло дрогнуть у кого угодно.
— Называть себя Сильнейшим в Трех Мирах? Неслыханная дерзость, — хмыкнула Чжун Цзинлань.
Бай Цзи задумчиво потер подбородок:
— Подозрительно всё это. Боюсь, это какая-то ловушка.
Се Цзыли неотрывно смотрел на экран. Ему показалось, что на заднем плане мелькнул силуэт, до боли похожий на Цзяонян.
Юноша торопливо протянул руку, желая отмотать изображение назад, чтобы приглядеться.
Однако семя одуванчика работало не так, как нефритовый талисман памяти: передав ключевое сообщение, оно просто обратилось в воду, которая лужицей растеклась по столу.
Се Цзыли резко вскочил, схватив свой меч:
— Старшие брат и сестра, у меня возникло неотложное дело. Мне нужно ненадолго отлучиться.
«Дупло дерева бодхи на горе Бусянь. Межпространственное интернет-кафе Лу Яо». Цзяонян наверняка там!
Как он сразу не догадался? Перед своим исчезновением она общалась только с той молодой девушкой.
Се Цзыли отлично помнил, что ее звали Лу Яо.
Владения Дьяволов, Дворец дьяволов в Небесной Бездне.
Третьего дня Владыка дьяволов вернулся из мира смертных и внезапно призвал к себе церемониймейстера и управляющего делами дворца.
Почтенный не удостаивал их аудиенции уже восемь сотен лет, поэтому чиновники в панике бросились исполнять приказ.
Спустя примерно один шичэнь оба наконец покинули тронный зал.
И с того самого дня весь Дворец дьяволов стоял на ушах.
Уже на следующие сутки по коридорам поползли слухи, будто Почтенный собирается жениться. Именно поэтому началась масштабная реконструкция покоев, а по всем землям послали гонцов в поисках достойных свадебных даров.
Поначалу Лу Яо не поверила.
Владыка дьяволов Цзэ Юань был рожден под звездой Одинокого Бедствия. За три тысячи лет на его пути не встретилось ни единой души, способной искренне полюбить его. В конце концов, ему суждено было погибнуть от…
Но когда даже саму Лу Яо нагрузили предсвадебными хлопотами, она не выдержала и побежала к госпоже Чжусян.
Чжусян отложила кисть, и на ее лице промелькнуло явное облегчение:
— Дыма без огня не бывает. Почтенный и правда намерен заключить брак.
Спустя тысячелетие до него наконец-то дошло.
Лу Яо отшатнулась.
«Но как такое возможно?»
У Владыки дьяволов Цзэ Юаня не было ни корней любви, ни красной нити судьбы. Ему было не дано полюбить кого-то, не говоря уже о том, чтобы связать себя узами брака.
И даже если допустить невозможное — что в его сердце вспыхнули чувства, — его избранницей должна была стать…
Лу Яо покинула покои Чжусян, так и не сумев разобраться в происходящем.
Где именно всё пошло не так?
И в кого, черт возьми, влюбился Владыка дьяволов?
Цзи Фэйчэнь проснулся ни свет ни заря. Чэн Е уже вернулся на торговую улицу, давно покинув свой пост администратора.
Официально рабочий день курьера начинался в девять утра.
Если доставок не предвиделось, можно было вообще взять выходной и не приходить в лавку.
Но сегодня был первый официальный рабочий день Цзи Фэйчэня в новой должности.
Когда-то он занимал высокий пост внутри клана Цзи и привык сохранять невозмутимость, однако сейчас не мог сдержать трепетного предвкушения.
Вчера на виллу семьи Цзи один за другим доставили несколько посылок. Цзи Фэйчэнь пересчитал их: прибыли все товары, заказанные посетителями интернет-кафе.
В Яогуане путь этих посылок завершался в момент подписания квитанции о получении на вилле клана Цзи.
Дальше за дело брался Цзи Фэйчэнь: ему требовалось сверить количество с данными из Внутренней сети, перевезти всё на торговую улицу, наклеить коды получения и разослать клиентам сообщения через нефритовый талисман передачи звука, чтобы те могли оперативно забрать свои покупки.
С момента запуска услуги онлайн-шопинга первая партия насчитывала менее десяти отправлений, причем два из них предназначались самим сотрудникам интернет-кафе.
Прибыв на место, Цзи Фэйчэнь справился со всей работой меньше чем за десять минут.
Опустившись на стул перед полками, юноша уставился в пустоту.
«Почему всё закончилось быстрее, чем Чжу Бацзе проглотил плод женьшеня?»
Цзян Янь поднялся на гору, чтобы передать Лу Яо партию пилюль.
Хоть в прошлый раз он выполнил поручение лишь наполовину, девушка все равно сдержала слово и подарила ему аккаунты от двух игр.
Цзян Янь счел, что те несколько флаконов были слишком скромной платой, а потому изготовил новую порцию.
Три вида пилюль среднего качества и более десятка флаконов с низкосортными пилюлями — всё это он принес Лу Яо.
Ранним утром в интернет-кафе всегда стояли шум и суета. У барной стойки толпились посетители, желающие купить завтрак или оплатить время за компьютером, поэтому Цзян Янь тактично отступил в сторону.
На фоне своенравных демонов и дьяволов Цзян Янь выглядел как примерный ученик в школе.
В дверь пулей влетела Чжу Ин и громко прокричала:
— Хозяйка заведения, я пришла за посылкой!
Лу Яо подняла глаза и увидела духа-паучиху, свисающую с потолка вниз головой.
Глаза Чжу Ин искрились предвкушением:
— Мой код получения — ****!
Получив уведомление через нефритовый талисман передачи звука, она тотчас же примчалась сюда.
Лу Яо ловко выудила с соседней полки картонную коробку и подбросила ее в воздух.
Чжу Ин выстрелила паутиной, притянула коробку к себе и, прижав ее к груди, тут же развернулась и бросилась прочь, не задерживаясь ни на секунду.
Снедаемый любопытством, Цзян Янь выскочил следом за ней на улицу, но дух-паучиха уже успела раствориться в воздухе.
Зато на расположенном у входа массиве телепортации стояли двое молодых практиков. На них были лазурные даосские одеяния, воротники и подолы которых украшал облачный орнамент Куньлуня. В руках оба крепко сжимали мечи.