Главной особенностью нашего заведения была поразительная реалистичность.
Десерты ручной работы бывают самыми разными, но, учитывая требования к безопасности, простоте приготовления и увлекательности процесса, главной темой первого дня в мастерской «Сделай сам» стали небольшие кремовые пирожные. Процесс включал в себя выпекание бисквитной основы, самостоятельное взбивание крема и свободный полет фантазии при украшении.
Лу Яо нашла в сети немало обучающих роликов, но в итоге всё же попросила Чжоу Су записать два базовых видеоурока специально для мероприятий мастерской.
В первом видео подробно рассказывалось о материалах и инструментах, необходимых для создания кремовых пирожных, а второе было посвящено непосредственно процессу приготовления.
Все показанные ингредиенты, рецептура и этапы готовки прошли строгую проверку Чжоу Су. Она убедилась, что рецепт прост в исполнении, вероятность неудачи минимальна, и с задачей легко справится даже самый неуклюжий гость.
В рабочем классе перед каждым посетителем на столе уже лежали все необходимые инструменты и продукты.
Следуя видеоинструкции, гости быстро втянулись в работу, отчего атмосфера в помещении на какое-то время стала напоминать урок труда в детском саду.
Гань Цин и Чэнь Ю, встав в противоположных концах класса, со спокойным видом поочередно переводили взгляд то на спроецированное на доску видео, то на увлеченных посетителей.
Главная прелесть мастер-классов заключалась в том, что гости всё делали сами. Стоило лишь прояснить ключевые моменты из видео, и работы у наставников почти не оставалось — разве что кому-то из клиентов требовалась помощь.
Поскольку в заведение приходили взрослые люди с отличными навыками самоорганизации, да еще и под присмотром двух ассистентов, Лу Яо было куда проще, чем во время тестового открытия.
Все посетители, строго следуя пошаговому руководству, отправили готовое тесто в духовки. На следующем этапе им предстояло взбить крем для украшения, пока пекутся бисквиты.
В этот момент подошел дежуривший на стойке регистрации Хуан Ци и позвал Лу Яо: у входа появилось несколько человек, желавших видеть хозяйку заведения.
Девушка поручила Гань Цину и Чэнь Ю присматривать за гостями в рабочем классе, а сама вслед за Хуан Ци вышла в холл.
В дверях стояли Сюй Чжэнжун и Жэнь Ю, а позади них — молодая девушка в оковах.
В холле сидели несколько уже зарегистрированных клиентов, которые с явной опаской поглядывали на прибывшую троицу.
Лу Яо тоже удивилась визиту:
— Что-то случилось?
Сюй Чжэнжун бросил взгляд внутрь магазина, потянул хозяйку на улицу и, встав под карнизом, тихо произнес:
— Цзян Линь очнулся.
Лу Яо кивнула:
— И как его состояние?
— Всё в точности так, как ты и говорила, — ответил мужчина. — Придя в себя, он сутки провел в Комнате безмолвия, и симптомы искажения больше не проявлялись. Выглядит так, будто… он никогда и не подвергался искажению.
Сюй Чжэнжун умолчал о том, что из-за этого случая в церкви поднялся настоящий переполох. Остановка процесса искажения сама по себе была огромной редкостью, а уж то, что Цзян Линь смог вернуть себе прежний облик, казалось и вовсе немыслимым.
Лу Яо задумчиво нахмурилась:
— А что это за Комната безмолвия?
— Это особое помещение в церкви, — пояснил Сюй Чжэнжун. — Туда отправляют людей с симптомами искажения для последнего наблюдения перед тем, как принять окончательное решение об их переводе.
Изначально церковь на Улице Призраков служила лишь пунктом приема тех, кто подвергся искажению.
В сущности, и она, и Управление улицы, и Уличный комитет были явлениями одного порядка — местами, созданными Им исключительно для служения Ему.
Однако около двух-трех месяцев назад в конце коридора на первом этаже церкви внезапно появилась странная комната.
Церковные служители обнаружили, что внутри неё состояние зараженных бросается в крайности: у одних процесс искажения стремительно ускорялся, а у других, наоборот, замедлялся.
Впоследствии это помещение обустроили и назвали Комнатой безмолвия. Всех поступающих туда людей оставляли «в покое» на срок от двадцати четырех до сорока восьми часов, после чего, исходя из их состояния, решали вопрос о переводе.
Впрочем, Комната безмолвия могла лишь отсрочить неизбежное: в конечном итоге всех, у кого проявлялись симптомы, переводили в другое место. Исход оставался неизменным.
Но случаи Лю Цзин и Цзян Линя выбивались из правил: их искажение не просто остановилось — они полностью исцелились.
Лу Яо слегка нахмурилась:
— А куда именно их обычно переводят в итоге?
— На тринадцатый, верхний этаж административного здания Уличного комитета, — ответил Сюй Чжэнжун. — Это последнее пристанище для искаженных. И для нас всех тоже.
Теперь Лу Яо всё поняла.
Неудивительно, что к тому зданию никто лишний раз не приближался.
Иными словами, тринадцатый этаж был Его обеденным столом.
Но тогда что не так с сотрудниками в приемной на первом этаже?
Они выглядели как искаженные, но при этом сохраняли рассудок. Внезапное появление Комнаты безмолвия в церкви тоже вызывало вопросы.
Отогнав роящиеся в голове мысли, Лу Яо вновь посмотрела на собеседника:
— Наверняка вы пришли сегодня не только ради того, чтобы поделиться новостями?
Сюй Чжэнжун отступил в сторону, и Жэнь Ю вывел вперед незнакомую девушку в оковах.
— Её зовут Ду Сяо, — представил её Сюй Чжэнжун. — Раньше она работала в Управлении улицы Северного региона. Недавно у неё началось искажение.
— И что с того? — спросила Лу Яо.
Мужчина опустил глаза:
— Она провела в Комнате безмолвия два дня, и процесс пошел еще быстрее. Однако её симптом — потеря интеллекта, так что её классифицировали как призрачную форму. Начальник Цинь, посоветовавшись с руководством, решил отправить её в мастерскую «Сделай сам», чтобы попытаться спасти.
Вспомнив банку Леденцов Удачи, присланную Управлением, Лу Яо высказала догадку:
— Если потеря интеллекта означает превращение в призрачную форму, то есть в белого призрака, получается, другой путь искажения — это Золотой Осьминог?
Сюй Чжэнжун кивнул.
Лу Яо внимательно присмотрелась к Ду Сяо, и выражение её лица стало весьма неоднозначным.
У молодой женщины были ясные, невинные глаза — до странности похожие на глаза новой сотрудницы её магазина…
При этой мысли в голове Лу Яо промелькнуло дурное предчувствие. Она резко развернулась и быстрым шагом направилась обратно в заведение.
Еще в коридоре она услышала удивленные возгласы, доносящиеся из второго рабочего класса. На мгновение замерев, девушка толкнула дверь.
Неизвестно когда, но все посетители столпились вокруг двух столов в центре зала. Чэнь Ю и Гань Цин тоже подошли поближе, наблюдая из-за спин гостей.
Лу Яо дважды стукнула по косяку, заставив присутствующих обернуться, и наконец увидела, что же происходило на центральных столах.
Пока пеклись бисквиты, клиенты должны были по инструкции взбивать крем и готовить фрукты для украшения.
Однако на левом столе громоздились разноцветные «кусочки теста», а на правом — взбитый крем всех цветов радуги был размазан по пластиковому коврику для замешивания. Желтые и фиолетовые мазки покрывали всю поверхность, создавая на удивление живописную картину.
Стоявший там клиент, орудуя кондитерским шпателем, продолжал наносить мазки то влево, то вправо, театрально вздыхая:
— Два года не брал в руки кисть, совсем навык потерял.
Сидевший напротив него посетитель с энтузиазмом вымешивал мастику ручной работы:
— У меня тоже почти всё готово. Сейчас слеплю себе парочку жен.
Лу Яо потеряла дар речи.
Такого поворота событий она явно не предвидела.
Заметив хозяйку заведения, парочка ничуть не смутилась. Они прямо заявили, что пришли сюда исключительно ради творчества, и раз уж деньги уплачены, никто не вправе осуждать их за то, что они используют кондитерские ингредиенты для рисования картин или лепки жен.
— В принципе, всё верно, — произнесла Лу Яо. — Но сегодня у нас мастер-класс по выпечке, так что, пожалуйста, проявите хоть немного уважения к еде.
Клиент с кондитерским шпателем небрежно отмахнулся:
— Это ведь всё равно просто данные. О какой порче продуктов может идти речь? Почему бы и не поиграться?
Остальные одобрительно закивали.
«Данные? В каком смысле?»
Лу Яо вспомнила, как во время тестового открытия Цзян Линь, кажется, обмолвился о чем-то подобном. Тогда он с ходу разгадал, что она использовала голографические технологии для воссоздания Фестиваля фейерверков, и всем своим видом показывал, что существование подобных чудес его ничуть не удивляет.
Напрашивался единственный вывод: в этом мире тоже были разработаны голографические технологии.
Однако Лу Яо не видела ни одного заведения на Улице Призраков, где бы они применялись.
Погрузившись в размышления, хозяйка заведения на какое-то время замолчала.
Стоявший в толпе Сун Вэнь не выдержал:
— Еда в этом магазине — это не данные.
Рисовавший клиент усмехнулся:
— А что же еще, если не данные? Настоящие продукты, что ли?
Сун Вэнь поднял взгляд на Лу Яо и с легким сомнением в голосе произнес:
— Звучит безумно, но мне кажется, что так оно и есть. Если не верите — просто попробуйте кусочек, и всё поймете.
Заинтригованные зрители вернулись к своим столам и попробовали крем, только что взбитый по инструкции. Сладкая, воздушная, словно облако, текстура таяла во рту, оставляя легкое сливочное послевкусие. Вкус был настолько свежим и настоящим, что не шел ни в какое сравнение с местной едой, щедро сдобренной электронными добавками.
Наблюдавший за этим от дверей Сюй Чжэнжун внутренне напрягся.
Они собирались держать всё в тайне и провести скрытое расследование, однако уникальность этого магазина утаить было попросту невозможно.
В первый же день официального открытия секрет здешней еды оказался раскрыт.
И простые зеваки, и любители экстравагантного творчества замерли, повернувшись к Лу Яо. В классе повисла тишина.
Девушка улыбнулась:
— Будем считать это еще одной особенностью нашего заведения. Мы предлагаем сверхреалистичный опыт работы своими руками.
Гости промолчали.
Спустя долгую паузу выражения их лиц начали меняться. Теперь они смотрели на выпекающиеся в духовках бисквиты совершенно иначе — в их некогда апатичных глазах загорелось неподдельное предвкушение.
Клиент-живописец тут же бросил свои художества и принялся счищать шпателем остатки крема из миски. Чем дольше он ел, тем больше входил в раж, пока в конце концов просто не схватил миску, выгребая лакомство полными ложками.
Посетитель, усердно лепивший из мастики, окликнул Лу Яо:
— Хозяйка, мне еще две порции ингредиентов! Нет, давайте пять!
Остальные тоже опомнились:
— Мне тоже добавьте одну… нет, две порции!
— И мне две!
— А мне три!!!
Лу Яо была уверена, что подготовилась на славу, однако не прошло и пяти минут, как гости за дополнительную плату раскупили все шестьдесят шесть заготовленных порций ингредиентов.
Посетители перестали прохлаждаться и глазеть по сторонам. Они с безумной скоростью бросились замешивать тесто для второй партии бисквитов.
Хозяйка заведения прекрасно понимала этот внезапный порыв, вот только накупленных продуктов хватило бы на целую гору сладостей, которые невозможно съесть за один раз. Благо, в Хранилище у нее еще оставались специальные ланч-боксы из закусочной.
Одна призрачная монета за контейнер, сохраняющий свежесть и безопасный для экологии — чуть позже она проверит, не понадобятся ли они гостям.
Гань Цин и Чэнь Ю вернулись по своим углам в противоположных концах класса. Догадываясь об их происхождении, Лу Яо не рискнула отходить далеко, поэтому осталась стоять в дверях рабочего класса, чтобы закончить прерванный разговор с Сюй Чжэнжуном.