Глава вторая: «Прибытие.»
10 июля, после полудня, Европа, округ Гуаньчжи.
Аэропорт Да Винчи находился под усиленной охраной: сотни рыцарей Стального Закона стояли в полной боевой готовности с заряженным боевыми патронами оружием. Командовали ими десять могущественных капитанов рыцарей и один флаг-офицер.
Это был приём по высшему разряду боевой готовности, предназначенный для членов Перевёрнутого Креста.
Они должны были прибыть ещё три дня назад, но, к общему удивлению, прилёт раз за разом откладывался.
Только во время вчерашнего последнего сеанса связи Консультант заявил, что их самолёт приземлится здесь сегодня в полдень.
Однако сейчас было уже полвторого дня, а в небе не было видно даже птицы, и радары Стального Закона в разных точках региона не фиксировали ни одного неопознанного судна.
Как раз в тот момент, когда флаг-офицер Суэйд собрался было доложить, что другая сторона снова их «прокатила», кто-то заметил в небе невооружённым глазом странную тёмную тень.
Старинный биплан медленно приближался со стороны небосвода. Когда он подошёл к взлётно-посадочной полосе, люди заметили, что у самолёта снизу нет колёс.
Вместо них по обе стороны фюзеляжа были установлены длинные и широкие лыжи, отчего ферменная конструкция самолёта напоминала бобслейные сани.
Было очевидно, что благополучно приземлиться лишь за счёт трения этих двух досок невозможно; самолёт, скорее всего, развалится на части в первые пять секунд после касания земли.
Люди в самолёте, разумеется, это понимали, поэтому приземляться и не собирались.
Пролетая над аэропортом, они просто решили прыгнуть с парашютами.
Три фигуры спрыгнули с борта, а затем чудесным образом взорвали брошенный позади самолёт – это значило, что они заранее установили взрывчатку на собственном транспорте…
Как говорится, настоящие мужчины не смотрят на взрывы. Эти трое тоже не смотрели, поскольку взрыв произошёл над ними и был полностью скрыт куполами парашютов.
Парашюты спускались медленно, давая ожидавшим внизу достаточно времени, чтобы окружить троицу.
Консультанта, Оружейника и Тёмную Воду задержали как преступников, но наручники надевать не стали.
Вместо этого на их головы с близкого расстояния были нацелены многочисленные стволы.
Троих «пригласили» в три разные машины и отвезли в штаб-квартиру Стального Закона.
По прибытии их вместе отвели в специальную комнату для приёмов – комнату допросов, все четыре стены которой были выполнены из сетевого сплава.
Изначально это было здание имперского правительства, так что наличие подобного помещения не было чем-то необычным.
После того как их заперли внутри, в соседнюю комнату вошли Надзиратель Святой земли Агостино Лодовико, похожий на Санта-Клауса, и его секретарь, господин Дашелл, ярый поклонник мексиканской культуры.
Они открыли секцию стены, за которой скрывалась бронированная стеклянная панель – пуленепробиваемая, взрывозащищённая, радиационно-стойкая и защищённая вообще от всего на свете.
Через этот барьер они, наконец, поприветствовали своих партнёров по «сотрудничеству».
— Господин Консультант, — произнёс Лодовико, внимательно изучая троих мужчин по ту сторону стекла.
Тот, что стоял слева, был Консультантом.
Лодовико видел видеозаписи с ним и несколько раз разговаривал лично. Вживую он выглядел очень молодо, максимум на двадцать с небольшим лет, обладал утончённой внешностью и бледной кожей.
Сейчас его рубашка и брюки, а также лицо и волосы были совершенно грязными, как будто он валялся в куче земли.
Молодой человек в центре был на несколько лет старше Консультанта; вид у него был крайне недовольный, и он уже сидел на полу, скрестив ноги.
Лодовико знал и этого человека – Оружейника, который когда-то служил имперским консультантом по вооружению.
Несколько лет назад у него произошёл конфликт со Стальным Законом из-за проекта «Синий Дар».
Изначально это была обычная имперская операция по зачистке, но из-за того, что Оружейник решил испытать в деле своё новое изобретение, «Черничную бомбу», Стальной Закон понёс тяжёлые потери, и всю вину возложили на него.
Мужчина справа был самым старшим, лет тридцати на вид, но он начал преждевременно лысеть и носил неухоженную бороду.
Он молча смотрел на стекло и, как и двое других, выглядел совершенно неопрятно.
Этого человека Лодовико не узнавал…
Консультант ответил:
— Чем могу быть полезен?
— У меня есть несколько вопросов, на которые мне нужны ответы, — сказал Лодовико.
— Можем мы поговорить в другой обстановке? — Отозвался Консультант. — Например, как и договаривались по телефону: сначала плотный обед, затем каждому по роскошному люксу, горячий душ, и только потом мы найдём приличное место, чтобы присесть и побеседовать с вами.
— Господин Консультант, вы понимаете своё нынешнее положение? — Вмешался Дашелл.
Консультант произнёс:
— Пятьдесят процентов нашего нынешнего затруднительного положения вызвано вашей односторонней враждебностью и нарушением доверия, а остальные пятьдесят – вашим невежеством.
Лодовико спросил:
— В таком случае я хотел бы поинтересоваться: как вы можете быть столь уверены, что вмешательство вас троих, чужаков, приведёт к какому-то прорыву в раскопках, который наша сторона не смогла совершить?
Консультант подошёл к стеклу, театрально закатив глаза, словно и впрямь над чем-то раздумывая:
— Дайте-ка подумать… Во-первых, мне пришлось бы изрядно занизить свой IQ, а затем разделить его надвое, просто чтобы начать мыслить на одном уровне с вами. И всё же вы немедленно поставили меня и вашу группу на одну ступень, пытаясь предугадать результаты, которых мы добьёмся, делая то же самое, и даже задали мне этот вопрос риторическим тоном.
— …Во-вторых, — продолжил он, — если вам непременно нужны причины, я могу сказать, что Оружейник успешно исследовал и выбрался из определённых руин, которые даже опаснее тех, что вы изучаете сейчас. Что касается господина Джона Десото – он прославленный исследователь. Вы можете найти его имя в открытых сетях, и даже обнаружить несколько опубликованных им книг. Наконец, я тоже хочу спросить: как вы можете быть так уверены, что работу, которую не способны завершить такие кретины, как вы, не сможет выполнить кто-то другой?
— Красноречиво, молодой человек, — сказал Лодовико, не поддаваясь гневу, а затем продолжил:
— Но даже если ваша компетентность не вызывает сомнений, как быть с вашей позицией? Перевёрнутый Крест внедрился в систему «Апостол», нанеся серьёзный удар по интересам нашей организации в Азии и причинив неожиданные убытки. Более того… вы каким-то образом пронюхали об этих раскопках. И теперь вы сами вызываетесь вмешаться и помочь нам; разве это не подозрительно?
— Ха! — Консультант усмехнулся. — Весьма подозрительно. Тогда я хотел бы спросить: при вашей глубокой мудрости, какой наихудший сценарий вы можете себе представить?
Прежде чем Лодовико успел ответить, Консультант сам продолжил:
— Саботаж внутри вашей организации? Убийство важных персон? Разграбление ресурсов руин? В сущности, всё сводится к этим трём пунктам. Относительно того, почему мы хотим вам помочь, я уже заявлял в нашем предыдущем разговоре – без комментариев. Даже сейчас право отвечать или нет остаётся за нами, потому что, объективно говоря, вы нуждаетесь в нашей помощи. Если вы хотите заполучить то, что скрыто в руинах, вам придётся позволить нам участвовать в раскопках; всё просто.
— …Вы, конечно, можете предполагать, что мы хотим подорвать вас изнутри, убить кого-то важного или разграбить ресурсы, — добавил он. — Но даже при этом Стальный Закон нуждается в нас. Следовательно, вы можете следить за каждым нашим шагом, в любое время, в любом месте и не таясь, но при этом вы обязаны обращаться с нами тремя как с королями, пока ваша цель не будет достигнута. После этого можете становиться врагами. Тогда вы сможете допрашивать или угрожать нам так же, как делаете это сейчас, но делать это теперь бессмысленно – вы лишь впустую тратите и наше, и своё время. Вам понятен мой анализ?
Лодовико долго размышлял.
Действительно, другая сторона обладала практической ценностью, и они уже прямо заявили о своих намерениях. Какой смысл был их удерживать?
Каждый из этой троицы был полезен, и невозможно было задержать одного, чтобы угрожать двоим другим. Первоочередной задачей были раскопки руин, а не допрос об их намерениях. Даже если их допрашивать, это было бессмысленно; три возможных сценария уже были признаны самой стороной, так о чём ещё спрашивать?
— Дашелл.
— Я здесь.
— Приготовься принять наших троих гостей, — распорядился Лодовико, затем повернулся к Консультанту:
— Молодой человек, вы очень высокомерны, и, возможно, у вас есть для этого основания, но вам не следует использовать столь оскорбительный тон в общении со старшими.
Консультант, однако, парировал:
— Уважение заслуживается трудом, а не наследуется, не покупается за деньги и не приобретается за счёт кичливости своим возрастом.
Его взгляд был исполнен ещё большего пренебрежения и презрения, чем раньше:
— Если вы ещё раз заговорите со мной таким снисходительным тоном, это действительно будет позором лишь для вас самих.
Лодовико был изрядно раздражён, но всё же не взорвался. Он издал холодный смешок и вышел, не проронив больше ни слова.
Когда остальные ушли, Оружейник взглянул на Консультанта и сказал:
— Почему ты просто не дал ему высказаться? Он и так сделал всё, что ты просил, и просто пытался сохранить лицо. А если бы ты разозлил его до такой степени, что он наплевал бы на раскопки и действительно бросил нас в пыточную? Что тогда?
— Агрессивное поведение – это способ прощупать возможности и границы дозволенного другого человека, — небрежно ответил Консультант. — К тому же, раз уж нам всё равно не суждено построить доверительные отношения, нет нужды соблюдать приличия.
Оружейник произнёс:
— Если дело дойдёт до тупика, боюсь, нас обоих, за исключением Тёмной Воды, могут схватить или даже убить.
— Не стоит беспокоиться о таких вещах, — сказал Консультант. — Не забывай, мы выступаем под знаменем Перевёрнутого Креста. Осмелюсь утверждать, что в этом мире нет ни одной организации сопротивления, которая посмела бы вступить с нами в прямой бой или активно наживать в нашем лице врага. Они нас не понимают, но при этом не могут игнорировать или недооценивать. Другие организации, включая Империю, относятся к Перевёрнутому Кресту так же, как ты сейчас беспокоишься о нашем положении; они тоже не знают, каковы будут последствия, если они действительно нас разозлят. Это может не значить ничего серьёзного, а может обернуться катастрофой.
— Неизвестная мощь, неизвестные цели, неизвестный состав… Единственное, что было явлено миру – это тот случай с побегом из тюрьмы и слухи об убийстве Небесного Стража, — продолжил Оружейник. — Действительно, быть могущественным и непредсказуемым – самый эффективный способ сдерживания, не так ли?
Консультант ответил:
— Верно подмечено. Поэтому, что бы мы ни делали, пока это не является саморазрушением, наши жизни, по крайней мере, в безопасности. Люди Стального Закона тоже будут гадать, что может предпринять Перевёрнутый Крест, если они убьют нас.
— Может, никакой реакции не последует, а может, они выпустят биологическое оружие или что-то в этом роде… Хе-хе, поставь я себя на их место, я бы тоже не знал, как вести себя с людьми из Перевёрнутого Креста, — сказал Оружейник. — Это действительно организация, которая идеально подходит тебе, агностику.
Они проболтали минут пять, прежде чем кто-то открыл дверь камеры. Бесстрастный рыцарь бросил им:
— Пожалуйста, следуйте за мной, все трое.