— И что же это такое – ваш так называемый ионный раствор? — Фэн Сянь затушил сигару и обратился к Портному.
Теперь Портной говорил свободно и без утайки. Он прекрасно понимал: эти безумцы из «Перевёрнутого Креста» – единственная надежда на обуздание катастрофического заражения. Округ Звезда погряз в полномасштабной войне, а ситуация в Атлантик-Сити была слишком запутанной. К тому времени, как «Свободный Фронт» или Империя установят полный контроль над городом и соизволят заняться проблемой мутантов, будет уже слишком поздно.
Более того, пока по улицам рыщут легионы тварей, стабилизировать обстановку в военное время невозможно. Никто по-настоящему не владел Атлантик-Сити. Возник порочный круг: чем гуще становился хаос, тем меньше желания было у фракций в одиночку истреблять чудовищ. Каждая сторона боялась подставиться или того, что плодами их усилий воспользуются другие. Этот пат продолжался изо дня в день.
Если медлить и дальше, заражение распространится, превращаясь в межконтинентальное бедствие, и с высокой долей вероятности поставит под угрозу выживание человечества как вида.
Другие могли не осознавать всей тяжести ситуации, но Портной, будучи высокопоставленным членом «Эволюции», не мог пребывать в неведении. Узнав, что Кровавый Филин и его банда намерены покончить с заразой, он пришел к неизбежному, хоть и вынужденному решению временно сотрудничать с этой организацией сопротивления. Объективно говоря, страх смерти двигал им лишь на тридцать процентов, остальные же семьдесят составляло чувство долга перед человечеством.
— Кое-кто в нашей организации называет его «Божьим удобрением», ну или… «Напитком размножения монстров», — ответил Портной.
Левый Дао усмехнулся:
— Красивые названия. Я так и знал, что с этой дрянью что-то не так.
— Если обычный человек выпьет чистый ионный раствор, — продолжил Портной, — с огромной вероятностью наступит мгновенная смерть. Носители E-клеток тоже рискуют, используя его: выживаемость составляет около семидесяти трех процентов.
— И вы всё равно решаетесь это пить? — Наконец вставил слово Джефф.
Он впервые слышал о секретной организации «Эволюция», работающей под крылом Империи. С малых лет Джефф, будучи образцовым гражданином, впитывал пропаганду имперских СМИ, прилежно трудился, выплачивал кредиты за дом и машину. Когда жена ушла от него к аристократу на тридцать лет старше, Джефф просто списал это на полосу невезения.
Этот человек свято верил, что заражение города – дело рук «Герильи», применившей биологическое оружие. Он и представить не мог, что источник скверны находится в сверхсекретном ведомстве Империи.
События сегодняшнего дня полностью перевернули его мировоззрение. Сначала у отца проявились симптомы инфекции, затем за ним самим охотились невидимые монстры, а после он угодил в лапы к кучке беспощадных извергов. Те еще и захватили пленника, похожего на чудовище Франкенштейна, и этот нелюдь заявлял, что состоит в некой «Эволюции», вываливая одну за другой ужасающие истины. Джеффу и так стоило колоссальных усилий просто принять идею «наследования генов мертвецов», а когда он услышал, что они пьют жидкость с тридцатипроцентным шансом на мгновенную смерть, вопрос вырвался у него почти инстинктивно.
Прежде чем Портной успел ответить, влез Левый Дао:
— Глупости. Он же только что сказал: те, у кого есть E-клетки, могут не сдохнуть, даже если им голову отрубят. Что им сделает какая-то химия? В худшем случае лопнут, а организация соберет ошметки и склепает новое тело с помощью генных технологий.
— Можно сказать и так, — произнес Портной. — Именно из-за своей мощи ионный раствор берегут как самое крайнее средство.
— Хм… Проще говоря, это формула, на разработку которой угрохали столько сил, что признать её «провалом» было бы слишком прискорбно, верно? — Фыркнул Кровавый Филин, комментируя услышанное. — Бездарные посредственности всегда так поступают. Изводят все ресурсы, чтобы на выходе получить брак, но не желают признавать поражение. Вместо этого они носятся со своим мусором как с сокровищем, неся чепуху о «незначительных изъянах».
— …Похоже, ты знаком с такими людьми? — Азартный Змей уловил в его словах неприкрытое отвращение.
— О, в университетские годы под началом профессора, у которого я учился, ошивалось несколько «гениальных ученых», возомнивших себя моими наставниками. — Кровавый Филин иронично изобразил пальцами кавычки. — У нас с этими бездарями возникли кое-какие «академические» разногласия.
Фэн Сянь раскурил еще одну сигару; тяжесть на душе не отпускала. — Дай-ка угадаю… — он выдохнул дым и вздохнул. — И ты пригласил их посетить свою «частную лабораторию»?
Кровавый Филин мельком взглянул на него, и на его губах заиграла знакомая зловещая ухмылка:
— Это лучший способ разрешить научный спор.
— Почему мне вдруг стало казаться, что доктор Ши в опасности… — пробормотал Левый Дао, глядя в потолок.
— Стрейнджер другой. Этим посредственностям, как бы они ни пыжились, не сравниться и с тысячной долей мастерства демонического доктора. — Кровавый Филин, на удивление, дал старине Ши очень высокую оценку. — Если бы не скверное время и его излишняя приверженность морали, этот человек мог бы запросто стать полновластным военным диктатором. — Он повернулся к Портному. — Мы отвлеклись. Продолжай про действие раствора.
— Ионный раствор обычно используется носителями E-клеток как последний шанс в критической ситуации, — ответил Портной. — Если на задании мы сталкиваемся с очень сильным противником, то берем дозу с собой в качестве страховки. Если припрут к стенке – вводим инъекцию.
— Понимаю… — продолжил Азартный Змей. — Несколько месяцев назад в битве против Цао Шо вы тоже его использовали.
— Откуда вы знаете об той операции?! — Воскликнул Портной.
В голове у него сразу всплыла мысль, что «Перевёрнутый Крест» и «Син Тянь» ведут тайный сговор…
— У нас свои каналы получения информации, — ответ Азартного Змея был неоспорим. — Позорное выступление «Ори» закончилось полным уничтожением. Цао Шо разгромил вас всех в одиночку. Хотя он и полагался на Вино Боевого Бога, ваше исполнение было поистине жалким. Кажется, только один монстр смог обменяться с ним парой ударов…
На самом деле Азартный Змей не знал всех деталей того события. Разведданные «Перевёрнутого Креста» об этом инциденте собирались по крупицам из письменных отчетов Империи. Киборги с «Фабрики» могли транслировать данные боя даже после смерти. К тому же Портной участвовал в той вылазке и был единственным выжившим, принеся с собой много ценных сведений. Анализ Империи был весьма тщательным, что избавило «Перевёрнутый Крест» от лишних хлопот.
Портной тоже не догадывался, насколько глубоки познания Азартного Змея о том сражении. Он ответил:
— Раз вам столько известно, буду прям. Тот, кто превратился в «чудовище» во время той операции, был исследователем моего ранга. Его ионный раствор сработал неправильно, вот почему всё так обернулось.
Он указал на свои ребра и продолжил:
— Обычно в этой области, под кожей, мы крепим электронный инъектор, который можно активировать в любой момент боя.
— …Как только раствор введен, если ионы срабатывают верно, то хоть носители E-клеток и не становятся такими же сильными, как мутировавшие монстры, всё же происходит качественный скачок. Мы получаем мощный буст ко всем способностям на короткий срок. Однако есть и худший сценарий, с которым столкнулся Костяной Шип… физическая мутация как побочный эффект.
— Что? Значит, те двадцать семь процентов – это не всегда мгновенная смерть? — Спросил Левый Дао.
— Из этих двадцати семи процентов, — пояснил Портной, — двенадцать приходятся на немедленный некроз тканей, а остальные пятнадцать – это вероятность мутации. Даже мутировав, человек всё равно обречен, но перед смертью из-за неистовства ионного раствора тело трансформируется в форму, подобную тем монстрам, что сейчас в городе. Это дает почти аномальный прирост силы.
Его взгляд затуманился, словно он заново проживал события того дня. Портной невольно подумал: «Хм… Если вспомнить, разве Цао Шо, лидер „Син Тянь“, не был еще страшнее любого монстра?»
— Ясно, — задумчиво произнес Азартный Змей. — Мутанты в городе – это обычные люди, зараженные источником загрязнения. Если бы это были пользователи способностей или киборги, можно представить, насколько сильнее они стали бы под прямым воздействием раствора.
Портной кивнул в знак согласия:
— Однако мутанты в городе не просто подохли сами по себе, они живут уже несколько дней… Я уже говорил, что ионный раствор смертелен для обычного человека, шанс мутации почти нулевой. Тело простого смертного не выдержит эту субстанцию.
— …Так что ключ кроется в ионном растворе в теле Эдмунда Ли и в том, как он с ним слился. Так родилось поистине ужасающее существо… В институте были сотни людей, но спаслись немногие. Считая «Герилью», этот монстр сожрал по меньшей мере две сотни живых душ, и возможно, среди них были обладатели способностей.
— …Его размеры уже колоссальны. Он может вытянуться в высоту как небоскреб или заполнить собой целую ветку метро… Это кусок плоти, а не человек. Он не умеет мыслить и не обладает человеческим разумом. У него лишь биологические инстинкты. И всё же, вступив в реакцию с ионным раствором, он начал выделять загрязняющие вещества, способные заражать обычных людей через систему водоснабжения. Его поведение почти походит на…
— Размножение, — вставил Кровавый Филин. — Оно поглотило столько людей, что теперь обладает их генами. Согласно твоей теории «черепашьего панциря», если ему нужно, оно может выделять источник инфекции, который не убивает людей сразу, а превращает их в таких же монстров, расширяя популяцию.
— Многое из того, чего люди никогда не добьются в лабораториях, в природе дается так же легко, как дыхание, — отозвался Портной. — То, что эта тварь сделает дальше, во что она превратится – теоретически не имеет границ. Возможно, через месяцы, недели или даже дни у неё разовьется интеллект, и она станет разумным существом с иным типом мышления.
— …Физиологически оно способно адаптироваться к любой среде, а его репродуктивная способность… Хех… Я даже не знаю, подходит ли здесь слово «размножение». Для него сама Земля может стать объектом того же масштаба, а все остальные организмы – лишь низшим уровнем. Заражение других видов для него – как для нас выделение желудочного сока после еды; это даже нельзя назвать «репродуктивной деятельностью».
— …Скоро все виды на планете будут им инфицированы. Пока это только люди, но я думаю, это лишь вопрос времени, когда оно начнет выделять загрязнители, поражающие все организмы, вплоть до растений.
— …Его тело может стать настолько массивным, что покроет всю планету. Оно запустит свои щупальца глубоко под землю, и в ходе непрерывной эволюции его конечности станут термостойкими – достаточно прочными, чтобы перемешивать магму. К тому времени остальные существа на планете будут в его глазах как пылевые клещи – невидимые и ничтожные пустяки.
— Дай-ка угадаю: если оно продолжит развиваться, то получит способность выживать в космосе, работать и двигаться в невесомости, так ведь? — Спросил Левый Дао.
— Короче говоря, перед нами существо, обладающее потенциалом эволюционировать до уровня «Бога», — на холодном лице Азартного Змея промелькнуло подобие улыбки. — Странно, но мне вдруг показалось, что останавливать его – ошибка. С биологической точки зрения рождение чего-то вроде мутировавших клеток Эдмунда Ли – куда более великое событие, чем появление человеческого вида.
Джефф, стоявший рядом, нервно округлил глаза, глядя на лица этих безумцев: кто-то был спокоен, кто-то расслаблен, кто-то улыбался или беспечно дымил сигарой. В глазах этой компании не хватало лишь одного – чувства надвигающейся катастрофы.
— О чем вы вообще говорите?! Человечество может быть уничтожено! — Громко воскликнул Джефф, словно пытаясь напомнить этим людям: «Эй, вы тоже люди!»
— Действительно, этот господин озвучил точку зрения, которой нам и надлежит придерживаться. Хотя я считаю, что Азартный Змей абсолютно прав. С моей объективной, нечеловеческой позиции, этот монстр явно более достоин и способен к выживанию, чем человечество, — прокомментировал Кровавый Филин. — Но он должен быть истреблен.
Он хищно оскалился:
— Потому что мы, люди, именно такие… высокомерные и эгоистичные. Не знаю, есть ли в этой вселенной другие разумные существа, но даже если это сам «Бог», раз он угрожает выживанию людей, мы его уничтожим.
(Продолжение следует).