Глава 4: «Прошлое.»
— На что ты так смотришь? — Спейд подошел к Азартному Змею.
Азартный Змей пристально вглядывался в колышущиеся горные цепи перед собой. Его взгляд был глубоким и задумчивым. Казалось, ни разреженный воздух, ни отрицательная температура никак не трогали этого и без того холодного человека.
— Смотрю на свое прошлое, — ответил Азартный Змей.
— Твое прошлое выглядит весьма эффектно, — пошутил Спейд, довольный своим остроумием, — но оно явно мало подходит для жизни обычных людей.
Азартный Змей обычно не улыбался, и этот раз не стал исключением:
— Много лет назад, когда я впервые покинул Ад, мне казалось, что я что-то изменил. Но несколько месяцев назад, когда я снова ступил на эту землю, я понял: на самом деле не изменилось ничего.
— Так вот почему ты примкнул к Перевёрнутому Кресту? — Спросил Спейд. — Потому что веришь: Тяньи под силу то, с чем не справился Ад?
— Людям нужны идеалы, чтобы жить. Когда-то я пытался похоронить свои идеалы, стереть прошлое и зажить обычной жизнью. Но позже я осознал, что этот мир слишком грязен. Даже если бы я нашел чистое место, чтобы провести там остаток дней, это было бы лишь самообманом.
— …Мой жизненный путь не был выбран мною с детства, но я не жалею о пережитом, — продолжил Азартный Змей. — Я служу свету, совершенствуюсь во тьме и очищаю оскверненные души кровью греха. Я надеюсь создать новый мир, где дети смогут сами выбирать свою будущую стезю, а не пассивно подчиняться предопределенной участи. И Тяньи – это единственный ответ, который я нашел к настоящему моменту.
— Иметь идеалы – это хорошо, но боюсь, твоя задумка никогда не воплотится в жизнь, — заметил Спейд. — Люди вечно хотят создать рай, но наш рай сам по себе уродлив. Нынешняя империя и впрямь коррумпирована, но через несколько сотен лет, оглядываясь на историю, мы наверняка скажем, что когда-то они были великими. Они объединили всю Землю и внесли вклад во все аспекты: этническую интеграцию, решение расовых вопросов и упрощение языков.
— …Предположим, империя действительно однажды падет, и на ее место придет другая сила – может, мы, а может, кто-то другой, неважно. В общем, власть захватят какие-то люди, и мир твоих идеалов действительно будет реализован. Но как долго он продержится?
— …Любая человеческая династия впадает в упадок и гибнет; это лишь вопрос времени. Люди возлагают надежды на добродетели и преемственность императоров, на самосознание и самоанализ бюрократических институтов. Это типичнейшая глупость. Настанет день, когда власть имущие откажутся от морали и ответственности, перестанут стремиться к справедливости и свободе. И когда ими будет двигать «что-то иное», человеческая воля станет просто ничтожной. Даже такие природные явления, как старение, могут легко изменить образ мыслей человека. Кто мы вообще такие, эти люди?
Азартный Змей повернул голову и взглянул на него:
— Таков вывод Ночного Рыцаря… Врожденные изъяны всей расы диктуют, что индивиды могут лишь адаптироваться и меняться, а также предопределяют некую цикличность…
— Я просто рассуждаю. Я всего лишь наемник, у меня нет никакой твердой позиции, не говоря уже о твоих так называемых идеалах, — сказал Спейд. — Возможно, однажды я покину эту организацию из соображений собственной безопасности. Но, по крайней мере, на данном этапе я чувствую, что с вами гораздо безопаснее, чем вне Перевёрнутого Креста.
Азартный Змей усмехнулся:
— Значит, ты слишком недооцениваешь нашего босса и всю эту организацию.
— Вы двое уже наболтались? Разведка – это не осмотр достопримечательностей, это поиск целей. — Позади них появился двухметровый йети, покрытый белой шерстью, и проворчал человеческую фразу.
Спейд обернулся и ответил:
— Тебе хорошо, ты управляешь «бигфутом» на дистанционке из комнаты с кондиционером. А здесь такой холод, что мы едва руками и ногами шевелим.
Маршал недовольно отозвался:
— Глупости. Будь у меня твое телосложение, я бы собрал механического пса и ездил на нем в разведку верхом. … Округ Двойного Орла, Якутск, книжная лавка.
Тяньи откинулся в кресле, по которому так долго скучал, закинул ноги на стол и читал старую газету. Это были новости десятидневной давности с заголовком: «Третий принц Виктор Витсток погиб в результате несчастного случая во время путешествия после неудачных попыток спасения. Местный губернатор с позором ушел в отставку. Вся нация скорбит о преждевременной кончине Его Королевского Высочества».
На самом деле Тяньи уже прочитал некоторые Сутры Сердца, связанные со смертью Виктора. Он просто хотел посмотреть, как преподнесли новость общественности, чтобы сделать более точные выводы о происшествии в целом.
В этот момент дверь книжного магазина распахнулась, и кто-то вошел. Это был не покупатель, а Лунный Демон, ходившая за едой на вынос.
Тяньи отложил газету, взглянул на нее и небрежно бросил:
— Ты хорошо потрудилась.
Лунный Демон сердито сверкнула глазами, изо всех сил стараясь выровнять дыхание и успокоиться. Она подошла к столу Тяньи и с шумом поставила пакеты:
— Если бы там не было и моего обеда, я бы прямо сейчас швырнула это тебе в лицо.
Тяньи ответил равнодушно:
— Микроволновка вон там.
— Я тебе что, сын? Сам грей! — Она отодвинула стул и села.
— Даже еду разогреть не можешь. Как же ты замуж-то выйдешь, дитя? — Тяньи взял пакет и направился к микроволновке.
Лунный Демон не глядя схватила какую-то книгу и запустила ему в затылок:
— Ты мне отец, что ли? Сколько же от тебя трепа!
Закрыв дверцу микроволновки и выставив время, Тяньи почесал затылок и спросил:
— На чем мы вчера остановились?
— Поэтапное осуществление изменений, — ответила Лунный Демон. — Разве ты не гений? Не помнишь, где мы закончили?
— Я-то гений, а вот ты – дура, так что я решил тебя проверить.
На этот раз книга полетела Тяньи прямо в лицо.
— Если бы ты читала все эти книги, которыми так неосмотрительно разбрасываешься, может, стала бы капельку умнее.
— А если бы ты не был таким придурком, может, в тебя бы ими не швыряли.
Тяньи вздохнул:
— Я так занят, и все же нахожу время обучать тебя знаниям об обладателях способностей, а ты все равно ведешь себя так скверно.
— Вся твоя так называемая «занятость» заключается в том, что я, Бухгалтер и Левый Дао каждый раз бегаем для тебя за едой в разные рестораны, а ты сворачиваешься в кресле и читаешь всякое… — Она наугад вытянула книгу из стопки на углу стола. — …вроде «Венецианского купца», чтобы убить время.
— Это хорошая история, воспевающая любовь и преданность.
— Тебе это совершенно не идет.
— Вот поэтому я и считаю это истинной «комедией», — Тяньи рассмеялся. В этот момент микроволновка пискнула, и он обернулся, чтобы достать еду.
— И что, Перевёрнутый Крест так и работает? Целыми днями ничего не делает? — Спросила Лунный Демон.
Тяньи расставил еду на столе и пододвинул порцию Лунного Демона к ней:
— Только когда ты закончишь мои уроки и овладеешь своими способностями, ты сможешь отправляться на задания, как остальные члены организации. Если ты превращаешься в монстра от малейшей провокации, то вряд ли потянешь серьезную ответственность.
— Мой самоконтроль определенно сильнее, чем ты воображаешь. Иначе при первой же нашей встрече я бы разорвала тебя на куски, — ответила Лунный Демон.
— Хе… Поверь, мне не нужно воображать. Я точно знаю, где проходит твоя черта. — Тяньи без предупреждения схватил Лунный Демон за руку. — Вот так – еще нормально, но… — Он протянул другую руку и погладил ее по щеке. — …а вот так уже нельзя.
Глаза Лунного Демона и впрямь покраснели, чудовище внутри нее было готово пробудиться.
— Если ты сейчас же уберешь от меня свои лапы, я притворюсь, что ничего не было. — Её тон был предельно серьезным.
Тяньи отстранился и сел на место:
— Ты не потеряла контроль именно потому, что эти дни обучения изменили то, как ты управляешь силой. — Он сделал паузу. — Я же сказал, что точно знаю условия, вызывающие твое пробуждение. Обычный физический контакт – это полбеды, например, когда ты сама проявляешь инициативу, как в тот день… Есть два ключевых момента для твоей трансформации. Первый – инстинктивная реакция на опасность: сильная боль, ранение, страх или боевой инстинкт перед лицом могучего врага. Второй – сексуальный подтекст. Большинство способностей мутантов обнаруживаются в период полового созревания, и на то есть причина. Могу представить, как тебе было тяжело. С тех пор как ты начала хоть что-то понимать, все те парни, которым ты нравилась, которые просто брали тебя за руку или в шутку обнимали сзади – все они закончили тем, что ты их убила. В результате твое отношение к мужчинам изменилось. Тебе приходится постоянно лелеять в себе чувство ненависти или, по крайней мере, неприязни, иначе любое незначительное действие может заставить тебя убить того, кто тебе симпатичен.
— Не слишком ли много ты знаешь? — Лунный Демон подозрительно посмотрела на Тяньи.
— Не потому ли ты покинула Синтянь? Жалкое зрелище. Ты только познакомилась с другом противоположного пола, подумала, что коснуться его лица – пустяк, чай не средневековье, зачем из-за такого убивать? Но его действительно убили. И не только его – пострадали десятки невинных товарищей, обедавших неподалеку. В итоге ту базу можно было перепрофилировать в ресторан человечины. После такого ты, естественно, не могла оставаться в Синтяне: даже если бы ты все объяснила, у них не было причин прощать твои действия.
Лунный Демон явно изменилась в лице:
— Как ты об этом узнал…
— Это было слишком просто. Когда ты назвала мне свое настоящее имя, я смог восстановить твое прошлое, просто сидя здесь, в лавке, — ответил Тяньи. — Я объясню тебе принцип позже. А пока, пожалуйста, возьми себя в руки, поешь и вернемся к уроку.
Лунный Демон взяла пластиковые приборы, все еще полная сомнений, и напомнила:
— Раз ты знаешь мое прошлое, то должен понимать: если Синтянь узнает, что я примкнула к Перевёрнутому Кресту…
— И что они сделают? — Перебил ее Тяньи. — Потребуют твою голову? Чтобы почтить память павших братьев? — Он рассмеялся. — Тебе не стоит беспокоиться о трудностях человека вроде меня.
— Я беспокоюсь только о своем положении, — отрезала она.
— Как скажешь, — проговорил Тяньи. — В любом случае, теперь ты должна понимать, чем я «занят», когда ты меня не видишь.