22 января 2102 года, округ Двойного Орла, пустыня Самаво.
Империя сосредоточила на Ближнем Востоке куда больше войск, чем в Северной Европе. В пустыне были развернуты многочисленные зенитные подразделения, пытавшиеся перехватить «Ковчег». Что касается военно-воздушных сил, то на перехват выслали авианосец класса «Ной» и более пятидесяти истребителей.
Перестрелка длилась уже более четырех часов. Большая часть залпов зенитной артиллерии и ракетных атак перехватывалась системой обороны «Ковчега», а остальные повреждения не выходили за пределы допустимой прочности брони. Однако имперский авианосец «Первозданная пыль» и сопровождающее его истребительное крыло создали крайне обременительный воздушный барьер, вынудив «Ковчег» прекратить движение. Положение передовых наземных сил Империи также нельзя было назвать оптимистичным: они либо уничтожались на месте, либо отступали под подавляющим огнем. В итоге обе стороны вступили в период короткой передышки.
— Это самое яростное сопротивление, с которым мы столкнулись со времен Стамбульского инцидента, — невозмутимо произнес легион-командор Джейкоб. Стоя на мостике, он изучал данные, выведенные на экран.
Джейкоб носил короткую стрижку «ежик» и обладал мощным телосложением с широкой костью и бугристыми мышцами. Он выглядел даже более сурово, чем Кровавый Филин, и в этом плане его можно было сравнить разве что с Гориллой из Свободного Фронта.
— Нет, здешние места обещают быть куда хлопотнее, — отозвался стоявший рядом Рыцарь-стюард Лоуренс. Этот человек совсем не походил на искушенного бойца: высокий, худощавый, с длинными волосами и тонкими чертами лица, он обладал какой-то женственной мягкостью. Впрочем, на должности вроде стюарда частенько попадались подобные субтильные типы. — Хотя Средиземноморская линия обороны имеет глубину, это все же просто линия. Помимо сухопутных путей им приходится учитывать оборону в Чёрном море и Средиземноморье. Военно-морская база на Кипре должна не только защищать Европу, но и следить за продвижением Объединения Яньу из Северной Африки, поэтому они не бросили на наше блокирование все свои ударные авиасилы.
Здесь же нам противостоит вся оперативная мощь внутренних районов округа Двойного Орла, а вскоре подтянутся и части из округа Цзаое. Полагаю, это сражение затянется минимум на несколько дней.
— На несколько дней? — Джейкоб взглянул на него. — Великий магистр сам указал точку, и она прямо перед нами. Мы уже выбились из графика. Где нам взять эти несколько дней?
Лоуренс на мгновение замолчал, после чего ответил:
— Оборонительные способности «Ковчега» не вызывают сомнений, но его мобильность и наступательная мощь едва ли превосходят возможности вражеского авианосца. К тому же противнику помогают наземные войска и истребительное крыло. Вероятность прямого прорыва крайне мала.
— Я знаю, — сказал Джейкоб. — Потому я и предлагаю: ты отправишься туда и взорвешь их авианосец изнутри, чтобы «Ковчег» мог продолжить путь.
— Хм… Ты думаешь, их пользователи способностей все вымерли? — Усмехнулся в ответ Лоуренс. — Почему бы тогда тебе не пойти первым и не выманить их, чтобы я мог воспользоваться брешью?
— Я не шучу, брат. Сроки, установленные Великим магистром, – это не пустой звук. Если нас призовут к ответу, мы уже окажемся виновными в неисполнении долга, — Джейкоб выглядел предельно серьезным. — И еще… Я чувствую, что в решении Великого магистра лично возглавить поход «Ковчега» есть глубокий смысл. Не знаю, что он увидел в Небесном кодексе… Но что такого важного в этой пустыне, ради чего стоило отзывать нас и столько элитных бойцов с полей сражений округа Двойного Орла?
Судя по прежней ситуации, мы захватили бы округ Двойного Орла максимум за месяц. Но теперь все элитные силы стянуты к «Ковчегу». Кто сможет противостоять Небесному Стражу в Двойном Орле? Если не удастся развить наступление на основном фронте, мы не сможем контролировать города, и проблемы со снабжением в конечном итоге парализуют наш азиатский фронт.
— Ты хочешь сказать, что решение Великого магистра было ошибочным? — Спросил Лоуренс.
Джейкоб, разумеется, не стал бы утверждать подобное.
— Нет. Я говорю о том, что раз Великий магистр предпочел оставить важнейший театр военных действий в округе Двойного Орла ради этой пустыни, значит, здесь находится нечто куда более ценное. И если мы застрянем перед целью на несколько дней из-за вражеских заслонов, не выставит ли это нас полными ничтожествами? — Лоуренс рассмеялся:
— Повторю еще раз: если идти, то вместе. Просить одного человека разобраться с небесным авианосцем? Ха… Даже будь это кто-то из Небесного Стража, не достигший класса Свирепый, он не посмел бы заявить, что имеет хотя бы десять процентов шансов на успех.
— Будь у меня твоя способность, я бы уже давно ушел, — бросил Джейкоб и, помедлив, добавил:
— Ну да ладно. Сделаем, как ты говоришь. Я тоже выйду наружу и немного «поприветствую» имперцев. Они наверняка вышлют своих бойцов, вот и посмотрим, сколько у них мастеров. А ты воспользуйся этим моментом, проникни на авианосец и подорви его.
— Слишком много хлопот, — раздался сзади знакомый голос.
На лицах обоих отразилось изумление.
На мостике появился Чезаре Бамонде. Вид у него был пугающий: лицо казалось почти бесцветным. Человек, который прежде внушал трепет одним своим властным и гордым видом, теперь походил на демона, восставшего из чистилища. Никто не знал, каким мукам подвергается его разум; депривация сна – одна из самых страшных пыток в мире. То, что он столько времени блуждал между кошмаром и явью, сохраняя при этом способность различать миры и не терять рассудок, служило лучшим доказательством его невероятной воли.
— У меня больше нет времени, — произнес Бамонде. — Эта смертная оболочка должна быть очищена… чтобы стать телом, способным нести Божественный уровень способностей. — Он медленно шел вперед, бросив короткий взгляд на данные мониторов. — Пока вы возитесь с этими букашками, пытающимися мне помешать, я страдаю…
— Господин… Ваш покорный слуга… — Джейкоб и Лоуренс мгновенно побледнели, готовые лепетать слова извинения.
— Не нужно лишних слов, — оборвал их Бамонде. — Я лично расчищу… путь впереди.
…«Первозданная пыль», Мостик.
— Командующий! Разведывательный самолёт был сбит тридцать секунд назад. Вот последние переданные кадры! — Доложил офицер связи.
Вглядываясь в застывшее изображение на главном экране, командующий авианосцем нахмурился:
— Это человеческая фигура?
— Командующий! К нам что-то приближается на скорости выше двух Махов! — Пришло очередное скверное известие.
— Вывести на экран, — скомандовал тот и потянулся к передатчику. — Всем подразделениям, внимание. Возможно приближение высокоуровневого пользователя способностей противника. Личному составу приготовиться к бою…
Прежде чем слово «приготовиться» сорвалось с его губ, он внезапно качнулся вперед и рухнул.
Со стороны было видно, как огромная туша «Первозданной пыли» накренилась в воздухе, словно потянутая невидимой силой.
— Что случилось? Отказ двигателей? — Командующий вцепился в металлический поручень, едва удерживаясь на ногах.
— Командующий! Снаружи!
Все на мостике вскинули головы. Сквозь лобовое остекление они увидели человека в белом кителе Стального Закона, парящего в воздухе. Он занес правый кулак для удара. Он лишь отвел локоть назад, готовясь к выпаду, но под воздействием его энергии колосс класса «Ной» завалился на бок.
— Что он задумал… Неужели хочет пробить броню голыми руками? — Вскричал командующий.
«Первозданная пыль» не была полностью покрыта броней из сетевого сплава, но наиболее важные узлы защищались именно ею. Мостик в том числе. И независимо от состава, листы обшивки были невероятно толстыми. Тело из плоти и крови, будь это даже мастер класса Свирепый с типом способностей «усиление», вряд ли смогло бы прошибить такую плиту. Более того, даже обладай этот человек феноменальными навыками манипуляции энергией, он проделал бы лишь дыру диаметром в пару метров. Поэтому в данный момент командующий был не просто удивлен, а озадачен действиями фигуры за бортом.
Сила. В этом и заключалась вся суть способностей Чезаре Бамонде. Достигнув класса Свирепый, он научился рассеивать свою мощь, концентрировать ее или заставлять действовать по определенным траекториям. Все это было сложно объяснить словами, но, увидев это воочию, каждый понял бы, насколько ужасна Сила в руках пользователя на пике ранга Свирепый… Он нанес удар. Его кулак даже не коснулся обшивки «Первозданной пыли», оставаясь на расстоянии. Но в воздухе словно возник невидимый гигантский кулак, обрушившийся на корпус судна.
В точке соприкосновения мгновенно взорвался полусферический кратер, и четверть корпуса материнского корабля разлетелась вдребезги, превратившись в пыль.
Следом за этим зона поражения начала расширяться. Массивная волна энергии продолжала давить и крушить, вызывая дезинтеграцию корабля.
Судно стремительно разрушалось от места удара, пока не разломилось пополам, но эрозия Силы все не утихала, и трещины поползли по огромным участкам бронеплит.
Вскоре сдетонировал машинный зал, и корпус окончательно развалился на несколько крупных фрагментов, которые начали падать вниз.
Солдаты и офицеры внутри «Ковчега» – будь то пользователи способностей, модифицированные люди или обычные смертные – застыли, словно в самом страшном кошмаре.
Никто и вообразить не мог, что за столь ничтожно малый срок – слишком быстро, чтобы успеть хотя бы моргнуть – флагман класса «Ной» будет низвергнут с небес.
Сокрушительная мощь не просто распорола обшивку: многие несчастные, оказавшись на пути избыточной энергии, в мгновение ока превратились в кровавое месиво. Кровь брызнула во все стороны, окропив палубы.
Те же, кто не погиб сразу, падали с огромной высоты в пустыню, рушась прямо на головы наземным отрядам снабжения и позициям зенитных орудий.
Даже если обладатели способностей или модифицированные люди чудом переживали падение из облаков, внизу их ждал град из обломков самого флагмана. Шансы уцелеть в этом хаосе стремились к нулю.
Нападение Чезаре Бамонде повергло в шок и врагов, и его собственных подчиненных. Он казался воплощением божества, а его удар, подобный акту сотворения мира, обладал силой землетрясения, цунами или падения метеорита.
Солдаты, наблюдавшие эту сцену издалека, еще долго стояли как вкопанные, не в силах осознать увиденное.
Из-за огромного расстояния они не могли разглядеть самого Чезаре Бамонде, но отчетливо видели, как заваливается на бок и рушится небесный исполин.
Многие хватались за головы, их глаза расширились от ужаса. Разум отказывался понимать, почему флагман пал.
Ни следа ракет, ни залпов главных калибров, никаких крупных взрывов в воздухе и уж точно не ядерная бомба… Но почему?
Что же смогло сбить «Ковчег»?
… Граница округа Цзаое, пустынный регион.
Это место находилось примерно в дне пути от поля боя, где рухнул «Ковчег».
На этот раз директор Тан поставил на кон всё. В штабе остались лишь горстка никчемных солдат да тыловики, которые, по сути, уже сидели на чемоданах, готовые в любой момент пуститься в бега.
Все боеспособные пользователи способностей во главе с самим Тан Сянем выступили в поход. Вместе с силами обороны округа Цзаое они внушительной колонной двигались к полю битвы в округе Игл.
В хвосте армии тяжело переваливались пять мобильных крепостей.
Подобно войскам Стального Закона, Имперская армия тоже располагала логистическими мехами, родственными «Драконьей Черепахе» – «Слоновьими крепостями». Это были машины с мощнейшей броней, но крайне низкой подвижностью.
Функционально они почти не отличались от «Драконьих Черепах».
Те, кто находился внутри «Слоновьей крепости», почти не чувствовали тряски марша – привилегия, доступная лишь командованию и штабному персоналу.
— Почему кофе, который ты варишь, всегда такая дрянь? — Лениво спросила Чанг Ин, развалившись в мягком кресле.
Этот кабинет внутри «Слоновьей крепости» был одной из привилегий Небесного Стража. Другой же ее привилегией была возможность помыкать Ши Ши, словно простым ординарцем.
— Возможно, потому что мне нравится туда плевать, — отозвался Ши Ши, застыв в идеальной стойке «смирно».
Если бы не офицерская форма, его запросто можно было бы принять за вышколенного слугу.
Чанг Ин знала, что у Ши Ши всё же есть вкус, и он наверняка шутит.
Поэтому она с невозмутимым видом подхватила его тон:
— Подумаешь, слюна. Химический состав слюны у всех людей одинаков, от глотка еще никто не умирал.
— Тогда в следующий раз не проси меня варить кофе, я просто принесу тебе чашку слюны, — парировал Ши Ши.
— Как хлопотно – использовать чашку. Это совсем не в твоем стиле «экономии времени», — рассмеялась Чанг Ин. — Почему бы тебе просто не…
— Тебе что, мало было этого… когда тебя заперли в темной комнате? — Перебил ее Ши Ши.
— Просто я поняла, что этот метод отлично затыкает тебе рот и прекращает споры, — ответила Чанг Ин. — Честно говоря, великий герой, с твоим характером ты рискуешь остаться холостяком до конца своих дней.
С тех пор как Ши Ши провозгласили героем, Чанг Ин при каждой встрече язвительно поминала этот титул.
— Советы от женщины, которая не вышла замуж к тридцати, звучат крайне убедительно, — не остался в долгу Ши Ши.
Когда эти двое оказывались рядом, их красноречие и тяга к сарказму словно входили в резонанс, порождая бесконечные перепалки.
В этот момент ожил интерком у электронной двери. Снаружи доложил солдат:
— Сэр, чрезвычайное происшествие. Директор Тан просит вас явиться.
— Принято, — Чанг Ин нажала кнопку ответа на столе и коротко бросила в коммуникатор.
Ши Ши раздумывал секунды две, прежде чем спросить:
— Поспорим?
— Идет, — отозвалась Чанг Ин.
Они почти одновременно выпалили:
— Спорю, что новости плохие!
А мгновением позже наперебой закричали:
— Я первый это сказал!
Ши Ши пожал плечами:
— Забудь. Похоже, спорить тут особо не о чем.
Пять минут спустя они вошли в командный пункт директора Тан Сяня, где уже собралось множество обладателей способностей.
Завидев их, Тан Сянь произнес:
— Прежде чем я перейду к делу, взгляните на это…
Он активировал экран за спиной. На дисплее возникло изображение летающего флагмана класса «Ной» – «Ковчега», ведущего бой в округе Игл.
— Эти кадры прислали наземные силы двадцать минут назад, — пояснил Тан Сянь. Пока он говорил, «Ковчег» на видео начал крениться.
В течение нескольких секунд перед глазами собравшихся развернулась сцена его падения.
— Полагаю, у вас уже есть соображения на этот счет, — Тан Сянь обвел взглядом комнату, полную «экспертов». Кто-то выглядел потрясенным, чьи-то лица застыли в суровой мине, а некоторые стояли с разинутыми ртами, как деревянные истуканы. — Совершенно очевидно, что это работа пользователя способностей. И среди всех сил Стального Закона на подобный подвиг способен лишь один человек – Чезаре Бамонде.
— Старик, это как-то не очень способствует поднятию боевого духа, — вмешался Ши Ши. — Ты показываешь нам этот ужас, чтобы мы начали готовиться к смерти?
Его прямолинейность явно смутила Тан Сяня, но, с другой стороны, это разрядило обстановку. Директор вздохнул:
— Здесь все свои, так что буду краток. Если мы столкнемся с таким монстром лицом к лицу… исход предсказуем. Но мы на посту и обязаны исполнить долг. Наша миссия – остановить продвижение организации сопротивления, и мы должны быть готовы к жертвам.
— В переводе с его заумного на человеческий это значит: у кого есть семьи – поторапливайтесь с предсмертными записками, у вас осталось чуть больше двадцати часов, — продолжил Ши Ши. — Он лично проследит, чтобы ваши последние письма дошли до адресатов.
— С чего это ты решил заделаться моим переводчиком в такой момент? — Лицо Тан Сяня потемнело.
Дело было не в личной обиде – слова Ши Ши тяжелым грузом легли на плечи присутствующих, и именно это по-настоящему подрывало мораль.
— Я поняла ситуацию. Если больше ничего нет, я пойду, директор Тан, — Чанг Ин, будучи тонким психологом, решила вмешаться. Она схватила Ши Ши за руку и буквально вытащила его из душной атмосферы штаба.
Они отошли на приличное расстояние по коридору, прежде чем она холодно бросила:
— Это твое право – быть одиночкой и не бояться смерти. Но неужели нельзя хоть немного подумать о чувствах других? Зачем вываливать всё, что на уме?
— А что ты ожидала услышать после увиденного? — Огрызнулся Ши Ши. — Что вы все выживете, что враг слаб и прогулка будет легкой?
Он фыркнул:
— Думаешь, они все идиоты?
— Они не идиоты. Они просто люди, которые ценят свою жизнь – в отличие от некоторых действительно безрассудных личностей, — парировала Чанг Ин.
— Это ты про меня? — Внезапно спросил Ши Ши. — Хм… Неужели ты думаешь, я сам не знаю, хорош ли мой кофе?
Этот, казалось бы, неуместный вопрос заставил Чанг Ин надолго замолчать.
— Ладно, ты у нас всё знаешь, а я тут злодейка, которая заставляет тебя подавать чай, застилать постели и всячески помыкает тобой, поручая работу, от которой даже новобранцы воротят нос, я…
— Командующий, — Ши Ши остановился и прервал ее обращением, которое почти никогда не использовал. — Я знаю, что вам страшно. Вы чувствуете, что ответственность за встречу с Чезаре Бамонде ляжет на вас, вы уверены, что погибнете, и потому сейчас несете чепуху.
Чанг Ин не стала отрицать, но и ничего не ответила, лишь повернула голову, ожидая продолжения.
— Никто не знает исхода того, что еще не случилось. Пожалуйста, не теряйте самообладания под давлением, как обычная слабая женщина, — сказал Ши Ши.
— Хм… — Чанг Ин невесело усмехнулась. Сама будучи женщиной, она услышала от Ши Ши слова, будто у нее не было даже права на обычную человеческую слабость. Она глубоко вздохнула:
— Что ж, благодарю за поддержку, «великий герой».
(Продолжение следует…)