Глава 27: «Это моя игра.»
Гу Лин, чье лицо обычно хранило печать невозмутимого безразличия, теперь улыбалась, но вовсе не потому, что Тянь И прошел ее так называемое «испытание».
— Я и сама не прочь попробовать, — она протянула руку.
Однако Тянь И не спешил отдавать Алую Пандору. Вместо этого он произнес:
— Считай, что в этой игре я одержал победу.
— Хм… игра, значит… — Гу Лин усмехнулась. — Ты справился весьма недурно.
— Выходит, отныне Серебряная Тень станет союзником Перевёрнутого Креста? — Спросил Тянь И.
Гу Лин ответила с усмешкой:
— Хе-хе… боюсь, для статуса союзника у тебя не хватит квалификации.
Тянь И пристально посмотрел ей в глаза.
— Вот как? Это не совсем то, о чем мы договаривались заранее.
— Ты и вправду думаешь, что мне нужен этот камень в твоих руках? — Спросила Гу Лин и, не дожидаясь ответа, добавила:
— Неужели ты настолько наивен, что поверил в соглашение, которого мы достигли в тот день?
Тянь И хранил молчание. Его лицо стало серьезным, а в глазах замелькали тени сомнения.
Гу Лин холодно фыркнула.
— Знаешь, почему я назначила встречу именно здесь? Потому что отсюда мне лучше всего виден пейзаж, который я хочу показать тебе.
Едва она закончила фразу, как в поле зрения Тянь И, в далеком Небе, ввысь взметнулся столб света. По одному лишь цвету пламени можно было понять: это результат битвы между обладателями способностей.
В следующую минуту подобные вспышки охватили разные части Парижа. Полномасштабная атака Серебряной Тени на город началась ровно в полночь. Вернувшиеся подразделения быстрого реагирования тут же вступили в бой, но бойцы, развернутые Серебряной Тенью, значительно превосходили местные силы как числом, так и качеством. Резиденция Губернатора, полицейский участок, загородные гарнизоны, аэропорт, вокзал, радиостанция… почти все стратегически важные объекты подверглись нападению. Это была тщательно спланированная масштабная операция с привлечением огромного количества персонала. Они действовали стремительно, с четкими целями и сокрушительной Силой.
Однако Париж оставался одним из крупнейших европейских городов. Дислоцированные здесь войска, люди с особыми способностями и местная полиция оказали отчаянное сопротивление, которое невозможно было сломить в один миг. Масштабы столкновений продолжали расти, и романтичный Город Цветов начал увядать в огне сражений.
Тянь И застыл, как только увидел первый столб света. Вскоре весь город был охвачен пламенем. Все произошло слишком быстро: еще мгновение назад люди утопали в сиянии огней и разврате, а теперь повсюду гремели взрывы, зияли обугленные руины и лежали окровавленные трупы…
— Ты… — Тянь И, казалось, был слишком потрясен, чтобы говорить. Он заикался, и ему потребовалось немало времени, чтобы выдавить из себя это короткое слово.
Гу Лин вздохнула.
— Похоже, я действительно переоценила тебя. Судя по твоему лицу, тебе понадобится вечность, чтобы осознать происходящее. Что ж, позволь мне объяснить.
Она поправила прядь волос, которую ветер бросил ей на лоб, и ее бледное, пленительное лицо вновь обрело привычное спокойствие.
— Пока ты был занят планированием той театральной операции по побегу, которая мало чем помогла твоей организации, Стальной Закон связался с нами, Серебряной Тенью. Они не заводили разговоров о «сотрудничестве»; они предпочли играть по моим правилам – нанять нас за деньги.
Тебе следует знать девиз Серебряной Тени: мы абсолютно нейтральная организация. Пока выплачивается соответствующая цена, ассасинов Серебряной Тени можно нанять для любой работы. Кто заказчик и кто цель – не имеет значения. Будь то имперский аристократ, чиновник или член организации сопротивления – в моих глазах они равны. Позиция клиента для Серебряной Тени безразлична.
Гу Лин сделала паузу, а затем продолжила:
— Больше месяца назад Пастор Стального Закона каким-то образом предвидел ситуацию на европейском фронте в июне. Поэтому они предложили весьма разумную цену за то, чтобы Серебряная Тень провела авангардный бой в тылу врага ради их военной операции по захвату всего округа Ок. То, что ты видишь сейчас… падение Парижа… Это было непростое поручение. Париж – один из четырех крупнейших мегаполисов мира. Главная сложность атаки на него заключается не в уровне сопротивления, а в том, что нужно учитывать настроения мировой общественности. Здесь сосредоточено огромное количество объектов исторического и культурного наследия, здесь высокая плотность населения. Если бы фронт расширился сюда, то потери среди мирных жителей стали бы катастрофическими, а ущерб человеческой цивилизации – невосполнимым.
Тебе не нужно объяснять, что за организация Стальной Закон. Первая в мире организация сопротивления – это не банда разбойников; им нужно поддерживать благородный имидж, чтобы завоевывать поддержку масс. Поэтому всю грязную работу пришлось отдать на аутсорс.
Сейчас Табу и Байонна на юге практически заняты Стальным Законом, и имперская линия обороны отступает. Через несколько дней основные армии обеих сторон сойдутся здесь в ожесточенной схватке. Но после сегодняшней ночи Париж превратится в руины. Его стратегические объекты будут полностью уничтожены, от исторических памятников почти ничего не останется. Обороняющиеся силы потеряют как минимум половину личного состава, а отступающие основные карательные силы Империи увидят лишь полуразрушенный город-призрак, толпы деморализованных остатков разбитых войск и госпитали, переполненные ранеными и гражданскими.
Тянь И серьезно спросил:
— Это сделка между тобой и Стальным Законом. Какое отношение она имеет ко мне?
— Самое прямое, иначе зачем бы я отправилась на подводную лодку искать тебя? — Ответила Гу Лин. — Понаблюдав за тем шоу с побегом, которое ты срежиссировал, я поняла, что ты – идеальный кандидат. Высокомерный, эксцентричный и непредсказуемо безумный. Ты мог стать частью моего плана – козлом отпущения.
Я уже сказала: Серебряная Тень нейтральна. Мне не нужно брать на себя гнев всего мира ради Стального Закона. Но кто-то… должен понести ответственность за события этой ночи.
— Я?! — Вскричал Тянь И в изумлении.
— Точнее говоря, Перевёрнутый Крест, — уточнила Гу Лин. — Прямо сейчас, в эту самую секунду, на нас направлена камера. Разумеется, я не скажу тебе, откуда мои подчиненные ведут эту сверхдальнюю съемку. Тебе достаточно знать, что на кадрах будешь ты, но не я.
Те, кто посмотрит эту запись, увидят следующую сцену: Тянь И, тот самый безумец из Перевёрнутого Креста, стоит на вершине Триумфальной арки и торжествующе беседует с кем-то неизвестным. А фоном за его спиной служит Париж в море огня.
Какова бы ни была правда, общественность не получит информации из первых рук. Как только Империя позже установит, что Париж уничтожил ты, Тянь И, вскоре люди во всем мире поверят, что этот теракт совершила террористическая организация под названием Перевёрнутый Крест.
Тянь И задумчиво произнес:
— Так вот почему ты поставила условие спланировать кражу драгоценности, запретила мне использовать способности и Сутру Сердца… а также установила срок в один месяц…
— Твое запоздалое прозрение бесполезно.
Большую часть июня ты проявлял активность в этом городе. Как бы осторожен ты ни был, ты неминуемо оставил следы. Учитывая, что город скоро может быть занят Стальным Законом, они обязательно найдут каждое доказательство твоего пребывания здесь. А если добавить к этому видео, которое записывается прямо сейчас… разве оно не вписывается в твою привычку красоваться перед камерой? В таком случае не только толпа, но и другие организации сопротивления поверят, что это твоих рук дело, – продолжала Гу Лин.
Тянь И надул щеки, тяжело вздохнул и с кривой ухмылкой сказал:
— Похоже, мне и впрямь придется нести это бремя вины.
Гу Лин вздохнула.
— Какая жалость. Малыш Вэнь даже хвалил тебя, называл умным человеком, но, по-моему, ты не более чем посредственность. Видеть, как ты злорадствуешь и жаждешь похвастаться после того, как тебе удалось украсть какую-то побрякушку, выстроив хитроумную схему… это по-настоящему жалко.
Почти месяц ты был участником куда более масштабной игры, но совершенно не осознавал этого, лишь упиваясь самолюбованием в рамках установленных мною правил.
Если бы ты расширил свое восприятие, то давно бы заметил, что с того самого момента, как ты ступил на парижскую землю, мои люди удаленно следили за каждым твоим шагом – за твоими нелепыми выходками под личиной расиста, за твоим контактом с той обладательницей способностей по имени Лунный Демон и за всем остальным… Каждый шаг твоего плана был у меня на виду… Кстати, я разгадала твой замысел еще на стадии подготовки. Ты убил Галласа Дадана, чтобы отвлечь внимание полиции на само убийство и цвет кожи жертвы, тем самым заставив их проглядеть использование того глазного яблока. Если бы ты не совершил те, казалось бы, бессмысленные убийства, а просто убил человека и вырезал ему глаз, даже самый тупой следователь задался бы вопросом, зачем ты это сделал, и, исходя из положения Галласа Дадана, смог бы вычислить, что ты замышляешь.
Тянь И глубоко вдохнул и сказал:
— С самого начала ты получила информацию обо мне от Консультанта; ты прекрасно изучила мой характер. И использовала мою одержимость «играми», чтобы расставить эту ловушку… То, смогу ли я украсть Алую Пандору в ограниченных условиях, вовсе не было испытанием. Ты и не собиралась ничего проверять, потому что никогда не планировала сотрудничать с Перевёрнутым Крестом.
Выражение лица Гу Лин не изменилось, и она признала это без тени сомнения:
— Совершенно верно. Серебряная Тень принадлежит только мне. У меня свой стиль руководства и своя философия взаимодействия с миром; мне не нужен такой союзник, как ты. — Она пренебрежительно отвернулась. — И твои действия лишь подтвердили, что ты недостоин этой роли.
— Но твоя игра была нечестной; ты обманула меня с самого старта, — возразил Тянь И.
— Что плохого в том, что женщина обманывает мужчину? — Ответ Гу Лин был чистейшей софистикой.
Но такова реальность: победителю не нужно оправдываться перед проигравшим. Исход определяет всё, и никого не волнует, какие методы использовались в процессе.
— Мужчины, стоит им проявить хоть каплю таланта, воображают, будто обладают гением для управления миром и стратегиями для спасения наций, — произнесла Гу Лин. — Хм… На мой взгляд, за исключением малыша Вэня, в котором есть толика смекалки, в этом мире бесчисленное множество таких, как ты.
— Впрочем, можешь не волноваться, — продолжила она. — Раз малыш Вэнь все еще в Перевёрнутом Кресте, значит, он хочет и дальше играть в вашей организации, так что истреблять вас я не стану. Азартный Змей, Кровавый Филин, Спейд – я могу отпустить этих троих. Можешь оставить себе свои жалкие активы и связи; Серебряной Тени они не нужны.
— Что же касается так называемых «черных технологий»… если после этого инцидента в тебе проснется хоть капля стыда и ты признаешь свою ограниченность, тебе стоит передать место босса малышу Вэню. Чтобы в один прекрасный день ваша организация не была уничтожена, а технологии не попали в руки Империи. Я тоже не хочу, чтобы Империя стала слишком могущественной; если в мире воцарится полный покой, ассасины потеряют смысл своего существования.