Глава двенадцатая: «Встреча (Часть первая)»
14 октября 2101 года, Тяньду, штаб-квартира Королевской академии наук.
История этой организации насчитывает уже сотню лет: она была спешно основана сразу после Войны за объединение планеты.
Поначалу Королевская академия наук была лишь научно-исследовательским институтом, преобразованным из оборонного департамента Империи. В те времена её называли «Королевским исследовательским обществом», и кое-кто до сих пор использует это старое название. Шли годы, война постепенно стиралась из памяти людей, и хотя разработки военных технологий никогда не прекращались, на повестку дня стали выходить вопросы энергетики и экологии.
Развиваясь, Королевская академия наук со временем превратилась в чисто академическое учреждение, высшую святыню, о которой мечтает любой учёный. Исследования же в области вооружения стали чем-то второстепенным. Причина была проста: после XXI века человечество осознало проблему. С изобретением ядерного оружия гонка в создании средств массового поражения должна была прекратиться; дальнейшее совершенствование и наращивание мощи оружия не имело смысла, если только целью не было полное уничтожение планеты.
Что же касается обычного боевого снаряжения, то вместо точечной разработки конкретных образцов было куда разумнее направить средства на изучение новых прорывных технологий или источников энергии. Стоит только совершить технологический скачок, и на его базе в кратчайшие сроки можно создать десятки видов нового оружия. То же самое касалось и энергетики. Но самое главное – новые открытия в этих сферах можно было использовать и в мирных целях, а не только для убийства.
Так появились радикальные организации вроде Ори, которые отделились от Королевской академии наук. Они специализировались исключительно на технологиях уничтожения в своих узких областях, сохраняя с Академией дух соперничества.
Сегодня директора Адольф и Джу Гашвили в сопровождении своих доверенных лиц прибыли в Тяньду для участия в чрезвычайно важном совещании. Они даже не знали повестки дня – заранее не было предоставлено никакой информации. Оба директора понимали: подобная таинственность означает, что вопросы, вынесенные на обсуждение, обладают высшим уровнем секретности. Скорее всего, после встречи не останется никаких бумажных документов, а вся информация сохранится лишь в головах присутствующих. И если в будущем произойдёт хоть малейшая утечка, расследование коснётся каждого участника.
Как говорится, враги часто встречаются на узкой тропе. Адольфа и Джу Гашвили усадили в конференц-зале прямо друг с другом. Их доверенные люди, Гесс и Малинков, замерли за спинами своих начальников, сохраняя строгую военную выправку. Трудно было сказать, было ли такое соседство оплошностью персонала или чьим-то намеренным жестом.
В зал один за другим входили важные чины. Появился Тан Сянь, он же Юань Цин, директор EA, а вместе с ним и его заместитель, недавно восстановленный в должности герой Джозеф Нолан, известный под прозвищем Ши Ши.
Командующие сухопутными войсками, флотом и авиацией входили в полной парадной форме. Казалось, эти вояки, чья грудь даже в относительно мирное время была густо увешана медалями, очень боялись, что кто-то может не заметить их высоких званий и «великих достижений».
Группа генералов заняла свои места, за каждым стоял верный помощник. Единственным генерал-лейтенантом в этом собрании был генерал Цзюй Шэн из штаб-квартиры ХЛ в Тяньду. «Помощником», стоявшим за его спиной, был Коу Линьцзай. В этот день Пьяный виконт оставил свою неизменную тыкву-горлянку; на его лице не было ни следа хмеля, он выглядел настолько серьезным, что многие не узнали его с первого взгляда.
Хотя чин генерала Цзюй Шэна был ниже, чем у остальных, именно он имел за плечами больше всего реального боевого опыта. Пока другие генералы продвигались по службе, водя дружбу с аристократией и подавляя восстания мирных жителей, генерал Цзюй лично вел войска в Южную Африку. Он сражался в самом пекле с местным сопротивлением, вступая в схватки с их могущественными адептами способностей. Даже если бы Цзюй Шэна сейчас разжаловали до ротного командира, он остался бы тем самым офицером, который умеет вести за собой людей и знает цену жизни в бою. В том же зале сидели обрюзгшие генералы и их адъютанты, которые вряд ли прошли бы армейский тест по физподготовке. Если бы Империя действительно отправила их на передовую рисковать шкурой, они, получив приказ, скорее всего, сбежали бы, прихватив семьи и казну… Предельно коррумпированный режим и система, поощряющая кумовство, неизбежно порождали такую армию.
Чем ближе к верхушке власти, тем меньше там оказывалось способных людей. Те, кто был связан узами с королевской семьей или знатью, взлетали по службе мгновенно – связи при дворе всегда упрощали жизнь. Многим по-настоящему талантливым людям не давали важных постов, и даже обладая исключительными навыками, они могли дослужиться максимум до старшего офицера.
Конечно, в этом мире существовали и «адепты способностей», так что некоторым удавалось пробиться наверх без всякой протекции. Логика власть имущих была проста: даровать одарённым чины и титулы, чтобы обеспечить их преданность.
Впрочем, глава Имперской армии действительно был фигурой выдающейся и грозной.
Легендарный Гранд-маршал трёх родов войск, фактически министр обороны Империи, имел право отдавать приказы любому, кто носил имперскую форму. Будь то регулярные королевские части, силы под началом ХЛ или местные гарнизоны, флот, авиация или даже космические войска – Гранд-маршал мог осуществлять прямое командование, невзирая на ранги.
Более того, кандидатура Гранд-маршала утверждалась лично Императором, и только монарх мог отправить его в отставку или перевести на другую должность. Можно сказать, что он стоял над десятками тысяч людей, будучи вторым после правителя. Его статус, пожалуй, превосходил даже авторитет Десяти Небесных Стражей.
Поэтому, когда в зале заседаний появился сам Гранд-маршал Бенджамин Смит, атмосфера мгновенно накалилась. Никто не ожидал, что маршал Смит почтит встречу личным присутствием. Казалось, здесь может обсуждаться всё что угодно, вплоть до государственного переворота… Но когда все решили, что Смит займёт место во главе стола и будет вести собрание, он неожиданно прошёл мимо и сел на соседний стул.
Время начала встречи уже прошло, и в конференц-зале воцарилась удушающая тишина. За длинным столом собрались сплошь именитые персоны, но среди них были и несколько загадочных личностей в штатском, без знаков отличия. Они сидели напротив Смита, совсем рядом с пустующим председательским креслом, и никто не мог их узнать. Это были представители тех самых «организаций, которых формально не существует», о которых Тянь И когда-то упоминал в разговоре с Азартным Змеем.
Незаметно пролетело двадцать минут. На лицах некоторых проступило нетерпение; у кого-то на лбу выступили бисеринки пота, будто в комнате отказали кондиционеры; а кто-то и вовсе со зловещей ухмылкой оглядывал присутствующих, не скрывая своего пренебрежения.
Кто же в современном мире мог заставить такую группу людей сидеть и покорно ждать?
Тянь И мог бы быть одним из таких людей, Консультант тоже, но главным героем сегодняшнего дня были не они.
Электронная дверь открылась, и в зал вошёл синеволосый юноша. Хотя его лицо ещё не утратило юношеской мягкости, аура, сквозившая во взгляде и в каждом движении, была глубокой, как бездонный омут, и незыблемой, как горный пик – на него невозможно было смотреть прямо.
Его Высочество Седьмой принц был изыскан и необычаен. Он был облачен в белоснежную форму спецагента ХЛ, на спине которой отсутствовала обязательная надпись «Верховная Власть Короны». Если бы кто-то другой посмел так поступить, тюремное заключение по политической статье показалось бы ему мягким наказанием, но принца такие мелочи не заботили.
Следом за Его Высочеством, словно почтительный слуга-евнух, шел пожилой мужчина в очках. Сидящие за столом узнали его без труда: это был Хань Цзюянь, нынешний декан Королевской академии наук.
По какой-то негласной причине, когда Чайный Бессмертный вошёл, все встали. Офицеры ХЛ, занимавшие более высокие посты, чем он, заносчивые генералы, маршал Смит, директора влиятельных структур и даже главы секретных ведомств – все без исключения поднялись со своих мест.
Чайный Бессмертный прошел к изголовью стола и сел, как будто это место принадлежало ему по праву. Его равнодушный взгляд, холодный, как пронизывающий ветер, скользнул по присутствующим. Затем он произнес достаточно громко, чтобы каждый его услышал:
— Господа, прошу садиться.
Когда важные гости снова заняли свои места, Чайный Бессмертный продолжил:
— Как вы видите, сегодняшнее заседание буду вести я. У меня есть на то прямое полномочие от Императора-отца. Если у кого-то есть возражения, прошу высказать их сейчас.
В зале стояла гробовая тишина. В такие моменты даже дышать старались через раз, не говоря уже о протестах.
Спустя десять секунд Чайный Бессмертный заговорил снова:
— Очень хорошо. Прежде чем мы перейдем к официальной части, я должен сделать несколько заявлений.
— …Многие из присутствующих здесь, вероятно, уже догадываются, о чём пойдет речь.
— Но всегда найдутся те, кто просто просиживает штабы… Прошу прощения, боюсь, такие люди могут не понять изящества этой фразы, поэтому скажу прямо: всегда найдутся некомпетентные, тупые и ограниченные личности, которые по ошибке полагают, будто в мире всё ещё царит покой и они могут спать спокойно.
— А потому прошу простить меня за то, что я вновь поднимаю эти вопросы и отнимаю у всех немного времени.
Он сделал короткую паузу. За эти две секунды выражение лиц присутствующих изменилось, что не укрылось от его проницательного взгляда.
— Война разгорелась в полную силу.
— …Это не локальная вооруженная вылазка какой-то организации сопротивления в отдельно взятом регионе, — продолжал он. — Это четко нацеленная, одновременно вспыхнувшая по всему миру деятельность по подрыву режима. Её масштаб и последствия – самые тяжелые с момента основания Империи.
— …В нынешних обстоятельствах мы уже оказались в невыгодном положении, и даже если мы одержим финальную победу, то не сможем полностью восстановить контроль над определенными регионами в короткие сроки.
— …Некоторые организации сопротивления трансформировались в местные режимы, обладающие весьма устойчивым экономическим и военным фундаментом.
— …Как и многие новообразованные режимы, они явно больше заботятся о благосостоянии народа, чем мы – или, по крайней мере, создают такую видимость. И тем самым они завоевали поддержку местного населения и даже жителей других регионов.
— …Скажу откровенно: мы уже находимся в проигрышной политической ситуации.
— …На данном этапе любые попытки исправить положение реформами – пустая трата сил.
— …Следовательно, с военной точки зрения Империя обязана победить.
— …Но если смотреть сугубо на военный аспект, текущая обстановка по-прежнему далека от оптимизма.
— …После того как округа Ок и Гуаньчжи были захвачены, Кристальный округ, где расположена европейская штаб-квартира ХЛ, закономерно оказался в плотном кольце осады.
— …Это событие можно считать этапной победой Стального Закона.
— …В последующих сражениях наша армия, можно сказать, потерпела сокрушительное поражение, а Стальной Закон пронёсся по Европе подобно шторму.
— …Сейчас основные сухопутные силы в Европе отступили в Северную Европу.
— …На западном фронте выстроена линия обороны с ключевыми городами Хельсингборг и Мальмё, противостоящая мятежникам через пролив Эресунн.
— …Восточный фронт удерживает позиции при поддержке войск округа Двойного Орла, но в последнее время там заметны признаки истощения сил.
— …А подразделение A90 в округе Золотого Льва, с тех пор как бежало через Ла-Манш, ежедневно шлет запросы на эвакуацию морем.
— …Подобная армия… — Чайный Бессмертный внезапно взглянул прямо на одного из генералов за столом переговоров. — Генерал Лунсде, это ведь ваше непосредственное подразделение?
Подразделение A90 было главной силой в Западной Европе, и всё продвижение Лунсде по службе проходило именно в этой армии.
Однако задолго до того, как эта часть вступила в прямой контакт с повстанцами, сам Лунсде через свои связи при дворе подал прошение о переводе в Тяньду.
— Это… Ваше Высочество, ваш покорный слуга был переведен не так давно… — запинаясь, ответил Лунсде.
Чайный Бессмертный оборвал его:
— Прежде чем отвечать на мой вопрос, вам лучше хорошенько подумать.
Воздух, казалось, загустел. Холодный пот градинами покатился по щекам Лунсде.
Он проклинал себя за глупость. Если Его Высочество задал этот вопрос, как он мог не знать о его прошлом и о тех фокусах, что он проворачивал?
Кого он пытался обмануть? Столько лет командовать войсками, сменить командующего накануне решающей битвы, а теперь пытаться переложить ответственность на преемника?
Кажется, его сменщика звали Камачо?
— Ваш покорный слуга… оказался неумелым военачальником… — в глазах Лунсде промелькнул страх, тон стал заискивающим, а слова потеряли всякий смысл и вес.
— Генерал, вам не стоит винить себя, — Чайный Бессмертный тепло улыбнулся, но у окружающих эта улыбка вызвала лишь трепет. — Я вернул вашу военную регистрацию обратно в подразделение A90.
— …Вы можете отправиться в округ Золотого Льва и снова принять командование над своими войсками.
Все понимали, что это отправка Лунсде на верную смерть. И он сам, разумеется, не был исключением.
Однако Лунсде знал, что ещё остается пространство для маневра. Ему просто нужно было выиграть немного времени и использовать связи при дворе, чтобы… Но прежде чем он успел придумать ответ, Чайный Бессмертный продолжил:
— Ваш частный самолет взлетит через двадцать минут.
— …Генерал, вам нет нужды присутствовать на оставшейся части заседания. Отправляйтесь немедленно.
— Но… — лицо Лунсде стало мертвенно-бледным. — Я… Ваше Высочество, позвольте мне хотя бы заехать домой и попрощаться с семьей…
— Генерал, вам не стоит утруждать себя подобными пустяками, — спокойно произнес Чайный Бессмертный. — Пока вы ехали на это собрание, я уже распорядился обо всем позаботиться.
— …Ваша жена, трое детей и внуки – все они уже на борту самолета. Если бы они остались в Тяньду, то лишь отвлекали бы вас.
— …Что касается багажа… я также его подготовил. Вам не нужно возвращаться домой, чтобы собирать вещи.
— …Ваша недвижимость и активы, недавно переведенные в Тяньду, ах да, и те пять или шесть девиц, с которыми вы связаны – они ведь годятся вам во внучки, не так ли? — Разве они не считаются вашей семьей?
— …Я сохраню всё это имущество и присмотрю за этими людьми ради вас, генерал. Так что отправляйтесь в путь с чистым сердцем.
Договорив, он нажал на кнопку связи рядом с собой:
— Кто-нибудь, сопроводите генерала Лунсде в аэропорт и обеспечьте его безопасность.
Электронная дверь открылась, и вошли двое солдат. Не тратя слов, они направились прямиком к Лунсде.
Стало предельно ясно: Чайный Бессмертный спланировал всё это заранее.
— Вы… — Лунсде подавлял ярость и ужас, мышцы на его лице подергивались. — Ваше Высочество… я и лорд Клэс…
— Что вы сказали? — Чайный Бессмертный повысил голос в тот же миг, как прозвучало имя Клэс, и резко отрезал:
— Вы хотите запугать меня именем какого-то дворянина?
— Покорный слуга не смел бы… — Лунсде на миг потерял самообладание, но под суровым взглядом Чайного Бессмертного осознал, что ляпнул несусветную глупость.
— В моем присутствии вы называете дворянина «лордом»? — Чайный Бессмертный встал и медленно направился к Лунсде.
Проходя мимо Ши Ши, он остановился:
— Герой, Джозеф Нолан.
Ши Ши повернул голову, и в его голосе теперь слышался лишь благоговейный трепет:
— Каковы будут приказания Вашего Высочества?
— Кто я такой? — Это был вопрос, но в интонации Чайного Бессмертного не было вопросительной мягкости.
Ши Ши понял, что перед ним больше не спец-агент ХЛ и, возможно, больше не его друг:
— Седьмой принц, Его Королевское Высочество Клаузер Виттерсток.
Эти слова прозвучали так, словно высекали эпитафию на прежнем образе Чайного Бессмертного.
Клаузер подошел к Лунсде, лицо которого стало серым, как пепел.
— Эта Империя принадлежит семье Виттерсток или семье Клэс? — Ледяным тоном спросил он.
— Она… она… — Лунсде не то чтобы не знал ответа, он просто не мог вымолвить ни слова.
— Я знаю, что у вас есть дела с Клэсом, — Клаузер развернулся к столу заседаний. — У многих здесь есть дела с семьей Клэс.
Это было сказано для всех присутствующих, и по меньшей мере дюжина важных особ почувствовала, как перехватило горло. — Но Клэс вам не поможет. Он – это он, а вы – это вы.
— …Вам не будет никакого дела, если вся семья Клэс погибнет, — добавил Клаузер.
Это было безумие! Никто не ожидал услышать подобные речи сегодня. Если бы они знали, они бы сказались больными, остались бы дома – нет, они бы сами нанесли себе увечья, лишь бы не являться на это собрание.
— Уведите его, — приказал Клаузер солдатам.
Лунсде выволокли вон. После этого дня ни его самого, ни его семью в Тяньду больше не видели.
Клаузер вернулся на свое место и продолжил прерванную тему:
— Говоря без обиняков: с Европой покончено.
— …Африка… — он покачал головой. — Столь же безнадежна. Это лишь вопрос времени, когда Объединение Яньу и Стальной Закон столкнутся в Северной Африке.
— …Наши основные усилия теперь должны быть сосредоточены на Азии и Америке, где ситуация всё еще нестабильна и остается пространство для обороны и контратак.
— …Такова реальность, с которой мы столкнулись. Теперь же мы формально приступим к обсуждению конкретных тем.
Он поднял левую руку и небрежно махнул пальцем. Хань Цзюянь шагнул вперед и заговорил:
— Прежде всего, я хочу обнародовать информацию касательно гибели Хо Бань-маоичи, одного из Десяти Небесных Стражей, произошедшей несколько месяцев назад.
— …В ходе того инцидента нам удалось заполучить одну улику: пулю, которая непосредственно убила Хо Бань-маоичи.
— …После длительных исследований было подтверждено, что материалом для этой пули послужил металл, ранее не зафиксированный ни в одной базе данных. Нами дано ему рабочее название – «Неизвестный материал А».