Глава 5: «Европейская война.»
11 июня 2101 года.
Под властью Империи примерно треть Европы уже была охвачена огнем войны.
Этот регион Земли, вероятно, был домом для самых воинственных людей в человеческом мире. От многочисленных Крестовых походов позднего Средневековья, использовавших религию как предлог, до Тридцатилетней войны в семнадцатом веке, которая также переросла из религиозной борьбы в затяжной конфликт против династии Габсбургов, а затем к глобальной колониальной экспансии и территориальным спорам конца девятнадцатого столетия.
Ген грабежа глубоко укоренился в этой земле. И как бы громко ни звучали лозунги о «распространении веры» или «несении цивилизации», стоит лишь сорвать фальшивую маску, и станет ясно: вторжения в далекие колонии и внутренние распри европейских принцев в своей основе были продиктованы исключительно политическими противоречиями и переделом территорий.
Во время Второй мировой войны один человек в Германии довел ситуацию до крайности. Полагаю, его амбиции могли заключаться в объединении всей планеты, но он потерпел неудачу, был распят на кресте правосудия и навеки проклят миром как зверь и тиран – жертва истории, написанной победителями. Оглядываясь назад, понимаешь: он не был уникален. Британская империя когда-то занимала четверть земного шара; Франция времен Луи XIV господствовала над всей Европой; история движется по кругу через бойни и конфликты, а война остается мощнейшей силой, подстегивающей прогресс.
И у войны неизбежно есть своя темная сторона. Истории вроде «Унесенных ветром» бесконечно далеки от обычных людей – настолько, что их даже не нужно воображать. Страдания населения и хрупкость жизни – вот самые истинные и ужасающие лики войны.
Человек – очень страшное животное, порочное существо. Взяв в руки оружие и обретя власть, люди совершают зверства, далеко выходящие за рамки инстинктивных потребностей. Поджоги, грабежи, порки, изнасилования, массовые казни… недисциплинированные мятежники по сути ничем не отличаются от бандитов. И даже хорошо обученные регулярные армии не всегда способны предотвратить подобное.
Война сводит людей с ума. В такой среде человечность гибнет, цивилизация растаптывается, а жизни увядают. Когда приходит война, самыми жалкими всегда оказываются простые люди, и многих из них заставляют взять в руки оружие. Свои несчастья и ненависть они обрушат на врагов, вернув их стократно.
Кто-то однажды сказал: «Люди не виноваты, виновата война». Но я верю, что война не ошибается – ошибаются люди. Даже если роботы и люди когда-нибудь сойдутся в битве, это никогда не будет столь жестоко, как конфликты между людьми.
Шестерни времени вращались, история человечества и цивилизация прогрессировали. К двадцать второму веку влияние войн на мирных жителей постепенно ослабло. В эпоху после объединения Империи, с коллективным упадком религий, единой политикой планирования населения планеты и прочим, понятия расовых и этнических различий практически исчезли из сознания людей за сто с лишним лет. Технологический прогресс также сделал ближний бой между солдатами крайне редким явлением.
Больше никто не устраивает массовых убийств гражданских. Любой командующий, отдавший подобный приказ, с вероятностью в девяносто процентов был бы признан душевнобольным или психопатом, и мятеж стал бы почти неизбежен. Однако ситуаций, когда мирные жители попадают под перекрестный огонь на поле боя, в конечном счете не избежать… В середине июня европейский театр военных действий полыхал в огне конфликта.
Несколько месяцев назад Стальной Закон начал одновременное наступление из округа Гуаньчжи и округа Красного Льва. К этому этапу они в значительной степени закрепили контроль над средствами массовой информации и военно-политическими ведомствами в обоих округах, взяв на себя обязанности по охране общественного порядка и административную власть.
Табу и Байонна, два города в южной части округа Ок, что лежит к северу от округа Красного Льва, также находились в неминуемой опасности, став в этот период передовой всего европейского фронта.
На другом направлении основные силы Стального Закона в округе Гуаньчжи находились в противостоянии с силами Европейского штаба ХЛ в Кристальном округе. Мощный потенциал ХЛ в Кристальном округе косвенно защищал восточный фронт округа Ок от прорыва… Можно сказать, что в этот момент взоры всей Европы и даже всего мира были прикованы к двум небольшим городам на юго-западе округа Ок. Стоило им пасть, как южная часть округа Ок быстро перешла бы под контроль Стального Закона, что позволило бы их двум группировкам из округа Красного Льва и округа Гуаньчжи соединиться на юго-востоке округа Ок. Тогда Империи пришлось бы перебрасывать свои силы со всей Европы в Кристальный округ и различные точки на севере округа Ок для обороны, расширяя поле боя для прямого столкновения и растягивая линии фронта на огромные расстояния.
В этот момент масштаб войны эскалировал бы, а её характер изменился. Из мятежа внутренней организации сопротивления в пределах двух европейских округов она превратилась бы в крупномасштабную войну между двумя военными державами во всем регионе Западной Европы.
Ранее в Африке Объединение Яньу уже захватило три или четыре сравнительно небольших округа. Регион Южной Африки стал для Империи по-настоящему павшей территорией. А в Азии крупнейший округ Дракона, включая южные части округа Двойного Орла, также постепенно становился трудноуправляемым под натиском Белой Молнии, выступавшей основной силой в союзе с отрядами Стального Закона.
Если бы эта битва в Европе обострилась, она несомненно переросла бы в полномасштабную мировую войну. В случае поражения Империи, даже если бы её оставшиеся силы смогли удержать последнюю линию обороны Столицы, планета, скорее всего, вернулась бы к эпохе борьбы множества государств за власть. Учитывая коллективные чаяния народа, первой страной, которая прекратила бы свое существование в то время, могла быть только Империя.
Среди высокопоставленных чиновников Империи некоторые уже осознали перемену ситуации, но, к сожалению, их голоса еще не стали мейнстримом. В императорском дворе было слишком много тех, кто занимал должности, не выполняя обязанностей, и ставил во главу угла самосохранение. Даже в этот момент многие продолжали обманывать себя, полагая, что различные восстания утихнут максимум через несколько месяцев, и нет нужды беспокоиться или прилагать усилия.
А многочисленная знать и члены королевской семьи, казалось, питали чрезмерную уверенность в Империи. Даже влиятельные фигуры в округе Красного Льва и округе Гуаньчжи после начала войны лишь постарались как можно быстрее покинуть эти края, сбежав в другие округа, чтобы продолжить прежнюю жизнь. Что касается тех, кто по несчастью был захвачен в плен, они, естественно, не могли избежать «суда» Стального Закона, который в большинстве случаев заканчивался смертными приговорами. К счастью, в наши дни не было массовых казней или коллективных наказаний до девятого колена, а благородных дам не отправляли в бордели, равно как и маленьких детей не обрекали на изгнание.
Это было признаком прогресса, проявлением политической зрелости организаций сопротивления. Будь то Объединение Яньу, Свободный Фронт или Стальной Закон – любая региональная сила, способная закрепиться, крайне щепетильно относилась к своему имиджу среди населения. Даже если многие их действия в подпольный период напоминали террористические акты, во время оккупации управление должно было быть строгим, без малейшего намека на коррупцию, подобную имперской.
Такой подход организаций сопротивления был опасным сигналом. В прошлом был один малый, объявивший себя вторым сыном Божьим; он собрал армию и, захватив клочок земли, единолично взял себе почти сотню жен. Был и другой деятель, не намного лучше первого, который сумел войти в столицу и пробыл императором один день. Провернув операцию в бандитском стиле, он даже сжег императорский дворец перед бегством. Такие люди не пугают; их ограниченных способностей недостаточно, чтобы править миром.
Но нынешние организации сопротивления вобрали в себя богатый опыт предшественников в военных и политических аспектах. Это не крестьяне, грабящие деньги, еду и женщин, а организованные, дисциплинированные и принципиальные структуры, стремящиеся завоевать доверие народа, захватить территории и противостоять Империи. Уже одно это заслуживало бы серьезного внимания, даже если бы проблемы создавала всего одна сила, не говоря уже о множестве таких организаций по всему миру.
Очевидно, что нынешняя Империя действительно, как говорил Тянь И, доживает свои последние дни, прогнив до основания. Что могут сделать Чайный Бессмертный и Пьяный виконт?
… В эти смутные времена Тянь И прибыл в Европу.
С поддельным удостоверением личности, изготовленным Левым Дао, и десятками тысяч долларов, выжатыми из Бухгалтера, он купил билет на самолет из Макао в Кабул, а оттуда пересел на рейс до Парижа, что на севере округа Ок… Хотя южная часть округа Ок превратилась в поле битвы, здесь по-прежнему раскинулся прекрасный Город Цветов – модный, романтичный, экстравагантный и дорогой… На улицах всё еще царили мир и процветание.
Однако удача Тянь И, похоже, была не на высоте: когда он вышел из аэропорта, шел дождь.
У него не было ни зонта, ни даже багажа. Таксисты у входа держались на расстоянии от этого подозрительного человека в черном, промокшего до нитки.
После долгих поисков ему наконец удалось сесть в машину, где его встретили словами:
— Эй, приятель! Ты только посмотри, как ты промочил заднее сиденье!
Спустя полчаса с небольшим Тянь И оказался перед довольно заурядным отелем в центре города.
Весь путь Тянь И гадал, не убить ли водителя, отвезти машину в безлюдное место, чтобы избавиться от тела, а затем просто сменить номера. На следующий день он мог бы изучать город под видом таксиста.
Но, глядя на обручальное кольцо на пальце водителя и грубо сработанную безделушку на лобовом стекле, Тянь И понял, что у этого парня есть жена и дети, семья, которую нужно кормить. Поэтому Тянь И сдался; он знал, что оставить этого негодяя в живых – вот истинное мучение.
— Сдачи не надо, — Тянь И протянул ему крупную купюру, вышел из машины, захлопнул дверь такси и поспешил под навес отеля.
— Спасибо, приятель! — Крикнул водитель, оглянувшись, затем нажал на газ и уехал.
Тянь И тихо пробормотал:
— Проваливай к черту…
Он прошел несколько шагов вперед, и швейцар у входа открыл перед ним дверь:
— Могу я помочь вам с багажом, сэр?
— А ты как думаешь… — Тянь И промок до костей, а руки его были пусты.
Через несколько минут он добрался до стойки регистрации и заселился в довольно приличный люкс. Затем молодой швейцар проводил Тянь И в лифт и до самой комнаты.
Открыв перед ним дверь, он сказал:
— Если у вас возникнут какие-либо просьбы, вы можете поднять трубку внутреннего телефона и набрать «1», чтобы связаться со стойкой регистрации.
— Угу.
— Напитки и закуски в мини-баре оплачиваются отдельно, заказ «особых» телепрограмм также требует дополнительной платы. Если захотите сделать внешний звонок, пожалуйста, наберите «0», что, разумеется, тоже стоит денег.
— Угу.
— Если вам нужно, чтобы я что-то купил для вас, вы можете составить список…
— Возьми это, — Тянь И сунул ему в руку крупную купюру. — Заткнись и проваливай.
Молодой человек мгновенно перестал болтать, расплывшись в широкой улыбке:
— Добро пожаловать в отель «Дельфин», приятного отдыха.
Не дав ему договорить, Тянь И одной рукой захлопнул дверь и произнес в пустоту:
— Проваливай к черту…
.
.