Похоже, у неё пробудилась какая-то странная черта.
Лу Яо легонько оттолкнула его. Интун плюхнулся на землю, но хватку так и не ослабил.
— У меня руки грязные, — напомнила Лу Яо.
Интун наконец отстранился. В его алых глазах затаилась едва заметная обида.
Лу Яо опустила Черного Шипа на землю и велела ему возвращаться первым.
Сама же она направилась к огороду, чтобы натянуть теневой навес, позвав Интуна с собой.
Девушка велела ему идти следом, но за спиной стояла тишина. Пройдя несколько шагов, она оглянулась.
Интун только-только поднимался на ноги.
Лу Яо остановилась, поджидая его. Когда крошечный юноша подошел ближе, она наклонилась, ловко подхватила его и посадила себе на плечо.
По пути к грядкам Лу Яо без умолку болтала о делах в гостинице. У её рассказа не было конкретной темы — она просто озвучивала всё, что приходило в голову.
Интун крепко цеплялся за ткань её одежды. Он был всё таким же молчаливым, каким Лу Яо видела его в воспоминаниях Бу Ду.
Но слушал он очень внимательно.
Рядом с такой Лу Яо Интун чувствовал себя спокойно. Всё, чего он желал — это вот такие крошечные, обыденные мгновения.
Солнце палило нещадно. Растущие на грядках мыльные плоды, дикая фасоль и кунжут совсем поникли.
Лу Яо поспешила принести связанные накануне соломенные маты и соорудила над растениями навес.
Грядки были огорожены низким заборчиком из веток. Накинутый сверху соломенный покров отлично защищал от зноя, пропуская при этом свежий ветерок.
Когда трава окончательно высохнет, её можно будет сжечь на удобрения — безотходное производство.
Огородик был крошечным, так что установка навеса не заняла много времени.
Лу Яо решила вернуться в гостиницу: прибытие стольких гостей из племени Священного Древа наверняка сулило новые хлопоты.
Интун, прячась в тени навеса рядом с ростком мыльного плода, помахал ей рукой.
— Что такое? — спросила девушка.
Интун поджал губы, на его лице отразилась тень сомнения.
— В чём дело? — с ободряющей улыбкой переспросила Лу Яо.
Юноша сидел, подтянув колени к груди и скрестив на них руки:
— В этот раз я собираюсь казнить богов этого мира.
«Боги этого мира уже успели проявить себя? — поразилась Лу Яо. — А я даже не заметила. Всё-таки без Системки я лишилась важного источника информации».
Интун опустил голову. Легкий румянец пополз от его шеи к кончикам ушей:
— Тебе ведь... не нравится, когда я делаю подобные вещи.
Лу Яо посмотрела на сжавшийся комочек под саженцем мыльного плода, который, казалось, стал ещё меньше:
— Какой же ты заботливый. Даже о тех, кто тебе не по душе, так печешься.
Интун промолчал. Обиженно надувшись, он отвернулся и затих.
Лу Яо понимала, что так вести себя некрасиво, но, кажется, в ней и правда пробудилась тяга к подобным поддразниваниям.
Опустив глаза, чтобы скрыть улыбку, она постаралась придать голосу серьезность:
— А в чём боги этого мира пренебрегли своими обязанностями?
Но Интун не ответил. Похоже, он обиделся не на шутку.
Лу Яо отломила тонкую веточку и легонько потыкала ею в плечо маленького человечка:
— Прости-прости. Я внимательно слушаю. Повторишь ещё раз?
Интун вскочил на ноги, бросил сердитое: «Ненавижу тебя!» — и, перебирая короткими ножками, зашагал прочь, даже не обернувшись.
Лу Яо лишь молча проводила его взглядом. Солнце пекло всё сильнее. Покручивая в руках веточку, она направилась следом.
Вернувшись в гостиницу, девушка продолжила собирать недостроенный домик из конструктора.
Гости из племени Священного Древа проделали долгий путь. Когда первое чувство новизны схлынуло, на них наконец навалилась усталость.
После обеда они один за другим разошлись по своим номерам. В гостинице воцарилась тишина, нарушаемая лишь едва слышным шуршанием — это хлопотали немногочисленные работники.
Благодаря звукоизолирующим барьерам шум не тревожил постояльцев.
Старый вождь и старейшина, в отличие от молодежи, первым делом приняли ванну, затем плотно поели и проспали до самого вечера.
Выйдя из комнаты, они заметили Лу Яо, сидевшую у подоконника. Переглянувшись, старики неспешно направились к ней.
Девушка услышала шаги, но не придала этому значения, продолжая возиться с деревянными деталями.
Подойдя ближе, вождь и старейшина не стали ничего говорить. Они несколько раз обошли свежевыстроенный гостиничный блок, а затем уселись рядом, наблюдая за тем, как Лу Яо собирает конструктор.
Они впервые видели подобный способ возведения зданий, и это зрелище их весьма забавляло.
Детали были рассыпаны по всему столу. Старики то и дело брали в руки какой-нибудь элемент, с интересом ощупывая его.
Солнце начало клониться к закату. Лу Яо отложила недоделанный домик, встала, чтобы налить себе воды, заодно захватив для гостей чай и легкие закуски.
Увидев, что хозяйка освободилась, старый вождь решил, что почва подготовлена достаточно. Он отложил угощение и представился заново.
«Наконец-то перешли к делу», — пронеслось в мыслях Лу Яо.
Вождь поведал ей древнее предание.
Давным-давно в мире росло Священное Древо. Горы и реки, сияние солнца и луны — всё сущее взяло своё начало от Него.
Даже люди, населяющие этот континент, были рождены Священным Древом.
Древо приносило два вида плодов: Семя Сердца и Семя-потомок. Семя Сердца становилось древесным семенем, а Семя-потомок — Семенем Жизни.
Чтобы продолжить свой род, маленький народец нитэань должен был вымаливать у Священного Древа Семена Жизни.
Река времени текла беззвучно, стирая всё на своем пути. И Священное Древо не стало исключением.
Оно засохло, и нитэань утратили способность к размножению.
Племя, охранявшее Священное Древо, называли потомками посланников богов. Они отчаянно искали способ преодолеть эту напасть, но, увы, зашли в тупик.
И именно тогда до них дошел слух, что в мире, возможно, уцелело ещё одно Семя Сердца. Ради его возвращения они были готовы пожертвовать всем, что имели.
Рассказ старого вождя прояснил большинство вопросов Лу Яо, однако кое-какие детали всё ещё оставались туманными.
— Семя Сердца, которое вы ищете, действительно у меня, — прямо заявила она. — Но позвольте задать пару вопросов.
Прогулявшись по территории гостиницы, вождь и старейшина уже осознали, что им не под силу тягаться с Огромным Человеком. Вернут ли они реликвию — зависело исключительно от доброй воли хозяйки.
Они были готовы исполнить любое её требование и ответить на любой вопрос.
— Спрашивайте, — сохраняя невозмутимость, произнес вождь.
— Маленький народец произошел от Священного Древа, а как же раса Огромных Людей? — поинтересовалась Лу Яо.
Старик покачал головой:
— Огромные Люди вымерли много веков назад, почти не оставив после себя никаких записей. В каждом племени сохранились лишь каменные барельефы, предупреждающие потомков о том, что эта раса сгинула из-за собственной жадности и порочности.
Лу Яо всё это казалось весьма странным: Огромные Люди несомненно жили в этом мире, но не оставили ни единого следа.
Лишь устрашающую репутацию, которой пугали маленький народец.
«А каким был этот мир до появления нитэань?» — подумала девушка.
Размышляя об этом, она подняла взгляд и наткнулась на две пары жалобных глазок-бусинок. Поняв, что отвлеклась, Лу Яо отогнала лишние мысли:
— Ситуацию с Семенем Сердца я поняла. Однако сейчас возникла одна небольшая проблема.
Услышав первую часть фразы, вождь со старейшиной возликовали, но от второй их лица помрачнели.
Собравшись с духом, старейшина спросил:
— Чего же вы желаете? Мы приложим все усилия, чтобы угодить вам.
Очевидно, они решили, что Лу Яо вымогает награду.
Впрочем, они изначально были к этому готовы. Семя Сердца — бесценное сокровище, и раз уж Огромный Человек узнал о его значимости для их народа, было бы просто странно, не воспользуйся он случаем потребовать выкуп. Иначе это шло бы вразрез с их алчной и порочной природой.
Маленький народец был бесхитростен: всё, что было на уме, мгновенно отражалось на их лицах.
Даже старики, прожившие больше двух сотен лет, казались Лу Яо сущими детьми.
Не желая тратить время на объяснения, девушка поднялась из-за стола:
— Пойдемте на улицу. Вы всё поймете, когда увидите сами.
Справа от гостиницы на обширном пустыре пестрели изящные домики.
Недавно сюда прибыли ещё три инородные пары, которым Лу Яо выделила участки под строительство.
Пройдя с маленькими старичками под навесом крыши, Лу Яо направилась за жилой квартал, к огороженному участку по диагонали от здания гостиницы.
Каменная ограда была высоковата для представителей маленького народца.
Наклонившись, Лу Яо подхватила обоих дедушек и перешагнула через барьер.
В самом центре ограждения стоял крошечный шалаш из свежих веток, криво обложенный по кругу мелкой галькой.
Опустив вождя и старейшину на землю, девушка подвела их поближе и приподняла край шалаша, открывая взгляду хрупкий росток с двумя свежими салатовыми листочками.
— Вот Семя Сердца, которое вы искали. Пару дней назад оно проросло. Кажется, этот малыш довольно привередлив к почве и климату. Еле-еле подобрала ему подходящее местечко, так что любая попытка пересадки может его погубить.
Старики застыли как вкопанные. Они пялились на росток и добрых две минуты не могли вымолвить ни слова.
Оно проросло?!
В руках Огромного Человека?!
Почему?! Как такое возможно?!
Вождя одолевали смешанные чувства: безумная радость пополам с жгучей обидой.
Когда Священное Древо погибало, у них на руках были десятки Семян Сердца. Они лелеяли их, пылинки сдували, но те лишь гнили в земле одно за другим.
А теперь древнее семя, пролежавшее неизвестно сколько лет, дало ростки в этом богом забытом месте, укрытое жалкими листьями!
А-а-а-а-а! Об этом лучше вообще не думать — иначе можно лопнуть от злости!
Старейшина испытывал нечто подобное, но ему удалось быстрее взять себя в руки.
Священное Древо проросло! Дни отчаяния и бессонных ночей подошли к концу! Они спасены!
— Раз Священное Древо пустило корни здесь, пересаживать его ни в коем случае нельзя, — торжественно произнес старейшина. — Мы оповестим наше племя о необходимости переселиться сюда, дабы оберегать новый росток. Покорнейше просим вашего дозволения.
Лу Яо немало удивилась. Какие, однако, решительные люди в племени Священного Древа — с ходу готовы сорваться с места всем народом.
Девушка с улыбкой покачала головой:
— Я здесь не хозяйка земель, чтобы запрещать или разрешать. Вот только на том пустыре впереди уже поселились инородные семьи. Они тоже просто ищут тихое убежище, так что убедительная просьба — не беспокойте их.
Эти слова развеяли последние сомнения стариков. Раз представители других рас тоже объединяются в поселение, значит, в будущем с выращиванием Семян Жизни проблем не возникнет.
Вождь вновь заговорил о благодарности, осторожно поинтересовавшись, не желает ли Лу Яо чего-нибудь взамен.
Поразмыслив пару секунд, она негромко ответила:
— Вообще-то, есть одна вещица, но это пока терпит. Раз мы во всём разобрались, а время близится к ужину, может, вернемся в гостиницу?
Старички внутренне напряглись, гадая, что же именно ей нужно.
Лу Яо пришлось сказать пару ободряющих слов, чтобы те не изводили себя тревогами.
На обратном пути вождь всё же не выдержал:
— Скажите на милость, как вам удалось заставить Его прорасти?
О, это была весьма забавная история.
Когда Солнечный мандарин попал к Лу Яо, он, похоже, был ещё незрелым.
Девушка питала его божественными силами Богини Глубинных Морей и Богини Плодородия. Мандаринчик рос как на дрожжах, становился всё активнее, но никак не пускал ростки.
Она снова закопала его в землю, но и спустя несколько дней ничего не изменилось.
После завершения последнего задания Лу Яо получила десять Солнечных мандаринов в инкубаторах и специально положила их рядом с тем, у которого инкубатора не было.
И тогда этот малыш начал буянить — целыми днями кувыркался в жемчужном инкубаторе.
Лу Яо вновь отправила его в землю, но ростки всё не появлялись.
Пару дней назад ей пришла в голову идея перенести семечко на огород. Возможно, ему просто не по вкусу земля Торговой улицы?
Эффект действительно был, однако оставаться на грядках мандаринчик явно не желал, снова устроив переполох в инкубаторе.
Лу Яо носилась с ним по всей долине, выкапывая ямки тут и там, пока не остановила свой выбор на пустыре за гостиницей.
И семечко вдруг затихло.
Девушка под покровом ночи вырыла лунку и закопала этого «капризного предка», а уже на следующий день он пустил ростки.
Боясь, что солнце обожжет нежные листья, Лу Яо соорудила для него персональный шалаш из свежих веток, точно так же, как делала теневые навесы для огородной рассады.
А кривоватый круг из гальки выложил Черный Шип — в качестве своеобразного «защитного барьера».
Услышав о том, как Семя Сердца мотали туда-сюда, прежде чем окончательно посадить в землю, где оно на следующий же день проросло, вождь со старейшиной позеленели от зависти и лишились дара речи.
Вернувшись в гостиницу, маленькие старички, не обращая внимания на витающие в воздухе аппетитные ароматы, немедленно вызвали капитана рыцарей.
Тот, в свою очередь, собрал вконец разыгравшихся подчиненных, и они всем отрядом отправились смотреть на новое Священное Древо.
Вскоре с пустыря за гостиницей донеслись восторженные крики, а затем в небо взмыла сигнальная ракета, возвещающая все племена о том, что народ Священного Древа, тысячелетиями охранявший храмы, снимается с насиженных мест.