— Я… я Сильнее тебя! — Внезапно выкрикнул Джейкоб. Его слова прозвучали как отчаянная попытка самообмана.
— Тогда докажи это, — в голосе Кровавого Филина сквозило лишь презрение.
Но секунду спустя Кровавый Филин заметил, что Джейкоб действительно бормочет эти слова самому себе.
— Моя нога не повреждена, — вновь произнес Джейкоб.
Кровавый Филин не почувствовал никаких колебаний окружающей энергии, однако увидел, как безжизненно висевшая, сломанная ступня Джейкоба дернулась и вернулась в нормальное положение. Это не было похоже на вынужденное движение – скорее на мгновенную регенерацию раздробленных костей, сосудов и мышц.
— Ха-ха-ха… — Кровавый Филин весело расхохотался. — Тип нарушения порядка, отлично! Что еще? Покажи-ка мне.
Возможно, кому-то из читателей настрой Кровавого Филина покажется странным, а его действия – непостижимыми. Почему он не выбрал подходящий момент, чтобы просто прикончить Джейкоба? Почему он хотел, чтобы противник был на пике своих сил перед боем? Я мог бы расписать объяснение на семьсот слов, но, поразмыслив, сведу всё к одной фразе: «Пожалуйста, вспомните „Игры Селла“».
— Мой кулак способен пробить что угодно, — снова заговорил Джейкоб и поднял правую руку.
Кровавый Филин усмехнулся:
— Я бы очень хотел это испытать…
Он не успел договорить – Джейкоб уже оказался прямо перед ним. Это поразило Кровавого Филина, ведь в это мгновение скорость Джейкоба была на три пункта выше, чем когда они только начали обмениваться ударами. Если допустить, что в тот раз Кровавый Филин использовал десять десятых своей силы, то нынешняя скорость Джейкоба действительно превосходила его показатели.
Впрочем, во время их первой стычки даже Джейкоб не выложился до конца, так неужели Кровавый Филин мог быть ограничен лишь этим уровнем? Поэтому, несмотря на возросшую скорость Джейкоба, Кровавому Филину было более чем достаточно сил, чтобы принять этот удар.
Кулак метил Кровавому Филину в голову. Тот выставил левую руку для блока, раскрыв ладонь. Но стоило их рукам соприкоснуться, как энергетическая защита Кровавого Филина была прорвана, а ладонь пробита насквозь. Его рука была пронзена, словно «Бумажный» листок, и скорость удара Джейкоба ничуть не снизилась – кулак продолжал нестись прямо в лицо Филина.
Времени на маневр почти не оставалось, но Кровавый Филин все же успел дернуть головой. Кулак Джейкоба прошел по касательной, задев левое ухо – плоть и кровь превратились в месиво, не осталось даже крошечного лоскутка кожи.
— Ха! Твой кулак и вправду пробивает всё что угодно, — Кровавый Филин умудрялся смеяться даже сейчас. Пока он говорил, его уцелевшая правая рука уже перехватила запястье противника. Резким, мощным движением он вывернул руку врага, отрывая правый кулак Джейкоба от предплечья. Затем Кровавый Филин небрежно швырнул оторванную кисть на землю.
Окровавленная рука упала, тяжело ударившись оземь. При приземлении звук был такой, будто рухнул груз весом в добрый десяток килограммов – на месте падения образовалась небольшая ямка. После этого кисть рассыпалась на куски.
— Твои атаки не причиняют мне ни боли, ни зуда, — лицо Джейкоба было предельно мрачным, но он всё равно произнес это.
Кровавый Филин нанес удар ногой в живот противника. Он ожидал, что Джейкоба отшвырнет назад, но внезапно почувствовал, будто ударил по воде – вся сила удара словно бесследно исчезла. Джейкоб лишь отступил на несколько метров.
— Так вот оно что… Теперь я примерно понимаю твою способность. — Кровавый Филин поднял левую руку, разглядывая дыру размером с кулак в центре ладони. Пять его пальцев безжизненно болтались, удерживаемые лишь тонким слоем кожи. Однако на его лице читался живой интерес. — Я всегда хотел увидеть подобные изменения на самом себе.
Черная кровь хлынула из сосудов, словно живое существо, быстро облепила оставшиеся пальцы и начала превращаться из жидкости в гелеобразную субстанцию, заполняя пустоту в ладони. В конце концов эта черная плоть начала трансформироваться изнутри – клеточные ткани, сосуды, нервы – всё регенерировало с поразительной скоростью. Хотя темп перестройки не шел ни в какое сравнение с «Тёмной Водой», это было явно быстрее, чем способности к исцелению Лунного Демона… Разумеется, ухо Кровавого Филина восстановилось точно так же, так что он, по сути, оставался невредим. Впрочем, процесс восстановления, похоже, временно поглощал его энергию, что тоже можно было считать своего рода уроном.
Лицо Джейкоба становилось всё мрачнее. Он снова заговорил:
— Моя боль исчезнет.
Кровавый Филин холодно фыркнул:
— Твоя способность – «Ложь».
Джейкобу было не до разговоров, он продолжал бормотать себе под нос:
— Моя правая рука заживет и вырастет за десять секунд.
— Если я правильно рассудил, твоя способность не может «отменить» то, что уже случилось, потому что это – «истина». К примеру, я сломал твою правую руку. Я думал, ты сказал «ни боли, ни зуда», чтобы убрать мучения от травмы. Но на деле ты не можешь этого сделать. Ты можешь лгать лишь о том, что «еще не произошло». Так что когда ты сказал, что мои атаки безвредны, ты на самом деле готовился принять мой следующий удар. И верно – после твоих слов ты получил мой пинок, но он почти не подействовал, лишь отбросил тебя на это жалкое расстояние, — рассуждал Кровавый Филин. — И сейчас ты говоришь, что твоя рука «заживет и вырастет». Это событие будущего. Если бы твоя ложь могла отрицать свершившееся, ты бы сказал: «С моей правой рукой всё в порядке». Точно так же ты можешь лишь заявить, что «боль исчезнет», но не можешь просто сказать «мне не больно».
— Какая разница, что ты всё понял? Сейчас я быстрее тебя, я Сильнее тебя, и твои удары не могут мне навредить! Чем тут гордиться? — Сорвался Джейкоб.
— Цвет лица у тебя неважный. Неужели дело не только в ранах? — Прищурился Кровавый Филин.
Интуиция подсказывала Джейкобу, что Кровавый Филин, вероятно, насквозь видит его умение, и с этим боем нужно кончать как можно скорее.
— Адресат всей твоей лжи – ты сам, — продолжал Филин. — Почти все фразы начинаются с «Я». Единственное предложение, начавшееся со слов «Твоя атака», на самом деле подразумевало тебя как объект. Полностью это звучало бы так… «Для моего тела твои атаки не причиняют ни боли, ни зуда».
Джейкоб снова бросился в атаку. Его удары были стремительны, словно молнии; казалось, у него выросло семь или восемь рук, бьющих одновременно. В одно мгновение возникли бесчисленные тени кулаков, но не было видно никаких энергетических всплесков – это означало, что при поддержке своей способности ему нужно лишь коснуться противника. Была ли в кулаке энергия или нет – значения не имело.
Кровавый Филин, напротив, уклонялся и извивался, не позволяя противнику даже задеть себя. — Твоя способность словно направляет всю энергию на тебя самого, создавая эффект нарушения порядка. Это позволяет тебе делать вещи, выходящие за рамки твоих сил или даже возможностей навыка. — Кровавый Филин продолжал говорить, не переставая уклоняться. — Как жаль. Если бы эту способность можно было обратить на других, ты бы мог просто сказать «Ты уже мертв» и закончить бой на месте.
— Невозможно! Невозможно! — Джейкоб атаковал в неистовстве. — Как ты можешь уклоняться?! Где твой предел?!
— Но твоя «истинная ложь» не может обмануть тебя самого. Чтобы победить меня, тебе нужно точно знать, насколько я силен и быстр, — Кровавый Филин внезапно снова прибавил в скорости.
На этот раз Джейкоб увидел лишь удушающую черную тень. Кровавый Филин мгновенно высвободил предел своей энергии. Эта черная аура была подобна Асуре, спустившемуся в мир смертных, чтобы забрать жизнь Джейкоба.
— Желание быть быстрее и сильнее меня основано лишь на том, что ты видишь и знаешь обо мне сейчас. Хм… Думаю, если бы ты ясно осознавал мой предел, ты бы не смог произнести даже свою первую ложь.
— И то, что твой кулак пробивает всё на свете… Полагаю, именно это утверждение – та ложь, что вредит тебе больше всего. Чем сложнее воплотить ложь в реальность, тем больший урон ты несешь. Если бы ты прямо заявил, что сильнее, чем Чезаре Бамонде, ты бы, вероятно, умер на месте. Потому что ты слишком хорошо его понимаешь; то, что ты знаешь о нем, намного превосходит твои знания о себе. — Кровавый Филин чеканил слова. — Теперь я наконец понял, почему ты не использовал свою способность с самого начала. Ты понимал, что в схватке со мной одной-двумя фразами дело не ограничится. А как только ты начинаешь лгать, ты должен быть готов к саморазрушению.
В этот момент у Джейкоба пошла кровь из всех семи отверстий на лице. Из-за смертельных ран, нанесенных Кровавым Филином, его способность больше не могла поддерживаться, и откат проявился мгновенно. Он сам рухнул вниз прямо из воздуха…
(Продолжение следует…)