Зрелище было поистине сокрушительным, но Консультант не выдержал и расхохотался.
В сложившейся ситуации он оказался в наибольшей безопасности: с тех пор как Кровавый Филин развернул свое оружие, ни у кого из присутствующих не осталось к Консультанту прямых претензий.
В мгновение ока Бумажный Рыцарь сократил дистанцию до десяти метров. Слой за слоем перед ним, подобно призраку, вырастала бумага, с тигриным рыком устремляясь к Кровавому Филину.
Кровавый Филин лишь усмехнулся. Сложив ладонь лодочкой, словно клинок, он небрежно взмахнул рукой снизу вверх.
Бумажный Рыцарь ничего не увидел – он лишь почувствовал, как его тело против воли отбросило в сторону с прежней траектории.
Секунду спустя то место, где он только что находился – а точнее, вся прямая улица перед Кровавым Филином, – оказалось рассечено надвое.
Земля разверзлась двухметровой трещиной, протянувшейся вперед почти на километр.
Только тогда Бумажный Рыцарь осознал: это была дистанционная помощь Чайного Бессмертного. Его способность сработала с запозданием, но обеспечила решающую поддержку – иначе рыцаря уже разнесло бы в клочья.
— Эй, ты разве еще не идешь в книжную лавку? — Кровавый Филин обратился к Тяньи. — Если продолжишь стоять рядом со мной, убить всех этих людишек будет слишком просто.
За эти короткие десять-двадцать секунд произошло немало неожиданных перемен, но у Тяньи созрел план.
Он наклонился к самому уху Кровавого Филина и прошептал несколько слов, после чего отступил назад и произнес обычным тоном:
— До скорой встречи.
Услышав это, Зеркальный Лик не мог остаться равнодушным. Он бросился прямо на Тяньи, его плащ превратился в черную тень, мелькнувшую подобно молнии.
Чайный Бессмертный наблюдал за этим с немалым удивлением: такая скорость явно превосходила его собственную. Кем же на самом деле был этот человек?
Но сюрпризы только начинались. Едва тень поравнялась с Кровавым Филином, тот нанес удар кулаком. Зеркальный Лик отлетел назад, взмыв в небо; он не смог остановиться, даже когда пробил внешнюю стену высотного здания.
Эта сцена напоминала отбивающего, который приготовился к замаху, но обнаружил, что на него летит пушечное ядро, мчащееся со скоростью звука. И стоило зрителям ахнуть от скорости снаряда, как парень небрежно выбил хоум-ран.
«Невозможно!» – воскликнул в душе Бумажный Рыцарь.
По его грубым прикидкам, Кровавый Филин хоть и был очень силен, но не настолько же. Если такова его истинная боевая мощь, то в Венеции он использовал лишь процентов двадцать своих сил?
Тяньи даже глазом не моргнул, не выказав ни капли удивления. Он обернулся и крайне бесцеремонно ткнул пальцем в сторону Консультанта:
— Ты, заходи внутрь.
— В чем дело? — Отозвался Консультант. — Я бы хотел еще немного задержаться и повидать Азартного Змея. Разве он нам не нужен для дальнейшего плана?
Несмотря на свои слова, он не спеша направился в книжную лавку. Проницательность Консультанта подсказывала ему: разговоры разговорами, но кое-что лучше делать так, как велят.
Затем Тяньи обратился к Оружейнику, который только что вышел наружу и замер, оцепенел от испуга:
— Эй, у тебя шнурок развязался.
Оружейник растерянно пискнул: «О», и стоило ему наклонить голову, как Тяньи пнул его под зад, отправив кувырком в дверной проем. Вслед за ними в лавку вошел и сам Тяньи, плотно закрыв за собой дверь.
Чайный Бессмертный наконец не выдержал. Он догадался, что Тяньи собирается бежать. Исходя из прошлого опыта и догадок, книжная лавка с вероятностью в девяносто девять процентов могла перемещаться в пространстве, и он никак не мог позволить врагу ускользнуть у него на глазах.
— Пытаешься сбежать… даже не мечтай… — Чайный Бессмертный впервые выглядел по-настоящему серьезным.
Он намеревался использовать свою способность, чтобы стереть в порошок само здание, где укрылся Тяньи. Но стоило ему вскинуть руку, как хриплый голос Зеркального Лика прокричал:
— Стой!
Тот снова спрыгнул с высоты, преграждая путь Чайному Бессмертному.
— Я думал, у нас общий враг, — Чайный Бессмертный посмотрел прямо на человека перед собой, но в зеркальной маске увидел лишь собственное отражение.
Зеркальный Лик ответил:
— Способность влиять на молекулы не разрушит эту лавку. Дай мне.
Пока он говорил, над книжной лавкой Тяньи возник перевернутый зеркальный образ – полная копия здания, словно в воздухе повисло невидимое зеркало, отражающее постройку. Затем из рукава Зеркального Лика вылетел короткий меч, вонзившись прямо в полупрозрачную зеркальную поверхность.
Клинок словно погрузился в воду, пустив по ней рябь.
— Теперь он не сможет переместиться. — Зеркальный Лик даже не обернулся. Его хриплый, скрежещущий голос был слышен всем присутствующим:
— Я не особо горю желанием объединяться с людьми из ХЛ, но в данный момент у нас одна цель. Почему бы нам временно не объединить силы вчетвером и не сразиться с этим монстром?
— Вчетвером? — Переспросил Чайный Бессмертный.
— Вы уже и меня сосчитали? — На крыше здания напротив лавки появился мужчина в черном костюме, с зачесанными назад волосами и в солнцезащитных очках. От всей его фигуры веяло мрачным холодом. Азартный Змей спрыгнул вниз и замер посреди улицы:
— Я лишь хотел лично встретиться с Тяньи, и у меня нет намерения ни мешать вашей мести, ни помогать ей.
Он обратился к Зеркальному Лику:
— Вы трое можете объединиться против этого парня. Что же до меня, простого обладателя Сильного уровня, то в битву такого масштаба… — он окинул взглядом разрушенную Кровавым Филином улицу; одни лишь следы на земле ясно давали понять, что это результат всего одного удара, — …мне вмешаться будет крайне трудно.
Бумажный Рыцарь фыркнул:
— Неважно, будут ли действовать люди сомнительного происхождения или нет; мне помощь и не требовалась. С Кровавым Филином я разделаюсь собственными руками…
— Ладно вам, отбросы, — прервал его Кровавый Филин, — поживее нападайте.
Едва он договорил, как кружащий в воздухе вихрь бумажных обрывков превратился в бесчисленные острые лезвия. Они обрушились на Кровавого Филина, словно тысячи стрел, метящих в самое сердце. От этой атаки было не укрыться – она не оставляла ни единой лазейки.
Кровавый Филин даже не шелохнулся. Он стоял неподвижно, позволяя сотням порезов открываться на своем теле. Бумажные клинки могли оставить след на асфальте, но не могли серьезно ранить его. Казалось, кожа его была из бронзы, а кости – из железа. Несмотря на обильное кровотечение, раны были лишь поверхностными.
Когда «бумажный ливень» поутих, Кровавый Филин невозмутимо зажег сигару, затянулся и выдохнул дым. Поражение его нисколько не заботило. Город был густо населен, а ментальная энергия четверых противников перед ним была куда сильнее, чем у обычных людей. Даже без поддержки души Тяньи, которую ненавидели и боги, и люди, он был достаточно могуществен.
Бумажный Рыцарь, однако, не терял надежды. Он жаждал боя – ведь только в сражении можно стать сильнее, и только сильный способен отстоять свою справедливость. Как говаривал один Толстяк: «Стоит тебе сдаться – и игра окончена». Жизнь, по большому счету, устроена так же.
Но нельзя отрицать, что чаще всего случаются не чудеса, а отчаяние.
Дверь книжной лавки снова распахнулась. Зеркальный Лик только что назвал Кровавого Филина монстром, но на этот раз появилось нечто, заслуживающее этого имени по-настоящему. Из лавки вышло черное человекоподобное существо, чьи глаза светились синим светом. Вся его черная кожа напоминала по текстуре пластик.
Не говоря ни слова и игнорируя всех вокруг, существо вскинуло руку. Из его ладони брызнула черная, как чернила, жидкость, оскверняя зеркальный образ над лавкой, делая его размытым и нечетким.
«Плохо дело», – пронеслось в голове у Зеркального Лика, но было уже поздно.
Вся книжная лавка начала погружаться вглубь, уходя в иное пространство с огромной скоростью. Если смотреть сверху, фундамент здания имел форму Перевёрнутого Креста. Как только весь дом уйдет в этот оттиск, он телепортируется в другое место.
Чайный Бессмертный поспешно сделал несколько шагов, взмывая ввысь на потоках ветра. С большой высоты он прицелился в лавку и выпустил три или четыре залпа яростного вихря.
Вокруг фундамента в форме Перевёрнутого Креста земля и соседние здания рассыпались, словно сухие листья. Почва глубоко просела, и лишь книжная лавка вместе с куском земли под ней осталась нетронутой.
Кровавый Филин сделал еще пару затяжек, затушил сигару и спросил:
— А ты разве не идешь с ними?
Он обращался к Тёмной Воде.
— У меня свой способ уйти, — ответил Тёмная Вода.
Кровавый Филин хмыкнул:
— Плевать, кто ты такой. Проваливай поскорее, не мозоль глаза.
Тёмная Вода и не собирался задерживаться; его задачей было прикрыть отход Спикера. Теперь, когда цель была достигнута, ему оставалось лишь встретиться с ним в другом месте. Поскольку он был лишен эмоций, Тёмная Вода не разозлился бы, даже если бы его проклинали на все лады целый год. Слова Кровавого Филина были для него лишь просьбой, которая совпадала с его собственными намерениями.
Он развернулся и побежал – с позой спринтера и его же скоростью. Что же до выносливости, то она, возможно, была безграничной…
Видя, что все, кто хотел бежать, сбежали, а все, кто хотел остаться, остались, Чайный Бессмертный почувствовал досаду. Он спустился на землю:
— Уф… Ладно, как бы там ни было, остался еще один безумец, которого совершенно необходимо поймать. Живым или мертвым, но я не дам тебе уйти.
Затем он повернулся к Зеркальному Лику:
— Ты все еще намерен помогать?
— Враги Тяньи – мои друзья, — ответил Зеркальный Лик. — А что до друзей Тяньи… я не прочь убить еще парочку.
Азартный Змей подал голос:
— Ну что ж, господа, сражайтесь на здоровье, а я откланяюсь.
Его голос еще доносился до них, а сам он уже исчез. Раз уж ему не удалось встретиться с Тяньи лично, ввязываться в эту кашу он больше не собирался.
Кровавый Филин бросил сигару на землю, думая про себя: «Какая морока. Наконец-то все разошлись. Значит… теперь я могу действовать, не сдерживаясь».
.