Последние два дня Ансель был занят встречами, ведя приятные беседы с различными дворянами и сверхъестественными существами, постепенно активируя свою обширную сеть связей в имперской столице. В силу различных соображений он не взял с собой Серафину, из-за чего наша Мисс Волк была обделена вниманием целых два дня.
Возможно, в будущем Серафина Марлоу вырастет в сильного воина, способного стоять на своих ногах, зрелого и уверенного в себе, но сейчас она больше походила на девушку, охваченную пылким романом.
Не так давно она достигла духовного слияния с Анселем, а также физической близости, и, честно говоря, в таких комфортных и беззаботных обстоятельствах ей было трудно расти над собой.
Поэтому, когда Ансель собрался посетить Академию Эфира, Серафина настояла на том, чтобы её не оставляли позади. Впрочем, в этот раз Ансель и сам планировал взять её с собой.
— Благодарю за помощь, лорд Сорен… Хм? Отец? Ах, он должен быть здесь через несколько дней, да, я передам ему.
Завершив разговор с неким влиятельным лицом, Ансель посмотрел на Серафину, которая прильнула к его боку, и не смог сдержать улыбки:
— Что, боишься, что я оставлю тебя и уйду?
Девушка надула губки:
— В любом случае, меня больше нельзя оставлять снаружи.
Несколько раз она следовала за Анселем, но он приказывал ей ждать снаружи, что делало её очень несчастной.
— Эти старые лисы — не те, с кем ты сможешь справиться, Серафина, — Ансель взъерошил её волосы. — Тебе было бы неинтересно то, о чём мы говорим.
Ансель уже много раз объяснял это Серафине, но каждый раз, когда она расстраивалась, он терпеливо повторял это снова.
Серафина не из тех, кто устраивает сцены без причины, просто… маленькая привязанность девушки к человеку, который ей нравится, иногда может казаться навязчивой, но когда сталкиваешься с этим по-настоящему, она обретает особое очарование.
— Разумеется, при условии, что это не становится раздражающим раз за разом.
— Хм… кхм!
Серафина слегка кашлянула и, неожиданно для себя, не стала брать Анселя под руку, а лишь немного выпятила грудь:
— В любом случае, в этот раз я точно не опозорю Анселя, что бы ни случилось, я смогу контролировать свои эмоции!
В первый раз, когда Ансель взял её с собой, Серафина была настолько поражена зданиями имперской столицы, что лишилась дара речи, а потом ей всё время казалось, что люди смотрят на неё как на деревенщину.
Наш Юный лорд Ансель на мгновение окинул Серафину довольно тонким взглядом, затем улыбнулся и произнёс:
— Тебе не нужно слишком сильно сдерживать свои эмоции, я же говорил, здесь тебе не нужно идти ни на какие уступки.
Девушка довольно хмыкнула, но всё же сказала:
— Ладно, мне всё время кажется, что ты ждёшь, что я натворю дел… Отойди, отойди!
Она толкнула дверцу кареты и вышла первой.
Затем она едва не споткнулась и не растянулась на земле.
Девушка в полном шоке уставилась на открывшуюся перед ней сцену; если бы Ансель мягко не помог ей выбраться из кареты сзади, она не знала бы, сколько ещё времени простояла бы в оцепенении.
То, что предстало перед этой «варварской воительницей, не способной даже выпустить волну», было грандиозным зрелищем, которое могли создать только маги:
Башня, известная как Юктрешил, была гигантским магическим сооружением, второй по высоте постройкой во всей имперской столице, уступавшей лишь дворцу. Вокруг этой главной башни парили ещё семь немалых башен.
Опираясь на этот массивный комплекс, Серафина увидела, что каждый уровень окружён странными кольцами: первый слой состоял из эфирных вихрей, сгущённых до предела; второй — из воздушных потоков, камней, пламени, текучей воды; третий — из светло-зелёной субстанции, которую Серафина не могла понять, но чувствовала исходящую от неё мощную жизненную силу…
Сначала Серафина не понимала, что это за слои колец, просто испытывала шок, но, придя в себя, внезапно осознала…
Это были совершенно разные сущности!
Эти слои сущностных колец нагромождались друг на друга, уходя всё выше и выше, демонстрируя фундамент Академии Эфира как святой земли магов самым простым и чистым способом.
Каждое проявление сущности означало, что Академия Эфира обладает обширными знаниями, ресурсами и талантами, накопленными на этом пути и в смежных областях.
В бесконечном мерцании магического света казалось, что из него прорывается сама истина. Взглянув выше, Серафина увидела миниатюрные горные хребты, глубокие синие океаны и другое небо, которое она не знала, как описать, почти воспроизводящее концепцию безграничной бесконечности вокруг этих элементальных колец.
Маги меняют землю знаниями, исследуют океан желаниями и покоряют небо истиной!
На самой вершине кольца, символизирующие сущности, исчезали, сменяясь глубоким, тёмным облаком, с которого, казалось, капала густая жидкость. Серафина не была уверена, почему эти ребята подняли такой шум и зачем им понадобилось водружать эту штуку наверх.
— Лорд Ансель из Гидрала.
Пока Серафина приходила в себя, Ансель уже стоял перед ней, а чуть поодаль молодой человек, одетый в роскошную светло-чёрную мантию, со священным синим длинным мечом на поясе и чёрно-золотым скипетром в руке, слегка поклонился Анселю:
— Конрад из Люминариса, от имени Академии Эфира и всех искателей истины, мы приветствуем ваше прибытие.
— Люминарис… — Ансель слегка приподнял бровь. — Если я правильно помню, герцог Люминарис должен быть ещё в расцвете сил.
Энергичный молодой человек усмехнулся:
— Только глава семьи может использовать фамилию в качестве имени. Это обычное правило, но не писаный закон.
Каждый современный глава дворянского рода использовал фамилию как имя, символизируя, что глава семьи считает историю и славу рода своей собственной жизнью. Однако, хотя писаного закона действительно не существует, этот молодой человек по имени Конрад был, несомненно, дерзок.
В конце концов, во всей империи единственные, кто полностью игнорирует это правило, — это, вероятно, Гидрал и Императрица.
— Мистер Конрад, вы интересны.
Ансель усмехнулся:
— Похоже, этот визит не будет скучным.
— Ха-ха, в этом нет нужды. Кто бы ни был вашим проводником, вы не почувствуете скуки.
Конрад развернулся, жестом приглашая Анселя, и произнёс спокойно и уверенно:
— Потому что это святилище искателей.
Серафина, пришедшая в себя, честно стояла рядом с Анселем, насильно подавляя импульс оглядеться по сторонам, чтобы снова не опозорить Анселя.
Затем, как только ей удалось стабилизировать разум и она приготовилась играть роль зрелого и стабильного главы пакта, она услышала голос, от которого её веки дёрнулись.
— Святилище?
Холодный и безразличный голос раздался позади Анселя и Серафины.
— Ты имеешь в виду контроль над распространением книг, возведение академических барьеров, ограничение потока ресурсов, монополизацию всех знаний, которые маги считают своей жизнью, и превращение всего мира в стоячее болото… ад посредственностей?
Белоснежный лабораторный халат, серо-голубые длинные волосы, собранные в высокий хвост, и серовато-белые очки, чьи стёкла холодно поблёскивали на переносице.
Обладательницей этих знаковых черт могла быть только та вызывающая головную боль гениальная особа из Башни Вавилона — Равенна Циглер.
Равенна, которая после того, как надела серые туфли на высоком каблуке, была примерно одного роста с Серафиной, слегка вскинула подбородок с бесстрастным лицом, глядя сверху вниз на Конрада из Люминариса.
— Вы заслуживаете того, чтобы называть себя искателями?
— …Мисс Циглер, — поприветствовал Конрад с сияющей улыбкой. — Могу ли я сделать вывод из вашего предыдущего заявления, что вы представляете Башню Вавилона и бросаете вызов Академии Эфира?
— Хех, в этот раз я представляю не Башню Вавилона.
Она вытащила из кармана малиновый конверт и швырнула его в сторону Конрада.
Символ королевской семьи Флеймфист, кроваво-красное пламя, горел яростно, очерчивая образ Старшей принцессы, известной своей стремительной и огненной гордостью.
Выражение лица Конрада едва заметно изменилось, и он тут же слегка склонил голову, опустившись на одно колено в знак приветствия. Серафина была в полном замешательстве, не зная, что делать. Как раз когда она подумала о том, чтобы слегка кивнуть в знак признания, Ансель взял её за подбородок и покачал головой с лёгким смехом.
— Это пропуск, выданный мне Старшей принцессой, — безразлично произнесла Равенна.
Из-под её широкого белого лабораторного халата вылетело в общей сложности восемь парящих пушек, которые внешне казались совершенно иными, чем те, что она использовала в бою против Серафины.
— Я буду от её имени общаться и обмениваться опытом…
— …с гениями и искателями Академии Эфира.
Серафина, стоявшая посередине, смотрела по сторонам, совершенно не понимая, что происходит. Но когда она повернула голову и увидела знакомую улыбку на лице Анселя, она мгновенно всё поняла.
Неужели этот негодник Ансель уже начал?
Хотя она назвала его негодником про себя, Серафина была так взволнована, что ей хотелось обнять Анселя и закружить его.
Мысль о том, что этого мрачного чудака сейчас сильно побьёт Ансель, вызвала в сердце юной девушки радость и экстаз, которые она едва могла сдержать.
Равенна взглянула на трёх человек перед ней. Выражение лица Конрада было слегка напряжённым, и он, вероятно, уже тайно связывался со стариками из Академии Эфира. Гидрал улыбался, не говоря ни слова… С тех пор как он вернулся, он был таким. Три года назад она могла изредка угадывать его мысли, но теперь она совершенно не могла понять, о чём думает Ансель.
Что касается той необъяснимо хихикающей, психически ненормальной дегенератки… она решила полностью её игнорировать.