Глава 30: «Спасение.»
Лунный Демон с легкостью уклонилась от атаки, резко сместив корпус, однако мощь бумажного копья оказалась запредельной: оно вошло в твердую землю почти на треть своей длины.
Почти в то же мгновение вокруг Бумажного Рыцаря одно за другим сформировались еще с десяток таких же копий.
Лунного Демона это ничуть не испугало. Хотя рассудок ее и был поглощен кровожадным бешенством, боевые инстинкты подсказывали: пока скорость снарядов остается неизменной, их может быть хоть сотня – они не смогут даже задеть ее.
— И впрямь, боевого опыта ей недостает, да и манипуляция энергией на низком уровне, — заговорил Бумажный Рыцарь, едва заметно шевеля пальцами. — Полагать, будто можно сражаться со мной, опираясь лишь на превосходство своей способности… Какое самонадеянное заблуждение.
Бумажное копье, от которого только что увернулась Лунный Демон, вдруг рассыпалось на десятки крошечных листков. Острые, как бритвы, они взмыли в воздух и со спины атаковали девушку в слепую зону. Бумага мгновенно располосовала ей кожу; кровь хлынула ручьем. Лунный Демон, сосредоточив всё внимание на копьях в небе, никак не ожидала такого маневра. К счастью, подобная рана была для нее пустяком: благодаря регенерации она должна была быстро восстановиться.
Но атака Бумажного Рыцаря не ограничилась этим. Засевшие в спине обрывки бумаги, подчиняясь воле хозяина, сковали ее движения. Мучительная боль от разорванной плоти мешала сосредоточиться. В этот миг дюжина копий, уже зависших в воздухе, сорвалась с места, летя вдвое быстрее первого. Очевидно, тот одиночный выпад был лишь обманкой, призванной усыпить бдительность и подготовить почву для последующих ударов.
Все двенадцать копий прошили тело Лунного Демона насквозь. Руки, торс, ноги – всё оказалось пронзено. Инстинкты позволили ей в последний миг уберечь жизненно важные органы, но теперь она была пригвождена к земле, точно зверь в капкане, лишенная малейшей возможности шевельнуться. Из ран обильно текла кровь. Ей нужно было высвободиться, прежде чем начнется исцеление, но Бумажный Рыцарь не собирался давать ей шанса.
Он сгустил в руке плоский овальный диск из бумаги и метнул его в горло Лунному Демону. Размера диска было достаточно, чтобы чисто снести голову. Рыцарь полагал, что после обезглавливания она не сможет восстановиться и погибнет.
Бумажный снаряд стремительно падал, разрезая воздух; его острый край бешено вращался, нацелившись в шею жертвы. В это краткое мгновение сознание Лунного Демона прояснилось, к ней вернулась полная рациональность – она кожей почувствовала приближение смерти.
Брызнула кровь, окатив лицо Лунного Демона, но это была не ее кровь – это была кровь Тянь И.
Он возник подле нее неведомо когда и в критический момент голыми руками перехватил летящий диск. При контакте его ладонь у основания большого пальца мгновенно лопнула, превратившись в кровавое месиво.
Лицо Тянь И оставалось бесстрастным, будто он вовсе не чувствовал боли. Даже когда обнажились кости, он не дрогнул ни на дюйм, удерживая диск до тех пор, пока тот не замер окончательно.
— Неожиданно… — Бумажный Рыцарь выглядел изрядно удивленным. Он обратился к Тянь И:
— Приплыла крупная рыба. Неужели эта особа тоже из «Перевёрнутого Креста»?
— А, ну да, — ровным голосом отозвался Тянь И. — Не мог бы ты, будь любезен, пощадить ее?
— Не шути так. Раз я знаю, что она связана с тобой, я обязан убить ее сегодня, даже если это будет стоить мне жизни. — Бумажный Рыцарь, разумеется, слышал донесения о том, что Тянь И способен убить «Небесного Стража». С появлением этого противника он уже примирился со смертью. А раз так, нужно было хотя бы устранить монстра послабее. Даже если он в итоге проиграет, его гибель не будет бессмысленной.
С этими словами Бумажный Рыцарь вновь взял копья под контроль, пытаясь рвануть тело Лунного Демона в разные стороны. Мышцы, кости и плоть вокруг ран были серьезно повреждены. Пусть ее и не разорвало на части, но движение копий начало буквально кромсать ее изнутри, причиняя новые тяжкие увечья… Видя это, Тянь И даже не нахмурился. Он просто щелкнул пальцами – и бумага, подвластная Рыцарю, вмиг лишилась своей твердости и прочности, превратившись в обычные листки, которые тут же осыпались прахом.
Лишившись опоры, Лунный Демон рухнула на землю, отхаркивая сгустки крови. Однако теперь, когда ее тело больше не терзали, а в ранах не осталось инородных предметов, началось исцеление.
У Бумажного Рыцаря не было времени изумляться содеянному врагом. Едва Тянь И щелкнул пальцами, Рыцарь кубарем полетел вниз. Не только оружие, но и бумага, державшая его в воздухе, перестала повиноваться. Любой, кто внезапно теряет почву под ногами на высоте, инстинктивно думает лишь о приземлении. Благо, он уже почти достиг уровня «класс Свирепый», тело его было крепким, да и летел он не слишком высоко. Сгруппировавшись в воздухе, он приземлился, споткнулся на пару шагов, но сумел устоять на ногах.
— Такие люди, как ты, не вызывают у меня неприязни, — произнес Тянь И. — Этому миру и впрямь нужны те, кто готов преследовать пустую справедливость. Вроде того типа, что обожает пить чай. — Он смерил Бумажного Рыцаря презрительным взглядом. — Но по сравнению с ним ты никуда не годишься. Такие, как ты, – лишь пушечное мясо. Храбрецы без стратегии никогда не добьются великих целей. В лучшем случае после смерти вас используют для пропаганды, как пример, вдохновляющий других на новые жертвы.
Бумажный Рыцарь пытался вновь наладить связь с бумагой вокруг, но тщетно: энергия просто не выходила за пределы его тела. Он не понимал истинной сути способности Тянь И. В такой ситуации оставалось лишь тянуть время, сокращать дистанцию и искать возможность скрутить противника голыми руками.
— Хочешь сказать, у тебя нет намерения лишать меня жизни прямо сейчас? — Спросил Бумажный Рыцарь, незаметно подбираясь ближе.
Тянь И ответил:
— По крайней мере, я не горю таким ярым желанием сделать это, с каким ты пытался прикончить нас.
— Я думал, в «Перевёрнутом Кресте» все сплошь мастера. Что не так с этим монстром? Подумать только, сам Тянь И явился ее спасать. Она что, твоя любовница? — Добавил Рыцарь.
Тянь И проигнорировал вопрос, лишь заметил:
— Ты несешь эту чушь и шаг за шагом приближаешься ко мне, даже не осознавая, что каждый твой шаг – это шаг к могиле.
Бумажный Рыцарь замер. Он заметил, как изменилось выражение лица Тянь И: от былого безразличия не осталось и следа. Сейчас Тянь И выглядел как человек, готовый в любой миг начать безжалостную жатву жизней.
— Очень хорошо, значит, ты просто безрассуден, но не безмозгл, — сказал Тянь И. — Скажу прямо: сегодня ты моих людей не тронешь. Пока я здесь, ты ее не убьешь. И не только ты – пока я рядом, никто не сможет ее убить. — На этот раз Тянь И сам сделал два шага вперед. В глазах Бумажного Рыцаря он в этот миг выглядел страшнее любого чудовища, какое только может вообразить человеческий разум. Казалось, незримая злоба опутала всё вокруг; рядом с ним становилось трудно даже дышать.
— Ты всё еще можешь уйти, пока я не передумал. — Тянь И остановился, ожидая ответа.
Бумажный Рыцарь развернулся и, не проронив ни слова, неспешно зашагал прочь. Однако он оставался предельно бдителен, его нервы были напряжены сильнее, чем во время боя. Вступив в ХЛ, он изучил немало досье на Тянь И, включая аналитические отчеты Чайного Бессмертного. Кудзира Тори и Санъюань из префектуры Сакура были отличными наглядными примерами того, чем всё может закончиться. Никто не мог поручиться, что Тянь И не передумает в следующую секунду, и малейшая потеря бдительности могла означать смерть.
Лишь когда он отошел на значительное расстояние и они скрылись из виду друг друга, Бумажный Рыцарь почувствовал, будто вырвался из врат ада. Он судорожно хватал ртом воздух, ощущая, как способности возвращаются к нему. Холодный пот градом катился по телу. «Я и впрямь был слишком наивен… – …подумал он. – …То, что я считал решимостью пасть в бою, для него было лишь бессмысленным актом самоубийства…»
— Видишь, я же говорил: если возникнет настоящая опасность, я приду и спасу тебя. — Как только Бумажный Рыцарь скрылся, Тянь И вернулся к своему обычному состоянию и обернулся, чтобы заговорить.
Но ответом ему стали острые когти, нацеленные прямо в горло.