Состояние Цзян Линя было незавидным: около половины кожи и конечностей подверглись мутации. Гладкая, влажная и липкая кожа приобрела пугающий мясисто-розовый оттенок, а на голове вздулись бугры, которые, стоило им открыться, вполне могли оказаться золотистыми вертикальными зрачками. Руки и ноги бессильно обвисли, словно в них совсем не осталось костей.
Лу Яо убрала Чи Правил и Запретов, наклонилась, подняла Цзян Линя с пола и снова усадила на стул.
Цай Юйсин оцепенело поднялась, подошла к Лу Яо и спросила, всё ещё глотая слёзы:
— Он сможет прийти в норму?
Лу Яо не ответила, задав встречный вопрос:
— Вы раньше сталкивались с подобным?
Процесс мутации Цзян Линя протекал слишком быстро. По сравнению с недавно ушедшей Лю Цзин, его дела обстояли куда хуже.
Хозяйка заведения предполагала, что у Лю Цзин такой приступ, вероятнее всего, случился впервые, тогда как Цзян Линь и Цай Юйсин, возможно, сталкивались с похожими симптомами уже давно.
Когда человек теряет способность осознавать себя, он рискует мало-помалу превратиться в подобную тварь.
Одно лишь это доказывало, что боги Улицы Призраков обладают на редкость скверным чувством юмора.
Цай Юйсин кивнула:
— Много раз, но настолько серьёзно — впервые. В таком состоянии, как сейчас, Цзян Линь очень скоро изменится окончательно.
Четыре года выживания на Улице Призраков подсказывали девушке: Цзян Линя уже не спасти.
Однако хладнокровие хозяйки заведения невольно вселяло в неё крошечную искру надежды.
«А вдруг у неё есть способ...»
— Как вы справлялись с этим раньше? — поинтересовалась Лу Яо.
— Мы всегда держались вдвоём, — пояснила Цай Юйсин, — поэтому один из нас постоянно оставался в здравом уме, а по ночам мы дежурили по очереди. Если кто-то замечал, что с другим творится неладное, он немедленно будил его или даже бил — пытался как угодно растормошить и привести в чувство. Но стоит хоть раз потерять рассудок, и эффективность этого метода падает. Судя по количеству срывов, и у меня, и у Цзян Линя почти не осталось времени.
Они попали на Улицу Призраков совсем юными, с чистыми сердцами, и продержались так долго лишь благодаря взаимной поддержке.
На самом деле, большинство из тех, кто оказался здесь вместе с ними три года назад, уже давно отправились к Ним.
Лу Яо опустила взгляд, погрузившись в раздумья. Потеря самосознания, вероятно, и была корнем всех симптомов мутации у людей. Значит, если мыслить от обратного: можно ли обратить эти изменения, заново выстроив человеческое самосознание?
Вспомнив Лю Цзин, она нащупала некую нить:
— Раз уж так сложилось, почему бы нам не попробовать сделать несколько фейерверков?
Увидев серьёзное, задумчивое лицо хозяйки заведения, Цай Юйсин решила, что та размышляет над действенным планом спасения.
И в итоге предлагает вот это?
У Лу Яо и правда была лишь гипотеза, пока не подкреплённая фактами.
Девушке хотелось немедленно проверить её, но посвящать Цай Юйсин во все детали было неудобно, поэтому она лишь сказала:
— Если люди из церкви увидят Цзян Линя в таком виде...
— В церковь нельзя! — взволнованно воскликнула Цай Юйсин. — Там сплошные Их приспешники. Мутировавшему человеку явиться в церковь — всё равно что куску мяса прийти на кухню.
Лу Яо промолчала.
«Так вот оно что».
— Я слушаю вас, — произнесла Цай Юйсин. — Давайте делать фейерверки.
Им с Цзян Линем всё равно больше некуда было идти. Даже понимая, что это лишь оттягивание неизбежного, она хотела продержаться хотя бы до конца дня.
Подростки знали о реакции окрашивания пламени, но понятия не имели, как конкретно создаются пиротехнические изделия.
К счастью, Лу Яо заранее подготовилась. Она включила видео на демонстрационном стенде и объяснила принципы работы фейерверков.
Пересмотрев ролик несколько раз и уловив общую суть, они приступили к изготовлению по показанным шагам.
Цвет разрыва зависел от примесей тяжелых металлов. Затем порошкообразные материалы нужно было скатать в шарики, называемые «звёздками».
А вот форма распускающегося цветка зависела от того, как эти звёздки уложить в пусковой гильзе — здесь открывался простор для творчества.
Сознание Цзян Линя оставалось замутнённым, а его моторика находилась на уровне несмышлёного малыша.
Лу Яо то и дело хвалила его:
— Молодец, Цзян Линь! Какая ровная звёздка у тебя получилась!
Учитывая требования безопасности, Лу Яо строго контролировала материалы и их пропорции, стараясь, чтобы гости могли насладиться ручным трудом без малейшего риска.
Юноша заметно приободрился. Его огромные оранжево-жёлтые глаза заблестели; он снова потянулся перемешивать компоненты и вскоре поднял руку, показывая результат.
На вялой ладони лежал бесформенный чёрный комок.
Лу Яо улыбнулась:
— У тебя выходит всё лучше и лучше!
Взгляд Цай Юйсин становился всё более скорбным. Она механически положила готовую звёздку на поднос перед собой.
Цзян Линь заметил, что шарик подруги выглядит куда красивее. Оранжевые глаза пришли в движение: он посмотрел на девушку, а затем опустил взгляд на собственные руки.
Погружённая в своё горе, Цай Юйсин совершенно не обратила на это внимания.
Лу Яо легонько похлопала Цзян Линя по плечу, а когда тот обернулся, раскрыла ладонь, позволяя понаблюдать за своими действиями.
После четырёх или пяти повторений юноша начал осознанно подражать ей.
Как и хозяйка заведения, он взял комок массы, поместил его в формочку и спрессовал в такой же ровный шарик.
Лу Яо радостно воскликнула:
— Здорово! Хочешь конфетку?
Цзян Линь склонил голову набок:
— Конфету?
Девушка достала из кармана горсть фруктовых карамелек, отсыпала несколько штук юноше, а затем протянула пару Цай Юйсин.
На этот раз обошлось без наглядных демонстраций. Увидев, как Цай Юйсин ест сладость, Цзян Линь сразу же стянул резиновые перчатки, медленно побрёл к раковине мыть руки, после чего попытался развернуть фантик и запихнуть леденец в рот.
Когда молочная конфета с ароматом клубники начала таять на языке, глаза подростка, всё ещё напоминавшего маленького монстра, вдруг ярко вспыхнули.
Цай Юйсин тоже удивилась, ощущая, как с каждым движением челюстей сладость лишь усиливается:
— Лу Яо, твои конфеты совсем не такие, как на улице.
Лу Яо, не желая признаваться, что ещё не пробовала местную еду, лишь неопределённо откликнулась:
— Да?
Цай Юйсин достала из кармана два леденца и протянула собеседнице:
— Попробуй, сама поймёшь.
Лу Яо взяла одну. Стоило разорвать фантик, как в нос ударил густой аромат, однако на вкус конфета оказалась совершенно посредственной, словно разбавленный до состояния воды напиток в дешёвом буфете — пресной и безвкусной.
— Ну как? — спросила Цай Юйсин.
Лу Яо покачала головой:
— Невкусно.
Девушка в недоумении нахмурилась:
— Тогда почему твои такие вкусные? И сладкие, и ароматные.
Хозяйка заведения ответила уклончиво:
— Наверное, потому что они сделаны вручную в моей мастерской, вот и вышли получше.
Лицо Цай Юйсин выражало сложную гамму чувств:
— Если так, то твоя творческая мастерская «Сделай сам» очень скоро станет самым популярным местом на всей улице.
Лу Яо и сама видела в этом отличную коммерческую перспективу, но ситуация на Улице Призраков всё же отличалась от того, что происходило когда-то в Стране Снов.
Судя по отзывам двух вчерашних инспекторов из Управления улицы и самой Сяо Цай, здесь было полным-полно закусочных, но еда в них оставляла желать лучшего.
«Их фасады и интерьеры выглядят модно и стильно, в них явно вложили немало сил. Почему же никто не позаботился о самом главном — о вкусе?»
Лу Яо находила это странным.
Впрочем, это могло подождать. Сейчас важнее всего было решить проблему Цзян Линя.
***
Церковь Западного региона, у входа в комнату уединения.
Сотрудники службы безопасности и администраторы толпились у дверей, со смесью изумления и недоверия глядя на выходящую из комнаты уединения девушку.
Лю Цзин сняла ограничители и шагнула за порог. Её сердце тоже терзали смутные сомнения.
Проведя четыре часа в строгой фиксации, она благополучно покинула церковные застенки.
В толпе поднялся шепоток.
— Это она!
— Неужели её правда отпустят?
— Разве при появлении симптомов мутации у сотрудников управления не должны сразу проводить ритуал?
— Её мутация остановилась на полпути. За все четыре часа в комнате уединения она ни разу не потеряла рассудок.
— Да кто она такая?
...
Лю Цзин изо всех сил старалась игнорировать эти пытливые взгляды, прокладывая себе путь сквозь толпу.
Позади собравшихся её ждали Сюй Чжэнжун и Жэнь Ю.
Им поручили сопроводить девушку обратно в Северный регион.
Пусть она и вышла из изолятора невредимой, факт оставался фактом: Лю Цзин испытала помутнение рассудка.
Даже вернувшись в Управление улицы, она больше не сможет выполнять обязанности администратора. Сейчас ей предстояло лишь забрать вещи. Отныне Лю Цзин становилась обычной гостьей Улицы Призраков, за которой круглосуточно будут следить церковные охранники.
Ближе к вечеру на улицах стало оживлённо.
Патрульные мотоциклы въехали в Северный регион.
Заметив вывеску заведения Лу Яо, Лю Цзин не сдержалась:
— Притормозите, я хочу проведать хозяйку заведения.
Жэнь Ю посмотрел на рекламный щит у входа:
— Количество мест уменьшилось на два.
Сюй Чжэнжун остановил мотоцикл.
Троица поочерёдно спешилась и направилась к творческой мастерской.
У входа никого не оказалось, зал пустовал.
Заметив указатель, Лю Цзин махнула рукой и первой шагнула внутрь, направившись в соседний учебный класс.
Ещё не дойдя до дверей, они услышали доносящиеся оттуда голоса.
Жэнь Ю не на шутку заинтересовался.
«Что такого увлекательного может быть в каких-то поделках?»
Лю Цзин шла быстрее всех, мысленно подбирая слова для приветствия Лу Яо, но, заглянув в помещение, резко замерла.
Сюй Чжэнжун, шедший следом, хотел было поторопить застывшую в проходе девушку, но, подняв взгляд, тоже побледнел.
Жэнь Ю подошёл последним.
— Чего столпились в дверях? Заходите.
Сюй Чжэнжун обернулся и свирепо зыркнул на него.
Только тогда парень заметил жуткого мутанта, сидевшего рядом с Лу Яо. Едва не вскрикнув, он в ужасе зажал рот рукой, покрывшись холодным потом.
Лу Яо подняла голову и, увидев столпившуюся в дверях троицу, поднялась навстречу:
— О, вы все здесь? Тоже хотите поучаствовать в сегодняшнем мастер-классе?
Лю Цзин на дрожащих ногах шагнула вперёд, схватила Лу Яо за запястье и выволокла в коридор:
— Хозяйка заведения, откуда... в твоём магазине... эта тварь?
Тем временем в классе Цай Юйсин и Цзян Линь тоже обратили внимание на незваных гостей.
Цзян Линь с любопытством уставился на них.
Цай Юйсин же сразу узнала униформу Лю Цзин и Сюй Чжэнжуна — они представляли Управление улицы и церковь соответственно. Отчаяние, словно густой пороховой дым, мгновенно поглотило её с головой.
Лу Яо обернулась на своих учеников, сделала успокаивающий жест и лишь затем ответила:
— Они пришли вскоре после вашего ухода. Произошёл небольшой несчастный случай. Впрочем, сейчас он выглядит куда лучше, чем в самом начале.
Пока она говорила, к ним подлетела Теневая бабочка, отвечающая за видеосъёмку.
Взмахнув крыльями, она осыпала пыльцу с записанными данными, которая тут же сплелась перед глазами троицы в световой экран размером с ладонь.
На записи Цзян Линь в начальной стадии мутации вёл себя как умалишённый и выглядел в разы страшнее, чем сейчас.
На ускоренном видео было чётко видно, как тело мутировавшего гостя медленно, но верно восстанавливается, а его поведение постепенно обретает осмысленность.
Привычная невозмутимость на лице Сюй Чжэнжуна дала трещину. Его глаза широко раскрылись, а зрачки сузились:
— Как такое возможно...
Лю Цзин поразилась не меньше коллеги, но тут её озарило: неужели её благополучное освобождение из комнаты уединения тоже как-то связано с этим местом?
Жэнь Ю и вовсе потерял дар речи.
Никто никогда не слышал, чтобы жертва мутации могла исцелиться.
В их понимании первые симптомы изменений означали лишь одно: впереди ждёт бесконечная пучина отчаяния.
Сюй Чжэнжун прижал палец к наушнику коммуникатора, а другой рукой вцепился себе в бедро, заставляя себя сохранять хладнокровие — ему совершенно не хотелось ударить в грязь лицом перед молодой хозяйкой заведения.
— Чего вы добиваетесь? — спросил он.
Лу Яо слабо улыбнулась:
— После полуденных испытаний я уверена, что Цзян Линь поправится. Нужно лишь немного времени. Если коротко: я надеюсь, что вы не станете мне мешать.
Жэнь Ю глубоко вдохнул.
«Вот так просчитались!»
Какая же это безобидная новенькая?
Разговаривает так дерзко, похлеще их начальника!
— Прошу прощения, — произнёс Сюй Чжэнжун. — Ситуация, конечно, из ряда вон, но у нас нет полномочий решать такие вопросы. Я обязан в точности доложить обо всём руководству.
Договорив, он активировал связь и прямо на глазах у Лу Яо отчитался наверх о состоянии Цзян Линя.
Девушка прекрасно понимала, что дело это непростое, и давить на рядовых патрульных бессмысленно.
Она перевела взгляд на Лю Цзин:
— С тобой всё в порядке?
Та кивнула:
— Да.
— Вот и славно, — отозвалась Лу Яо.
Она развернулась, вернулась в класс, взяла со стола готовые заряды и позвала своих подопечных:
— Раз уж мы закончили, пойдёмте на улицу и испытаем их.
Лу Яо уже уточняла у Цай Юйсин — никаких правил, запрещающих запускать фейерверки на Улице Призраков, пока не существовало.
Цай Юйсин потянула Цзян Линя к выходу.
Они были самыми обычными обитателями этого места: неспособными бросить вызов ни самой улице, ни церкви, ни тем более пойти против Них.
Финал их истории был предрешён ещё четыре года назад.
Просто они до последнего отказывались это признать.
Перед самым выходом Лу Яо бросила Цзян Линю белую маску:
— Сделала её от скуки. Надень, и тебе не будет страшно.
Тот поймал предмет, но совершенно не понимал, как им пользоваться.
Цай Юйсин помогла ему закрепить маску на лице.
Сюй Чжэнжун всё ещё докладывал начальству, как вдруг стоящий рядом Жэнь Ю яростно дёрнул его за подол куртки.
Сюй раздражённо зыркнул на товарища, но проследил за его взглядом и уставился вглубь класса.
Белая маска на лице Цзян Линя начала стремительно раздуваться, превращаясь в гигантскую прозрачную плёнку. Она плотно окутала мутировавшее тело; сквозь неё заструилось бледно-золотистое сияние, переплетённое с угольно-чёрными линиями, мало-помалу придавая монстру прежние очертания.
Спустя полминуты чудовище бесследно исчезло, а на его месте стоял обычный юноша — Цзян Линь до мутации.
Глядя на их потрясённые, полные скрытого страха лица, Лу Яо невозмутимо произнесла:
— Вопрос: в чём заключается фундаментальное отличие человека от животного?
Повисло молчание.
Девушка оставалась всё такой же спокойной:
— Человек обладает сознанием, способен к целенаправленной деятельности, а также может создавать и использовать орудия труда для удовлетворения своих потребностей... Вы что, все технари? В школе обществознание не учили?
— ...
— ...
— ...
Присутствующим нечего было сказать. Они решительно не понимали, как поддержать такой диалог.
Поняв, что вся компания застыла в ступоре и вряд ли скоро очнётся, Лу Яо махнула на них рукой:
— Сяо Цай, Цзян Линь, идёмте на улицу запускать фейерверки.
Тем временем в церкви Западного региона служба безопасности, едва получив сообщение, оперативно собирала отряд для выдвижения к мастерской «Сделай сам» в Северном регионе.
В разгар лета к шести вечера косые лучи заходящего солнца золотили улицу. Небо окрасилось в оранжево-серые тона, но до сумерек было ещё далеко.
Фью-ю-юх!
Снаряд «Завеса ночи» взмыл в небеса, и сгустившийся мрак разом вытеснил дневной свет.
Внезапное наступление темноты заставило бесцельно бредущих по улице прохожих остановиться и недоумённо поднять головы.
Фью-ю-юх! Фью-ю-юх! Фью-ю-юх!
Ба-бах! Ба-бах!
Глаза прохожих расширились от изумления.
На чёрном куполе неба один за другим распускались фейерверки, оставляя за собой длинные хвосты.
В отличие от обычных огней, гаснущих за долю секунды, эти хвостатые звёзды кружились и танцевали в вышине, словно наделённые собственным разумом.
У входа в церковь отряд службы безопасности, как раз готовый к выступлению, тоже заметил повисшие в небе над Северным регионом огненные письмена:
— Творческая мастерская «Сделай сам» от Лу Яо проводит пробное открытие!
— Добро пожаловать в любое время! Бесплатно испытайте радость создания праздничных фейерверков своими руками!
— Осталось всего два дня! Лишь два дня! Спешите, пока не стало поздно!
Один из охранников пробормотал:
— Это что ж за важная шишка к нам пожаловала?
Лицо его напарника потемнело, став мрачнее тучи:
— Владеющий такими силами — явно не простой обыватель.