Десятого марта 2102 года, когда подданные Империи включали радиоприемники и телевизоры, заходили в интернет или разворачивали свежие газеты, почти каждый замирал в оцепенении от услышанного.
Весть разлетелась из Имперской Столицы по всему земному шару. В разных префектурах сменялись часовые пояса, но положение солнца никак не влияло на ту пугающую эффективность, с которой люди узнавали новости.
Завтракающие в вагонах метро, погруженные в работу в офисах, наслаждающиеся полуденным отдыхом или возвращающиеся домой после изнурительного дня, лежащие в постели перед телевизором… Чем бы вы ни были заняты – даже если сидели в туалетной кабинке или крепко спали, – друзья или родные врывались к вам при первой же возможности, тащили к экранам и заставляли смотреть этот шокирующий репортаж.
Седьмой принц, Клаузер Виттерсток, готовился сменить своего отца и взойти на престол.
Виттшток V, судя по всему, собирался стать первым за сто лет с момента основания Империи правителем, который «уйдет на покой» еще при жизни.
Согласно неполной статистике, уровень аномальной смертности среди императоров приближается к пятидесяти процентам, особенно при таком режиме, где социальные классы почти непреодолимы, а власть окрашена в густые тона автократии. По логике вещей, передача имперской власти должна сопровождаться гибелью множества людей. И первым, по всем канонам, должен был бы пасть сам император.
Вопреки ожиданиям, император в возрасте Виттштока V принял решение отречься. И хотя это была «внутренняя передача» власти собственному сыну, среди народа поползло множество слухов.
Если взглянуть на тысячи лет человеческой истории, многие правители, становившиеся «отставными императорами», делали это не по своей воле: либо они были слишком стары, либо их принуждали сыновья, либо они бросали бразды правления из-за внутренних и внешних потрясений. Правителя, который по своей воле помог бы молодому преемнику взойти на трон и поддержал его, находясь при этом в возрасте, далеком от старческого маразма, было действительно трудно найти.
Разумеется, посторонним никогда не узнать истинной подоплеки – ни в древности с ее дефицитом информации, ни в будущем, где личную жизнь так трудно уберечь. История – вещь всегда искаженная. Одно и то же событие в учебниках разных стран или регионов может выглядеть совершенно по-разному, а одна и та же личность в описаниях двух историков порой кажется двумя разными людьми. Споры среди ученых не утихают никогда, а опираются они на записи таких же историков прошлого. Даже две разные фразы в одной книге могут стать фундаментом для диаметрально противоположных точек зрения. Более того, в этом мире процветает профессия академических фальсификаторов. Поэтому концептуальные конфликты, вероятно, будут длиться вечно, пока человечество не изобретет машину, способную преодолевать время, чтобы увидеть истину. Но и тогда наверняка найдется группа людей, которая поставит под сомнение увиденное, вопрошая: а не параллельную ли вселенную показывает машина, и единственна ли наша временная линия?
На мой взгляд, историю вполне можно считать своего рода библией всего человечества. Ее нельзя ни полностью доказать, ни окончательно опровергнуть; достаточно и того, что она учит людей рефлексии.
Правда и ложь запечатлены в книгах, добро и зло различаются сердцем… 11 марта, 3:30 утра, Имперская Столица.
В этот час большинство людей должны были видеть десятый сон. Часом ранее кто-то еще бодрствовал; часом позже кто-то уже мог проснуться, чтобы выгулять собаку. Этот час, несомненно, был самым тихим и темным мгновением.
Но в эту ночь почти никто не спал. Потому что всего через пять часов должна была начаться церемония коронации Его Королевского Высочества седьмого принца.
Весь мир будет транслировать это беспрецедентное торжество, и только в такие моменты простые смертные могут хоть краем глаза взглянуть на то, что скрывается за высокими стенами Императорского дворца.
Никто из знати и членов королевской семьи в Имперской Столице не спал спокойно; все прекрасно понимали, что после сегодняшнего дня Империю ждут радикальные перемены. Никто не знал, что принесет будущее.
Влиятельные министры, вставшие на сторону других пяти принцев, были встревожены еще сильнее, и сон не шел к ним. Они понимали: на данном этапе пытаться переметнуться к Его Королевскому Высочеству седьмому принцу, вероятно, уже слишком поздно…
Клаусу потребовалось меньше года, чтобы превратиться из агента ХЛ, никогда не занимавшегося политикой, в самую влиятельную фигуру при дворе, вершащую судьбы.
Могущественные и заносчивые партийные лидеры и аристократические семьи были разгромлены им, и даже такая сила, как семья Клэс, не стала исключением.
К слову, семья Клэс действительно сыграла незаменимую роль в успехе Клауса.
Сначала, в ноябре, упитанный молодой наследник семьи Клэс, служивший полковником в ХЛ, был необъяснимым образом убит Ши Ши. Инцидент произошел прямо в коридоре штаб-квартиры ХЛ, но после погибшему, по иронии судьбы, предъявили обвинения в личной вендетте и покушении на убийство. Семья Клэс, изрядно оклеветавшая Ши Ши за кулисами инцидента на Острове Ад, вмиг лишилась любых оснований для защиты.
Кто бы мог подумать, что тем, кто тайно подстрекал и наставлял их, был не кто иной, как агент Чайный Бессмертный, восстанавливавший силы в Имперской Столице? Эта схема была настолько коварной, что Клэсам оставалось лишь проглатывать горечь, ведь даже если бы они заговорили, им бы никто не поверил.
Впоследствии, столкнувшись с яростной контратакой семьи Клэс, Его Высочество держался непринужденно, всегда перехватывая инициативу. В конце концов он неведомо где разыскал Зельца Айна, бывшего помощника семьи Клэс, и заставил его обвинить клан в многочисленных злодеяниях. Этот человек оказался пользователем способностей, зарегистрированным в EAS, так что его личность невозможно было подделать, а показания считались абсолютно надежными. Вскоре после этого огромная семья Клэс, эти вершители судеб, презиравшие закон и справедливость, были казнены в ходе официального судебного процесса.
Не только в Имперской Столице, но и в каждом уголке мира, даже в районах, занятых организациями сопротивления, люди рукоплескали этому событию.
До этого все, включая Императора, верили, что в этой Империи нет суда, способного судить таких людей, как Клэс. Но Клаус добился этого, преподав урок влиятельным министрам при дворе: не стоит тягаться с принцем, особенно если его IQ выше 160, а сам он отнюдь не отличается добросердечием.
После этого игра Клауса с братьями становилась все более Свирепой. Своими действиями он уже подал сигнал: будь то явно или скрытно, открыто или завуалированно, законно или нелегально – он пойдет до конца. Он не просто будет играть, он победит.
Шло время, он начал брать верх, и многие видные деятели двора перешли под его крыло. Пока одна сторона приходила в упадок, другая возвышалась – Клаус был в зените славы. К началу 2102 года Его Королевскому Высочеству седьмому принцу больше не требовалось прикрываться авторитетом императора, чтобы повелевать феодалами.
Теперь время наконец созрело, и момент для прямого захвата верховной власти был близок.
Конечно, высокопоставленные чиновники Империи не все были бездарны; ничтожно малое число людей осознавало, что за всем этим стояла поддержка еще одного человека. Его молчаливое одобрение и сотрудничество стали незаменимым катализатором успеха Клауса. Этой ключевой фигурой был сам Император.