У входа в репетиторский центр «Детство» появились две новые скамейки. На них сидели Лу Яо и Бу Ду. В ногах и между сиденьями примостились несколько упитанных котов. Все они были местными бродяжками, которых недавно прикормили сотрудники, и теперь пушистики частенько заглядывали за угощением.
В такие погожие дни коты обожали развалиться где-нибудь поблизости и греться на солнышке.
На коленях Лу Яо устроился рыжий толстяк, габаритами ничуть не уступающий Два Сердца, и лениво вылизывал лапу.
Бу Ду с завистью покосился на него.
Даже обретя имя, сдерживающее его силу, и перестав непроизвольно источать стужу, он всё равно оставался холодным на ощупь.
В столь зябкие зимние дни, за исключением Два Сердца, редкий кот по доброй воле решался к нему приблизиться.
Лу Яо утешала его: когда наступит лето, котики-пухляши обязательно его полюбят.
Не понимая почему, Бу Ду втайне начал мечтать о том, чтобы лето пришло как можно скорее.
Бай И проводила Сан Ли на улицу и, оказавшись в дверях, поздоровалась с Лу Яо.
С момента первого сеанса восполнения детства для Сан Ли прошло уже немало времени. Сегодня девушка уходила с радостным лицом — похоже, результатами она осталась весьма довольна.
Бай И тоже сияла.
— Как вы и советовали, в этот раз мы скорректировали время и начали с того момента, когда Сан Ли стала изгоем, — произнесла она, стоя у порога. — По окончании я передала ей те материалы, что вы принесли. Сан Ли долго плакала над ними. Но перед уходом призналась: как же хорошо, что она всё-таки решилась пройти восполнение.
Лу Яо кивнула:
— Вижу, ты уже начинаешь постигать саму суть этой работы.
Сан Ли была немного необычной клиенткой.
Она желала вовсе не исправить тот факт, что в школьные годы класс её травил и изолировал; ей нужна была сила, чтобы справиться с пережитым.
За свою жизнь человек неизбежно сталкивается с бесчисленными физическими, психологическими и душевными испытаниями. Главное — не то, как их избежать, а то, как их преодолеть.
Бай И призналась, что на самом деле сделала не так уж и много. В самый мрачный и одинокий период жизни Сан Ли она просто появилась в роли новенькой ученицы, подружилась с ней и оставалась рядом вплоть до самого выпуска.
А когда восполнение детства уже подходило к концу и в классе поменяли рассадку, четверо одноклассников подошли к Сан Ли с извинениями. Смущаясь, они признались: пообщавшись с ней лично, они поняли, что она совершенно не такая, какой её описывали злые слухи.
Бай И подозревала, что Лу Яо втайне подкрутила данные — иначе откуда бы взяться такой реакции?
Лу Яо покачала головой:
— Я ничего не меняла.
Ситуация Сан Ли в корне отличалась от того, через что прошли Сюй Сяосяо и Хуцзяо, а потому масштабных корректировок не требовалось.
То, что произошло во время сеанса, было вероятным сценарием развития событий того времени, который Альфред вычислил на основе плана восполнения и данных Ключа Души.
Материалы, с которыми Сан Ли ознакомилась после завершения процесса, служили своего рода утешительным подарком. В них рассказывалось о том, как сложилась судьба её бывших одноклассников.
Иногда, взглянув на окружающий мир с высоты прошедших лет, можно увидеть вещи в совершенно ином свете.
Чжуан Ли провалила проверку потенциала в университете своей мечты, и её перевели в захолустный, никому не нужный вуз. Тот парень, что частенько втихаря швырял учебники и тетради Сан Ли в унитаз, в студенческие годы вёл себя слишком дерзко, перешёл дорогу старшекурсникам-задирам, и теперь его самого втимолку избивали, а заступиться было некому. А вот у одноклассницы, которая когда-то тайно помогала Сан Ли, не заладилось в любви, и она пребывала в глубокой депрессии.
Человек волен сам определять свои слова и поступки, но он обязан нести бремя их последствий.
Некоторые из них проявляются далеко не сразу.
Взлёты и падения на протяжении долгой жизни — дело совершенно естественное.
Школьные годы Сан Ли были пронизаны одиночеством и тоской. Она не могла завести друзей, не знала романтических переживаний и почти всё время проводила наедине с собой и учебниками. Однако эти потраченные часы вознаградили её сполна: она поступила в желанное учебное заведение, получила массу возможностей для саморазвития и больше никогда не сталкивалась с той социальной изоляцией, что терзала её в средних классах.
А то, о чём она сожалела больше всего — разочарование в человеческой природе и межличностных отношениях, оставшееся шрамом после травли, — было исцелено благодаря восполнению детства.
Временной охват восполнения детства порой бывает весьма растянутым. Эффект от него не меняет жизнь и мировоззрение клиента в одночасье. Он лишь мягко направляет человека в будущем, шаг за шагом ведя его к тому пути, к которому в глубине души он стремится больше всего.
Вкратце отчитавшись перед Лу Яо, Бай И решила на волне энтузиазма вернуться в кабинет и взяться за рабочий отчёт.
Пройдя несколько шагов, она вдруг обернулась:
— Хозяйка, сеанс лечения для 222-го и 696-го назначен на сегодня после закрытия?
— Верно. А что? — отозвалась Лу Яо.
Бай И призналась, что тоже хотела бы взглянуть на город Саньхуа шестидесятилетней давности.
Однако Лу Яо тактично ей отказала.
Последние два дня они с Бу Ду исходили весь город вдоль и поперёк, собирая образцы из прошлого: камни, фрагменты деревьев, черепицу со старых зданий, построенных шесть десятков лет назад, и различный антиквариат, купленный в лавках. Каждый из этих предметов был превращен в ключ.
В сопровождении Бу Ду Лу Яо уже совершила одно пробное перемещение во времени.
В облике Саньхуа полувековой давности таилось нечто странное. Причины этих аномалий пока оставались загадкой, и втягивать во всё это Бай И Лу Яо совершенно не хотелось.
Выслушав объяснения, Бай И отбросила эту затею.
-
Покинув репетиторский центр «Детство», Сан Ли направилась прямиком в университет.
Выйдя из автобуса у ворот кампуса, она почувствовала голод и заглянула на улицу с закусочными, чтобы немного перекусить.
Оказавшись снова на улице, девушка бросила взгляд на вывеску парикмахерской. Поколебавшись пару секунд, Сан Ли шагнула внутрь — на неё внезапно накатило желание сменить причёску.
Пока приветливая девушка-мастер колдовала над её волосами, Сан Ли вновь погрузилась в мысли о тех материалах из репетиторского центра.
Сюй Тянь. Раньше они часто пересекались по дороге в школу.
Полненькая, любительница вкусно поесть и от души посмеяться. Она стала первой, кто прямо сказал Сан Ли, что та совершенно не похожа на свои злые карикатуры из сплетен.
И это произошло не во время восполнения — Сюй Тянь действительно сказала ей это в реальности.
Вот только в то время весь мир казался Сан Ли насквозь фальшивым, и потому она больше никогда не составляла ей компанию по пути на уроки.
В досье из центра была крохотная пометка: недавно Сюй Тянь пережила болезненный разрыв с парнем.
Сан Ли уставилась на открытый чат в мессенджере. Промявшись с минуту, она всё-таки отправила сообщение.
Погасив экран, девушка уже собиралась убрать телефон в карман.
Дзинь!
Раздался звук уведомления.
Ответ пришёл мгновенно.
Сан Ли замерла, а собеседница тем временем засыпала её новыми сообщениями.
Текст пестрел каомодзи и забавными стикерами. Сан Ли невольно рассмеялась: похоже, Сюй Тянь была далеко не в таком отчаянии, как гласила сухая справка.
-
Вечером, перед самым закрытием, в репетиторский центр пожаловали новые посетители.
Домработница лет пятидесяти привела с собой тридцатилетнюю дочь.
Бай И и Се Молинь уже заканчивали свои дела, поэтому гостей встретила Лу Яо.
Едва присев, домработница тут же принялась изливать душу: её дочь, Чжоу Ишань, с пеленок была послушной и рассудительной, отлично училась и схватывала всё на лету. Пусть к окончанию университета её показатель потенциала оказался лишь на уровне «С», благодаря блестящим профессиональным навыкам она всё равно получила предложение о работе от корпорации, входящей в топ-50 по всей стране.
Домработница всегда гордилась своим чадом. Вот только после выпуска прошло уже много лет, а Чжоу Ишань так и не нашла себе жениха.
Год назад Чжоу Ишань честно призналась матери: замуж она не собирается.
Домработница была вне себя от беспокойства. Она испробовала все мыслимые способы переубедить и наставить дочь на путь истинный, но Чжоу Ишань стояла на своём: ни отношения, ни семья ей не нужны.
Спустя год изматывающей позиционной войны домработница уже готова была опустить руки, но случайно услышала от знакомых о репетиторском центре «Детство» и решила привести дочь сюда на разведку.
Рассказывая всё это, домработница так бурно выражала эмоции, хмурясь и морщась, что, казалось, вот-вот разрыдается от безысходности.
Чжоу Ишань же сидела рядом с абсолютно безучастным, потухшим лицом человека, которому всё опостылело.
Лу Яо достала две анкеты тестирования детства и протянула их домработнице и её дочери.
Лицо домработницы вытянулось от удивления:
— Мне тоже заполнять? Разве это не только для клиентов?
— Вы прекрасно осведомлены о правилах, — спокойно ответила Лу Яо. — Но чтобы лучше разобраться в ситуации госпожи Чжоу, мне хотелось бы, чтобы вы тоже ответили на вопросы.
Услышав это, домработница тут же отложила ручку в сторону:
— Восполнение будет проходить она, а не я. Ничего я заполнять не стану.
Лу Яо не стала настаивать:
— Как скажете.
Чжоу Ишань подошла к заполнению анкеты со всей серьёзностью и потратила на неё почти полчаса.
К этому моменту рабочий день в репетиторском центре уже подошёл к концу. У Лу Яо были и другие планы, поэтому она быстро пробежалась взглядом по ключевым пунктам опросника, намереваясь сразу же взять у Чжоу Ишань кость для создания Ключа Души.
Домработница, поначалу сидевшая с предвкушающим видом, услышав об извлечении кости, слегка переменилась в лице. Она мгновенно пошла на попятную и, схватив Чжоу Ишань за руку, потянула её к выходу.
А вот Чжоу Ишань, напротив, загорелась интересом. Она осталась сидеть на месте и даже закатала рукав, готовая предоставить Лу Яо материал, однако мать силой уволокла её прочь.
Лу Яо почувствовала неладное, но с ходу не смогла понять, в чём именно крылся подвох.
В этот момент в стеклянную дверь её кабинета тихо постучал Се Молинь:
— Хозяйка, здесь всё готово.
Лу Яо вынырнула из своих мыслей:
— Хорошо, дайте мне минутку.
Прослышав о том, что 222-й и 696-й отправляются на лечение, 444-й невероятно воодушевился идеей путешествия во времени и пространстве. Он так слёзно умолял Лу Яо взять его с собой за компанию, что та в итоге сдалась и согласилась.
В результате команда для хроноперехода подобралась весьма внушительная: Лу Яо, Бу Ду, Линь Сюэ, Се Молинь и трое подопытных.
Памятуя о недавних странностях в прошлом, Лу Яо на всякий случай, чтобы избежать непредвиденных инцидентов, раздала всем перед прыжком защитные артефакты.
Линь Сюэ, повертев в руках серебряное кольцо, с сомнением спросила:
— Достаточно просто надеть его?
Лу Яо пояснила:
— Пусть это и одноразовая вещь, но, как только вы её наденете, активируется защитный барьер. При возникновении угрозы он мгновенно отразит урон, а также изолирует от ядовитых веществ и неизвестных элементов. Глазом его не разглядеть, но он абсолютно реален.
— По виду и не скажешь, что это настолько мощная штуковина, — протянул 444-й.
— И слава богу, что не скажешь, — буркнул 222-й. — Иначе было бы чувство, будто мы вышли подышать воздухом во двор исследовательского центра, напялив костюмы химзащиты.
Лицо 696-го слегка перекосилось:
— Только не упоминай этот проклятый центр.
Поскольку пассажиров набралось изрядно, Лу Яо пришлось достать само ядро Альфреда. Знакомое серебристое свечение мягко окутало присутствующих.
Когда свет рассеялся, в кабинете не осталось ни души.
Лу Яо и Бу Ду заранее всё рассчитали: точкой прибытия стал безлюдный берег реки.
Открыв глаза, путешественники увидели лишь густые заросли бурьяна и безмолвно текущую реку. Кругом царило запустение, в тишине гулял лишь ветер, и пейзаж совершенно не походил на шумный мегаполис.
— Неужели город Саньхуа шестьдесят лет назад был настолько глухим местом? — Линь Сюэ просто не могла в это поверить.
Взяв Бу Ду за руку и наметив маршрут, Лу Яо скомандовала:
— Нам туда. Пройдем немного и наткнемся на дома. Населения в городе хватает.
Шесть десятилетий — срок не маленький, но и не слишком большой. Пока они брели по пустынному берегу, разница времён не ощущалась. Однако стоило им наткнуться на пришвартованные старенькие лодки и перекинуться парой слов с рыбаками, говорившими на диковинном диалекте, как на группу снизошло осознание реальности скачка во времени.
По мере продвижения вдоль русла попадалось всё больше лодок и людей, для которых эти суденышки стали единственным домом.
Местные с изумлением пялились на Лу Яо и её спутников. Разглядывая их щегольские наряды и бледную, не тронутую загаром кожу, рыбаки менялись в лице.
Линь Сюэ, непривыкшая к столь откровенным взглядам, молча спряталась за спину Лу Яо.
Странное дело: из всей честной компании лишь хозяйка не обладала сверхспособностями, но именно рядом с ней Линь Сюэ чувствовала себя в полной безопасности.
Трое подопытных же держались совершенно непринуждённо. Заметив замешательство Линь Сюэ, 696-й хмыкнул:
— У подопытных каждый день даже дерьмо на анализ берут и в журнал записывают. Подумаешь, пялятся на нас — мы к этому давно привыкли.
Линь Сюэ промолчала, потеряв дар речи:
— …
Вскоре путь им преградил мост с оборудованной заставой.
Чтобы перебраться на тот берег, требовалось заплатить по одной медной монете за билет.
У Лу Яо всё было схвачено.
Оплатив пошлину, компания ступила на мост.
На противоположном берегу начался настоящий город.
Количество прохожих резко возросло, по обе стороны улицы пестрели открытые лавки.
По дороге тарахтели допотопные автомобили, вперемешку с которыми катили запряжённые волами и лошадьми повозки. Для гостей из будущего такая картина выглядела невероятно контрастной и сюрреалистичной.
Находившийся в отличном расположении духа 444-й, оглядевшись по сторонам, озадаченно нахмурился:
— Вы заметили, что все прохожие какие-то понурые? У них тут стряслось что-то?
696-й согласно кивнул:
— Точно. Прямо как подопытные, запертые в стенах центра.