Глава 29: Косвенная оценка
В начале четвертого часа дня Бумажный Рыцарь, которому здешние маршруты были уже не в новинку, прибыл к главному входу северного второго филиала ХЛ округа Гуаньчжи. Он всё так же кутался в свой потрёпанный тренч и не снимал бейсболку. Хотя он всё еще восстанавливался после тяжелых ранений, на его способности это не влияло, так что он всё же явился.
О человеке по прозвищу Ши Ши у Бумажного Рыцаря сложилось неплохое впечатление. Даже явные изъяны в характере этого парня делали его куда более живым и доступным, чем тех, кто извергал лишь сухой официальный жаргон.
Персонал на стойке регистрации тоже привык к Бумажному Рыцарю. Обменявшись парой любезностей, он прошел внутрь один. В конце концов, в кабинет Марлона он заглядывал так часто, словно прилежный зять, навещающий тещу. Сопровождение было совершенно излишним.
Как обычно, Бумажный Рыцарь вошел без стука и застал такую картину: Ши Ши лежал на столе Марлона и качал пресс, а полковник Марлон придерживал его за ноги.
Первые несколько секунд Бумажный Рыцарь всерьез полагал, что Кровавый Филин всё-таки повредил ему мозг или что у него начались тяжелые психологические осложнения. Ну или он всё еще валяется в коме в больнице, а всё перед глазами – лишь кошмар умирающего сознания.
Впрочем, долго пребывать в оцепенении ему не дали. Ши Ши заметил его и спрыгнул со стола:
— Пришел, хорошо. Иди за мной.
Ши Ши пошел вперед, а Бумажный Рыцарь и Марлон последовали за ним. Рыцарь косился на Марлона со странным выражением лица, в котором читалась непередаваемая смесь брезгливости и презрения. Марлон же, приняв вид «битого жизнью кота», невозмутимо раскурил сигару:
— Как только он вернулся из госпиталя, сразу приперся ко мне ждать тебя. Просидел секунд тридцать, а потом с таким ужасом и паникой в голосе заявил, что его жизнь утекает сквозь пальцы.
Бумажный Рыцарь прищурился, с сомнением глядя на полковника:
— И поэтому он два часа качал пресс на твоем столе?
— Нет, сначала был челночный бег, потом стойка на руках, отжимания, прыжки из приседа, ходьба на руках… — глаза Марлона были полны беспредельной усталости. — А между упражнениями он вставлял серию подъемов корпуса для, как он выразился, «отдыха».
У Бумажного Рыцаря непроизвольно дернулся уголок рта:
— Ты же сказал ему про спортзал на втором этаже…
Ши Ши прервал их разговор со скоростью пулеметной очереди:
— Ждать тебя в кабинете, чтобы потом сразу спуститься на подземный полигон – это максимально эффективно. Если бы я пошел тренироваться на второй этаж, то с момента твоего прибытия к полковнику, его звонка мне, моего возвращения в кабинет и последующего спуска под землю – учитывая время на связь, лишние линейные перемещения и прочие факторы – мы бы потеряли от восьми до десяти минут.
— …За это время я мог бы прослушать две песни, пообедать, один раз посетить уборную, дважды сделать зарядку для глаз, разыграть три партии в «Борьбу с помещиком», прочитать около трех тысяч слов текста и так далее. Не говоря уже о том, что многие из этих дел можно совмещать.
Марлон закрыл лицо рукой и покачал головой:
— Вот так он мне и ответил, когда я предложил ему сходить в зал.
Бумажный Рыцарь вздохнул:
— Ладно, я в какой-то мере понимаю твои чувства.
Ши Ши продолжал идти, не оборачиваясь:
— Жизнь коротка, господа. Эффективно использовать каждую минуту и секунду, успевать больше других за то же время – это и есть чистая прибыль. На Востоке говорят: «Дюйм времени – дюйм золота». С этой точки зрения я – миллиардер, а вы двое – нищие.
Бумажный Рыцарь пожал плечами:
— Пару лет назад я слышал от одного аристократа фразу, которая тут тоже к месту. Смысл был примерно такой: «Бедные должны быть в крайней нищете, а богатые – в бескрайней роскоши».
— Тебе не кажется, что люди с такими взглядами вызывают крайнее отвращение? — Отозвался Ши Ши.
— Конечно вызывают, тот сукин сын был просто невыносим, — ответил Бумажный Рыцарь, — но нужно признать: такова реальность.
Ши Ши мельком взглянул на Рыцаря:
— Понимаю. Ты хочешь сказать, что мы в любом случае не сойдемся во взглядах на ценность времени, так что ты просто позволишь себе гнить в нищете и сдохнуть, верно?
Бумажный Рыцарь рассмеялся:
— Ха-ха-ха! Прекрасно, что ты всё понял.
Марлон выпустил кольцо дыма и тоже хмыкнул:
— Я тоже безнадежен, так что не трудись меня жалеть.
На лице Ши Ши отразилось недоумение; юмор прошел мимо него:
— Вы оба старше меня, но продолжаете бессмысленно транжирить время. Ваше отношение к работе и жизни поистине не поддается исправлению. — С этими словами он остановился перед массивной дверью, приложил карту, и механизм сработал автоматически.
— Итак, четыре минуты двадцать три секунды пустой болтовни во время прогулки подошли к концу. Теперь, пожалуйста, поспособствуйте тому, чтобы я закончил работу как можно быстрее. Мой план – сесть в самолет до пяти вечера, закончить письменный отчет во время полета, отправить его в штаб по факсу и приземлиться прямиком в месте моего отпуска. Надеюсь, вы не нарушите этот график, который я окончательно утвердил, пока качал пресс. — Ши Ши ввел Бумажного Рыцаря в квадратный зал со сторонами в пятьдесят метров.
Марлон остановился у порога, не заходя внутрь:
— Я буду в соседней комнате наблюдения. Можешь связываться со мной через систему оповещения. — Электронная дверь закрылась.
Стены помещения были облицованы темным металлом, а осветительные панели на потолке, казалось, могли давать свет любого спектра, но сейчас горели обычным, мягким белым светом.
Бумажный Рыцарь никогда раньше здесь не бывал, но слышал, что во многих филиалах ХЛ есть такие полигоны для спаррингов обладателей способностей. В случае чрезвычайных ситуаций этот зал мог выдержать ядерный удар, авианалеты, биологические атаки и прочие катаклизмы.
— Если хочешь проверить мой предел, мне кое-что понадобится, — сказал Бумажный Рыцарь.
— Всё готово, — громко произнес Ши Ши. — Полковник Марлон, подавайте бумагу.
Голос Марлона отозвался из динамиков:
— Смотри под ноги.
Пол в центре комнаты разошелся, и на платформе поднялись десять кубометров аккуратно сложенной белой офисной бумаги.
Бумажный Рыцарь пробормотал:
— Дружище, ты уверен, что перекрытия выдержат? Если мы разнесем этот филиал, Джим будет буянить хуже пьяного матроса.
— Я всё слышу, паршивец! — Выругался Марлон по громкой связи.
— Хватит тратить время, офицер Найтс, — сказал Ши Ши. — Человек может создать сталь, но не может разбить ее кулаком. Мы создали этот металл и абсолютно уверены: пока против нас не выступит кто-то уровня класс Свирепый или выше, разрушить эту комнату невозможно. Иначе преступники в Приливной тюрьме давно бы покинули свои камеры.
В этот момент бумага перед Рыцарем уже зашелестела, поднялась в воздух и начала обретать форму:
— И как же тогда проверяют тех, кто относится к Свирепым? Ну, если они соглашаются на тесты?
— Информация об этом недоступна для кого-то твоего ранга, — спокойно ответил Ши Ши. — Хочешь знать – достигни этого уровня, а потом спрашивай.
Под контролем Бумажного Рыцаря листы постепенно сложились в гигантского зверя: челюсти, способные дробить кости, когти для терзания плоти, хребет словно из литого чугуна, хвост как стальной хлыст, золотые глаза и царственная метка на лбу. Существо, воплощающее в себе прыжок, натиск, ярость, беспощадность и первобытную силу, оказалось… бумажным тигром.
— В прошлый раз, когда ты сражался с преступником четвертого уровня опасности, ты использовал дракона. Какая мимикрия считается твоим коронным приемом? — Спросил Ши Ши.
— Тигр правит горами, дракон – морями, — ответил Бумажный Рыцарь.
— Ясно. Хочешь сказать, тигр больше подходит для нынешней обстановки. — Ши Ши стоял, засунув руки в карманы, не выказывая ни малейшего намерения двигаться или готовиться к бою. Он просто бросил:
— Что ж, атакуй быстрее. Я спешу.
Не успел он договорить, как бумажный тигр сорвался с места. Бумажный Рыцарь лишь добавил:
— Смотри не умри.
Ши Ши стоял на левой ноге, а правую медленно приподнял. В тот миг, когда гигантский зверь почти настиг его, он нанес удар ногой. Громадный тигр разлетелся вдребезги, превратившись в тысячи клочков бумаги, заполнивших воздух.
Бумажный Рыцарь широко раскрыл глаза. Перед ним словно повторилась сцена, где Кровавый Филин уничтожает бумажного дракона. Он и подумать не мог, что в мире найдется еще один человек, способный сокрушить его зверей одной лишь чистой силой.
Ши Ши своим видом показывал, что не сделал ничего особенного. Вернувшись в исходную стойку, он спросил:
— Высшего хищника из семейства кошачьих я оценил. Этот последний удар отражает твою максимальную разрушительную мощь?
— Да, это мой предел, — честно признался Бумажный Рыцарь.
Ши Ши медленно пошел вперед:
— Теперь используй всю бумагу, чтобы создать свою самую крепкую защиту, и прими мой удар.
— Идет. — Бумажный Рыцарь вновь собрал воедино все листы, сформировав перед собой массивный щит в форме пирамиды.
Секунд через десять Ши Ши уточнил:
— Готов?
— Валяй, — ответил Рыцарь.
Один удар – и никакой звуковой волны. Рыцарь даже не уловил движения Ши Ши. Он лишь почувствовал, как от точки соприкосновения рванул поток воздуха, пронесшийся по залу подобно урагану. Спустя пару секунд на вершине бумажной пирамиды начали расползаться трещины, но она не рухнула окончательно; разлетелась лишь большая часть, а основание осталось стоять.
— Очень хорошо, спасибо за содействие, офицер Найтс. И последний вопрос. — Ши Ши уже зашагал к выходу, не желая терять ни секунды. — Если принять силу моего нынешнего удара за сотню, насколько мощным был тот последний выпад Кровавого Филина, который тебя достал?
Бумажный Рыцарь задумался. Ши Ши уже выходил из комнаты. И прежде чем электронная дверь сомкнулась, Рыцарь ответил:
— Как минимум пятьсот. Или больше.
— Спасибо, прощай. — Ши Ши договорил, и дверь за его спиной закрылась.
Бумажный Рыцарь тяжело выдохнул:
— Фух… Что за люди пошли…?
В этот момент из динамиков снова раздался голос Марлона:
— Эллиот, мне только что пришло срочное сообщение. Тебе нужно это услышать. Жду у себя.
… Тем временем Ши Ши быстро шел по пустому коридору. Он достал телефон, набрал номер из быстрого набора, и уже через три секунды на том конце ответили:
— Слушаю, заместитель директора. Чем могу помочь?
— Передай старику, что косвенная оценка боевого потенциала Кровавого Филина завершена. Письменный отчет я подготовлю позже. Что касается Эллиота Найси, как я и предполагал – он не стоит того, чтобы вносить его в архив. После сдачи отчета я продолжу свой отпуск. Прошу меня больше не беспокоить.