В ранние часы одиннадцатого марта маршал Бенджамин Смит стоял в центре управления обороной Тяньду. Взгляд его был остр, а нервы натянуты до предела.
Он не спал – и не только из-за масштабного события, намеченного на ближайшие часы. Последнее время плохие новости сыпались одна за другой, и каждая последующая была хуже предыдущей.
Первым тревожным вестником стало известие о нападении неизвестных сил на челнок Ду Цзо.
Во время последнего сеанса связи экипаж сообщил, что их атакует не военное подразделение, а некий обладатель способностей, с которым в тот момент вступил в бой Небесный Страж.
Однако после этого доклад оборвался, и восстановить контакт не удалось.
Напрашивались два вывода: либо повреждено оборудование связи, либо «тот обладатель способностей» одолел Ду Цзо и взял ситуацию под контроль.
Разумеется, под фразой «взял ситуацию под контроль» скорее всего подразумевалось, что нападавший перебил всех присутствующих.
Учитывая, что челнок был потоплен, а противник пришел в одиночку, становилось ясно: этот человек с самого начала не собирался брать пленных.
Ответственный командующий всегда готовится к худшему сценарию; будучи Гранд-маршалом всех трех родов войск, Смит не мог позволить себе играть в азартные игры.
Поэтому, после неоднократных безуспешных попыток связаться, он мысленно вычеркнул Ду Цзо из списка живых.
Такой подход создавал в его сознании некую точку опоры: если всё подтвердится, это лишь станет констатацией печального факта, но если Ду Цзо вдруг окажется жив, а связь прервалась из-за поломки, то возвращение Небесного Стража станет приятным сюрпризом.
Второй плохой новостью стало прибытие флота Свободного Фронта.
То, что должно было случиться, наконец свершилось; по правде говоря, Смит давно этого ждал.
Именно сегодня их и следовало ожидать, а причиной, разумеется, было отречение от престола.
Что за человеком был Клаус?
Любой мало-мальски проницательный наблюдатель видел в нем того, кто способен полностью изменить облик Империи и даже переписать мировой порядок.
Народ почитал Седьмого принца и возлагал на него большие надежды.
Очевидно, что такая личность неизбежно вызывала ненависть у другого полюса классового конфликта – аристократии и членов королевской семьи. По крайней мере, те, кто мертвой хваткой держался за свои привилегии и интересы, боялись и ненавидели Клауса.
Лидеры повстанческих организаций тоже это понимали, а потому они меньше всего желали видеть Клауса на троне.
До тех пор, пока они не добились успеха, различным силам сопротивления, существующим как незаконные вооруженные формирования, союзники, возможно, были и не нужны, но враги требовались позарез.
И заносчивые власть имущие, поколениями питавшиеся потом и кровью народа, были лучшими кандидатами на эту роль. Пока они существовали, над повстанцами всегда развевалось знамя справедливости.
Но… если Империя начнет меняться изнутри и эти враги исчезнут, все организации сопротивления окажутся в крайне неловком положении.
Чтобы заставить людей поднять мечи против врага, который не вызывает былой ненависти, нужна веская причина, и этой причиной ни в коем случае не может быть «мы хотим занять их место».
Тот, кто осмелится произнести подобное, подпишет себе смертный приговор.
А значит, если у товарищей по сопротивлению нет веских оснований, остается только клевета. Можно, к примеру, повсюду трубить, что товарищ Клаус ничем не лучше прежних подонков: без разбору убивает невинных, силой уводит женщин, вступает в порочные связи с домашним скотом и так далее… А потому с ним необходимо бороться.
Конечно, это уже совсем другая история.
Ложь остается ложью; имперские газеты в ответ могут написать, что совет вашего Свободного Фронта – сплошь гомосексуалы.
Беспочвенная клевета лишь подрывает доверие к автору, а пропагандистские кампании должны учитывать интеллект современных граждан и последствия разоблачения.
Высшие чины сопротивления сейчас больше всего озабочены реально возможной перспективой.
Если Клаус, взойдя на престол, поступит так же, как с семьей Клэс – устроит кровавую чистку, поочередно предаст суду ненавистные народу кланы и начнет реформировать систему, шаг за шагом очищая это коррумпированное королевство… тогда он очень быстро сумеет политически стабилизировать военную ситуацию.
Добавьте к этому недавние события в округе Двойного Орла, поражение Стального Закона и прочее… Становится ясно, что в военном плане Империя всё еще сохраняет значительную конкурентоспособность. С точки зрения одних только территорий, это не то образование, которое можно развалить за одну ночь.
Следовательно, вышеописанный сценарий весьма вероятен. Клаус – человек очень способный, он не только возьмется за это, но и добьется своих целей предельно эффективно.
К тому времени политическое преимущество повстанческих организаций как вооруженной силы испарится, а лозунги вроде «вступимся за народ» и «сопротивление тирании» вряд ли смогут поднять массы.
На войне, если имя не праведно, то и слова не убедительны.
Когда твоя сила значительно превосходит мощь противника, всё проще: можно нанести молниеносный удар, а с остальным разбираться потом.
После победы, обладая абсолютным правом голоса, ты волен объяснять, скрывать, толковать, узаконивать, замалчивать, искажать… делать всё, что заблагорассудится.
Однако если силы равны, война может затянуться на годы, и в таком случае лучше иметь под ногами прочный моральный и политический фундамент, иначе проблемы станут критическими.
И вот, пока ситуация не ухудшилась окончательно, последовала отчаянная экстренная мобилизация Свободного Фронта и массированное наступление, подобное броску загнанного в угол зверя.
Тяньду, разумеется, вовремя обнаружил этот маневр и находился в состоянии полной боевой готовности.
Обе стороны понимали, что сегодняшняя битва за столицу не только сильно повлияет на исход глобальной войны, но и, возможно, определит характер всех будущих конфликтов.
Наконец, стоит упомянуть и третью плохую новость, которая, подобно второй, лишь подливала масла в огонь: силы Син Тянь также начали атаку на Тяньду с другого направления.
Расчетное время прибытия их флота почти совпадало с временем Свободного Фронта, что означало неизбежный зажим в клещи.
К половине четвертого утра Смит уже всерьез раздумывал, не отдать ли приказ о смене позиции Тяньду.
Хотя скорость движения Парящего острова не шла ни в какое сравнение со скоростью флотов, и он уж точно не мог исчезнуть с радаров противника, перемещение хотя бы на сотню километров к северу позволило бы избежать окружения, вынудив две волны врагов атаковать с флангов, а не с двух сторон сразу.
Он еще не успел запросить инструкции у Седьмого принца, как приказ от Клауса уже поступил.
Очевидно, принц прекрасно осознавал развитие ситуации. Его распоряжение было кратким:
— Лорд и Убийца Теней, каждый удерживает свой пост, сохранять статус-кво и готовиться к встрече врага.
Увидев этот приказ, Смит почувствовал облегчение и просто подчинился.
Невзирая на распри внутри королевской семьи, как солдат и командующий всеми имперскими силами, он обязан был выполнять свой долг.
И сегодня его долгом было приложить все усилия для защиты Тяньду…
В это же время глубоко под поверхностью Тяньду, внутри самой структуры острова, в отсеке, где располагался один из энергетических модулей.
В коридоре, целиком отлитом из металла, на странном перекрестке, который сверху выглядел как крест, таинственным образом возникло здание. Это был книжный магазин, идеально вписавшийся в зазор между металлическими плитами, словно недостающий фрагмент пазла.
Дверь открылась. В магазине находились четверо: Тянь И, Кровавый Филин, Божественный Ключ и Оружейник.
— Атака может начаться с рассветом; у нас чуть больше часа, — обратился Тянь И к Филину и Божественному Ключу. — За это время наша первоочередная задача – вывести из строя двигатели Тяньду, во-вторых – сдержать Лорда и Убийцу Теней, и в-третьих – посеять хаос, чтобы они не смогли эффективно организовать внешнюю оборону.
Затем он повернулся к Оружейнику:
— Как только мы уйдем, перемести магазин обратно, а затем приступай к работе над «тем устройством», о котором я просил заранее. О том, как мы будем отходить, не беспокойся.
— Понял, — лаконично ответил Оружейник.
Тянь И слегка кивнул, глубоко вздохнул и произнес, глядя на оставшихся двоих:
— Господа, как только мы переступим порог, наше местоположение будет немедленно раскрыто. Вы должны понимать, что последует дальше. Я скроюсь и буду действовать в одиночку, так что не смогу прийти вам на помощь…
— Меньше слов, — перебил его Кровавый Филин. — Оружейник, запускай процедуру переноса.
Не дожидаясь конца фразы, он шагнул наружу.
Божественный Ключ пожал плечами и последовал за ним. Несмотря на внешнюю расслабленность, он уже активировал свою способность и был готов к бою.
Тянь И вышел последним, не забыв закрыть за собой дверь…
Всего через десять секунд после того, как троица вышла в коридор, перед их глазами возникла фигура.
Это был белый мужчина лет сорока, с заурядной внешностью, среднего роста и телосложения.
Даже его возраст не был чем-то особенным – большинство бойцов Небесного Стража уровня Неистовства уже не были молодыми. За последнее столетие лишь немногие, вроде Чанг Ин, достигали такого ранга в свои тридцать с небольшим.
— Интересно… книжный магазин в таком месте… — Убийца Теней материализовался перед ними внезапно.
Встретив троих мастеров Перевёрнутого Креста, он не выказал ни капли страха. В его голосе звучало лишь искреннее любопытство.
В этот момент здание магазина уже начало вибрировать, постепенно погружаясь в пространственный разлом.
Убийца Теней не пытался этому помешать. Он лишь продолжил:
— Вы трое и есть те самые знаменитые Тянь И, Кровавый Филин и Божественный Ключ?
Он улыбнулся:
— По-настоящему впечатляет. Находиться под действием способности Лорда и при этом выглядеть столь непринужденно.
Троица прекрасно понимала смысл этих слов, ведь почти одновременно с появлением Убийцы Теней вступила в силу способность Лорда.
Хотя самого Лорда здесь не было, его «абсолютный контроль» над доменом уже начал действовать.
Как только была зафиксирована энергия Кровавого Филина, и Лорд, и Убийца Теней сосредоточили внимание на этой точке.
В этот миг невидимая сила Лорда непрестанно атаковала их, стремясь раздавить тела троих незваных гостей.
— Как бы это сказать… я «запер» сам себя, так что он не может причинить мне вреда, — спокойно ответил Божественный Ключ.
— У меня есть дела, так что я пойду первым, а вы двое можете поболтать, — еще более невозмутимо произнес Тянь И, проходя мимо Убийцы Теней.
Они разминулись плечами, и Убийца Теней никак на это не отреагировал.
— Это ощущение… словно чешешь пятку через сапог… до чего знакомо, — с усмешкой процедил Кровавый Филин. — Было бы весьма забавно заставить владельца этой способности на себе испытать, что значит быть разорванным на куски.