Глава 20: Посредник
Точную дату основания Стального Закона уже не установить; следы его предшественника ведут в Иерусалим начала XII века, в Святой Город.
Первых участников было всего девять, и их первоначальной целью была защита паломников со всей Европы от нападений бандитов.
К концу XII столетия организация разрослась до небывалых масштабов. Ей принадлежало более девяти тысяч объектов недвижимости по всей Европе, включая множество известных церквей и замков; число её членов исчислялось десятками тысяч. Они могли облагать людей налогами или грабить в открытую, и даже тогдашние дворяне щедро жертвовали им золото и серебро.
Они стояли выше королевской власти, подчиняясь напрямую Папе, и на тот момент были самой могущественной религиозно-военной силой в Европе – тамплиеры.
Однако эта непомерная экспансия власти и богатства стала тем самым колом, что в итоге пронзил сердце организации.
Франция, 13 октября 1307 года, пятница, Чёрная пятница. День, когда тамплиеры погибли.
Одного проницательного короля оказалось достаточно, чтобы покончить с ними. Причина была проста: в ту эпоху ни один правитель не мог смириться с существованием в своем государстве организации, владеющей тысячами замков и колоссальными богатствами, до которых он сам не мог дотянуться.
Семь лет спустя остатки тамплиеров бежали в разные уголки Европы; большинство членов ордена скончались под пытками или были сожжены на кострах.
И их последний Великий магистр, Моле, уже объятый пламенем, выкрикнул проклятие в адрес тогдашних епископа и короля: не пройдет и года, как оба предстанут перед «вечным судом».
Меньше чем через год и Папа, и король скончались – один от внезапной болезни, другой в результате загадочного несчастного случая на охоте.
Казалось, все обиды канули в лету, но искра тамплиеров на самом деле никогда не угасала.
Ходят слухи, что перед Чёрной пятницей Моле тайно передал свои полномочия племяннику, молодому графу Луну, заставив того поклясться перед Богом, что он сохранит некие сокровища до «конца света» ради грядущего спасения ордена.
Эти сокровища были спрятаны в исполинских колоннах гробницы прежнего Великого магистра, а позже тайно вывезены подконтрольной графу организацией «Чистые архитекторы». Ценности перепрятали, и найти их можно было лишь с помощью набора таинственных символов и секретных религиозных ритуалов, известных только тамплиерам.
Даже спустя семь столетий никто не смог расшифровать эти знаки, и сокровище превратилось в историческую загадку.
Двухтысячный год ознаменовал начало эпохи после того, как Империя объединила планету.
В тот хаотичный период становления нового миропорядка возникало бесчисленное множество организаций сопротивления, но их безжалостно уничтожали. Выжили лишь те немногие, что глубоко затаились в тени.
Одной из них был Стальной Закон.
Они – наследники тамплиеров, объединившие и переписавшие догматы католицизма и православия для создания собственного Папства и законов.
Великий магистр, возглавляющий весь орден, одновременно является Папой, храня веру и воинский дух.
К сегодняшнему дню правление Империи длится уже целый век.
И теперь Стальной Закон – крупнейшая организация сопротивления на планете, одна из немногих, способных противостоять военным силам Империи на открытом поле боя. В Европе они существуют подобно второй династии.
Любые попытки искоренить их тщетны: человека можно убить, но веру – никогда.
Поэтому филиалы ХЛ в Европе – самые многочисленные в мире, а их общая боевая мощь уступает лишь штаб-квартире в Тяньду.
Преступники со сверхспособностями, заправляющие в теневом мире, никогда не посмеют спровоцировать членов Стального Закона. Все знают: стоит перейти им дорогу, и тебя будут преследовать до края земли во имя правосудия, пока цель не будет достигнута.
Но Кровавый Филин не задумывался о таких вещах. Для него Стальной Закон, ХЛ – неважно, какую сторону они занимают – любой, кто попадал к нему в руки, был лишь подопытным материалом.
Как бы он ни походил на профессионального головореза или чемпиона по плаванию, Кровавый Филин был ученым до мозга костей.
Вообще-то он получил образование в университете Лиги плюща, хотя и учился там под чужим именем; а студент, за которого он себя выдавал, вместе со всей своей семьей стал объектом его экспериментов.
Годами Кровавый Филин искал способ «исцелить» себя.
На данном этапе существовало два пути к этой заветной цели: либо его исследования увенчаются успехом, либо все человечество погибнет.
Так что, с какой стороны ни посмотри, Кровавый Филин неуклонно приближался к своему идеалу.
Разобравшись с последним высокопоставленным священнослужителем, он потратил полдня на осмотр этого подземного Города Теней, принадлежащего Стальному Закону. Убедившись, что выживших нет, он приступил к планировке и обустройству.
Этот подземный лабиринт состоит из переходов и комнат. Каждый коридор выглядит одинаково: со всех сторон толстые металлические стены, сверху параллельно тянется светящаяся полоса – из-за этого трудно уловить хоть какую-то разницу между участками пути.
Комнаты встречаются только под определенными наземными зданиями. Кроме того, что они просторнее коридоров и имеют больше световых полос на потолке, никаких других отличий нет.
Каждое помещение представляет собой прямоугольник одинакового размера и вида, способный вместить около сорока человек. Ни столов, ни стульев, ни каких-либо предметов – просто пустой железный ящик.
Как и в случае с коридорами, даже находясь внутри, невозможно понять, в какой именно ты комнате.
Такая конструкция великолепно защищает от внешнего вторжения: стоит чужаку попасть в эти переходы, как он теряет ориентацию и вскоре оказывается окружен и схвачен бойцами Стального Закона.
По этим залам и коридорам можно быстро передвигаться под городом, за считанные минуты достигая нужных точек и в любой момент исчезая с поверхности через потайные входы.
Для членов Стального Закона в Венеции этот лабиринт был мощнейшим инструментом для передачи сообщений и ухода от погони.
Теперь же он оказался в руках Кровавого Филина.
Место его полностью устраивало; он всегда мечтал о таком убежище, где можно разместить достаточно лабораторного оборудования и где не будут беспокоить назойливые соседи.
Два метра воды плюс почти двадцать метров прибрежного песка – такая толща гарантировала, что, устрой он внизу хоть концерт, ни один звук не просочится на поверхность.
И что больше всего воодушевляло – предсмертная угроза того высокопоставленного клирика. Тот обещал, что организация пришлет еще более сильных бойцов, чтобы его ликвидировать.
Будут ли там люди Сильного уровня? — Кровавый Филин предвкушал это в глубине души.
К слову об уровнях способностей: никто не знает, когда начала хождение эта система оценки; кажется, она существовала испокон веков в том таинственном мире, что сокрыт от обывателей.
В эпоху множества государств правительства скрывали существование сверхлюдей, модифицированных людей, мутантов и прочих групп, взращивая их как собственное оружие.
В нынешнюю эру единства Империя тоже никогда не раскрывала информацию о такой силе широкой публике.
Однако они ввели относительно стандартизированную систему для более точной классификации.
На самом деле система крайне проста: от Бумажного уровня до Божественного. Нужно лишь соотнести два параметра: «время» и «количество».
Например, если человек Бумажного уровня способен убить двадцать обычных людей за час, то обладатель уровня Бин может уничтожить две сотни за тот же час или расправиться с двадцатью всего за десять минут
Эти расчеты строятся на реалистичном допущении, что люди будут сопротивляться или пытаться сбежать.
Чем меньше время и чем больше количество жертв, тем выше ранг.
Убийство миллиона человек за секунду, разумеется, соответствовало бы Божественному уровню.
Естественно, для определения уровня необходимо использовать собственную мощь; пилоты бомбардировщиков и им подобные в расчет не берутся.
В имперской системе оценки «время» грубо отражает максимальную разрушительную силу, поэтому пользователи способностей с высокими временными показателями обычно склонны к атакующему стилю. В то время как «количество» отражает устойчивость разрушительной мощи и выживаемость самого обладателя силы.
Конечно, иногда в этой иерархии случаются исключения – например, модифицированные люди.
Такие бойцы обычно не обладают сверхспособностями в чистом виде; они сражаются при помощи своих превращенных в оружие тел.
Хотя по формальным критериям они могут соответствовать определенному рангу, в схватке один на один со сверхчеловеком того же уровня – особенно атакующего типа – модифицированный человек наверняка потерпит поражение.
Тем не менее в целом система достаточно точна и применима ко всем людям на планете, ведь по сей день лишь единицы на Земле достигли «Божественного» уровня.
Сверхлюди часто за всю жизнь добираются лишь до Сильного уровня, а те, кто способен подняться на четвертую ступень, Свирепый – уже считаются непревзойденными мастерами.
Кровавый Филин был именно таким мастером, и ему едва перевалило за тридцать, так что потенциал для роста оставался огромным.
Все, что ему было нужно, – это побольше добычи и подопытных…
В полдень второго дня после бойни в баре «Медный попугай» Кровавый Филин снова появился в Венеции.
Он шел по улице открыто, ничуть не беспокоясь, что его довольно примечательная внешность привлечет внимание прохожих.
Странный феномен: чем больше преступник боится поимки, тем сильнее от него веет вороватостью и скрытностью, в то время как человек вроде Кровавого Филина легко растворялся в толпе.
Даже если кто-то и оглядывался на него, то лишь из-за внушительной фигуры.
Людям и в голову не могло прийти, что убийца, совершивший вчера кровавое злодеяние в общественном месте, осмелится средь бела дня прогуливаться по улицам как ни в чем не бывало. Это противоречило здравому смыслу и привычному мышлению.
В час дня в ресторане Кровавый Филин уплетал двойную порцию свежей рыбы, креветок и крабов, заказав вдобавок две порции тирамису.
Вскоре в заведение вошел азиат в маленьких круглых очках и с длинным хвостом на затылке.
Вид у него был подозрительный, глаза бегали; поднятым воротником плаща он старался прикрыть подбородок и лицо.
Войдя, он привычным жестом оценил все возможные пути отхода, внимательно осмотрел каждого присутствующего и, убедившись в отсутствии полиции, сел напротив Кровавого Филина.
— Господин Криос, это я, — прошептал он, продолжая нервно озираться.
Кровавый Филин ответил:
— Я и тебе заказал поесть, но раз ты опоздал, я съел и твою порцию.
— Я опоздал всего на пять минут! Вы даже десерт умяли, а ведь блюда здесь подают по очереди…
— Меньше слов. Достал то, что я просил?
— Послушайте… приятель, после того, что вы устроили в баре прошлой ночью, на ушах стоит весь город.
Полиция уже могла засечь на камерах, как я с вами разговаривал, и теперь у меня тоже проблемы…
Кровавый Филин перебил его:
— Господин Левый Дао, вы пытаетесь набить цену?
Левый Дао и вправду хотел поднять планку, он обдумывал это до того, как прозвучал вопрос, но стоило ему встретиться взглядом с собеседником, как он тут же стушевался:
— Нет-нет, что вы, я не смею… Я в посредническом бизнесе не первый день, и у меня всегда была безупречная репутация…
— Ваша репутация, сударь, хорошо известна, так что избавьте меня от лишних объяснений. Говорите: когда прибудет товар?
Глаза Левого Дао за темными стеклами очков метнулись в стороны:
— На вашу картину нашелся покупатель. Частный коллекционер, из королевской семьи, связи солидные – не боится покупать что угодно.
Оплата поступит в течение двух дней.
Как только деньги упадут на мой счет, согласно договору, я заберу десять процентов чистой прибыли, а остальные девяносто пойдут на покупку оборудования.
Я уже связался со всеми дельцами на черном рынке.
Медицинские инструменты привезут в тот же день, химикаты достать легко, а вот с пыточными устройствами сложнее – придется везти часть со складов поставщиков из других городов… ну, тех, что для взрослых.
Что до компьютерного железа – если нужно из наличия, выйдет дороже, но достать не проблема.
Относительно оставшейся суммы: вы говорили, что хотите чистую наличность. Этот смиренный даос уже договорился для вас с местными тузами.
Они требуют пятнадцать процентов за отмыв, торговаться не желают.
Что скажете? Если не подходит, я просто передам вам данные счета.
Кровавый Филин долго не раздумывал.
Доев последний кусочек на тарелке, он поднялся и бросил:
— Через три дня здесь же, в то же время.
С этими словами он кинул на стол две крупные купюры и вышел.
Левый Дао проводил его взглядом через окно, подождал, пока тот скроется из виду, а затем, воровато оглядевшись, молниеносным движением спрятал банкноты в карман.
После этого он прочистил горло и крикнул:
— Официант, счет! — И выудил из кошелька кредитку с огромным долгом.