Для Фу Юэ с её навыками уклониться от черного луча не составило труда. Самаэль и сам не рассчитывал, что обычная атака после превращения в чёрного змея положит конец битве.
Но у него были свои планы; опасения перед Тянь И пробудили в Самаэле его коварную сторону.
Он хотел увидеть… реакцию Тянь И.
Расчёт Самаэля был прост: если бы Тянь И всего лишь не хотел, чтобы он заполучил способности этой женщины, он мог бы лично убить её ещё полгода назад – это было бы самым надёжным решением.
Тот факт, что Лунный Демон всё ещё жива, доказывал: Тянь И не желает её смерти. А значит… до какой степени он готов раскрыться ради неё?
Ответ гласил: никаких изъянов.
Тянь И стоял неподвижно, словно происходящее его не касалось, и безучастно наблюдал, как Фу Юэ сама уходит из-под удара.
Ни выражение лица, ни движения, ни даже дыхание не выдавали ни капли напряжения.
Он просто, без всякой спешки, сделал нечто такое, что привело Самаэля в ужас… Он извлёк из кармана пиджака нефритовый инструмент – змеиную флейту.
— Ты ведь должен знать, что это такое, не правда ли? — С улыбкой спросил Тянь И.
— Смехотворно. Неужели ты думаешь, что я всё ещё просто одно из существ Второго Царства? — Самаэль на самом деле уже чувствовал вину, и эти слова должны были подбодрить его самого. — Мой «Хаос» поглотил сотни способностей. Я сильнее своих предков!
— Твоих предков… нет в этой флейте. Он был всего лишь человеком, — вставил Тянь И.
— Кроме того, я никогда не считал тебя существом Второго Царства, потому что ты всего лишь пользователь способностей.
Он продолжал методично разрушать восприятие Самаэля:
— Даже если ты выглядишь несколько иначе, чем прочие. Даже если ты необычайно могуществен… этого недостаточно, чтобы изменить или превзойти твою роль и врождённую природу в этом пространстве-времени.
Пока Тянь И говорил, он поднёс змеиную флейту к губам и извлёк несколько коротких нот.
Вскоре в воздухе беззвучно возник пространственный разлом. Сначала из трещины показался змеиный глаз, затем раздался пронзительный визг, и разлом мгновенно разлетелся вдребезги, выпуская чёрного змея, по размерам почти идентичного Самаэлю.
— Конечно, если ты так настаиваешь на родстве с монстром, то вот этот экземпляр должен быть тебе братом, — сказал Тянь И и в то же мгновение оказался рядом с Фу Юэ.
Не дожидаясь её реакции, он подхватил её за талию, закинул на плечо и исчез.
Они вмиг очутились в сотне метров от прежнего места, и почти одновременно с этим чёрный змей, призванный Тянь И, взорвался чудовищной зловещей энергией.
Она растекалась и расширялась, стирая с лица земли почву и строения вокруг.
Эта мощь была тождественной силе Самаэля – ни больше, ни меньше.
— Восемьсот лет назад твой брат был ещё младенцем, теперь же он в подростковом возрасте, — сказал Тянь И Самаэлю, стоявшему в отдалении, и опустил Фу Юэ на землю.
— Не считая поглощённых тобой способностей, ты в лучшем случае равен ему по силе. Твой человеческий предок получил силу именно от него.
У Самаэля не было времени отвечать на слова Тянь И; в мгновение ока он сплелся в схватке с другим чёрным змеем.
Два гигантских змея извивались, перекатывались и вгрызались друг в друга так, что земля дрожала, а ветер ревел подобно океанским волнам.
Чёрные вспышки, способные мгновенно испепелить человека, не причиняли им вреда, как и едкая тёмная вода.
Что же до методов вроде трупных солдат – это были детские игрушки; сколько бы их ни призывали, они были бесполезны и не могли даже поцарапать змеиную чешую.
Так битва превратилась в самую первобытную форму животного противостояния – сородич убивал сородича.
Фу Юэ наблюдала за этой сценой рядом с Тянь И, и чувство дежавю напомнило ей о пространстве в том книжном магазине, будто она снова смотрела на бой двух созданий Второго Царства.
Только теперь ей казалось, что эти двое перед ней не выглядят особенно сильными.
Самаэль мельком заметил высокомерное выражение лица Тянь И, наблюдающего со стороны, и мгновенно впал в ярость.
Он издал небесный рык, высвобождая свои смертоносные приёмы, и в следующую секунду земля раскололась.
Внезапно разверзлась пропасть, а над другим чёрным змеем материализовался мощный поток воздуха, впрессовавший его в почву.
Следом Самаэль изрыгнул лаву в разлом. Когда туда вылилось несколько тонн раскалённого вещества и чёрный змей перестал подавать признаки жизни, он снова сомкнул землю.
— Увы… к чему такая спешка в братоубийстве? — С улыбкой спровоцировал его Тянь И, совершенно не заботясь о гибели змея.
— Какая скука. Просто убей его побыстрее, когда закончишь играть, — Фу Юэ уже осознала, что Самаэль Тянь И не ровня.
Начиная с времён Висячих Садов, все действия Тянь И были спектаклем, высокоуровневым обманом с притворным нежеланием – всё лишь для того, чтобы проследить за её реакцией.
— О чём ты говоришь? У меня тут героическое спасение в самом разгаре, не могла бы ты хоть немного подыграть? — Ответил Тянь И.
— Если бы я постоянно не пытался удержать тебя от него подальше, он первым делом сожрал бы тебя, как только постиг силу Хаоса.
— …Зато теперь посмотри на него: отчаяние, неконтролируемый гнев и при этом призрачный проблеск надежды… как же это любопытно.
Фу Юэ рассмеялась от крайнего возмущения:
— Сталкер использует свою цель как наживку, чтобы поймать монстра-убийцу? И это, по-твоему, любопытно?
— Я просто взращиваю наши общие интересы и хобби. Через несколько сотен лет тебе не нужно будет меня учить, ты сама начнёшь находить в этом удовольствие, — сказал Тянь И.
— Тянь И! Ты зашёл слишком далеко! — Самаэль раскрыл огромную пасть и бросился вниз с неба, окончательно лишившись рассудка и глупо пытаясь просто проглотить оппонента.
Тянь И поднял на него взгляд:
— Будь ты истинным существом Второго Царства, это было бы простительно – у них нет «Греха».
Он даже не шевельнулся; Самаэль сам застыл в воздухе, не в силах сдвинуться с места.
— Даже целое вечное ядро не способно объяснить тебе… что именно представляет собой «способность пользователя способностей».
— …Ты никогда не задумывался, почему только существа Пятого Царства порождают такие аномалии?
— …Почему спустя миллиарды лет, после гибели четырёх могущественных и экстремальных царств, доминирующим видом в итоге стал тот, что рождён с «Грехом»?
Из горла Самаэля вырвались мучительные, тяжёлые слова:
— Что… ты сделал?
— «Грех» – это сила, находящаяся в моей прямой юрисдикции. Будь ты благоразумен, ты бы старался избегать меня вечно… Кровавый Филин был умнее тебя; он уже догадался о происхождении так называемых «способностей» и о том, кто изначально установил эти ранги.
— …Он знал: пока ты человек, победить меня невозможно.
— …Но ты, поглотив столько способностей, всё равно пришёл ко мне.
— …Это поведение мага, который выучил сотни заклинаний чёрной магии, но бежит бросать вызов Королю Тёмных Демонов… И ты ещё посмел пытаться убить кандидата в Проводники прямо передо мной, ха! — Тянь И сухо рассмеялся.
— Не смей вешать на меня эти свои непонятные титулы, — оборвала его Фу Юэ.
Тянь И развёл руками, улыбнулся ей, а затем шевельнул пальцами – и внутренняя энергия Самаэля внезапно вышла из-под контроля, мгновенно разрушив его массивное змеиное тело изнутри.
Уничтоженная плоть даже не превратилась в жидкость, а просто развеялась прахом.
В конце концов, с неба упала лишь зеркальная маска.
Тянь И шагнул вперёд, поймав маску одной рукой, и обратился к змеиному лику Самаэля в зеркальном мире:
— Я изначально хотел вызвать из змеиной флейты и твоего отца, но боюсь, тогда Ирландия исчезла бы с карты, так что… прощай.
Зеркало в его руке разлетелось вдребезги, превратившись в пыль, и кристаллические осколки унесло ветром.
Фу Юэ посмотрела на леденящую улыбку Тянь И и спросила:
— Для тебя есть хоть какая-то разница между ним и мной?
— Почему ты об этом спрашиваешь? — Отозвался Тянь И.
— Если бы он обрел бессмертие, он подошел бы на роль твоего преемника лучше, чем я, — ответила Фу Юэ. — Возможно, он даже нашёл бы способ убить тебя, исполнив твоё желание.
Тянь И посмотрел на неё:
— О… ты про эту разницу? Это же чушь, не так ли? Если бы мне пришлось выбирать спутника, я бы, естественно, выбрал того, кто мне нравится.
— Что ты сказал? — Фу Юэ показалось, что она только что что-то услышала, но она не верила своим ушам… — А? Как твой зуб?
— Не меняй тему, что ты сейчас сказал?
— Тебе нравится шоколад?
— Ты прикидываешься дураком?
— Полезай в миску!
Фу Юэ развернулась и зашагала прочь… Тянь И последовал за ней:
— Мой книжный магазин в той стороне, в шести кварталах отсюда.
— Проваливай! — Последовал ответ.
— Ладно, чтобы сгладить неловкость, завтра можешь притвориться, что ничего не было, и зайти в мою лавку. Пароль: «Пришли ли мои заказанные книги?». Я отвечу: «Ещё нет», и тогда ты… Ой! — Он изумлённо ахнул. Фу Юэ прямо пальцем вырвала один из своих коренных зубов, швырнула его на землю и раздавила каблуком.
— Э? Погоди… как ты узнала, какой именно? — Тянь И недоумевал. — Неужели… А!
Фу Юэ открыла рот и сплюнула кровью прямо в лицо Тянь И, после чего, зажав щеку рукой, ушла, качая головой.
Южная Америка, бассейн Амазонки.
В подземных руинах Оружейник стоял посреди огромного купольного зала.
Вокруг царила кромешная тьма, но даже без зрения он знал здесь каждый уголок как свои пять пальцев.
Когда-то Гансмит бежал отсюда, и всё было забито грязью, но после своего возвращения Оружейник потратил немало времени, чтобы восстановить пространство.
Сейчас он благоговейно преклонил колени, совершая некий традиционный ритуал – быть может, обычай, понятный лишь клану Темной Воды.
Спустя долгое время он наконец поднялся и подошёл к колоссальной статуе высотой в двадцать футов.
Оружейник засунул руку себе в рот и извлёк зелёный кристалл размером с футбольный мяч.
Этот предмет возник в результате слияния многочисленных фрагментов вечного ядра с первоначальным ядром из этих руин.
Без малейших колебаний он вставил ядро в статую, возвращая его на законное место.
Руины вновь озарились светом, повсюду проступили зелёные светящиеся дорожки.
На полу возникли горы и реки, а под куполом проступили солнце, луна и звёзды.
Оружейник огляделся, его глаза сияли ярким зелёным светом.
Никто не знал, о чём он думал в глубине души; сокрушался ли он о непостоянстве вещей?
Будет ли он тосковать по этой родине? Или же он будет доволен тем, что уснёт здесь навсегда?
Он смотрел какое-то время – без слов, без вздохов, без насмешек или жалоб.
Он просто молча подошёл к стене, нажал на символ отпечатка ладони и снова запечатал руины, погребая их глубоко под землёй.
(Продолжение следует…)
…