Глава 6: «Старый друг»
Ночь.
Луна была темной, ветер – порывистым, облака – густыми, а звезды – редкими.
На крыши Собора Святого Марка замер силуэт.
Его звали Тянь И.
Картина, представшая перед ним, заставила даже Тянь И испытать удивление.
Шпили, кресты и статуи на кровле храма, а также внешние стены, балконы и даже площадь Святого Марка перед входом – всё казалось залитым дождем из трупов.
Оторванные конечности, внутренние органы, кровь, кости и мозги – здесь было всё, кроме хоть одного целого тела.
Оказалось, человеческая кровь и правда может течь ручьем, а сотни растерзанных трупов, сваленных в таком прекрасном месте, выглядят именно так.
Тянь И мгновенно открыл глаза и увидел знакомый потолок.
— Опять этот сон… — зевнул он с раздраженным видом.
Свет, пробивающийся сквозь шторы, намекал на погожий денек, и такая погода делала Тянь И еще более вялым и подавленным.
Этот сон преследовал его уже десять лет, и хотя за всё это время он снился не больше десяти раз, этого было достаточно, чтобы привести такого человека, как Тянь И, в дурное расположение духа.
Десять лет назад в Венеции – кто именно убил тех полицейских?
Тянь И очень хотел знать ответ; этот убийца его искренне заинтересовал, но впоследствии он не смог напасть на след.
Даже со всеми ресурсами книжного магазина личность убийцы оставалась скрытой за завесой тумана.
Жестоко убить одного человека не так уж сложно, но жестоко расправиться с таким количеством людей – задача запредельной трудности.
Даже обладай кто-то подобными способностями, психологическая выносливость обычного человека вряд ли бы такое позволила.
Насколько же безумным должен быть убийца, чтобы достичь такого уровня?
Всякий раз, когда Тянь И думал о том, что подобный субъект существует в этом мире, ему безумно хотелось изучить его, но, к сожалению, у него не было никаких зацепок.
Он схватил с прикроватной тумбочки полупустую чашку с холодным вчерашним кофе и плеснул себе в лицо. Содрогнувшись от холода, он свалился с кровати, выпутавшись из одеяла.
Даже спал он в костюме, рубашке и брюках.
Поднявшись, он вытер кофе с лица грязным полотенцем, больше похожим на тряпку, – на этом утренний туалет был окончен.
Он вышел из тесного жилого отсека в глубине лавки, небрежно прикрыл дверь, затем привычно перешагнул через груды книг на полу, сменил табличку «Закрыто» у входа на «Открыто», включил отопление и уселся за стол.
Рабочий день начался.
Шел полдень двенадцатого декабря.
Не успел Тянь И заварить первую порцию кофе, как пришел посетитель.
— Снова ты, ублюдок, — сорвалось с губ Тянь И, стоило гостю толкнуть дверь.
Вошедший, казалось, ничуть не обиделся на грубость:
— Ты знал, что со мной тут на днях приключилась беда?
— По сравнению с той катастрофой, что постигла твой интеллект, это наверняка сущие пустяки, — отозвался Тянь И.
Человек продолжал игнорировать сарказм – то ли не понимая его, то ли не желая замечать:
— Кстати, а ты знаешь, что несмотря на все неприятности, это было скрытое благословение? Я нашел кое-что стоящее в джунглях Южной Америки…
Пока тот разглагольствовал, Тянь И, пропуская слова мимо ушей, достал из ящика листок бумаги, быстро набросал несколько слов, сложил его вдвое домиком и поставил на стол.
Сторона, обращенная к посетителю, гласила: «Оружейникам и собакам вход воспрещен».
Оружейник скользнул взглядом по бумаге:
— Эй, я просто заскочил проведать старого друга, не обязательно заходить так далеко.
Тянь И посмотрел на Оружейника с предельной серьезностью:
— Заскочил? И как же ты меня здесь нашел?
— Ну… я просто шел, шел и пришел к дверям твоей лавки, — туповато ответил тот.
— И где же с тобой приключилась та беда?
— Гм… в Южной Америке.
— Эти два слова охватывают восемь миллионов квадратных километров. Можешь быть конкретнее?
— Э-э… тогда я и сам не знаю.
— Где ты находишься сейчас?
— Ну… где-то в Азии… наверное? — На лице Оружейника отразилась крайняя неуверенность.
Тянь И произнес:
— Ты хоть знаешь, что ты на Хоккайдо?
Оружейник, очевидно, ухватился за подсказку:
— О, точно, точно, Хоккайдо, это же рядом с Исландией, тот город за Полярным кругом.
Тянь И замер с полуоткрытым ртом, не в силах отвести взгляд от физиономии Оружейника:
— Ты вообще знаешь, где север?
— Гм… — Оружейник поднял руку, помялся пару секунд и ткнул пальцем в потолок. — В той стороне?
Тянь И с грохотом уронил голову на стол.
— Я не хочу тебя больше видеть.
— Ладно, ладно, — примирительно сказал Оружейник. — Когда я мастерил твое устройство перемещения, я оставил… ну… что-то вроде системного бэкдора.
— …Так что, стоит мне сделать трекер, и я всегда смогу вычислить координаты твоей книжной лавки.
Тянь И всё еще не поднимал головы:
— И что дальше?
— Всё просто, — ответил Оружейник. — Смастерив маячок, я вычислил координаты, отметил твое местоположение на карте мира, нашел таксиста, показал ему карту, и он отвез меня в аэропорт. Там я показал карту даме за стойкой регистрации, она дала мне билет, я летел десятки часов, а выйдя из аэропорта, нашел другого таксиста…
Тянь И испустил долгий, протяжный вздох, поднял голову, выпрямился и спросил:
— Чего ты хочешь?
— Мне нужно укромное место, чтобы изучить новые материалы, которые я раздобыл в Южной Америке, — ответил Оружейник.
Тянь И, наклонив голову, окинул взглядом стоящего перед столом гостя:
— И где же добро?
— О, в кармане брюк.
— Ты реально таскаешь это с собой.
— Ну да.
— А как же багаж?
— Зачем он мне? Я сам сделал себе невидимую кредитку; при использовании она не светит реальный ID, а сумма на счету всегда стабильно сто тысяч.
— О как, — Тянь И кивнул. — Тогда почему бы тебе прямо сейчас не взять свою карту, не найти таксиста, не велеть ему отвезти тебя в аэропорт, не найти добрую леди, которая выдаст тебе билет до Исландии?
— …А по прибытии выйти из аэропорта, поспрашивать дорогу, и когда увидишь море – арендовать лодку, переправиться в Гренландию, купить у местных нарты и несколько ездовых собак, гнать их до самого Полярного круга, построить там иглу и делать там что твоей душе угодно.
Оружейник, казалось, всерьез задумался над предложением:
— А что я буду там есть?
Тянь И развел руками:
— Ох… кто знает. Древний человек разумный десятки тысяч лет назад, возможно, предпочел бы продолбить лунку во льду, наловить рыбы, приготовить её и съесть, чтобы выжить. Что же до тебя – тебе и дерьма должно хватить.
Оружейник вскинул руку, и из рукава в ладонь скользнул пистолет странной формы.
Корпус оружия выглядел так, словно был выточен из белой кости; в руке Оружейника он источал внушительную ауру.
— Хватит шуток, ты мне поможешь или нет?
Тянь И подпер подбородок ладонью, его лицо выражало полное безразличие, и он вяло произнес:
— О боже, помогите, ситуация крайне серьезная – прямо как если бы мафия прислала мне дохлую рыбу.
Дуло пистолета медленно переместилось и в конце концов замерло, нацелившись на кофейник, который как раз закипал неподалеку.
На лбу Тянь И мгновенно выступил холодный пот, а взгляд стал острым:
— Только посмей выстрелить в кофейник, и я пущу тебя на фарш для свиней.
— Ну… честно говоря, тот случай в джунглях, когда я застрял, согласно моему анализу, точно не был случайностью; это явно подстроено. Есть всего два варианта: либо Империя захотела избавиться от своего непокорного Консультанта, либо это дело рук тех ублюдков из европейского Стального Закона.
— …Ни с теми, ни с другими связываться неохота. В конце концов, я всего лишь ранга Бин; если они возьмутся за меня всерьез, мне придется вечно бегать, я не смогу долго оставаться на одном месте. Поэтому только ты сейчас можешь помочь мне залечь на дно.
Тянь И снова вздохнул:
— И как долго ты планируешь прятаться?
— Трудно сказать… наверное, пару месяцев, — ответил Оружейник. — Но как только я превращу новые материалы в пушку, я смогу подняться как минимум до ранга Цян. И тогда я смогу ходить по этой планете походкой хозяина.
Тянь И щелкнул пальцами, и между ними возникла черная закладка:
— Вторая полка справа от тебя, книга в левом нижнем углу.
Оружейник взял артефакт и ухмыльнулся:
— Хе-хе, спасибо.
Тянь И с выражением крайнего отвращения добавил:
— И маячок свой убери.
— Понял, сниму его, когда выйду, — отозвался Оружейник.
Он метнулся к стеллажу и присел на корточки, а Тянь И крикнул ему в спину, растягивая слова:
— Сукин ты сын! Лево – это с другой стороны!