За эту ночь Лу Яо сильно выросла над собой.
«Возношусь. Не беспокоить!?»
Довольно простая и понятная подсказка, но нет ли здесь ловушки?
Если это действительно тот Иной мир, о котором она подумала, то какое заведение там лучше открыть?
К тому же Система Исполнения Желаний отсутствует. Неужели ей придется самой открывать Звездные врата?
Этому навыку Лу Яо пока не обучилась.
Звездные врата были сродни Солнечному мандарину или Лунному цветку — их невозможно скопировать.
Задания Гостиницы на горячих источниках только-только завершились, так что спешить пока некуда. Чтобы запустить новый проект, нужно для начала наладить работу здесь.
Трое сотрудников из человеческой расы обладали неплохими способностями. У каждого имелись свои сильные стороны, все они отличались ответственностью, вот только их стремление к праздному безделью и спокойной старости переходило всякие границы.
Открывая новую точку, Лу Яо всегда приходилось концентрироваться на клиентах и заданиях. Оставлять уже завершившие свои миссии филиалы можно было лишь на надежных людей — только так она могла быть спокойна.
Персонал из маленького народца тоже подходил к делу со всей серьезностью, но в силу природной наивности крохи не могли справляться со слишком сложными ситуациями.
Поразмыслив пару дней, Лу Яо сначала созвала на небольшое собрание троих людей.
Троица решила, что у хозяйки появились свежие идеи для мозгового штурма, и явилась в приподнятом настроении.
Однако услышанное стало для них настоящим громом среди ясного неба.
Они устроились на работу всего несколько месяцев назад, успели неплохо освоиться и были абсолютно довольны текущим темпом и условиями. Никто и подумать не мог, что их начальница так быстро шагнет в неизвестность.
— Что за заведение будет следующим? — спросила Бай Лу.
— Пока не решила, — покачала головой Лу Яо.
— А место уже выбрали? — уточнила Цзи Цинъянь.
— Тоже нет, — вновь отрицательно покачала головой девушка.
— Наша гостиница исчерпала свой потенциал? — подал голос Чжэн Цзыян.
Ничего еще не было готово, а она уже объявила об открытии нового филиала.
На самом деле работники торговой улицы втайне часто задавались вопросом: зачем владелице столько заведений в самых разных мирах?
Как правило, она меняла дислокацию каждые два-три, максимум четыре месяца. Темп был просто абсурдным, но, как ни парадоксально, ни одна из точек не работала в убыток.
Услышь Лу Яо их мысли, она бы в голос зарыдала: «Еще как в убыток! Иначе зачем бы я так надрывалась?»
Но жалобные причитания сотрудников не могли изменить решения Лу Яо.
Она лишь обмолвилась, что хочет воспитать управляющего для гостиницы, и предложила желающим выдвинуть свои кандидатуры.
На собрании никто так и не высказался.
Зато на следующий день все трое подошли к Лу Яо по отдельности и заявили о своей готовности взять на себя ответственность.
Девушка не стала никого выделять и в итоге постановила ввести дежурства по графику.
Гостинице требовался руководитель не только из числа людей, но и среди маленького народца.
В конце концов, дела на Континенте Нитеан лучше всего могли уладить именно местные жители.
Маленький народец отнесся к должности управляющего с огромным трепетом, проявив куда больше энтузиазма, чем люди.
Они из кожи вон лезли, чтобы стать главным представителем Гостиницы на горячих источниках в местном регионе.
Глядя на этих наивных и полных энергии крох, Лу Яо то и дело вспоминала слова Линъяо о том, что у них «отрастут мозги».
Грех павшего бога Линъяо, который в конечном счете и привлек бога-убийцу, заключался именно в его отношении к маленькому народцу.
В далеком прошлом преступления, совершенные им в роли посланника богов, привели к тому, что Янси пришлось расколоть свою божественность, а Верховному богу — в одиночку принять на себя всю тяжесть вины и наказания.
Будучи новорожденным божеством, Линъяо не питал любви к созданиям, оставшимся от древних богов, и безжалостно их уничтожил.
Но одно лишь отсутствие милосердия не привело бы к появлению бога-убийцы.
Его истинным преступлением стало то, что спустя десять тысяч лет, когда на свет появился маленький народец, он не только не направил их на истинный путь, но и собственноручно уничтожил любую возможность дальнейшего развития цивилизации на Континенте Нитеан.
Линъяо претила уродливая покорность Огромных Людей собственным порокам. Не желая, чтобы маленький народец уподобился им, он предпочел запереть своих созданий здесь, словно комнатных зверюшек.
Он разделил племена примитивными символами, даровал им лишь крохи знаний и запретил мыслить, общаться и прогрессировать.
Крохи оставались наивными и довольствовались тем, что имели.
Их быт ничуть не изменился за прошедшие десять тысячелетий.
За десять тысяч лет в этом мире не вспыхнуло ни единой искры, предвещающей культурный рассвет.
Гибель деревьев Солнечного мандарина не стала для маленького народца угрозой вымирания; это было лишь предупреждение, сигнал о том, что пора искать перемены и прокладывать собственный путь.
Однако этот стимул оказался слишком слаб.
Позже появление гостиницы Огромного Человека иным способом разрушило барьеры закрытого мира, принесло новые горизонты и знания, дав толчок крошечным переменам.
Лу Яо очень нравилась детская непосредственность маленького народца, но в то же время она с нетерпением ждала, какими они станут, когда у них «отрастут мозги».
Вот только интересно, чего ожидает от своих подопечных новый бог этого мира?
Сами нитэаньцы даже не подозревали о незаметно произошедших метаморфозах.
Одиннадцать часов вечера. Комната Лу Яо.
Сегодня здесь проходили девичьи посиделки перед сном. В них участвовали сама Лу Яо, Цзе Сян, Юаньвэй, Худе, Адай и Цзяньлань.
Лу Яо в пижаме сидела у изножья кровати, обнимая подушку в форме кота.
Маленькие гости тоже нарядились в очаровательные пижамки, притащив с собой любимые спальные принадлежности и крошечные угощения.
Боясь случайно раздавить их на кровати, девушка достала совершенно новую кошачью лежанку, усадила туда крох и поставила ее прямо посередине постели. Посиделки начались.
— Правда? Ты нажала ему на пупок, у него на макушке проклюнулся росток, и на нем распустился ярко-красный цветочек? — с широкой улыбкой переспросила Цзе Сян.
Цзяньлань выпрямилась, широко распахнув глаза:
— Неужели и правда красный?
Лу Яо до сих пор не давал покоя тот случай, когда она ткнула Интуна в пупок.
Тогда он лишь вскользь упомянул о способе размножения маленького народца и, разозлившись, ушел, оставив за кадром множество деталей. Поэтому Лу Яо решила воспользоваться ночными посиделками, чтобы разузнать побольше.
Девушка могла бы использовать избитую отговорку в духе «у меня есть одна подруга» — наивные крохи легко бы в это поверили.
Но ей было лень постоянно выдумывать оправдания, поэтому Лу Яо с завидной прямотой выдала саму себя.
К тому же ей было любопытно понаблюдать за отношением маленького народца к межрасовым… отношениям.
До сих пор присутствующие нитэаньские женщины проявляли к обсуждаемой теме недюжинный интерес.
— А что не так с красным цветком? — не поняла Лу Яо.
Цзе Сян, Худе и Адай уже заливались смехом, то и дело бросая на нее лукавые взгляды.
Будучи постарше и не столь склонной к дурачествам, Юаньвэй принялась объяснять:
Совершеннолетие у маленького народца наступает в шестьдесят шесть лет, и его главный признак — появление цветочной железы.
Когда нитэанец с цветочной железой встречает того, кто ему по сердцу, у него на макушке пробивается росток.
В любви маленького народца нет места обману.
Нравишься ли ты кому-то — видно с первого взгляда.
Они заключают Клятву Аира лишь с теми, кого любят сами и кто отвечает им взаимностью.
Услышав это, Лу Яо вдруг подумала, что, возможно, была слишком резка с Линъяо.
«Что это за потрясающий расовый талант?»
«Это куда интереснее, чем плести коконы».
«Нитэаньцы от природы наивны, добродушны да еще и помешаны на романтике, но при этом у каждого счастливый брак».
Конечно, случались и разрывы.
Если любовь уходила, цветочек на голове увядал и осыпался.
А при следующей встрече с объектом симпатии вырастал новый росток.
В первый раз росток на голове нитэанца имеет лишь два листика.
Во второй раз листьев будет уже три, в третий — четыре… И так далее. Иными словами, скрыть свое романтическое прошлое невозможно.
У Лу Яо не нашлось слов — ей оставалось лишь мысленно поднять большой палец вверх.
Похоже, Линъяо воспринимал Огромных Людей как наглядный антипример: он вычистил все ненавистные ему черты и сотворил столь удивительных существ.
Лу Яо все еще мучил один вопрос:
— А цветы каждый раз распускаются разные?
Цзе Сян, наконец отсмеявшись, подхватила:
— Лу Яо, а как выглядел тот красный цветок?
— Маленький, кругленький, с пятью лепестками. Ярко-красного цвета и очень даже милый, — описала девушка.
Маленький народец вновь покатился со смеху.
Худе подняла руку:
— Да кто же это все-таки? С Лу Яо каждый день здоровается столько народу, вычислить просто невозможно!
Девушка растерялась, подозревая, что крохи над ней подшучивают.
Юаньвэй тоже не удержалась от улыбки:
— Цветок первой любви всегда красный, так бывает у всех. С последующими избранниками все иначе — цвет может быть любым, но того пылкого, кричащего алого оттенка уже не получится.
Сердце Лу Яо екнуло.
— Ходит поверье, — добавила Худе, — что чем проще форма цветка, тем чище и горячее чувства.
Адай густо покраснела и пробормотала:
— Вообще-то, мы обычно не тычем своим партнерам в пупки просто так. Как правило, это происходит… ве… вечером…
По сути, это был недвусмысленный интимный сигнал.
Разгуливать средь бела дня с торчащими на макушках ростками было бы для супругов неслыханным позором.
Лу Яо потеряла дар речи.
Что касается Семени Жизни, с ним все обстояло немного иначе.
Вымолив Семя-потомок в храме, пара нитэаньцев должна была провести ночь в Зале Ковчега.
И именно в эту ночь требовалось нажать на пупок.
В отличие от обычных дней, после этой ночи цветы на их головах увядали, оставляя после себя плоды.
Родители должны были собственноручно поместить плоды в инкубатор. Спустя сутки Семя-потомок постепенно превращалось в Семя Жизни.
Окончив свой познавательный рассказ, крохи принялись с энтузиазмом допытываться у Лу Яо, кто же этот обладатель красного цветочка.
Девушка так и не призналась.
Цзяньлань пристально посмотрела на нее и вдруг выпалила:
— Уж не Интун ли это?
Лу Яо захлопала ресницами:
— А?
В день завершения миссии Интун бесследно исчез.
Члены племени Священного Древа, казалось, никак на это не отреагировали.
Маленький народец как по команде повернул головы и с любопытством уставился на Цзяньлань:
— С чего ты взяла?
Вспомнив странное поведение юноши в прошлом, она сама усомнилась в своих словах и замахала руками:
— Да нет, глупости. Вряд ли это он.
На лицах крох отразилось явное разочарование от упущенной сплетни.
Лу Яо выяснила почти все о процессе трансформации Семени-потомка, прихватив заодно и массу неожиданных подробностей.
Однако маленький народец всё никак не унимался, желая вытянуть из хозяйки пикантные детали.
Девушке пришлось притвориться спящей.
Проболтав до поздней ночи, уставшие крохи заснули прямо в кошачьей лежанке и покинули комнату лишь рано утром.
Мужьям, рассчитывавшим на нажатие пупка, пришлось прождать впустую всю ночь, так что за завтраком на их лицах читалась явная обида.
Изрядно повзрослевшая за эту ночь Лу Яо: «…»