В это же самое время в Эдеме мир перед глазами Тянь И уже превратился в выжженную пустыню.
Тяжёлые тучи затянули Небо, а под ногами не осталось ни единой травинки.
Вдалеке высилось некогда величественное древнее дерево, но теперь оно больше не походило на растение – лишь обугленный, иссохший остов. Даже от телепортационной платформы было отчётливо видно: Древо жизни уничтожено. Весь Эдем утратил жизненную силу, превратившись в край, пропитанный дыханием смерти.
— Обезумевшее создание… — Херувим стоял в сотне метров перед Тянь И. Он пробормотал это едва слышно, не в силах поверить в представшую перед ним реальность.
— Вот поэтому я и называл тебя глупцом, — Тянь И подошёл ближе. — Я знал, что Бамонде поступит именно так, как только он ступит сюда. — Он цинично усмехнулся. — Ты ждал тысячи лет и так и не прикоснулся к мощи Древа жизни. Но вовсе не потому, что тебе не нужна была эта сила; ты просто боялся, что если единолично присвоишь наследие Первого Царства, сородичи изменят своё мнение о тебе. Чтобы сохранить лидерство, ты примерил маску хранителя, закрыв доступ в Эдем для всех, включая себя, – выставлял всё так, будто ты невероятно благороден и справедлив.
На самом деле твоя мощь и так превосходила их, а Сарафер, представлявший для тебя угрозу, был изгнан. Следовательно, никто не мог проверить состояние Древа жизни, что фактически укрепляло твою власть. Ты поддерживал свой имидж, а по сути – сделал Древо жизни своей собственностью, до которой всегда мог дотянуться.
Думаю… ты намеревался дождаться момента возвращения на Землю, чтобы присвоить плоды Древа жизни. Ведь по твоему плану Земля к тому времени должна была превратиться в ад, полный хаоса и резни. Когда тот мир распахнул бы перед тобой двери, твой великий замысел был бы практически завершён. Даже если бы сородичи покинули тебя или ополчились против, ты бы смирился. Потому что тогда, обладая силой Древа жизни, ты стал бы величайшим верховным богом на этой планете. И пусть тебе не удалось бы возродить Второе Царство, ты мог бы стать господином человечества и основать под своим началом Пятое Царство.
Тянь И обошёл Херувима, заглядывая ему в лицо. — Ха-ха… как нелепо. Вот она, разница в мышлении между существами, способными жить тысячелетиями, и людьми. — Он рассмеялся. — Бамонде не станет проявлять такое терпение. Человек просто берет то, что лежит перед ним, не задумываясь. А то, что не может забрать или присвоить, он сжигает дотла. Неужели ты ничему не научился, наблюдая за войнами Пятого Царства столько лет?
Херувим пришёл в ярость, его детское лицо исказилось. Три других лика на затылке исчезли, а голова начала меняться, скручиваться, окутанная слоем зыбкого света и теней. В конце концов, в центре того, что было головой, остался лишь один огромный круглый глаз.
Голос всё так же доносился из груди Херувима:
— Я ещё не проиграл! Тянь И, если я убью тебя сейчас, ты будешь изгнан из этого пространства. А Чезаре Бамонде перебьёт всех твоих спутников, вернётся на Землю и станет её королём! Рано или поздно он погрузит мир в хаос, а я смогу подождать ещё несколько тысячелетий! А ты… даже если снова найдёшь способ попасть в Висячий сад, ты никогда не вернёшься в это пространство Эдема. Я… всё ещё непобедим!
— Это всё не проблема, — отрезал Тянь И. — Я прикончу тебя своими руками прямо сейчас, а Кровавый Филин убьёт Бамонде. Победа уже у меня в кармане.
— Чушь! — За спиной Херувима вновь возникло огромное золотое колесо. На этот раз оружие было в несколько раз больше, чем когда Херувим держал его в руках. — У меня всё ещё есть шанс; я не умру! У меня полно терпения и времени, я могу начать сначала! Тянь И, пусть твоя кровь станет свидетелем рождения новой эры!
В этот момент в Висячем саду Бамонде хладнокровно сдерживал натиск Кровавого Филина.
Поначалу казалось, что битва между ними будет сокрушительной, заставляющей содрогаться сами небеса. Но на деле всё обернулось односторонним избиением.
Кровавый Филин выкладывался на полную. Чёрная энергия окутала его тело, принимая облик демона Асуры. Его скорость, мощь и плотность энергии выходили далеко за пределы человеческого воображения.
Но Бамонде парировал его атаки, почти не двигаясь с места: он отталкивал, отклонял, уклонялся и блокировал удары с пугающей лёгкостью.
— Разве может человек убить бога? — Бамонде продолжал говорить совершенно спокойно. — Не знаю, почему в Свитках Мёртвого моря закралось ложное пророчество, но часть о Богоубийце явно абсурдна.
Тот текст появился много лет назад. Хотя Дино прожил долгую жизнь, это пророчество даже старше него. Его оставил учитель Дино, предыдущий наставник Монастыря Исаии. В то время ни ты, ни я ещё даже не родились.
Теперь очевидно… этот так называемый «Богоубийца, сокрушающий Стальной Закон», – лишь бессмысленный рисунок, ошибка гадания, а ты просто случайно оказался похож на человека с того изображения.
— У тебя что, от избытка энергии мозги спеклись? — С презрением огрызнулся Кровавый Филин. Его кулаки и ноги не замирали ни на секунду, фигура превратилась в наслоение остаточных образов, непрерывно кружащих вокруг Бамонде. Даже другие члены Перевёрнутого Креста не могли чётко разобрать его движений.
Бамонде холодно фыркнул:
— Я не просто обладатель Божественного уровня. — Он сделал паузу. — Я также обрёл силу из-за «двери»… У тебя нет моего видения, и ты не вкусил плод древа жизни. Разумеется, тебе не понять, насколько это на самом деле важно. — Он ещё несколько раз заблокировал выпады Кровавого Филина. — Если привести пример… даже будь я всего лишь Сильного уровня, покрытый ранами и лишившийся рассудка, всего одного… нет, одного укуса было бы достаточно. Лишь раз вкусив этот плод, я бы вознёсся до класса Свирепый, мои раны бы затянулись, а дух наполнился неисчерпаемой бодростью. — Он откинул голову назад, словно смакуя воспоминание. — Это чистая жизненная энергия, самая «изначальная» мощь. Для любой формы жизни обретение этого плода подобно прямому получению божественной милости. — Он опустил голову и внезапно нанёс удар, на лету перехватив кулак Кровавого Филина и заставив того замереть. — К сожалению, я не могу разделить это с другими. Я поглотил все плоды, все сто семьдесят три штуки, и все они превратились в мою жизненную энергию. Затем я уничтожил Древо жизни. Отныне я бессмертен, всемогущ и непобедим. Я больше не грязное создание вроде человека.
Кровавый Филин никогда не терял самообладания. Почувствовав, что не может высвободить руку, он резким рывком вывернул запястье до хруста костей и по инерции отпрянул назад. Почти сразу после освобождения он вновь перешёл в режим сверхскоростного перемещения, а через пару секунд его повреждённая рука уже была полностью восстановлена.
— Теперь я вижу суть многих вещей, — произнёс Бамонде. — Например, твою способность, Кровавый Филин. Должен признать, ты талантлив. Твоя ментальная выносливость вызывает у меня уважение. Твой дар, мудрость и… боевое чутье – всё на высшем уровне. Если ты согласишься стать моим подчиненным, я готов забыть о прошлом, простить твои дерзкие выходки и наделить тебя огромной властью в моей новой династии.
Прежде чем он закончил, огромный чёрный кулак из чистой энергии обрушился на Бамонде со спины.
— Хм… значит, ответ «нет»… — Бамонде мгновенно развернулся и нанёс встречный удар. Этот выпад был в точности таким же, как тот, что пустил ко дну авианосец класса «Юаньчэнь». Но в этот раз время подготовки и скорость удара были в десять раз выше… Это тоже был кулак из энергии, однако «Сила» Бамонде была прозрачной. Два энергетических разряда столкнулись, породив круговую ударную волну, которая разошлась от центра города подобно тайфуну, сметая остатки руин. Хотя находившиеся поблизости члены Перевёрнутого Креста считались экспертами, они едва удержались на ногах. Не будь они морально готовы, их бы наверняка сбило с ног на месте.
В этот момент Оружейник уже распластался на земле. Он сжимал Костяной Пистолет обеими руками. Несмотря на бушующую вокруг стихию, его руки оставались неподвижны, он даже не моргнул. Он готовил решающий выстрел – четвёртый режим Костяного Пистолета, Изначальный Режим.
Как и следует из названия, это форма, наиболее близкая к первоначальному облику оружия. Режимы «Связь», «Взрыв» и «Дезинтеграция» были лишь новыми функциями, появившимися после модернизации, в то время как Изначальный Режим наследовал главную черту Костяного Пистолета: способность становиться мощнее против сильного врага, а также его проникающую и разрушительную силу. Метод уничтожения, пробивший внешнюю стену руин клана Темной Воды в прошлом, был основой концепции этого оружия. После усиления Оружейник ещё ни разу не использовал этот режим. Теоретически ни один материал, ни одно силовое поле, ни один человек… не могли выстоять против этого выстрела. Чем крепче защита, тем поразительнее становилась мощь пули Костяного Пистолета. Стоило цели оказаться в зоне поражения, и Изначальный Режим было уже не остановить.
Отголоски удара еще не успели окончательно затихнуть, когда Оружейник спустил курок. Выстрел был беззвучным, а траектория полета – слишком стремительной для человеческого глаза. Все, включая Кровавого Филина, осознали сам факт существования пули лишь в тот миг, когда она врезалась в ладонь Бамонде.
— Снова пытаешься использовать свои странные трюки для внезапной атаки? — Проговорив это, Бамонде, тем не менее, не посмел проявлять излишнюю самоуверенность и выставил руку для блока. Он «видел» уникальность этого снаряда. Для обладателей способностей Пятого Царства технологии вечного ядра были сродни силам из другого измерения; они могли порождать невероятные эффекты, а значит, их нельзя было недооценивать.
— О? Надо же… — Бамонде заметил, что даже после того, как энергия преградила ей путь, пуля продолжала непрерывно высвобождать кинетическую мощь, что его несказанно удивило. Согласно его расчетам, если бы сила пули уступала его собственной энергии, она должна была застрять и потерять инерцию. Он мог бы даже скопировать или перехватить контроль над энергией снаряда. Но в данный момент атака, казалось, только начиналась.
— Что происходит… — выражение лица Бамонде начало меняться. Он почувствовал, как пуля, подобно сорвавшемуся с привязи дикому коню, внезапно высвободила колоссальную мощь. Эта разрушительная сила росла в геометрической прогрессии, буквально разрывая его энергетическую защиту, и напор продолжал усиливаться.
Пуля вонзилась в ладонь Бамонде и рванулась выше по правой руке. Его плоть и кровь мгновенно исчезли. Бамонде с ужасом наблюдал, как испаряется его конечность. В эту ослепительную вспышку он почти инстинктивно резко дернул телом влево.
Пронзив плечо Бамонде, пуля Костяного Пистолета миновала торс, ушла в пустоту и там детонировала. Бамонде уже собирался покинуть зону поражения, когда заметил слой черного энергетического барьера, окутавший всё вокруг. Это, без сомнения, была работа Кровавого Филина.
Внутри идеально сферического щита фигура Бамонде была поглощена белым светом от взрыва снаряда Костяного Пистолета. Энергия Кровавого Филина продержалась всего несколько секунд, прежде чем перестала сдерживать расширяющееся пламя. Энергетический слой, точно скорлупа яйца, трескающаяся изнутри, разлетелся вдребезги под весом чудовищного удара.
По меньшей мере три секунды Бамонде купался в потоках разрушительной энергии. И когда щит Кровавого Филина был пробит, Бамонде оказался в самом эпицентре взрыва.
Ударная волна, порожденная этой атакой, напоминала уже не тайфун, а цунами. Земля во всем городе была буквально перепахана. Тем не менее, члены «Перевёрнутого Креста» устояли на ногах. Лишь Оружейника отбросило, и он покатился кубарем. Быстрее всех среагировал доктор Ши; сохранив остатки сил, он вовремя схватил Оружейника за щиколотку, не дав ему улететь дальше… Спустя добрых десять секунд афтершоки наконец утихли.
Оружейник лежал на земле, раскинув руки. Обе его ладони были обожжены, почти обуглены, в воздухе разлился тяжелый запах горелой плоти. Левая рука разжалась, но правая всё еще сжимала рукоять. И дело было не в его желании – просто если бы он попытался отпустить пистолет до того, как тот остынет, он содрал бы с себя кожу вместе с мясом.
— В этот раз я тебя достал! Ха-ха-ха-ха! — Оружейник разразился неистовым хохотом.
Но тут издалека донесся крик Кровавого Филина:
— Берегись!
Сердце Оружейника сжалось. Любой другой на его месте инстинктивно приподнялся бы, чтобы посмотреть, что случилось. Но Оружейник предпочел откатиться в сторону, прежде всего покидая опасную точку.
Реакция была верной, но недостаточно быстрой. Предупреждение Кровавого Филина пришло вовремя, однако винить стоило лишь скорость звука, оказавшуюся слишком медленной.
Невидимый гигантский кулак пронесся по земле, оставляя за собой глубокую траншею. Его скорость была неумолимой, он метил прямиком туда, где лежал Оружейник. Уклониться от такой атаки было невозможно. Прямое попадание означало для него верную смерть.
В мгновение ока на пути удара возник Фэн Сянь. Перед ним внезапно вспыхнуло алое пламя, выросшее в стену огня. Мощное силовое поле встретило атаку Бамонде.
В итоге энергия Фэн Сяня рассыпалась снопом искр, и ему пришлось принять основной удар на собственное тело.
— Я думал, смогу это заблокировать… Хе-хе… Ошибочка вышла, — бледный Фэн Сянь горько усмехнулся. В горле разлилась сладость, и изо рта хлынула густая кровь.
Несмотря на это, он расправил плечи, замирая в гордой позе и заслоняя собой Оружейника. Дрожащей правой рукой он выудил из кармана сигару, сунул ее в рот и щелчком пальцев высек искру.
— Фу-ух… — Фэн Сянь выпустил струю дыма, а затем обернулся к Оружейнику. — Похоже, тебе придется выстрелить в него еще раз… Кха… Не переживай, пока ты готовишься, мы примем на себя столько атак, сколько потребуется. — С этими словами он сплюнул кровь, словно обычную мокроту.
Оружейник понимал, что второй выстрел дастся нелегко. В промежутке, пока Костяной Пистолет перезаряжается для следующей атаки в Изначальном Режиме, Бамонде наверняка сосредоточит весь свой гнев на нем.
— Хотя вы постоянно испытываете терпение бога, будьте уверены – я не поддамся на ваши провокации. — Из оседающей пыли и энергетического марева вышел Бамонде. Его правая рука теперь целиком состояла из чистого света. — Подобный урон – сущая ерунда. По правде говоря, я и так планировал заменить это человеческое тело формой, состоящей из жизненной энергии. — Он посмотрел на Оружейника. — Как бы то ни было, ты должен понимать: я не оставлю тебя в живых и не дам шанса на второй выстрел. — С этими словами он двинулся вперед, намереваясь стереть Оружейника и Фэн Сяня в порошок.
В этот самый миг перед глазами Бамонде предстало крайне причудливое зрелище. Весь мир снова стал черно-белым. Члены «Перевёрнутого Креста» исчезли, а на пустыре перед ним появился человек, выглядящий точь-в-точь как он сам.
Тот «Бамонде» казался до крайности изможденным и сидел на земле. Из его глазниц выползали мириады копошащихся насекомых, кожа начала гнить, а изо рта текла вязкая жижа, перемешанная с ошметками внутренних органов.
— Демонический доктор, использовать иллюзии против бога – бесполезно! — Взревел Бамонде, и наваждение тут же рассеялось.
Разум Стрейнджера содрогнулся от отдачи, и он мучительно обхватил голову рукой. Резкое головокружение заставило его невольно опуститься на одно колено.
— Теперь ваша очередь? — Произнес Бамонде, протягивая правую руку, воссозданную из света. Перед ним никого не было, но, когда он сделал выпад, его пальцы с поразительной точностью сомкнулись на горле Лунного Демона. — Даже под прикрытием Стрейнджера приближаться ко мне – затея крайне опасная. — Говоря это, он выставил левую руку, едва заблокировав удар Кровавого Филина, напавшего с фланга. — Пытаетесь задержать меня, чтобы у того мальчишки появилось время для выстрела? Хе-хе-хе… Ха-ха-ха-ха… — Бамонде громко расхохотался. Через несколько секунд его смех резко оборвался. — И не мечтайте!
Он сжал пальцы, и шея Лунного Демона хрустнула. Ее голова безжизненно поникла, а глаза потухли.
Бамонде небрежно отшвырнул ее в сторону. Всё это время он отбивался от атак Кровавого Филина исключительно левой рукой. — Кровавый Филин, пожалуй, твоё убийство может потребовать определенных усилий; твоя скорость и регенерация сами по себе довольно хлопотны… Но прикончить этих людишек у тебя на глазах – задача не из трудных. — С этими словами он взмахнул рукой, и область радиусом в пятьдесят метров по левую сторону от него была стерта в пыль невидимой колоссальной силой. Кровавого Филина отбросило прочь.
— Кто следующий… — Бамонде повернул голову. В поле его зрения попала знакомая фигура.
Несмотря на то что Ванесса была не в форме «Стального Закона», Чезаре Бамонде узнал свою дочь – тем более теперь, став обладателем способностей Божественного уровня, он мог различать чужие личности по их энергетическому следу.
— Стой… — тяжело дыша, проговорила Ванесса. Она подбежала и встала между Бамонде и выжившими членами «Перевёрнутого Креста». — Отец… прошу, остановись… они… — Будучи обладателем Сильного уровня, чья мощь не была выдающейся, она истощила почти весь свой резерв, чтобы добраться до центра города, и каждое слово давалось ей с трудом. — Тебе не обязательно их убивать… Мы можем…
— Беги! — Раздался крик еще одного человека. Это был Консультант. Его физическое истощение казалось еще более серьезным, чем у Ванессы; он появился из руин, буквально ползя и спотыкаясь. — Уходи оттуда скорее! — Хрипло вопил он, бежа к ним как безумный. (Продолжение следует…)