— Не разувайся в Хранилище.
Церковь, похоже, приняла мастерскую «Сделай сам» за чудодейственный психиатрический реабилитационный центр. Стоило им встретить посетителя, у которого был хоть малейший шанс на исцеление, как они тут же пытались отправить его сюда на лечение.
Немного поразмыслив, Лу Яо всё же решила объяснить, почему она тогда так обошлась с Цзян Линем.
— В свой первый день на Улице Призраков я на короткое время потеряла себя, но быстро пришла в чувство. На мой взгляд, потеря себя означает, что человек начинает утрачивать правильное восприятие самого себя, постепенно начиная верить, что ничем не отличается от местных сущностей. Поэтому, когда у Цзян Линя появились симптомы искажения, я раз за разом пыталась пробудить в нем осознание собственной природы. Судя по результатам, моя теория оказалась верна. Но мастерская «Сделай сам» — это всего лишь заведение, которое предлагает гостям различные творческие занятия, а вовсе не лечебница. Боюсь, здесь я ничем не смогу вам помочь.
Бусины из божественного древа и Слезы богини действительно обладали силой подавлять Его влияние, но Лу Яо умолчала об этом, в первую очередь чтобы не создавать путаницу с основным профилем своего заведения.
Хозяйка заведения вовсе не отказывалась спасать людей, просто её изначальной целью открытия магазина в этом мире был поиск и освобождение Системы Исполнения Желаний.
Согласно устоявшимся правилам, магазин не должен был отклоняться от основного направления. Она могла помогать окружающим лишь при условии, что это не помешает успешному достижению её главной цели.
Пока Система не подавала никаких признаков жизни, Лу Яо предпочитала уделять больше внимания развитию бизнеса.
К тому же на примере Цзян Линя она уже убедилась: чтобы вытащить человека из забвения, нужно постоянно корректировать его восприятие. Этим можно заниматься где угодно, совершенно не обязательно тащить пострадавших в её мастерскую.
Но Сюй Чжэнжун покачал головой:
— Нет, мы уже испробовали все возможные методы. Пробудить осознание себя человеком далеко не так просто, как ты говоришь. Это сработает только в стенах твоего магазина.
Возможно, это место было единственной точкой соприкосновения Улицы Призраков с реальностью. Однако церкви требовалось собрать множество фактических доказательств для подтверждения этой гипотезы, поэтому они решили прислать сюда того, чья призрачная форма считалась исключительно безобидной.
Сюй Чжэнжун с искренней мольбой посмотрел на хозяйку заведения:
— А что, если мы сделаем так? Мы с Жэнь Ю возьмем на себя заботу о Ду Сяо и будем вместе участвовать в мероприятиях магазина. Вам вообще не придется ничего делать.
Лу Яо обреченно вздохнула и после недолгого раздумья согласилась:
— В данный момент, кроме меня, других наставников здесь нет. Следующее практическое занятие планируется только во второй половине дня. Если вы твердо решили участвовать, подойдите к стойке регистрации и запишитесь.
При воспоминании о новом администраторе за стойкой регистрации мастерской лицо Сюй Чжэнжуна слегка побледнело. Он посмотрел на Лу Яо, но так и не решился вымолвить ни слова. Тяжело вздохнув, мужчина развернулся и поплелся к выходу.
Девушка постояла в дверях еще несколько мгновений, прежде чем вернуться во второй рабочий класс.
Бисквиты уже испеклись, и теперь гости увлеченно украшали их кремом, всевозможными фруктами и джемом.
Сун Вэнь подошел к Лу Яо и купил несколько одноразовых формочек в виде бумажных стаканчиков.
Они с бабушкой решили испечь те самые кексы, что в их детстве продавались по одному юаню за штуку. За основу они взяли свежеиспеченный пышный бисквит, промазали его в середине джемом, добавили слой из кусочков свежих фруктов для богатства вкуса, а затем запечатали всё это великолепие шапкой крема, приступив к финальному оформлению.
В отличие от простеньких кексиков с кремовыми розочками из прошлого, творения Сун Вэня и бабушки Сюй выглядели куда изысканнее. Цветы всевозможных форм и оттенков, забавные мультяшные персонажи, вылепленные из крема фрукты… Стол был буквально уставлен самыми разнообразными десертами.
Тот самый клиент, что недавно использовал крем вместо красок, снова взялся за старое. Он осторожно нарезал бисквит на ломтики толщиной в сантиметр, смазал их джемом с фруктами, свернул в рулеты для придания формы, а под конец вооружился шпателем и принялся расписывать их кремом, гордо окрестив свое творение «эксклюзивным швейцарским рулетом».
Гость, убивший уйму сил на приготовление мастики, тоже не желал отставать. Правда, лепка требовала времени, и к концу занятия он так и не успел сотворить себе «жену». Зато он наделал множество очаровательных мини-тортиков с лаконичным дизайном, вызвав шквал восхищенных вздохов у окружающих.
Когда прозвенел звонок об окончании мастер-класса, весь рабочий класс пропитался приторно-сладким ароматом.
Благодаря поразительной самодисциплине посетителей, Лу Яо практически не пришлось напрягаться, и первое занятие плавно подошло к концу.
Девушка хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание:
— Мероприятие завершено! Вы вложили столько труда в создание этих невероятно красивых и аппетитных сладостей, поэтому мы специально выделили полчаса на дегустацию. Вы можете обмениваться своими творениями и пробовать кулинарные шедевры друг друга. Также мы подготовили три вида напитков, идеально подходящих к десертам. Пожалуйста, угощайтесь!
Гости на мгновение опешили. Спустя полминуты в помещении, которое после кулинарных баталий напоминало поле боя, раздались восторженные и радостные возгласы:
— Меняю клубничный торт со сливками на кекс в стаканчике!
— А я хочу попробовать швейцарский рулет с глицинией!
— Дядюшка, не продадите вон то пирожное с Полярной звездой?
Сун Вэнь купил у Лу Яо большую коробку с ручкой, выменял у остальных несколько приглянувшихся ему десертов, а свои оставшиеся шедевры аккуратно упаковал.
Выпечка бабушки и внука, «мастичного дядюшки» и парня со швейцарскими рулетами пользовалась в классе ошеломительным успехом. Но поскольку в порыве энтузиазма эта группа скупила кучу дополнительных ингредиентов, готовых сладостей осталось с избытком.
Участники отложили часть десертов, чтобы съесть их на месте, а всё остальное расфасовали по коробкам навынос.
На рабочем столе Лу Яо выстроился ряд из двенадцати кремовых пирожных самых разных форм — каждый гость оставил ей по кусочку в знак благодарности.
Под прицелом дюжины полных ожидания взглядов девушка сделала глоток кофе и мягко улыбнулась:
— Я обязательно попробую их во время обеденного перерыва, никуда не торопясь.
Посетители сделали вид, что их это совершенно не волнует, отвели глаза, потянулись к напиткам и принялись дегустировать торты в компании соседей.
— Обалдеть! Мой шоколадный торт с кофе — это просто отвал башки!
— Надо же, первый раз в жизни готовлю десерт, и всё так удачно сложилось! Может, я скрытый гений?
— Боже, два года… Я уж и не надеялся когда-нибудь снова попробовать настоящий клубничный торт. Сейчас расплачусь!
Лу Яо сидела в углу, неторопливо потягивая кофе. Слушая эмоциональные перешептывания гостей, она чувствовала, как вопросов в её голове становится всё больше.
Приятные полчаса пролетели незаметно. Шумная толпа потянулась к выходу; почти у каждого в руках покачивалась коробка с логотипом приложения «Торговая улица Лу Яо».
За всё утро хозяйка обслужила лишь двенадцать человек, однако в холле своей очереди дожидался еще десяток желающих.
Опираясь на свой прошлый опыт ведения бизнеса, Лу Яо понимала, что мастерская «Сделай сам» стартовала с поистине космической скоростью. В глубине души она была весьма довольна таким раскладом.
Чтобы не сорвать вечернюю смену, во время обеденного перерыва девушка вместе с Гань Цином и Чэнь Ю отправилась в Хранилище фасовать ингредиенты.
Накануне она улучшила и расширила помещение, добавив две новые складские комнаты напротив трех рабочих классов и по соседству с уборной. Одна предназначалась исключительно для материалов, другая — для инвентаря.
Ингредиенты, изначально рассчитанные на целый день, утренние посетители подчистую скупили за дополнительную плату. Теперь приходилось в авральном режиме восполнять запасы.
Гань Цин и Чэнь Ю были не из болтливых, поэтому в Хранилище звучал только голос Лу Яо — она терпеливо объясняла помощникам, как правильно сортировать продукты и пользоваться весами.
Хоть происхождение новых сотрудников и оставалось загадкой, деловую хватку они продемонстрировали отменную.
Убедившись, что процесс налажен, Лу Яо тоже замолчала. Придвинув стул, она села и принялась перебирать продукты.
Спустя минут сорок Чэнь Ю отлучилась в уборную, оставив Лу Яо и Гань Цина наедине.
Погруженная в работу девушка не заметила, как дверь Хранилища оказалась прикрытой. В образовавшуюся узкую щель пробивался свет, рисуя на полу тонкую светящуюся линию.
Звуки снаружи становились всё тише и отдаленнее, само пространство внутри комнаты начало искажаться. Воздух пропитался характерным запахом глубоководной сырости и тины. Из-за спины Лу Яо бесшумно взмыло толстое, скользкое бледно-золотое щупальце. Извиваясь и подергиваясь, оно вознамерилось незаметно опутать свою жертву.
Лу Яо прекратила работу и медленно подняла голову. Её взгляд сфокусировался на всё так же молчаливо трудящемся Гань Цине:
— Не разувайся в Хранилище.
У Гань Цина почти не было видно белков глаз, лишь сплошная чернота. Вкупе с внушительным ростом, когда он вот так неотрывно смотрел в одну точку, от него исходила мрачная аура и гнетущее, безмолвное давление.
Девушка раскрыла правую ладонь, и в ней из пустоты материализовалось Чи Правил и Запретов.
Не оборачиваясь, она взмахнула линейкой за спину, блокируя подбирающееся щупальце. Смощив носик, она честно призналась:
— Запах от тебя так себе.
Черные как смоль зрачки монстра медленно провернулись в глазницах. Между бровей залегла глубокая складка — в его взгляде читалось недоумение пополам со вспыхнувшим раздражением. Второе щупальце хлестнуло вперед, стремительно метя прямо в голову хозяйке.
Лу Яо резко откинулась назад, уходя от удара, а правой рукой с силой обрушила Чи Правил и Запретов на первое щупальце, отсекая его прочь.
Глаза Гань Цина слегка округлились. Он какое-то время тупо таращился на девушку, а затем вновь замахнулся вторым отростком.
Не прошло и полминуты, как мягкие бледно-золотые щупальца, усеянные присосками, покрыли пол, словно нарезанные куски резинового шланга.
Гань Цин обмяк на стуле. Его руки и ноги безвольно повисли, взгляд остекленел, а на полу под ним начала расползаться лужа воды.
Лу Яо присела на корточки и потыкала линейкой на удивление упругие куски плоти:
— А это съедобно?
Гань Цин медленно скосил глаза на хозяйку заведения. В его взгляде читалась сложнейшая гамма непередаваемых эмоций.
Внезапно из-за двери донеслось странное пение. Приторно-сладкий голос монотонно выводил одну и ту же мелодию, которая каким-то необъяснимым образом западала в сознание. Следом послышалось несколько глухих звуков, словно на пол упало что-то тяжелое.
Оставив монстра в покое, Лу Яо стремительно поднялась и бросилась к выходу.
Когда её шаги стихли вдали, Гань Цин, всё так же безвольно распластавшись на стуле с запрокинутой головой, медленно прикрыл глаза и беззвучно выдохнул.
«Страшная женщина».
«Впрочем, Чэнь Ю уже добилась своего».
«На Улице Призраков нет никого, кто мог бы противостоять Тому господину».