Ощутить вкус той сладости.
Цзэ Юань, не глядя на Чи Цзюмэн, шагнул внутрь.
Услышав шаги, Лу Яо поднялась, прижимая к себе Мо Бао:
— Вы вернулись. А где остальные?
Лицо Цзэ Юаня ничего не выражало:
— Остальные?
— Улин и Цзи Чжуан.
Цзэ Юань промолчал. Пройдя мимо Лу Яо, он направился прямо к столику, сел и молча налил себе воды.
Чи Цзюмэн, остановившись в шаге от них, слегка склонила голову в поклоне перед Лу Яо:
— Император демонов и Улин уже ушли. Происшествие внизу наверняка встревожило вас, госпожа. Я пришла принести свои извинения.
— Вы слишком любезны, хозяйка, — ответила Лу Яо. — Я в полном порядке. Не берите в голову.
На лице Чи Цзюмэн расцвела приветливая улыбка:
— У вас прекрасный нрав, госпожа. Услышав ваши слова, я осмелилась предположить, что вы также знакомы с Императором демонов и великим демоном Улином.
Лу Яо обернулась, подошла к столику и снова взяла на руки Мо Бао:
— Мы виделись пару раз, но близко не знакомы.
Чи Цзюмэн вела себя совершенно непринужденно. Принеся извинения и закрыв вопрос с прошлым недоразумением, она придвинула низкий табурет и присела у столика.
— Ваше лицо мне незнакомо. Вы впервые в городе Ничэн?
— Да.
Заметив, что улыбка Лу Яо стала немного натянутой, проницательная Чи Цзюмэн тотчас сменила тему:
— Вчера, когда Цзэ Юань пришел снимать эту комнату, я сначала отказывалась её сдавать, но он настоял. Теперь же я обязана предупредить вас троих об одном обстоятельстве.
Сидевший рядом Цзэ Юань молча пил воду. Лицо его было напряжено, а поза излучала властную ауру.
Но стоило хозяйке гостиницы произнести эти слова, как юноша внезапно зашелся сильным кашлем. Его алые глаза виновато стрельнули в сторону Лу Яо. Словно обжегшись об ее взгляд, он тут же отвернулся, прикрыв губы рукой. При этом стали видны его раскрасневшаяся шея и пылающие кончики ушей.
Лу Яо с мягким, как спокойная вода, взглядом повернула к нему голову, а затем вновь посмотрела на Чи Цзюмэн:
— О чем именно?
Чи Цзюмэн едва сдерживала улыбку — уж больно увлекательным оказалось зрелище. Подумать только, тысячелетнее железное дерево наконец-то собиралось зацвести! Это было и забавно, и трогательно.
Усилием воли подавив смешок, она напустила на себя серьезный вид:
— В последнее время на берег выходят русалки и похищают смертных прямо в городе. Позавчера они утащили старую госпожу из резиденции семьи Се, и до сих пор ее не удалось найти.
В городе Ничэн обитают практики, поэтому обычные мелкие демоны не осмеливаются творить здесь бесчинства.
Даже если какой-нибудь демон случайно забредет сюда, или же могущественный представитель этой расы вроде Чи Цзюмэн откроет здесь свое дело — никто из них не станет связываться со смертными.
Обидев простого человека, демон-практик завяжет узел кармы, который жестоко аукнется ему во время Небесного бедствия.
Великие демоны особенно дорожат своей репутацией и не станут губить собственное будущее.
— А какое отношение русалки имеют к этой комнате? — спросила Лу Яо.
— Не знаю, говорил ли вам Цзэ Юань, но эти покои постоянно перемещаются, — пояснила Чи Цзюмэн. — Ночью они оказываются у Моря Слез, а к утру приближаются к Неоновому заливу. Русалки, появившиеся в окрестностях города Ничэн, могли прийти только со стороны Моря Слез. Из-за участившихся случаев похищений, ради безопасности постояльцев, мы перестали сдавать этот номер.
Чи Цзюмэн всё это уже объясняла Цзэ Юаню и впервые видела его таким упрямым — он твердо решил снять именно эти апартаменты.
Сначала хозяйка рассудила, что с его базой культивации даже в случае нападения русалок еще неизвестно, кому достанется больше.
Кто же знал, что в этот раз он приведет с собой юную спутницу, которая окажется обычной смертной, напрочь лишенной духовных сил.
Цзэ Юань сидел, неподвижный как изваяние. Если бы не его заостренные уши, покрасневшие до такой степени, что, казалось, из них вот-вот брызнет кровь, Лу Яо бы решила, что он просто поперхнулся водой и перестал дышать.
— …Понятно. Мы будем предельно осторожны, — кивнула девушка. — Благодарю за предупреждение.
Эти покои сильно отличались от обычных. Комната казалась безграничной: окна прорезали три стены, и внутри было достаточно спальных мест.
Цзэ Юань снял лишь одну эту комнату, но пространства с лихвой хватало для троих.
Перед уходом Чи Цзюмэн упомянула еще кое о чем: похищения людей русалками случались и раньше.
Около полугода назад они точно так же утащили младшего молодого господина из резиденции семьи Се, и с тех пор о нем ничего не слышали.
Того юношу звали Се Цзыли. Ему едва исполнилось шестнадцать, и он проходил обучение в секте Линсяо, что за городом.
Полгода назад на день рождения старой госпожи Се младший внук вернулся домой, чтобы поздравить бабушку, но в итоге стал жертвой морских дев, и теперь неизвестно, жив он или мертв.
Когда раздражающая хозяйка гостиницы наконец-то удалилась, Цзэ Юань в уме придумал уже восемьдесят один способ ее жестокого убийства. И все же он не смел даже взглянуть в сторону Лу Яо.
Подумав, что ему необходимо время, чтобы справиться со своими эмоциями, Лу Яо тактично не стала его тревожить. Она устроилась под лампой и принялась по одной доставать из пространственного мешочка свои покупки.
Пилюли стоили недорого, поэтому, обойдя несколько уличных лотков, она набрала целую гору.
Среди них было два флакона с лекарством для быстрого заживления ран — возможно, они пригодятся Чэн Е после операции.
Пилюлю для похудения найти не удалось, зато нашлись пилюли омоложения и пилюли смены облика. Девушка купила по флакончику каждой.
Для сотрудников она приобрела целую стопку пространственных мешочков.
Нефритовых талисманов передачи звука и нефритовых талисманов памяти Лу Яо тоже взяла несколько штук.
Талисманы передачи звука действовали ничуть не хуже телефона, да еще и не требовали подключения к интернету.
Один такой она планировала оставить в интернет-кафе в качестве стационарного устройства связи. Порой в разъездах телефон не ловил сеть, и тогда персонал смог бы связаться с ней через этот артефакт.
Оставшиеся она собиралась отдать Гарольду и Бу Ду — именно им чаще всего требовалось ее внимание.
А случись непредвиденное, наличие талисмана у других все равно не гарантировало бы, что они смогут ее отыскать.
Еще Лу Яо купила несколько талисманов и печатей, которые пока были не нужны, поэтому она убрала их в свое личное Хранилище.
Следом на стол легла черная трехъярусная шкатулка для косметики. При ближайшем рассмотрении она оказалась невероятно красивой: поверхность инкрустирована розовым перламутром и россыпью мерцающего жемчуга русалки, а крышка украшена разноцветными раковинами. Вполне возможно, что когда-то она действительно принадлежала какой-нибудь морской деве.
Цзэ Юань не выдержал и повернул голову, чтобы украдкой подсмотреть, чем занята спутница. Но, увидев в ее руках эту самую шкатулку, он резко отвернулся, словно ему наступили на хвост.
Мо Бао, сидевший у юноши на коленях, задрал мордочку и с недоумением спросил:
— Почтенный, что с вами?
— …
Открыв шкатулку и увидев аккуратно разложенные румяна всевозможных оттенков, Лу Яо вспомнила его недавнюю реакцию, и сердце ее невольно смягчилось.
«Даже лишившись памяти, он всё такой же, ни капли не изменился».
Пытаясь скрыть свои маленькие секреты, он впадал в панику, суетился и в итоге, пряча одно, нелепо выдавал другое.
Лу Яо захлопнула крышку, убрала вещи со стола обратно в Хранилище, подошла к Цзэ Юаню и легко коснулась его плеча.
Юноша поднял голову. В его алых, сияющих словно утренние звезды глазах, обрамленных темными, как морские водоросли, волосами, плескалась обида, которую он, вероятно, и сам за собой не замечал.
— Я впервые остановилась в гостинице, которой управляют демоны, да еще и в движущейся комнате, — произнесла Лу Яо. — Никогда прежде такого не видела. Не проведешь для меня небольшую экскурсию?
Цзэ Юань поднялся, небрежно ссадил Мо Бао на стол и повел девушку в западную часть покоев.
— …
Юноша шагнул вперед и распахнул окно на западной стене.
Снаружи сгустилась глубокая ночь, а бескрайняя звездная река казалась такой близкой, что до нее можно было дотянуться рукой.
То ли это была иллюзия, то ли и впрямь какая-то волшебная обитель небожителей.
Звезды, будто драгоценные камни, медленно плыли в потоке ночной тьмы.
Лу Яо оперлась о подоконник, подалась вперед и зачерпнула пригоршню ночного мрака. К ее удивлению, на ладони остались лежать две сияющие золотые звездочки.
Она протянула руки к лицу Цзэ Юаня:
— Смотри, какая красота.
Цзэ Юань неотрывно смотрел на ее цветущую улыбку. Он медленно поднял руку, прижал ее к груди, и на его лице отразилось смятение.
Заметив перемену в его настроении, Лу Яо спросила:
— Что случилось?
Тот лишь помотал головой. Внезапно в его глазах блеснула мысль. Перехватив ее за руку, он повел девушку дальше и толкнул оконные створки на северной стороне.
Северные окна выходили на дикую пустошь. На чернильном небосводе висел одинокий полумесяц. Лицо обдувал лесной ветерок, принося с собой едва уловимый аромат цветов.
Лу Яо оперлась обеими руками о подоконник, и в этот момент на ее пальцы опустились два светлячка, мерцающие в темноте.
— В детстве мы с матерью жили за городом. Летом в траве у реки тоже летали стайки светлячков, — Лу Яо обернулась к Цзэ Юаню. — Я не видела их больше десяти лет. Сразу нахлынули воспоминания.
В памяти Лу Яо не было образа отца — с самых ранних лет ее воспитывала только мать.
Молодой одинокой женщине с ребенком на руках наверняка приходилось несладко, жизнь их была полна лишений.
Но мать была нежной и в то же время сильной натурой, поэтому детство не оставило в душе Лу Яо никаких тяжелых или болезненных шрамов.
И лишь после ее внезапной гибели Лу Яо лишилась своего единственного убежища и постепенно стала той, кем была сейчас.
Видя отрешенный взгляд спутницы, Цзэ Юань протянул руку и ласково коснулся ее щеки.
Почувствовав холодок на коже, Лу Яо пришла в себя и с удивлением посмотрела на него:
— Ты… что делаешь?
Юноша уставился на свою ладонь, тоже выглядя весьма растерянным. Затем он вновь потянул ее за собой и открыл последнее окно.
Восточные створки распахнулись в сторону Моря Слез, впустив в комнату ровный шум прибоя.
Окутанное ночью Море Слез дышало спокойствием, сквозь которое прорывался тревожный гул.
Лунный свет падал на волны, заставляя их переливаться бледным фиолетовым сиянием.
Крошечные блики танцевали на воде, напоминая садовую дорожку, усыпанную каплями утренней росы.
Цзэ Юань инстинктивно посмотрел на лицо Лу Яо.
Если она была счастлива, то и на его душе становилось спокойно.
Девушка вновь облокотилась о подоконник. Пение русалок, печальное и завораживающее, казалось, звучало над самым ухом.
Она повернула голову и позвала:
— Послушай… Песня русалок…
Цзэ Юань опустил ресницы. Его взгляд, помимо воли, прикипел к ее лицу. Сердце бешено колотилось в груди, пока он медленно наклонялся к ней.
Еще немного, еще чуть-чуть поближе — и он сможет ощутить вкус той самой сладости.
Так кричали его инстинкты.