Взрывной старт!
Впрочем, поскольку у них с собой была уйма медикаментов, они не рискнули надолго задерживаться на улице. Оглядевшись по сторонам, двое мужчин с туго набитыми рюкзаками потащили массивный ящик с лекарствами прямо в пустующее помещение по соседству с домом Гао Шимэн.
Раньше здесь торговали местными продуктами, но все товары давно растащили, не оставив ничего мало-мальски полезного.
Хэ Синьцзэ и Лю Чэн даже не взглянули бы на эту дыру, не окажись она в двух шагах от курьерской станции.
Притащив брошенные стеллажи и куски картона, они замаскировали ящик с медикаментами, скинули рюкзаки и уселись перевести дух.
Хэ Синьцзэ окинул взглядом вход в помещение:
— Я тут заметил, что у соседней лавки дверь, похоже, целехонька.
— Там же люди живут, — отозвался Лю Чэн. — Наверняка сами как-то ухитрились ее заменить, иначе как бы они там спокойно спали?
Хэ Синьцзэ ненадолго умолк, а затем внезапно спросил:
— Тебе не кажется, что здесь куда уютнее, чем в тех контейнерах?
Лю Чэн был парнем сообразительным и тут же уловил мысль товарища:
— Брат, ты хочешь уйти с базы?
Хэ Синьцзэ покачал головой:
— Просто в голову пришло, торопиться не стоит. Но оставлять здесь все лекарства как-то боязно, лучше бы соорудить хоть какую-то дверь для прикрытия.
— Может, сходить к соседям, разузнать? — предложил Лю Чэн.
С этими словами он поднялся и вышел. Вернулся Лю Чэн лишь спустя добрых полчаса, держа в руках плотный крафтовый бумажный пакет.
— Брат, я все разузнал. По соседству живут работники курьерской станции. Дверь им поменяли тамошние курьеры, да еще и укрепили по какой-то своей фирменной технологии. Говорят, она теперь надежнее любой бронированной.
Вспомнив пережитое в больнице Синьчуань, Хэ Синьцзэ язык бы не повернулся сказать, что «все это чушь». Напротив, он начал всерьез заглядываться на возможности курьерской лавки.
Те наклейки, что делали груз легким как пушинка, и браслеты из персиковых ветвей, отгоняющие нечисть, проявили себя просто великолепно.
— Значит, пока осядем здесь, тут явно безопаснее, чем в других местах, — постановил Хэ Синьцзэ. — Надо будет придумать, как поставить дверь, а по ночам обязательно оставлять дежурного. Сходи-ка в лавку, купи еще визиток для заказов. Штук десять… нет, двадцать… давай сразу сорок!
Лю Чэн почесал в затылке:
— Брат, все бы ничего, да только визиток в продаже больше нет.
Сердце Хэ Синьцзэ екнуло:
— Как это?
— Я ведь тоже хотел прикупить еще парочку, как вышел. Но люди передо мной брали сразу по двадцать-тридцать штук. И двух минут не прошло, как очередь рассосалась — все визитки смели.
Хэ Синьцзэ потерял дар речи:
— …
Описать его состояние можно было одним словом: досада!
Он и подумать не мог, что однажды собственная хваленая «осмотрительность» выйдет ему боком.
Лю Чэн добавил:
— Многие отстояли очередь и остались ни с чем, там даже скандал чуть не поднялся. Но хозяйка заведения повела себя в высшей степени достойно — сама вышла успокаивать народ. Визиток продали слишком много, курьеры зашиваются, да и на их изготовление нужно время. Сказали, новые появятся дня через три. А в качестве компенсации за потраченное время всем, кто стоял в очереди и кому не хватило, выдали по пакету с припасами.
Взгляд Хэ Синьцзэ скользнул вниз:
— Вот этот, что у тебя в руках?
Лю Чэн кивнул и, наклонившись к товарищу, зашептал:
— Все, кто туда заглядывал, прямо светились от радости. Я так спешил обратно, что даже сам еще не смотрел.
Хэ Синьцзэ выхватил у него крафтовый пакет, распечатал и вытащил на свет огромное краснобокое яблоко, бутылку минералки, пачку влажных салфеток, коробку печенья, а также полукилограммовый пакетик сырого риса и упаковку маринованных овощей.
Глаза Лю Чэна полезли на лоб:
— Надо же, в такой маленький пакетик столько всего влезло! Неудивительно, что народ сразу угомонился. Это куда солиднее подачек с базы.
— А что из себя представляет хозяйка заведения? — спросил Хэ Синьцзэ.
Он вдруг осознал, насколько грамотно и с душой руководительница подошла к делу. Казалось бы, обычный продуктовый набор, но в нем были и дефицитные фрукты с чистой водой для пущего эффекта, и сытные рис с овощами, и сладости, и даже о гигиене позаботились, заботливо положив влажные салфетки.
При упоминании о ней Лю Чэн заметно оживился:
— Она очень молодая. Красивая, отлично одета, а говорит хоть и мягко, но с таким властным тоном, что сразу проникаешься уважением.
Хэ Синьцзэ недоверчиво склонил голову:
— Правда женщина? Еще и молодая?
— Не веришь? — кивнул Лю Чэн. — Хозяйка заведения и сама работает курьером, говорят, невероятно сильна.
Хэ Синьцзэ действительно был поражен. Он полагал, что владельцем подобного бизнеса непременно должен быть влиятельный человек средних лет с обширными связями.
Поразмыслив пару мгновений, он принял решение:
— У нас еще осталась одна визитка, нельзя тратить ее впустую. Пока на базу не возвращаемся. Надо раздобыть материалы для двери, а потом наймем курьера, чтобы помог с установкой. Мы просто обязаны закрепиться на этом месте.
— Брат, мне кажется, на базе кто-нибудь точно начнет перепродавать визитки, — заметил Лю Чэн. — Только за золото их уже не купишь. Этим дельцам наверняка понадобятся припасы. А у нас есть лекарства…
Хэ Синьцзэ кивнул:
— Верно, нам нужно придумать, как раздобыть побольше золота. Лекарствами расплачиваться опасно — сразу привлечем лишнее внимание. Уж лучше дождаться, когда в лавку завезут новые визитки, и купить напрямую. Услуги курьерской станции куда ценнее любых припасов, да и надежнее всяких барыг.
Услышав тон товарища, Лю Чэн не смог сдержать усмешки:
— Брат, еще утром ты говорил совсем другое. Теперь они, значит, надежные?
Хэ Синьцзэ тоже рассмеялся:
— Жизнь заставит. Кто надежнее, к тому и примыкаем. Будем действовать по обстоятельствам.
…
Пока большинство жителей города Люйи лишь присматривались к курьерской лавке, некоторые уже вовсю готовились с ее помощью осуществить свой план по побегу с базы Рассвета.
Узнав, что в городе Люйи откроется филиал курьерской лавки, Ли Цзуй немедленно взялся за дело, поручив членам своей команды втайне скупать золото.
В прошлом город Люйи славился множеством магазинчиков, торговавших золотыми украшениями, в основном — туристическими сувенирами. Если задаться целью, на одной только улице можно было найти сразу несколько таких лавочек.
Поначалу Ли Цзуй искренне хотел обосноваться на базе Рассвета и строить там будущее. Но когда он со своим отрядом в числе первых отправился в «экспедицию» в город Гаошэн, познакомился с курьерской лавкой и воочию понаблюдал за грызней среди верхушки базы, весь его энтузиазм стремительно улетучился.
За три дня до официального открытия курьерской станции Ли Цзуй поделился своими мыслями с самыми доверенными людьми. Тем, кто был готов последовать за ним, он предложил вместе подыскать новое жилье.
Четверо членов отряда, включая Чу Ли, изъявили желание покинуть базу.
У двоих из них были семьи; лишь Чу Ли и еще один молодой боец были одиноки.
В жилом квартале позади курьерской станции они присмотрели несколько пустующих квартир, заранее прибрались там и установили новые бронированные двери с решетками на окнах, превратив их в свое новое пристанище.
В день официального открытия отряд Ли Цзуя разделился на две группы. Одна отправилась в лавку за новыми визитками, а вторая использовала старые, купленные еще в Гаошэне, чтобы под предлогом поиска припасов покинуть базу.
Ли Цзуй заранее проконсультировался с Лу Яо: визитки курьерской лавки действовали на всей территории обслуживания.
Почти все члены отряда ютились в секторе контейнеров. Как и большинство беженцев, из ценностей они нажили лишь кухонную утварь, зимние куртки с одеялами да выданные на базе пайки.
Ли Цзуй хотел обставить переезд как можно тише, чтобы не привлекать внимания ни соседей, ни начальства.
Ради этого он снова отыскал Лу Яо и, доплатив два золотых слитка, приобрел премиальную визитку для заказов.
Премиальная визитка была новинкой в ассортименте курьерской лавки и стоила в разы, а то и в десятки раз дороже обычной.
Зато при соблюдении всех правил, подписав контракт о неразглашении и выложив достаточно золота, можно было оформить заказ с особыми требованиями.
Это считалось скрытой услугой курьерской лавки. За щедрое вознаграждение они брались за любую работу и выполняли ее безукоризненно.
На данный момент среди всех клиентов эту опцию разглядел лишь Ли Цзуй.
В день переезда Лу Яо лично взялась за заказ отряда Ли Цзуя. Она зарегистрировалась на входе, прошла в сектор контейнеров за багажом клиентов и преспокойно вышла с пустыми руками, не вызвав ни малейших подозрений.
Ли Цзуй заранее предупредил своих людей: в день переезда каждый сам должен придумать предлог, чтобы вывести семью за периметр, а доставкой вещей займется курьер.
Упрятав скарб в пространственный мешочек, Лу Яо налегке покинула базу и на мотоцикле домчалась до нужного адреса. Одним махом она перевезла вещи сразу пяти семей.
Новое жилье отряда Ли Цзуя располагалось как раз напротив заднего входа курьерской станции. Все пять семей разместились на втором этаже одного здания.
Будучи соседями, они и за припасами теперь планировали ходить вместе.
Идея заключалась в том, чтобы перенять образ жизни обитателей улицы Гуаньинь из города Гаошэн.
Во время Праздника середины осени отряд Ли Цзуя какое-то время пробыл там и повидал немало простых людей, сбивавшихся в группы для вылазок.
В Гаошэне не возникло единой базы, а среди жителей района улицы Гуаньинь хватало как приезжих, так и местных.
Они самостоятельно добывали еду, предметы первой необходимости и детали для модернизации оборудования, а также пытались запустить водоочистную станцию и городские электросети. Ли Цзуй всегда белой завистью завидовал их свободе.
То, что Гаошэн пошел по совершенно иному пути развития, было неразрывно связано с существованием курьерской лавки.
Благодаря невероятно сильным и справедливым курьерам над городом словно раскинулся невидимый защитный купол.
Теперь, когда в городе Люйи сложились те же условия, Ли Цзуй сгорал от нетерпения вкусить прелести вольной жизни.
…
Первый день работы курьерской станции в городе Люйи обернулся феноменальным успехом: все заготовленные тысяча двести обычных визиток разошлись подчистую, а из двадцати премиальных купили шесть.
Завершив переезд, Ли Цзуй в частном порядке приобрел у Лу Яо еще пять премиальных визиток.
Два золотых слитка — это была лишь стоимость самой карточки. После оформления заказа Система заново оценивала сложность задачи и выставляла окончательный счет.
В половине шестого вечера курьерская станция города Люйи закрыла свои двери.
Рабочий день здесь заканчивался на полчаса раньше, чем в главном отделении Гаошэна. Курьерам нужно было дождаться Гарольда, который забирал их после смены, и они заранее готовились к отъезду, чтобы сразу прыгнуть в машину.
Обычно курьерская лавка закрывалась в шесть. Если бы Гарольд заезжал за ними после всех своих дел, да еще и ждал, пока они соберутся, возвращение домой затянулось бы до глубокой ночи.
Без двадцати шесть курьеры один за другим начали подтягиваться на станцию.
Лу Яо достала из Портативного Хранилища заранее приготовленный служебный ужин и раздала каждому по порции.
В этом крылся один из недостатков филиала: из-за отдаленности от главной лавки горячее питание приходилось заказывать заранее, и Лу Яо с самого утра убирала его в Портативное Хранилище.
Припарковав транспорт, курьеры уселись рядком прямо на ступеньках перед входом и принялись за еду, разнося аппетитные запахи на добрый десяток метров вокруг.
Тетушка Чжу с сыном и дочерью ужинали в служебном кабинете.
Из двух помещений в задней части станции одно отвели под серверную — это была вотчина Гао Чэньняня, а комнату побольше переоборудовали под комнату отдыха для сотрудников.
Большинство курьеров были наемными работниками из Иного мира и современные города видели разве что в интернете да в книгах. Поэтому, получив долгожданные минуты отдыха, они с превеликим удовольствием торчали на улице.
А вот семья тетушки Чжу, на долю которой выпало столько мытарств, теперь превыше всего ценила возможность просто побыть вместе.
К тому же им приходилось скрывать тот факт, что Гао Чэньнянь жив, поэтому лишний раз светиться на публике не хотелось.
Впрочем, в первый день наплыв клиентов оказался таким, что тетушке Чжу пришлось встать за стойку. Благо, за визитками приходили сплошь простые работяги, никто из верхушки базы Рассвета не объявлялся, так что их с Гао Шимэн практически никто не узнал.
Однако было ясно: долго скрывать их работу в курьерской лавке не выйдет. Как минимум Хуан Сюань просто так этого не оставит.
Доев половину порции, Гао Шимэн не выдержала и поделилась слухами, услышанными днем от посетителей:
— Говорят, кто-то из начальства базы вознамерился породниться с семьей из сектора контейнеров. Девчонке всего семнадцать, а ее родители уже дали согласие.
Тетушка Чжу тоже слышала об этом. У нее закрались кое-какие подозрения, но вслух при дочери она озвучивать их не стала.
Правая рука Гао Чэньняня была плотно забинтована — отрубленную кисть пришить было невозможно, а рана еще не до конца затянулась. Неумело орудуя ложкой в левой руке, он хмыкнул:
— Это семья Хуан. Хуан Сюань превратился в евнуха, среди равных ему пару теперь не найти. Вот и приходится вешать лапшу на уши простакам.
Оставшись без своего мужского достоинства, он стал зацикливаться на этом еще сильнее.
Раньше его, возможно, не слишком заботил вопрос женитьбы, а теперь он был готов бежать под венец хоть завтра.
Гао Чэньнянь прекрасно понимал эту мужскую психологию.
Больше всех Хуан Сюань наверняка ненавидел его сестру — ту, что навсегда лишила его мужской гордости.
Гао Шимэн, не подумав об этом, побледнела от злости:
— Брат, этот Хуан Сюань докатился до такого убожества и все еще смеет портить людям жизнь?! Твою мать, надо было прикончить его на месте!!!