Вегас, спустя два часа после гибели Железной Саламандры.
В гостиничном номере Гилсон II смотрел шоу – не по телевизору, а живое выступление. Зрелище, по сути, было на редкость скучным: четырнадцатилетняя девочка под действием наркотиков наносила себе увечья кинжалом, вот и всё.
Для этого знатного лорда, утратившего большинство физиологических функций, но одержимого жаждой власти, это было самым сильным развлечением, которое он только мог себе позволить. Наблюдение за тем, как цельная и прекрасная жизнь увядает и становится ущербной на его глазах, приносило ему колоссальное удовлетворение. Сегодня он будет спать на этой пропитанной кровью постели, вдыхая её запах – только так ему могли присниться хорошие сны.
Сегодняшнее шоу закончилось быстро. После десятка ударов была задета артерия, и девочка потеряла сознание от кровопотери. Гилсон II, видя, что она долго не шевелится, угрюмо нажал несколько клавиш на сенсорном экране рядом со своим инвалидным креслом. Тотчас в комнату вошли несколько медиков, и граф бросил:
— Действуйте по обычной процедуре.
Они вынесли её наружу.
Так называемая «обычная процедура» заключалась в том, чтобы выдать семье девочки сумму денег – плату, которая заставит их замолчать навсегда. На самом деле для аристократа эти деньги были сущими пустяками. Даже спортивный автомобиль, которым Гилсон II владел двадцать лет назад, будучи студентом, был чем-то таким, что семья простолюдинов не смогла бы себе позволить, даже если бы не ела и не пила всю жизнь.
Трагизм ситуации заключался в том, что подростки, «выступавшие» перед Гилсоном II на протяжении многих лет, по сути были добровольцами, вернее – это было совместное решение их семей. В этом крылась некая безысходность: если один кошмарный опыт мог обеспечить комфортную жизнь до конца их дней, многие решались на это. Потому что их прежняя жизнь сама по себе была иным кошмаром – долгим и таким, от которого невозможно проснуться.
В коридоре Вэй Шэн прошел мимо санитаров с носилками. Он мельком взглянул на девочку и тихо вздохнул. Хотя ему претило хобби графа, он зависел от него, а плата была щедрой. Он не хотел терять этот источник богатства ради какой-то справедливости, не имеющей отношения к его личным интересам. В любом случае, немногие из этих детей действительно умирали; большинство спасали вовремя, и в будущем они в худшем случае страдали от каких-то психических или физических недостатков или ссорились с родителями.
— Вэй Шэн. — Он подошел к двери, и прежде чем успел постучать, Гилсон II сам открыл её с помощью компьютера под рукой и бросил вопрос:
— Железная Саламандра преуспел?
Этот отель был тайно профинансирован и построен самим Гилсоном II; всё здание было словно продолжением его тела. Поэтому Вэй Шэн не удивился действиям графа. Он просто вошел в комнату, закрыл за собой дверь и ответил:
— Его тело было обнаружено полицией округа Кленовый Лист, делом занялась местная ХЛ. Я уже связался с ними по определённым каналам и попросил объявить публично, что турист по имени Рода Ричи случайно упал в чан с химикатами на ближайшем заводе, получил тяжелые ожоги всего тела и в итоге скончался на улице.
— Бесполезно! — Громко взревел Гилсон II. — Тоже мне, обладатель способностей ранга Сильный! Все бесполезны! Какого именно уровня этот Азартный Змей?! Сколько ещё денег мне нужно потратить? Кого мне нужно нанять, чтобы схватить его?!
Вэй Шэн произнес:
— Он, естественно, тоже уровня Сильный. Сейчас во всем мире лишь несколько человек выше ранга Свирепый. — Его намек был ясен: Сильный – это высший уровень, который можно нанять за деньги; людей рангом выше купить, скорее всего, не получится.
— Тогда почему Железная Саламандра погиб! Разве они не на одном уровне?! — Кричал Гилсон II.
Вэй Шэн ответил:
— Это пропасть в боевых навыках.
Гилсон II немного успокоился и, стиснув зубы, спросил:
— И… что нам теперь делать? Позволить ему сбежать?
— Нет, — сказал Вэй Шэн. — Судя по его прежнему поведению, он может сам прийти к нам.
— Что?! — Зрачки Гилсона II мгновенно сузились, а в сердце хлынул страх, словно та ужасающая сцена многолетней давности ещё не закончилась.
Вэй Шэн продолжил:
— Раньше я думал, что его послание вам через Цяодуня было лишь для того, чтобы вы начали подозревать Цяодуня. Но смерть Железной Саламандры и некоторые вещи, которые он сказал Роде перед смертью, заставляют меня чувствовать… он настроен серьезно.
Когда Вэй Шэн ушел, Гилсон II пребывал в смятении. Его первоначальное требование захватить врага живым сменилось приказом доставить его живым или мертвым. Очевидно, теперь его больше беспокоило не удовлетворение от мести, а то, что Азартный Змей придет убить его самого.
Вэй Шэн, впрочем, относился к этому безразлично. По его мнению, хотя Азартный Змей и был силен, он не был настолько могущественным, чтобы в одиночку заявляться к ним на порог. В конце концов, у Гилсона II в подчинении всё ещё оставались грозные личности.
Сам Вэй Шэн был обладателем способности Бумажного уровня. Пусть он и не отличался великой боевой мощью, но был мастером в сборе и анализе информации. Его талант заключался в контроле над действиями животных и возможности разделять с ними зрение и слух. Как только разум Вэй Шэна устанавливал связь с животным, неважно, где оно находилось и как далеко было от него, он мог восстановить контроль в любой момент. Более того, используя зрение одного связанного существа, он мог устанавливать контакт с другими. Поэтому Вэй Шэн долгие годы изучал миграцию птиц, что позволило его глазам и ушам быть почти повсюду в мире.
У этой, казалось бы, идеальной сети наблюдения было множество недостатков: например, невозможность следить за местами, куда животные не могут залететь, и необходимость часто менять объект ментальной связи, ведь животные встроены в пищевую цепочку, и смерть для них неизбежна. Разумеется, Вэй Шэн мог подключаться только к одному существу за раз, иначе его разум бы не выдержал. К тому же у животного должен был быть мозг – слизни и морские звезды не подходили. Во-вторых, мозг должен был быть достаточно крупным, так что насекомые отпадали. В-третьих, мозг не мог быть слишком развитым, поэтому с людьми это тоже не работало.
Даже с многочисленными ограничениями способности Вэй Шэна к слежке оставались очень мощными, более надежными и труднообнаружимыми, чем прямое использование людей. Однако минус заключался в том, что он не мог заставлять животных наблюдать за кем-то круглосуточно без отдыха, поэтому такое наблюдение приходилось чередовать с работой наемных убийц на местах.
Что касается аналитических способностей, то Вэй Шэн, конечно, был намного сильнее Цяодуня – этого фальшивого джентльмена и истинного идиота.
Взять, к примеру, битву между Азартным Змеем и Железной Саламандрой. Вэй Шэн наблюдал за всем процессом глазами голубя, и это заставило его глубоко осознать, насколько ужасен ассасин из Ада.
Первые выстрелы были направлены в четыре возможные жизненно важные точки Железной Саламандры: голову, сердце, живот и колени. Тот не уклонился, так как его железная чешуя выдерживала пули. Азартный Змей почти мгновенно, инстинктивно атаковал его горло скрытым клинком. На этот раз Железная Саламандра заблокировал атаку рукой, что прямо обнажило его первую слабость: горло.
Затем Азартный Змей решительно бросил оружие, избегая длительного контакта с противником, и попытался атаковать гранатой. Результат доказал, что ударная волна и осколки также неэффективны против Железной Саламандры. Из этого можно сделать вывод, что, сколько бы уязвимых мест у него ни было, урона по площади недостаточно, чтобы угрожать его жизненно важным точкам. Необходимы точные и мощные атаки, причем сила удара должна быть как минимум выше, чем у обычных пуль и осколков гранаты.
После этого Азартный Змей спросил имя противника – это была демонстрация слабости, притворное уважение к врагу, но на самом деле – ловушка. Он намеренно сделал это, чтобы создать у оппонента ложное впечатление, будто Азартный Змей находится в невыгодном положении и поражен силой Железной Саламандры. Как наблюдатель Вэй Шэн прекрасно понимал, что к этому моменту боя Азартный Змей не пострадал, в то время как Железная Саламандра уже выдержал несколько ударов. Даже если они были малоэффективны, тактическое превосходство было очевидным.
И действительно, Железная Саламандра заглотил наживку. Он атаковал безрассудно, нанося удар сверху вниз. Азартный Змей ответил выпадом гибкого меча. Помимо отражения атаки, целью было проверить динамическое зрение противника и его способность к мгновенной реакции. Нельзя измерить пределы человека, когда он стоит на твердой земле; только когда его атакуют в воздухе, лишив опоры, можно увидеть, насколько хорошо он способен уклоняться.
Вслед за этим Азартный Змей снова увеличил дистанцию. Пользуясь тем, что Железная Саламандра потерял устойчивость, он метнул три ножа, целясь в глаза, горло и лодыжки – все уязвимые места противника. Хрупкость горла вскрылась в самом начале; глаза были тем, что Железная Саламандра прикрыл руками первым делом, когда гибкий меч метнулся к его лицу; а лодыжка была очередным тестом.
Была одна вещь, которую Вэй Шэн сначала не заметил – скорость этих трех метательных ножей. Азартный Змей намеренно замедлил их. Если бы Железная Саламандра не успел среагировать, атака потеряла бы смысл.
В результате Железная Саламандра отбил два ножа, уклонился от одного и затем, разъяренный и униженный, бросился вперед. В этот момент Азартный Змей, находившийся на расстоянии, получил последнюю информацию, которую хотел знать: максимальную скорость бега противника.
На этом этапе битва официально началась. Азартный Змей уже выяснил скорость, время реакции, слабые места врага и минимальную силу, необходимую для их пробития. Этого было достаточно. Сила противника, количество урона, которое могли выдержать не самые важные зоны, его способность к восстановлению – всё это больше не имело значения.
Не давать противнику шанса ранить тебя, быстро находить и точно атаковать жизненно важные точки, убивая одним ударом, – вот что делает ассасин.
По реакции Железной Саламандры на атаку в лодыжку можно было судить, что чешуя в суставах, которые должны растягиваться и сгибаться, слабее. Удары по этим зонам могли лишить его подвижности.
Поэтому Азартный Змей остановился и нанес удар со скоростью, превышающей реакцию врага, и силой, превышающей предел прочности его уязвимых мест. Этот единственный выпад решил исход боя.
Вэй Шэн видел весь поединок от начала до конца. Он думал о том, что если бы человек с такими же физическими данными, как у Азартного Змея, сразился с Железной Саламандрой, он бы тоже победил, но мог получить ранения или добиться лишь пирровой победы. Потому что поиск слабых мест через обмен ударами никогда не будет столь же эффективным, как метод Азартного Змея.
Каждое движение Тома Столла было осмысленным: он не тратил ни капли энергии впустую и не позволял противнику получить ни малейшего преимущества. Самым пугающим была его способность вызывать изменения в психологическом состоянии врага тонкими действиями, тем самым убивая его без всякого вреда для себя.
Именно поэтому Вэй Шэн сказал Гилсону II: «Это пропасть в боевых навыках». Таков был его вывод… С другой стороны, положение Азартного Змея после того дня тоже не было завидным.
У Гилсона II было много прихвостней, и преследование Азартного Змея – от Европы до Америки – не прекращалось ни на миг. Впрочем, мастеров уровня Железной Саламандры больше не было, а Цяодунь так и не объявился.
Последние две недели убийцы следовали за ним как тени. Даже при том, что Азартный Змей многократно менял фальшивые личности и без труда проходил контроль в аэропортах, он никак не мог от них отделаться. Конечно, они не смели нападать в открытую – в конце концов, даже мастер уровня Сильный был убит, так что лобовая атака стала бы бесполезным самоубийством. Эти наемники в основном прибегали к снайперским выстрелам, ядам и нападениям исподтишка. К несчастью для них, ни одна попытка не увенчалась успехом, а сами они понесли потери.
Перед мастером уровня Азартного Змея их методы были детской забавой, не достойной даже упоминания. Первое оружие ассасина – снайперская винтовка, последнее – возможно, всего лишь маленький нож. Чем ближе цель, тем более отточенное мастерство требуется. Новички используют огнестрел, чтобы держаться подальше, в то время как мастера чувствуют себя уверенно на любой дистанции.
Что касается того, почему его местоположение постоянно отслеживают, Азартный Змей быстро всё понял. Он исключил различные варианты слежки, и единственным методом, который он не мог сбрасывать со счетов, было именно отслеживание с помощью способностей.
Поэтому он тщательно изучил содержание «Сутры Сердца» и нацелился на другого подчиненного Гилсона II – Вэй Шэна.
Обычный человек, узнав о такой ситуации, мог бы начать без разбору истреблять мелких животных. Но Азартный Змей не стал этого делать; он придумал план, как использовать способности Вэй Шэна в своих целях.
Месяц назад Том Столл, возможно, и не додумался бы до такой стратегии, но теперь, имея на руках могущественную «Сутру Сердца» и приближаясь к своему врагу, инстинкты убийцы в нем стали ещё более гибкими и острыми.