Глава 16: Петро, ассасин.
Тяньи присел под книжной полкой в своей лавке, роясь в шкафу, набитом всякой всячиной.
В этот момент он должен был находиться в помещении один, но внезапно произнес:
— А ты умел.
Темная фигура неведомо когда возникла за спиной Тяньи. — У тебя что, глаза на затылке? — Пришелец был уверен в своей скрытности и хотел, чтобы Тяньи объяснил, как его обнаружили.
Тяньи усмехнулся:
— Даже без глаз я бы почувствовал, что ты рядом. — Пока он отвечал, его рука нащупала то, что искала. Он выпрямился, держа находку в руках.
Увидев в руках Тяньи длинный предмет, незнакомец среагировал мгновенно: рука взметнулась, и из рукава выскользнул скрытый клинок, прижавшись к шее Тяньи сзади. — Не двигайся.
— Посмотри внимательнее, это не оружие. — Несмотря на острое лезвие у горла, Тяньи оставался вялым и расслабленным. — Не мог бы ты убрать свой меч и позволить мне сесть, чтобы поговорить? — Он замолчал, затем повернул голову, заглядывая мужчине в глаза, и назвал его по имени:
— Господин Петро.
Увидев это восточное лицо, Петро на мгновение опешил, прежде чем спросить:
— Откуда ты знаешь мое имя?
— Ха… а почему бы мне его не знать? — Тяньи осторожно отвел скрытый клинок двумя пальцами и направился к своему креслу. — Ты мнишь себя первоклассным ассасином, живешь под чужим именем, двигаешься незаметно и работаешь чисто. Но я думаю, ты застрял где-то между вторым и первым разрядом, и до истинных мастеров тебе далеко.
— Хм… не кажется ли тебе, что стоит быть осторожнее в словах, когда твоя жизнь под угрозой? — Петро всё еще был полон уверенности; он верил, что может оборвать жизнь этого человека одним движением кисти.
Тяньи зевнул с едва приметной издевкой:
— Друг мой, твои угрозы и правда впечатляют; мне так страшно, что я почти засыпаю.
— Господин Петро, я знаю, что вы следите за графом Божё не день и не два, так что вы наверняка заметили: эта книжная лавка не совсем обычная, — продолжил Тяньи.
— Ты и впрямь чернокнижник, не так ли? — Отозвался Петро.
Позавчерашней ночью Петро, как обычно, тайно следовал за графом. Он видел, как тот вошел в лавку, и продолжил наблюдение, став свидетелем того, как граф помог раненому юноше. Позже граф вернулся в книжную лавку. До этого момента Петро не замечал ничего странного, но спустя долгое время почувствовал неладное. Почему лавка заперта и почему граф не выходит? Был ли внутри тайный ход? Неужели его слежку раскрыли?
От этих мыслей Петро становилось всё тревожнее. Он вел наблюдение всю ночь, но к рассвету граф так и не появился. Тогда он нашел мальчишку, дал ему немного денег и велел проверить дом. Этот уличный сорванец, хитрый как обезьяна, пару раз обошел Книжную лавку Тяньи и обнаружил, что, кроме главной двери, на улицу выходит всего одно окно. Он взобрался на подоконник, заглянул внутрь и быстро прибежал обратно к Петро, сообщив, что дом пуст.
Петро поначалу не поверил, решив, что ребенок лжет, и рискнул проверить сам. Оказалось, дом действительно стоял пустым – лишь четыре обшарпанные стены. Петро расспросил местных и подтвердил, что когда-то здесь действительно была книжная лавка. Он слышал, что владелец – загадочный иностранец, но мало кто знал подробности; честно говоря, заходили туда нечасто.
Но почему дом опустел за одну ночь? Призраки? Колдовство? Даже у людей, живущих мечом, есть свои суеверия, и Петро почувствовал, как по спине пробежал холодок, но сохранил самообладание. Днем следующего дня он отправился к резиденции графа, желая узнать, вернулся ли тот. И неожиданно наткнулся на графа, выходящего из дома в одиночестве… Он снова последовал за ним. Граф сначала зашел в бар «Дымоход», а позже – в Книжную лавку Тяньи. Лавка была той же самой, но находилась она в совершенно другой части Рима! В этот момент у Петро случился «короткое замыкание», потому что это была абсолютно необъяснимая аномалия. И вот сегодня он решил напрямую столкнуться с владельцем этого заведения, чтобы получить разумное объяснение.
Тяньи выслушал вопрос собеседника, улыбнулся и ответил:
— Кем ты меня считаешь – твое личное дело. Я знаю, что тебя гложет на самом деле; ты хочешь понять, почему лавка исчезла в одном месте и появилась в другом. Но я не вижу нужды отвечать; даже если я объясню, ты вряд ли поймешь.
Говоря это, Тяньи поднял предмет, который только что достал. Это был артефакт из черного нефрита, похожий на флейту.
— Вот, к примеру, эта вещь – змеиная флейта. Если я скажу тебе, что с ее помощью можно прорыть туннель до самого края света, сможешь ли ты представить, как она работает?
Услышав это, Петро произнес:
— Ладно, чернокнижник, похоже, ты хочешь показать, что ты важная птица. — У него и вправду не было намерения допытываться о сверхъестественных явлениях. — Так назови мне причину, по которой я не должен тебя убивать.
Тяньи усмехнулся:
— Ты хочешь убить меня, потому что думаешь, будто я помогаю графу Божё, но я лучше задам тебе встречный вопрос: зачем ты выслеживаешь графа?
— Разумеется, ради секрета, который за ним скрыт, — ответил Петро. — Вообще-то, я почти догадался; этот так называемый секрет, скорее всего, некое сокровище, оставленное тамплиерами. Господин Мастер, если вы благоразумны и поделитесь информацией о кладе, возможно, я подумаю о том, чтобы сохранить вам жизнь.
Тяньи ни за что не позволил бы другому перехватить инициативу в разговоре. Он ответил:
— Вот как, ради сокровища… Но насколько мне известно, ты выбрал путь ассасина прежде всего из-за своей ненависти к тамплиерам. Враг твоего врага – твой друг, и именно поэтому ты откликнулся на секретную награду Филиппа IV.
— Какие бы трюки ты ни затевал… — выражение лица Петро становилось всё более враждебным, — …мое терпение не безгранично!
— При всем уважении, даже если ты убьешь графа, ты не сможешь избыть эту ненависть. — Тяньи снова принялся за «обработку» сознания. — В этом мире полно людей, обремененных ненавистью, таких же, как ты: тамплиеры, Святой Престол, короли, дворяне, магнаты, уличные отребья, богохульники, горные бандиты, пираты… Неужели ты думаешь, что твоя жалкая сила может что-то изменить? Однажды ты состаришься, твой клинок затупится, а движения станут неуклюжими, но мир всё так же будет страдать – до самого дня твоей смерти, и даже после нее всё останется по-прежнему.
— Что именно ты хочешь сказать…? — спросил Петро.
Тяньи едва заметно ухмыльнулся; он ждал именно этого вопроса. — Я просто хочу предложить тебе сделку.
…