Глава 15: «Обман.»
— Ну как? Есть новости? — Тучный мужчина поглощал трапезу за обеденным столом. Хотя кондиционер в комнате был настроен на очень низкую температуру, он все равно обильно потел, пока ел.
Человек в форме офицера ХЛ робко ответил:
— Я… Прошу прощения, Ваше Высочество, от Небесного Стража всё еще… нет вестей. Мы уже отправили…
— Не говори мне о том, что ты уже сделал, не говори о том, что планируешь, и уж тем более не давай мне торжественных обещаний, — грубо оборвал его толстяк, к которому обратились «Ваше Высочество». — Все, что мне нужно – это результат, а твой ответ… я и так знаю. — В этот момент выражение его лица резко изменилось, и он впал в ярость. — Ничтожество!
Вскрикнув, он, не колеблясь, швырнул столовый нож, который держал в руке, в офицера ХЛ. Впрочем, прицел его был ужасен; он промахнулся на добрый метр. Если бы офицер инстинктивно не отпрянул, бросок выглядел бы совсем нелепо.
Горничная поспешно подошла к столу и подала новый нож. Толстяк взглянул на нее и за те несколько секунд, что она была рядом, успел бесцеремонно ощупать ее ягодицы. Девушка не издала ни звука и кротко отступила.
Он взял нож и с невозмутимым видом продолжил объедаться, а затем поднял глаза и свирепо уставился на офицера:
— Чего стоишь! Проваливай! Вели своим людям продолжать поиски!
— Слушаюсь, Ваше Высочество, разрешите идти. — Стоило офицеру отвернуться, как его лицо тут же потемнело, и он быстро вышел вон.
У самых дверей он столкнулся с дворецким толстяка. Из чувства элементарной вежливости они кивнули друг другу, не проронив ни слова. Дворецкий подошел к хозяину и поклонился:
— Ваше Высочество, седьмой принц, Клаузер Виттерсток, прибыл с визитом и ожидает внизу.
Толстяк наконец перестал жевать, поднял взгляд и нахмурился:
— Что ему нужно…
— Ваше Высочество, прикажете пригласить седьмого принца наверх? — Спросил дворецкий.
— М-м, да, — толстяк кивнул и махнул рукой, давая согласие.
Вскоре после того, как дворецкий удалился, Чайный Бессмертный толкнул дверь и вошел в комнату. Это был его первый выход в свет с тех пор, как он вернулся в Тяньду после ранения. Прошло много времени с тех пор, как он появлялся на людях не в форме ХЛ. Сегодня на седьмом принце был изысканный, но строгий серый костюм. Его синие волосы, казалось, только что уложили; они сохранили среднюю длину, но выглядели свежо и аккуратно. Лицо его было словно выточено из нефрита, глаза сияли, подобно ярким звездам, а каждое движение источало элегантность и удаль, напоминавшую о странствующих мастерах меча древности.
На его фоне Виктор Виттерсток, который сидел за столом и уплетал еду за обе щеки, даже не думая встать, чтобы поприветствовать императорского брата, казался совершенно невзрачным.
На самом деле Чайному Бессмертному в этом году исполнилось почти двадцать пять, но рядом со своим тридцатидвухлетним третьим императорским братом они выглядели как племянник и дядя.
Годы разврата привели к тому, что многие органы Виктора начали преждевременно отказывать. Жизнь, полная потакания своим прихотям, была для принца не просто мечтой; Виктор существовал в этой среде постоянно. Четыре горничные, стоявшие сейчас за его спиной и прислуживавшие за обедом, в глазах Виктора ничем не отличались от мяса на столе. Он мог наслаждаться ими в любое время, в любом месте и любым угодным ему способом.
Такой образ жизни привел к ожирению, из-за которого он выглядел на десять лет старше своего возраста, и к некоторой деформации личности.
Чайному Бессмертному, без сомнения, завидовали все братья и сестры. Каждый из них задавался вопросом: «Почему эта генетическая мутация досталась не мне? Я тоже хочу в двадцать пять выглядеть как школьник. Тоже хочу быть гением с запредельным интеллектом…» Ведь даже обладая верховной властью и всеми богатствами мира, нельзя купить молодость и острый ум.
Они были рождены от одного отца, но он один стал исключением. Когда его братья и сестры состарятся, заболеют и умрут, Чайный Бессмертный все еще может выглядеть как мужчина в расцвете сил. Как такой человек мог не вызывать ненависти?
— Императорский брат Виктор, давно не виделись. Как ваше здравие? — Чайный Бессмертный подошел к столу, отодвинул стул напротив Виктора и сел.
— Спасибо за заботу, брат. У меня все в порядке. Слышал, ты был тяжело ранен не так давно. Я был по уши в государственных делах, так что времени навестить тебя совсем не нашлось. Это мне стоило бы спросить, как ты, — равнодушно отозвался Виктор, продолжая есть.
Чайный Бессмертный улыбнулся. Он всегда оставался мягким и спокойным человеком; даже если он и насмехался, то никогда не выказывал этого так, чтобы задеть собеседника.
Впрочем, каждый понимал, что рассуждения о «государственных делах» перед Чайным Бессмертным звучали просто смехотворно. О каких делах вообще можно было говорить в его присутствии? Учитывая его эффективность и объем работы в ХЛ, он мог бы справиться с годовым планом Виктора за один день, и у него еще осталось бы время… По законам Империи, Император-отец должен был вовлекать каждого сына в государственные дела в той или иной степени. Это было не только накоплением политического капитала для будущего престолонаследия, но и методом оценки, во многом определявшим выбор наследника.
Нельзя сказать, что среди принцев не было талантливых правителей, но Виктор точно к ним не относился. Если бы не прямой приказ Императора-отца, он бы и пальцем не пошевелил ради каких-либо «государственных обязанностей».
Чайный Бессмертный с улыбкой ответил:
— Благодарю за беспокойство, брат. Мои раны больше не тревожат. — Он был человеком широких взглядов и не питал к Виктору особых чувств. Между ними не было ни братской привязанности, ни дружбы, ни даже вражды; они были просто чужими людьми.
Собственно, дело было не только в этом брате; с остальными ситуация обстояла так же. Пока Чайный Бессмертный восстанавливался после ранения, ни один из них его не навестил. Помимо Императора, Ши Ши и Коу Линьцзая, которые приходили по своим причинам, не явились даже министры, обычно ищущие расположения седьмого принца.
Мать Чайного Бессмертного была скромного происхождения, в отличие от матерей других принцев и принцесс, за спинами которых стояли могущественные кланы. После смерти матери он остался один – без поддержки родственников по материнской линии и без связей с придворными фракциями. Он покинул политический центр в двенадцатилетнем возрасте и не имел в Тяньду никаких корней. Любой чиновник, который вздумал бы заискивать перед таким принцем, был бы либо безумцем, либо кем-то вроде вечно нетрезвого Пьяного виконта, которому нечего было терять в чиновничьей среде. Что же касается тех, чьи связи при дворе были глубоки и сложны, то им приходилось проявлять крайнюю осторожность. Одна неверная ставка могла привести к полному краху и безымянной могиле.
Таким образом, положение Чайного Бессмертного косвенно подтверждало две вещи: во-первых, девяносто девять процентов людей не верили в его шансы на престол; во-вторых, даже в это время он не представлял никакой политической ценности, даже как покровитель.
Отношение Виктора к нему было столь же прозрачным. В этом мире много видов братьев; бывают те, кто без капли общей крови готов вместе встретить смерть. Но во дворце, и только в императорском дворце, родство между братьями – вещь опасная; лучше его не иметь вовсе. Открытая ненависть здесь безопаснее, чем притворная дружба.
— Итак… Брат покинул дворец и проделал весь этот путь до моего поместья. Что же привело тебя сюда? — Спросил Виктор. Он был раздражен, и у него не было ни желания, ни ума, чтобы пытаться разгадать намерения гостя.
— Хм… — Чайный Бессмертный выдохнул носом, улыбаясь одними губами. — Конечно же, дело в женщинах.
— А? — Виктор опешил, замер на мгновение, а затем на его лице расплылась ухмылка. — Ха-ха-ха-ха-ха! — Он расхохотался так сильно, что не мог закрыть рот. — Ха-ха… Мой императорский брат Клаус, боже мой… Ха-ха-ха! Ты притащился сюда сам только ради того, чтобы забрать пару девчонок? Ха-ха-ха-ха-ха!
Виктор был в полном восторге. Он внезапно подумал: «Этот братец до того жалок, что даже мил. Мы оба принцы, как же можно быть таким неудачником? Выбраться из дворца в одиночку и прийти ко мне в особняк просить баб? Ха! Будь у меня такая рожа, мне бы и платить не пришлось, я бы сам мог в жиголо пойти!»
— Я имел в виду совсем не это… — ответил Чайный Бессмертный с некоторым смущением.
— О-о, не стесняйся. Я все понимаю, ты же не станешь смотреть на «бывшее в употреблении», верно? Что ж… как насчет этих четверых? — Виктор небрежно ткнул вилкой в сторону горничных, стоявших за спиной. — Они прибыли всего несколько дней назад, я с ними еще даже не забавлялся. Только скажи слово, и забирай их хоть сейчас.
При этих словах на лицах горничных отразилась такая радость, что они едва не разрыдались. Все они устремили взгляды на Чайного Бессмертного, безмолвно умоляя его поскорее согласиться.
— Хм… — Чайный Бессмертный почувствовал, что если откажется сейчас, это будет равносильно тому, чтобы столкнуть людей обратно в огненную яму. Он вздохнул. — Хорошо, пусть собирают вещи прямо сейчас. Мой экипаж ждет снаружи.
— Пфф, ха-ха-ха! — Виктор брызнул супом во все стороны. — Клаус, друг мой, я тебя явно недооценивал. Я-то думал, ты у нас утонченная натура, а ты просто скрытный пошляк! Какая спешка, а? Ха-ха-ха! — Он обернулся к девушкам. — Ну! Чего застыли? Разве не слышали? С этого момента вы – служанки принца Клауса… — Он снова плотоядно взглянул на Чайного Бессмертного. — Что бы он вам ни велел, исполняйте всё…
— Тогда… благодарю вас, императорский брат, — Чайный Бессмертный и сам толком не понимал, за что именно он должен благодарить.
— Ха-ха-ха… Да за что тут благодарить? В любом случае, отныне этим суч… — Виктор откашлялся. — Кхм… Я имею в виду, что жалованье этим служанкам теперь будешь платить ты. А услуги их, знаешь ли, недешевы – побольше, чем у тех бездельников снаружи, что рядятся в костюмы с галстуками и делают вид, будто работают, — он усмехнулся. — На мой взгляд, они все на одно лицо, хе-хе… Вот взять хотя бы этих. У одной в семье кто-то тяжело болен, у другой родственник прогорел в бизнесе, сиганул с крыши и оставил после себя гору долгов. Эти дуры просто не понимают, что деньги, которые они зарабатывают у нас, а потом отдают в больницы, банки, финансовые компании… кому бы они их ни несли, те делают полный круг и снова текут в наши карманы! Ха-ха-ха-ха, стадо тупых девок, вот почему я говорю: простолюдины совершенно не смыслят в политике.
Едва горничные скрылись за дверью, Виктор принялся бесстыдно разглагольствовать. И пусть слова его звучали оскорбительно, они были неоспоримы, ибо такова была реальность; в этом мире не существовало справедливости ни в прибылях, ни в потерях, ни в правах, ни в истине.
Чайный Бессмертный услышал, как за спиной закрылась дверь. Теперь, когда они остались наедине, он наконец нашел подходящий момент, чтобы перейти к делу.
— Императорский брат, у меня есть еще один вопрос, и он тоже касается женщины, — на самом деле дело было всего одно, но раз уж Чайного Бессмертного превратно поняли, ему оставалось лишь продолжать разговор в русле, заданном собеседником. — Речь об Элис, той самой женщине, на которой императорский брат желает жениться. Согласно моему положению в ХЛ, мне все еще следует называть ее «офицер».
Лицо Виктора изменилось, он перестал жевать.
— Что? У тебя есть новости о ней?!
Чайный Бессмертный с таинственным видом огляделся по сторонам, изображая, будто собирается выдать какую-то великую тайну. Учитывая его коварство, столь выразительная мимика была не чем иным, как маской, намеренно надетой ради Виктора. И было очевидно, что обвести этого третьего императорского брата вокруг пальца не составит труда.
— У меня есть достоверные сведения, что она и Ши Ши попали в плен к этой организации, Перевёрнутому Кресту, — сказал Чайный Бессмертный, намеренно понизив голос.
— Что?! — Потрясенно воскликнул Виктор.
Внутри ХЛ, разумеется, было несколько высокопоставленных чиновников, состоявших с Виктором в добрых отношениях. Офицер, принесший отчет, был одним из таких контактов. Однако Виктор втайне задействовал все доступные ресурсы, прибегая к различным неофициальным методам, включая подкуп нейтральных организаций и частных лиц, но так и не нашел ни следа Чанг Ин. Он никак не ожидал, что этот седьмой императорский брат явится сегодня и заявит, будто у него есть информация о ней. Да еще и «достоверная»!
— Императорскому брату не стоит удивляться. Как вы знаете, я был агентом в ХЛ больше десяти лет. Не смею хвастаться великими свершениями, но я ловил довольно крупных фигур. Было бы странно, если бы у меня не осталось связей или агентурной сети в преступном мире, так что вы можете полностью доверять моим сведениям. — …Да-да… — отозвался Виктор. — Я и забыл, императорский брат, что это твой профиль! А я-то привлек кучу бесполезных людей, которые до сих пор ни единой зацепки не нашли. Ты действительно талантлив. Скорее, говори: где Элис?
Чайный Бессмертный принял обеспокоенный вид и вздохнул.
— Согласно моим выводам, у Перевёрнутого Креста нет постоянной базы, поэтому ее местоположение крайне трудно установить.
— И что же нам тогда делать? — Лицо Виктора тут же помрачнело. — Она ведь женщина, такая красавица! Она в руках этих мятежников уже больше десяти дней…
— На этот счет императорскому брату не стоит слишком беспокоиться, — перебил его Чайный Бессмертный. — Насколько мне известно, среди крупных организаций сопротивления сейчас никто не истязает пленников, за исключением разве что Белой Молнии. Но после союза со Стальным Законом даже Белая Молния прекратила подобные выходки. Полагаю, их верхушка намерена изменить политический имидж организации, — он сделал паузу. — Напротив, наша собственная армия… впрочем, неважно, не будем об этом. Словом, в руках Перевёрнутого Креста она должна быть в относительной безопасности.
Виктор на мгновение задумался.
— Тогда… императорский брат, есть ли у тебя какие-то зацепки или план по ее спасению?
— Я пришел сегодня именно для того, чтобы обсудить это с императорским братом, — произнес Чайный Бессмертный. — Однако… это дело касается и меня лично. Кое-что из того, что я собираюсь рассказать, может мне навредить, поэтому я надеюсь, что императорский брат сохранит это в тайне.
— Что за разговоры? Императорский брат ранен, и все же готов пойти на такие трудности ради спасения Элис и даже доверить мне подобный секрет. Если бы я его выдал, разве я был бы человеком?! — Торжественно поклялся Виктор.
Чайный Бессмертный внутренне усмехнулся, сохраняя на лице серьезное выражение.
— Императорский брат, знакомо ли вам имя Тянь И?
— Разумеется. Чтобы найти Элис, я пересмотрел ту трансляцию Перевёрнутого Креста раз десять, — ответил Виктор.
— Тянь И – преступник шестого уровня опасности в нашей ХЛ. Этот шестой уровень… — Чайный Бессмертный уже собирался пуститься в объяснения.
Виктор перебил его:
— Я знаю, что означает этот ранг. И к тому же, это ведь ты его ввел, верно?
— Верно, — подтвердил Чайный Бессмертный. — Тогда императорский брат должен понимать, что вражда между Тянь И и мной длится уже не первый день.
— Неужели… — Виктор бросил на него странный взгляд. — У вас есть тайная связь?
— Это нельзя назвать связью. Точнее будет сказать, что он время от времени в одностороннем порядке присылает мне информацию, используя определенные методы, чтобы спровоцировать меня.
— Зачем ему это? — Спросил Виктор.
— Ради игры, — ответил Чайный Бессмертный. — Для него совершение преступлений или подстрекательство к ним – всего лишь игра. Ему нужны противники, чтобы было веселее, и он считает противником меня.
— По-моему, этот человек – извращенный маньяк, — вставил Виктор.
— Можно сказать и так, — не стал спорить Чайный Бессмертный; ему было лень объяснять, да он и не ждал, что тот поймет, поэтому ограничился формальным ответом и продолжил:
— Как бы то ни было, этот Тянь И два дня назад прислал мне сообщение, в котором говорилось, что Ши Ши и Чанг Ин у него в руках. — Чайный Бессмертный солгал о времени получения разведданных, чтобы его действия выглядели более логичными.
Не все в его обмане было ложью; тридцать процентов правды были необходимы, чтобы вся схема оставалась жизнеспособной. И к этому моменту он уже раскрыл большую часть этих тридцати процентов.
— Он хочет договориться? Или просто дразнит тебя? — Спросил Виктор.
— Конечно, договориться. Эти мятежники – разве им не нужны слава, богатство или власть над каким-нибудь регионом? Пока даешь им то, чего они хотят, всё можно обсудить. Тянь И не исключение; все его игры и провокации против меня – лишь способ набить себе цену, — с пренебрежением в голосе произнес Чайный Бессмертный.
Виктор, который мало что знал о Тянь И и читал лишь официальные бумаги, принял эти слова без тени сомнения.
— Тогда чего он хочет? Денег? Или земли в каком-нибудь округе? Если он может быстро освободить Элис, обо всем можно договориться. Я пойду умолять императора-отца; выход должен найтись, в конце концов, Элис всё еще Небесный Страж!
Чайный Бессмертный понимал, что этот третий императорский брат вовсе не идиот. На самом деле Виктор тоже играл роль, тоже прощупывал почву. Стоило Чайному Бессмертному выдать какой-нибудь очевидный подвох, как он сам угодил бы в западню, из которой не выбраться.
Хитрость Виктора не была глубокой, но он мастерски умел маскироваться. За фасадом излишеств, вина, женщин и вспышек гнева скрывался крайне осторожный и подозрительный человек. Если бы Чайный Бессмертный сейчас попросил его пойти к императору с каким-то чрезмерным требованием, тот бы наверняка сначала согласился. Но за кулисами он бы подлил масла в огонь, вырвал слова Чайного Бессмертного из контекста и подал бы императору прошение, обвиняя седьмого принца в сговоре с организацией сопротивления.
Возможно, Виктор действительно желал Чанг Ин, но у него была своя черта. Когда дело касалось людей или событий, угрожающих его политической жизни, он всегда оставался начеку. Другие принцы уже пытались строить против него козни, но ни один не преуспел, и со временем они усвоили урок: с этим толстяком на самом деле не так-то просто сладить.
Однако сегодня противником Виктора был, пожалуй, четвертый по уму человек на этой планете.
Чайный Бессмертный уже смеялся про себя, но лицо его оставалось беспристрастным, когда он произнес:
— Условие Тянь И таково…